Emperor

Зимой в селе холодно. В светлой горнице сидели подруги, пряли. Вдруг открылась дверь избы, в вихре снега с улицы забежала Полеся,

остучала ножки о бревенчатый порог, скинула волчий полушубок, поверулась к подружкам. Мягкий свет лучин освещал избу и лицо Полеси.

Не очень любили её в селе; слухи разные ходили, да и в девках засиделась, но все рядом жили, волей-неволей приходилось вместе быть.

- Ну что, девицы! - сказала Полеся, охватывая себя руками, и глаза её сияли, - думаю, и я, наконец, суженого себе нашла!

- Это какого же? - настороженно спросила Слава, младшая из подруг. У нее в селе был уже жених, а ну как змеюка отобьет?

- Да Тира-варяга. Он плотник, лодьи ваяет, мужик ладный, хороший! - повернулась к ней Полеся, грея руки у огня.

- Да ты что, русалка-разлучница! Побойся ликов бессмертных богов, у него же жена и дети, да и в отцы тебе годится! - это, отложив пряжу на бревенчатый стол, возмутилась старшая. - Нужна ты ему! Не лезь!

- Ой-ли, - отмахнулась Полеся. - Как я скажу, так и будет! Слова сокрытые ведомы мне, пойду я по звериным тропам, паду в белый снег в лесу, и все будет по воле моей!

С этими словами Полеся вышла, дверью хлопнув, и северная вьюга, ворвавшись в избу, затушила все лучины.

....................................

Раздался стук в дверь. Грозный, монотонный, Полеся открыла, улыбаясь.

Зашел Тир-плотник. Зимним паром вырывалось его дыхание; из носа его шла кровь, в руке его был топор.

- Ну что, милый, люба я тебе сейчас? - спросила Полеся, и её смарагдовые глаза отражали лунный отсвет снега. - Пойдешь со мной, подаришь мне бусинку?

- Тыы... тварь. Ты хоть понимаешь, что натворила? - дрожа от ярости, молвил Тир.

- Ну и чего же?

- То, что ты сотворила - это ворожба крови! Такое не проходит бесследно! Мне прадед-колдун перед смертью про все ваше ведьмовство рассказал! Ты покусилась на самое важное - на свободу воли человека! Ведунья, колдовка! Теперь твоя душа мертва! Ты отдала её!

- И ты что же, не пойдешь со мной теперь? Не полюбил меня? - спросила Полеся, крутя локоны антрацитовых волос.

- Нет! - выдохнул Тир, - нет и нет! Ты... ты хуже мавки!

С этими словами он отбросил топор и вышел в ночь. Полеся выбежала за ним:

- Ах так? Так вот слушай, если не со мной, то ни с кем! Деревьями пустыми заклинаю, у огненного озера умрешь, с обрыва на кладь-реке сбросишься вниз от любви ко мне! Прокляну!- кричала она, потрясая кулаками к эбонитово-черному небу, но лишь молчаливые звезды внемлили ей.

......................................

Широко открытые глаза Полеси смотрели прямо на Тира. Снег, падая на глаза, все еще таял.

- Как она могла упасть с обрыва? - Глава села задумчиво качал головой. - Что она вообще тут делала? Такая молодая...

Остальные селяне стояли вокруг и смотрели, не зная, что и подумать.

- А я ей говорил, что черная, пустая душа всю волшбу перевернет. - сказал Тир, уходя.