(Подсмотрено в "Мемофил" - клуб нестандартного юмора!)

Прокурор Томской области Сергей Ломакин поручил провести проверку по публикации Народного фронта и защитить права матери участника специальной военной операции, проживающей в поселке Крутоовражный в Томске.

В соседних от жилья женщины домах расположены гостиница, сауна и кафе, в которых систематически нарушается закон о тишине. Татьяна Авдеева неоднократно сообщала о ночном шуме в полицию и органы власти, но ее обращения не дали результата. Уже много лет мать героя СВО мучается от шума.

Прокурор региона поручил прокуратуре Октябрьского района Томска проверить соблюдение прав женщины и оценить законность деятельности этих заведений. В ходе проверки надзорное ведомство даст всестороннюю оценку действиям (бездействию) уполномоченных органов и при наличии оснований примет меры прокурорского реагирования, направленные на устранение нарушений.

Татьяна Авдеева написала в Народный фронт, что под ее окнами работают два «притона», посетители которых могут делать все, что угодно: шуметь, кричать, петь, материться, включать громко музыку ночью. А утром ей нужно идти на работу. Этот кошмар продолжается уже 6 лет. И никто не может принять меры.

Народный фронт просит прокуратуру решить проблему с шумными заведениями в поселке.

Ссылка на публикацию в официальной группе Прокуратура Томской области в Телеграмм: https://t.me/tomskoblproc/7662

Самое страшное на любой войне — не выстрел.
Не взрыв, не кровь, не крик.
Самое страшное — тишина после.

Когда ты сидишь в грязи, и слышишь, как капает кровь с рукава — не твоя, чужая.
Когда мозг орёт: “Живой, живой, живой”, а тело не верит.
Когда хочется просто закрыть глаза и исчезнуть, потому что сил смотреть больше нет.

Я видел людей, которые умирали тихо.
Без пафоса, без слов. Просто лежали и медленно уходили.
Никто не кричал “держись, брат”, потому что все знали — поздно.
Кто-то держал его за руку, кто-то молча смотрел в землю.
Слёзы не лились — их просто не осталось.

А потом через пару часов ты уже стоишь, куришь, шутишь.
Потому что если не шутить — крыша съедет.
А внутри всё пусто.
Такое ощущение, будто кто-то выдрал из тебя кусок и забыл вернуть.

Люди думают, что война — это про стрельбу, трупы, кровь.
Нет.
Это про запах. Это про боль.
Про металл во рту, про пыль на зубах, про то, как звенит воздух, когда только что взорвалось где-то рядом.
Про то, как тебе кажется, что время остановилось, и всё, что есть — это гул в ушах и тяжёлое дыхание рядом.
А потом снова тишина.

И вот в этой тишине ты вдруг понимаешь, что жив.
И не понимаешь, зачем.

Тебе начинают сниться лица.
Не те, кто стрелял, а те, кто не дошёл. Кто курил с тобой одну сигарету. Кто делил с тобой глоток воды.
Они просто приходят — не осуждают, не говорят, не просят.
Просто стоят.
Ты просыпаешься, идёшь на кухню, наливаешь воду.
Смотришь на руки — чистые.
А кажется, будто всё ещё в крови.

Самое страшное — не умереть.
Самое страшное — вернуться.
Вернуться в мир, где люди спорят из-за скидок, где обсуждают, какая у кого машина, где всё живое, но какое-то пластмассовое.
Ты идёшь по улице, и тебе хочется кричать: “Вы не понимаете, как это — жить после всего этого!”
Но ты молчишь.
Потому что кому это нужно?

Потом потихоньку начинаешь учиться заново.
Дышать.
Спать.
Смеяться.
Доверять людям.
Не искать рукой автомат.
Не искать глазами укрытие на каждом шагу.

И вот когда ты впервые ловишь себя на мысли, что тебе просто спокойно — именно тогда понимаешь:
ты снова живой.

Не герой.
Просто человек, который прошёл через ад и не стал зверем.

И если ты читаешь это — помни:
пока ты чувствуешь, пока тебе больно, пока тебе страшно — ты живой.
А значит, ещё не поздно.

Честь имею.
https://t.me/Krov_zhguti_i_zdraviy_smisl/28