Гостеприимство — самая благородная черта казахского народа. Накрыть для гостя богатый дастархан и предложить самое вкусное мясо — наша давняя традиция. Однако если преступить грань, любая традиция, даже самая хорошая, потеряет свое достоинство. И дело даже не в традициях, а в тех, кто ими пренебрегает.

Газета «Жас қазақ» подняла весьма необычную тему. Дело в том, что для сельских акимов «достойная» встреча важных гостей из районов и областей стала не проявлением традиционного гостеприимства, а тяжким бременем и обязанностью.

Часть зарплаты уходит на встречи и проводы

Газета рассказывает об одном таком сельском акиме в Западно-Казахстанской области, который,

устав от бесконечных встреч и проводов важных гостей, принял решение сложить свои полномочия

Крик души чиновников передали их жены в местную организацию «Акжайык — площадка справедливости». А глава этой организации Алия Салиева в свою очередь дала интервью телеканалу «Астана». Она рассказала, что

чиновники выше рангом собирают с окружных акимов либо деньги, либо убойный скот

А те вынуждены просить мясо у местных бизнесменов.

«Один раз у них попросишь, два, а на третий и четвертый приходится платить из своего кармана», — сетуют они.

Жены акимов пожаловались, что в конца весны и до начала осени не видят зарплаты своих мужей. Все деньги уходят на встречи и проводы «дорогих» районных и областных гостей

Автор материала пишет, что подобные проблемы существуют во всех регионах страны. Сельские чиновники вынуждены встречать богатым дастарханом важных приезжих, членов различных комиссий. Варятся казы-карта, жал-жая, дарятся чапаны и кладутся в карман немалые суммы. Главное, чтобы член комиссии остался сыт и доволен.

«Но что интересно, ведь этому их никто не учил, это запущенная версия казахского гостеприимства и легкий способ продвинуться по карьерной лестнице», — пишет автор статьи.

Встреть, покорми, развлеки

Также автор вспомнил случай, когда группе журналистов, находившихся в командировке в Баянауле, среди которых был и он, пришлось побывать в роли важного гостя. Местные сотрудники акимата изо всех сил старались угодить представителям акул пера. А в обед журналисты заметили, как те собирают деньги, чтобы накрыть дастархан.

В селах все решается через коррупцию, народ не против — обзор казСМИ

«Мы объяснили помощнику акима, что нам выделили командировочные, чтобы мы могли нормально поесть и поспать, поэтому накрывать стол будет лишним», — рассказывает журналист.

Видимо, это заявление было столь неожиданно для сотрудника акимата, что его глаза чуть не вылезли из орбит. Оказалось,

заезжие гости не только принимают как должное обильный обед, но и озвучивают какие-то свои предпочтения и личные просьбы

Под тем предлогом, что они из министерства или являются людьми какого-либо акима, они отправляют в Жасыбай целые семьи с детьми, особенно в летний период, и просят акиматовцев-сельчан встретить их по высшему разряду.

Эти же, отодвинув все дела, встречают отпрысков чиновников и устраивают им достойный отдых в Сабындыколе, Жасыбае, Торайгыре.

На встречи и проводы гостей уходит вся летняя зарплата.

«И причина ухода со своей должности акима в Жайыкском регионе — вот такое переходящее грань гостеприимство», — резюмирует автор.

ссылка на источник

Иркутская чиновница Ирина Алашкевич, которая прославилась записью ее описаний жертв наводнения, покинула свое место работы по собственному желанию. По итогам истории она написала развернутый пост, где извинилась перед теми, кого она оскорбила, обвинила автора записи в том, что он вырезал "поясняющие моменты" и обещала судиться с СМИ, которые ее оболгали.

Привожу целиком, так как Ирина Алашквевич боится, что и это ее заявление порежут на цитаты и вырвут из контекста.

Collapse

В субботу журналисты Рен-Тв обманным путем попали в мою квартиру. Выстроили сложносочиненную схему, чтобы застать меня врасплох и спросить под скрытую камеру: работаю я или в отпуске. В квартире нас было двое: я и моя дочь-подросток. Мы обе оцепенели от ужаса, когда поняли, кто стоит у нас в прихожей. Я, конечно, страшно испугалась за Веронику: стало окончательно понятно, что ни исполнители, ни заказчики не остановятся ни перед чем. Сюжет с кадрами проникновения в мой дом уже выдали в эфир. Мы с дочкой не спали всю ночь: напрочь пропало ощущение защиты дома.

И я думаю: а что они придумают дальше?

Подловят по дороге в поликлинику мою пожилую маму? Будут снимать на скрытую камеру? Или сунут микрофон под нос?

Проберутся в школу к дочери? Сфотографируют ее дневник? Или то, как она одета? Или будут вязаться к ее одноклассникам, чтобы выцепить пару слов для очередного сюжета на РЕН-ТВ про меня?

Что дальше придумаете, организаторы и заказчики?

Две недели я работала и жила в Тулуне. Я видела масштабы беды. Не дай Бог никому пережить то, что пришлось перенести людям. Когда не осталось даже фотографий о счастливой жизни.

За эти две недели чего только я не увидела: самоотверженность спасателей, отзывчивость волонтеров, стойкость людей, потерявших всю свою прошлую жизнь, которые пытаются всеми силами начать новую. Видела чиновников, не спавших по несколько суток. Но я видела и другую сторону этой трагедии. О ней говорят в кулуарах, шепчутся по углам. Это именно та правда, которой я делилась со своими коллегами. То, на что больно было смотреть.

Я видела, как человек набивал свой недостроенный сарай чужой испорченной во время наводнения мебелью и требовал необоснованных компенсаций.

Видела горы гуманитарной помощи, которую раскидывала определенная категория местных жителей. Видела очень много людей, которые пропивали всю свою материальную помощь. Видела людей, чьи дома вообще не пострадали, но они требовали выплат и гуманитарной помощи.

Видела людей, которые как на работу каждый день ходили за гуманитарной помощью, а потом сдавали ее в ближайший магазин. Я видела "ряженых" – в белых носочках и шляпках, которые пришли на встречу с президентом и жаловались, что не получили никакой помощи. А когда на следующий день мы попытались найти этих людей, чтобы помочь им решить их проблемы – мы не нашли их. Их больше никто нигде не видел, тулунчане этих людей не знали. Если рассказывать все, можно написать роман. Тулунчане и те, кто был там не дадут мне соврать.

Именно эту страшную картинку я обсуждала со своими коллегами. Да, эмоционально, может грубо – но эта та боль, которой мне хотелось поделиться. А вот кто и зачем записал этот разговор, да еще и смонтировал так как было выгодно, вопрос риторический.

Мне стыдно за журналистов, которые даже не пытались выяснить правду. А зачем? Ведь за это платят деньги. Не знаю, где на каких факультетах так учат журналистов, что они на размытом снимке могут определить марку часов и их стоимость. Могу любому из вас показать эти часы за 2 миллиона), купленные в обычном часовом магазине, стоимость которых 3 тыс рублей. Мой доход в пять миллионов, о котором упоминали некоторые СМИ, давно уже не доход, а расход. Потому что это доход от продажи квартиры в сама конце Ново-Ленино. Я продала ее в прошлом году, плюс взяла ипотеку и купила новую квартиру в обычной новостройке в Октябрьском районе. Дочь моя никогда в Израиле не училась. Более того, мы никогда с ней там вообще не были, хотя честно, давно мечтаем посетить эту страну. В погоне за сенсацией журналисты даже забыли мой номер телефона, чтобы позвонить и проверить эти факты. Их задача проста: затоптать человека, через него в очередной раз раскритиковать губернатора и его команду.

Чем выше ставки, тем страшнее война. Я не понимаю, за какие деньги человек должен писать 13-летней девочке, моей дочери, сообщения: твоя мать мразь и пусть она сдохнет от рака. Я не понимаю, что должно заставить человека караулить меня у подъезда и врываться в мою квартиру с вопросом в отпуске я или вышла на работу?

Я знаю, что в своих речах никого не оскорбляла, фразы повторюсь были вырваны из контекста. Да, выражения были сказаны сгоряча грубо, в сердцах, но все это потому, что две недели жизни в Тулуне дались непросто и оставили большой отпечаток в душе.

Сегодня я написала заявление об увольнении. Я приняла это решение, потому что поняла - от меня и от моей семьи не отстанут. Я не хочу быть разменной монетой в борьбе за губернаторское кресло. Так уж получилось, что паводок в Тулуне прошелся и по моей судьбе. Смыл мою прошлую жизнь, и я тоже не знаю, что будет в будущем. Но я точно знаю, никакая должность не стоит благополучия и спокойствия моей семьи. Прошу тулунчан простить меня от всего сердца. Эти слова были обращены не к вам. Жаль, что человек, который сделал эту запись обрезал в ней важные моменты, которые многое могли объяснить. Я предполагаю, что и этот мой текст разберут на части и на цитаты. Возможно, вырвут из контекста так, как им выгодно. Хочу поблагодарить всех, кто меня поддерживал все это время, это сотни людей. И сейчас, когда появилось свободное время, я займусь подготовкой исков к СМИ, которые бессовестно лгали все это время. Потому что безнаказанно это оставлять нельзя!

P. S.: специально не буду удалять комментарии ботов. Обратите внимание, сколько их набежало) люди продолжают зарабатывать деньги! Продолжают свою грязную травлю.

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1394487327...

Совсем недавно глава Россельхознадзора Сергей Данкверт откровенно заявил, что в ближайшие тридцать лет определенная часть жителей нашей страны будет вынуждена употреблять в пищу насекомых. Подчеркиваю, люди не просто поменяют свои гастрономические пристрастия, а «будут вынуждены». Как сказал чиновник: «Кто-то, возможно, будет есть то, что сделано из кузнечиков, а кто-то – из российской говядины». По его мнению, перспектива перехода на еду из насекомых не такая уж нереальная, поскольку «жизнь меняется очень быстро».

На первый взгляд, эти перлы звучат как очередное циничное откровение от государева мужа, потерявшего «берега» (в последнее время мы много чего такого наслушались). Однако на самом деле чиновник лишь непринужденно обозначил новый «гастрономический мейнстрим». По сути дела, он просто показал свою осведомленность в том, что уже происходит в мире и о чем говорят представители науки при обсуждении темы продовольственной безопасности. Кстати, о червях как источнике полезного белка время от времени высказываются и наши ученые. В этом плане они совсем не одиноки. На Западе сейчас всё громче и громче заявляют о необходимости заменить существующее животноводство как «технологию» получения продовольствия. Животноводческую отрасль обвиняют в ухудшении экологии, в растрате водных ресурсов, в выбросах парниковых газов, а также в жестоком обращении с животными.

В качестве альтернативы предлагают либо искусственное мясо из растительного сырья, либо съедобных насекомых и червей. Второе направление, как ни странно, уже превращается в доходный бизнес. Так, в Финляндии создаются фермы, где занимаются выращиванием сверчков. Число таких ферм уже приближается к сотне. Выращивают сверчков для еды также в Канаде и в США. Недавно этим делом занялись в Белоруссии. В Минске уже появилась первая сверчковая ферма. Там же, в Минске, есть бар, где сверчки входят в состав фирменных блюд. В Санкт-Петербурге одна молодая программистка, вдохновившись темой съедобных насекомых, создала у себя дома маленькую ферму по разведению личинок мучного жука. Как выясняется, из этих козявок готовили фрикадельки, их также жарили, делали с ними роллы и шаверму, добавляли в пасту, в салаты и супы.

Если порыться в Интернете, то таких примеров можно найти достаточно много. Причем, постоянно отмечается, что среди европейцев и американцев популярность еды из насекомых постоянно растет. Не исключено, что «застрельщиками» в этом деле выступают люди, сумевшие ознакомиться с примерами из Юго-Восточной Азии, где всяких букашек едят с далеких времен. Насколько этот пример станет заразителен для нашего общества? Можно ли рассчитывать на массовое приобщение к такому непривычному рациону (как думает руководитель Россельхознадзора)?

Понятно, что человек, воспитанный в духе европейских кулинарных традиций, вряд ли признает такую кухню нормальной для своего вкуса. Человек, с аппетитом поедающий жареных сверчков или личинок мучного жука выглядит в его глазах извращенцем. У хипстеров, морально готовых к подобным гастрономическим экспериментам, не самая лучшая репутация среди людей, преданных традиционному стилю жизни. А таких у нас, пока еще, – подавляющее большинство. Станет ли хипстерский пример достойным подражания? Иными словами, буду ли люди в случае удорожания традиционных продуктов переключаться на сверчков и червей, или начнут устраивать голодные бунты? Удержал ли их увещевания ученых, заявляющих о том, насколько полезна и питательна еда из насекомых?

В данном случае я не стал бы отвечать за большинство. Полагаю, что рациональные аргументы в вопросах «альтернативных» гастрономических предпочтений действуют только на тех, кто уже решился заглотить какую-нибудь жареную козявку. Кто испытывает к этому отвращение, тот наверняка воспримет подобные рассуждения как форменное издевательство. Вы, наверное, помните, из-за чего началось восстание на броненосце «Потемкин» - из-за супа, в котором плавали черви. Думаю, если бы судовой врач заявил матросам о том, что еда с червями весьма питательна и содержит ценные протеины, это сочли бы как откровенное оскорбление. Уверен, что большинство россиян примерно так и воспринимают подобные высказывания.

И все-таки, в каких масштабах возможно распространение столь непривычных продуктов в ближайшей перспективе? Обратим внимание на то, что мы отвергаем еду из насекомых не потому, что она противна на вкус, а в силу чисто психологического неприятия прыгающих и ползающих тварей. Сам внешний вид насекомых вызывает у нас отвращение. Ведь с таким же отвращением многие из нас воспринимают рептилий и земноводных. Как говорил один из героев чеховских «Мертвых душ»: «Мне лягушку хоть сахаром облепи, не возьму ее в рот, и устрицы тоже не возьму: я знаю, на что устрица похожа». В книге Джерри Хопкинса «Экстремальная кухня» приводится в качестве эпиграфа очень меткое высказывание Джонатана Свифта: «Человек, первым проглотивший устрицу, был храбрецом». А теперь устрицы, как вы знаете, - один из недешевых деликатесов.

Самое интересное, что еще с позапрошлого века некоторые энтузиасты пытались переключить внимание европейцев на новые источники пищи. Так, эксцентричный англичанин Френсис Бакленд, имевший богатый опыт по части дегустации блюд из самых разных созданий природы, пропагандировал в качестве альтернативы традиционной еде мясо тибетских яков, мясо евразийского бобра, попугаев, голожаберных моллюсков, кенгурятину, желе из морских водорослей, личинки тутового шелкопряда, сухожилия пятнистого оленя. Его имя вскоре после смерти было забыто, но дело продолжилось. По сию пору целые организации, патронируемые ООН, пытаются внедрить среди жителей западных стран непривычные продукты, желая сломить тем самым устоявшиеся гастрономические привычки. Как правило, все это осуществляется под благовидным предлогом (борьбы за экологию, за здоровье, за гуманизм). Правда, до последнего времени эти попытки не имели ни малейшего успеха. Простой американский обыватель предпочитал чипсам из сверчков и фрикаделькам из червей сочный стейк из говядины или хотя бы гамбургер с нормальной мясной начинкой.

Однако в наступившем столетии мы уже начинаем замечать некоторые подвижки на этом поле. Как я уже сказал выше, на Западе растет популярность еды из насекомых. Если стартапы со сверчковыми фермами становятся успешными, то, думаю, это говорит о многом. Кроме того, постоянное продвижение темы «альтернативных» продуктов в СМИ также сделает свое дело. Во всяком случае, подрастающее поколение будет относиться к такой еде намного лояльнее, чем их родители. Говоря о детях, необходимо учитывать и некоторые сдвиги в плане формирования эстетических оценок. Пятилетний ребенок, выбирающий в качестве любимой игрушки какого-нибудь ужасного человека-сколопендру, повзрослев, не побрезгует и рагу из личинок майского жука. Здесь всё взаимосвязано.

Чтобы представить себе динамику этого процесса, стоит привести некоторые аналогии. К примеру, в 1960-х годах громко рекламировали одежду из синтетических тканей. За нейлоновыми рубашками, например, молодые люди выстраивались в очередь. Синтетика в те годы была символом технического прогресса. Именно поэтому это было модно: если носишь нейлоновую рубашку, значит ты стильный, прогрессивный и успешный. Потом ажиотаж спал, и теперь мы столкнулись с прямо противоположной ситуацией: теперь одежда из синтетики стала атрибутом людей с ограниченными материальными возможностями, в то время как стильные и успешные демонстрируют свою приверженность к вещам из натурального материала.

С едой из насекомых может произойти примерно то же самое. Вначале на жареных сверчков создадут ажиотажный спрос со стороны тех, кто считает себя модным, прогрессивным, лишенным предрассудков. А спустя пару десятилетий окажется, что модные и прогрессивные переключились на говядину, в то время как поглощение козявок станет уделом людей с низкими доходами. Такое вот историческое сально-мортале происходило неоднократно, и в этом случае совсем не исключено, что прогнозы господина Данкверта сбудутся на все сто.

Константин Шабанов