В антикафе пристраивали отказных птиц, в основном взрослых, которых до этого содержали в одиночных клетках. Адаптация к жизни в стае вызывала у них стресс. Между птицами могли возникать разборки за место в иерархии, которые могли закончиться летально.

К сожалению, такая ситуация знакома, например голубеводам, где в голубятнях нередко голуби насмерть заклевывают новичков. Это обычное дело и в собачьих приютах.

Ситуация усугублялась тем, что в одном большом помещении содержались крупные и мелкие виды попугаев. В борьбе за лакомство крупные попугаи вполне могут напасть и довольно сильно травмировать попугаев более мелких видов.

Персонал в таких разборках мало что может сделать для защиты более слабых особей в той стадии, когда еще не нанесены травмы.

Однако, никаких законодательно утвержденных требований к содержанию птиц и других животных, которые каким-то образом предотвращают нанесение вреда жизни и здоровью животных в результате внутривидовых и межвидовых разборок не существует.

Есть только общие ветеринарные правила содержания (климат, корм, вода, прививки и т.п.).

Поэтому, в данном случае, скорее всего имеет место несчастный случай.

Более того, антикафе в настоящее время являются порой единственным местом, куда владельцы могут пристроить животных при вынужденном отказе от содержания и этим они спасают от выбрасывания на улицу и от гибели сотни и тысячи животных по всей России.

И обвинять организаторов и персонал антикафе в жестоком обращении с животными и в нарушении “правил ответственного содержания” по меньшей мере аморально.

Евгений Ильинский, Центр правовой зоозащиты

Видео: комментарий Евгения Ильинского радио Спутник и Москва 24.

Что случилось?

Гражданка Б. жила в таунхаусе и много лет конфликтовала с соседями из-за общего земельного участка и установленного на нем соседями забора.

Соседи при этом оказались людьми непростыми: жена была депутатом, а ее супруг — председателем муниципального комитета по имуществу.

Б. неоднократно писала жалобы по поводу забора, но на них либо не отвечали, либо отвечали, что нарушений нет. Б. решила, что соседи используют свое служебное положение и связи, чтобы избавляться от ее жалоб. Поэтому она решила жаловаться иначе.

Она написала, что соседи превышают полномочия, пытаются лишить ее собственности, самовольно передвинули забор, позорят имя известной политической партии и вообще попирают своим поведением нормы морали и нравственности.

Б. отправила эту жалобу сразу куда только могла: в Госдуму, партийные комиссии и приемные, муниципальную администрацию, прокуратуру, уполномоченному по правам человека и еще несколько организаций.

Но соседи о жалобах узнали и решили, что терпеть такое не будут. В итоге уже сама Б. стала фигурантом уголовного дела о клевете.

Что решили суды?

Суд пришел к выводу, что сведения о злоупотреблении соседями своими полномочиями не соответствовали действительности, порочили их честь и репутацию, а сама Б. прекрасно понимала, что распространяет ложную информацию.

Жалобы женщина отправляла через интернет, причем сразу нескольким адресатам. Суд посчитал, что таким образом клевета была совершена публично с использованием интернета.

В итоге Б. признали виновной по ч. 2 ст. 128.1 УК РФ и назначили штраф 600 тысяч рублей.

Апелляция и кассация приговор поддержали, а Верховный суд не стал рассматривать ее жалобу, сочтя, что нижестоящие инстанции все правильно решили.

Тогда она с последней надеждой обратилась в Конституционный суд.

Что сказал Конституционный суд?

Обращение гражданина в госорган — это реализация гарантированного Конституцией права. Причем неважно, отправлена жалоба на бумаге или через официальную интернет-приемную.

Если человек пишет конкретному государственному органу через предназначенный для этого официальный канал, такое обращение само по себе нельзя считать публичной клеветой только потому, что его отправили через интернет.

Более того, именно на госоргане лежит обязанность обеспечить конфиденциальность обращения и не допустить доступа к нему посторонних.

При этом Конституционный суд отдельно отметил: это вовсе не означает, что теперь в жалобах можно безнаказанно писать что угодно.

Если человек заведомо лжет исключительно для того, чтобы навредить другому, бесконечно рассылает одни и те же обвинения после проведенных проверок или использует обращения как средство давления, его можно привлечь к ответственности.

Но само направление жалобы через официальный сайт еще не делает ее публичной клеветой в интернете.

В итоге Конституционный суд направил уголовное дело на пересмотр (Постановление Конституционного суда РФ от 04.12.2025 N 43-П).

И лишь совсем недавно Верховный суд пересмотрел ее дело. ВС отменил приговор, уголовное дело прекратили за отсутствием состава преступления, а за Б. признали право на реабилитацию. На это у нее ушло 4 года.

Причем, как отметил ВС, выводы Б. о возможном использовании соседями служебного положения не были надуманными и имели под собой определенные основания, пусть и были предположениями. Однако клеветой это считать нельзя (Определение Верховного суда по делу N 4-УД26-3-К1).

Я не фанат фоток. За это мои посты надо обозвать враньём?

За то, что похожие фото, найденные из инета, были приложены.

Ну нет у меня мании на фото всего и всея!

Не удивлюсь, если тот, кто обвинил меня в недостоверности истории, у него найдется фотки чем он подтирается и что ест. и всё это запечатлено на фото или на видео.

Денег ни на что не прошу, на животных, которых уже нет, тем боле. Нельзя то то из прошлого вспомнить о пушистиках? Или о соседской кошке рассказать? Теперь без фото о собаках и кошках нельзя рассказать интересный случай своими словами? Везде ИИ людям мерещится.

Растолкуйте мне, новорегу, пикабушники! Правила прочитаны.

Одно дело читать и смотреть со стороны, другое, когда зарегаешься. Отношение такое, будто бы денег у этих людей клянчу на развлечения..

Рассудите по справедливости, старожилы сайта! Где правда и неправда моя.

Покупатель ставит 1 звезду и пишет отзыв, где прямым текстом заявляет:

«Фото товара подставные скорее всего как и эл чек. Ни в коем случае не имейте дело...»

То есть человек, без единого доказательства, на основании собственных фантазий о «ремонте» рабочего устройства, публично обвиняет меня в фальсификации документов (чека Ситилинка) и подлоге фотографий.

Реакция поддержки Авито:

Я естественно иду обжаловать этот отзыв. Прикладываю скриншоты чата, где покупатель сам пишет, что всё работает, прикладываю чек из магазина. Указываю на то, что обвинение в подделке чеков — это прямая клевета и обвинение в мошенничестве.

Ответ поддержки Авито просто гениален:

«Мы оставим отзыв, потому что в нём нет обвинений в мошенничестве... Покупатель высказал свое субъективное мнение. Понимаем, отзыв может звучать грубо или несправедливо, но любой человек имеет право на эмоции».

То есть, по логике Авито:

• Публично заявить, что продавец подделывает чеки магазинов и выкладывает чужие фото — это просто «субъективное мнение» и «эмоции».

• Нарушение правил самой площадки о запрете публикации недостоверной информации и клеветы — поддержка просто игнорирует, присылая шаблонные скрипты.

Уважаемый @Avito.official,@Авито, с каких пор публичное обвинение в фальсификации документов без каких-либо доказательств стало считаться «допустимым эмоциональным мнением»?

Прошу повторно рассмотреть ситуацию, изучить переписку в вашей же системе и удалить отзыв, содержащий прямую клевету и порочащий репутацию честного продавца.