Значит, ситуация. После дождя у нас образовалась лужа. Не лужа — море. Лужа-мечта. Лужа, в которой можно крестить детей и ловить рыбу.

Продавщицы из «КБ» говорят: это уже четвёртая машина за сегодня. До этого была скорая. Скорая, Карл! Даже она застряла. Видимо, тоже не ожидала, что по вызову придётся плыть.

И знаете, что? У меня духу не хватило выйти и помочь мужику. Стоял, смотрел, как он там бултыхается. Ну а что я сделаю? Мокнуть неохота. Даже резиновые сапоги бессильны, разве что рыбацкие.
Так что да. Двор мы не благоустроили. Зато у нас теперь есть собственное море. Приезжайте, искупаетесь. Недорого. Билеты знаете у кого покупать ) А че так можно было?

Она уходит. Возвращается. Кому-то звонила, что-то спрашивала. Выходит ко мне ещё одна девушка. Молодая.

— Что вы хотели?

Я подвис. Ну, думаю, насмотрелся фильмов. Спрашиваю:

— А вы кто?

— Дежурный прокурор.

Ни документов, ни представления. Ну ладно.

— Представьтесь тогда.

Назвалась. Говорю:

— Хочу ознакомиться с материалами дела.

Она приносит лист:

— Пишите заявление.

Ха! У меня уже два экземпляра. Нейросеть написала. Даю один.

— Подойдёт?

Она читает. Глаза квадратные. Говорит:

— Вполне.

И смотрит на меня как на мутного типа, который припёрся неизвестно откуда.

А я специально в заявлении указал: **прошу разрешить фотосъёмку материалов**. Это важно.

Зарегистрировали. Один экземпляр с отметкой у меня. Через два дня звонят, договариваемся о встрече.

Прихожу. Опять новая девушка в прокурорской форме. Опять не представляется. Я ей говорю:

— У меня память девичья, поэтому буду вести аудиозапись. У вас фото и видео запрещены, а про аудио ничего не сказано.

Молчит. Молчание — знак согласия. Представилась. Даёт дело.

Открываю. **14 страниц.** Из них **2 страницы** — о проверке. Остальное — мои же письма. Мне смешно. Говорю:

— Можете объяснить, где контракты, где тендер, где проверка на аффилированность, почему не наказан заказчик?

Она сразу в отказ:

— Это не я вела дело.

— А кто вёл?

— Она на больничном. Или в отпуске. Не помню.

И опять женщина. И думается, молодая. Понятно.

Я сфоткал всё. Она говорит:

— Напишите бумагу, что ознакомлены.

Написал. В конце добавил, что **не согласен** и буду обжаловать.

Грустно, если честно. Пришёл домой. Написал обращение в Контрольно-счётную палату — пусть проверят использование бюджетных средств. И в областную прокуратуру отправил, чтобы свою проверку провели.

Они, кстати, на копию никак не отреагировали. Отписка какая-то: «Приняли и всё». Получается, их такая проверка устроила.

Теперь ждать ответа. Мне интересно: сколько заплатили, как накажут заказчика, и как устранять будут.

Дальше — в Генеральную и Президенту. Может, ещё прямая линия будет — напишу.

Зачем я это делаю? Вера в закон и справедливость? Ну, как минимум, на следующий год побоятся срывать контракт. Слишком палевно будет. А может, из очереди уберут.

Делюсь опытом. Может, кому-то пригодится. Не так уж это и сложно, оказывается.

**А че так можно было?** (да, опять)

P.S. У меня есть наивная вера: если подняться выше, проблему можно решить. Те, кто ниже, не захотят брать чужие грехи на себя. И мне реально неприятно доставать этих девушек из прокуратуры. Они просто работают. Но что делать? Извечный русский вопрос: «Кто виноват?» и «Что делать?» — причём оба сразу. А я, как дурак, хожу и спрашиваю.

В 2026 году на благоустройство выделили уже 26 267 853,47 рубля. Подрядчик — ООО «СБ Капитал». Контракт от 20 апреля 2026 года. Срок —до 1 октября 2026 года.. Мы обрадовались. Ну, думаем, теперь-то заживём.

Лето. Начало

Приехал экскаватор. Выкорчевал бордюры. Накопал ям. Ну, думаю, началось! Даже фотки сделал, видео снял — думал, потом смонтирую, буду друзьям показывать: «Вот, смотрите, как наш двор преображается».

Июнь. Июль. Тишина

Завезли щебёнку. Потом песок. И всё. Тишина. Экскаватор уехал. Рабочие исчезли. Двор стоит разрытый, как после бомбардировки.

Август. Яма под новую дорожку

Разрыли пустырь. Асфальтовую дорожку сняли. Оставили яму. Типа «под новую». Только новой всё нет и нет. Зато на разрытом участке уже проросло дерево. Небольшое, но настоящее. Я не сажал. Оно само. Наверное, тоже в шоке от происходящего.

Август. Письмо на подъезде

Висит объявление от депутата. Текст примерно такой: «Обратился в администрацию. Там сказали, что у подрядчика финансовые проблемы. Контракт разорвали. Работы не ведутся».

Б###ть. Спасибо, кэп. Мы это и так видим. Ты лучше помоги в суд обратиться или заяву кинуть. Но нет. Хрена лысого. Депутат свою функцию выполнил — лицом поторговал, отчитался, ушёл в закат.

Октябрь. Пишу в прокуратуру

Ладно. Хватит ждать. Пишу заявление в районную прокуратуру. «Возможна коррупция, — говорю. — Обратите внимание. Проверку сделайте». На Госуслугах это заняло 5 минут. Но лучше через сайт — там больше знаков помещается, можно всё расписать.

И в областную прокуратуру написал. С фотографиями двора. Там реально дерево выросло. Небольшое, но уже заметное. То есть раскопали, имитировали работу — и всё. Контроля нет. Никто не проверяет. Никому не интересно.

Пришёл ответ

Прокуратура Заводского района рассмотрела. Признала: работы не ведутся. Нарушение сроков. Внесла представление подрядчику. Штраф — 5 000 рублей. И знаете, что самое прекрасное? «Будет вычтен из выплаченных средств».

ЧЕГО?! (тут должен быть мем с глазами по пять копеек)

Контора из Севастополя приехала в Орёл. Разрыла двор. Хрен куда вывезла бордюры и чернозём. Уничтожила асфальтовую дорожку. И получила деньги. Из которых заплатит 5 тысяч рублей штрафа. При контракте в 26 миллионов.

Это как если бы за угон самолёта выписали штраф за неправильную парковку.

А че так можно было?

В конце ответа приписка: «С материалами дела можете ознакомиться в прокуратуре района».

Ну ок. Сами предложили. Кто я такой, чтобы игнорировать? Пойду знакомиться. Посмотрю, как 26 миллионов превратились в разрытый двор, проросшее дерево и штраф в 5 тысяч.

Продолжение следует.

Национальный парк Крюгера, Южная Африка.

Фотограф Ilna Booyens.