Земля и Сталь. Часть 1 — Побег из ада
Пролог
Они очнулись посреди каннибальского лагеря. Не в клетках, не связанные — просто лежали на земле, среди костей и грязных тряпок. Как там оказались — непонятно. Вокруг орали, плясали, точили ножи. Воняло костром, тухлым мясом и потом. Где-то трещали дрова, и слышался хруст — кто-то грыз кость.
Они не сговаривались. Просто вскочили одновременно и рванули в разные стороны.
За каждым погналось по двадцать-двадцать пять человек. Каннибалов было реально дохуя. Они вопили, размахивали копьями, спотыкались, но не отставали. За Нагумо, среди прочих, бежал здоровенный вождь — самый жирный, с рогами на башке. Он орал громче всех и почти настигал.
Они забежали на чужую территорию — земли Верещащих бандитов. Те, завидев такую ораву, не растерялись. Началась дикая драка: каннибалы против визгливых. Визг стоял такой, что заложило уши. Верещащие почему-то не тронули ни Ала, ни Нагумо — может, не заметили, может, свои люди. Каннибалы отвлеклись, и оба смогли выскользнуть. Они бежали в одном направлении — на юг, хоть почти не видели друг друга в высокой траве.
Ала ранили в живот — кто-то из каннибалов достал его копьём, пока он удирал. Когда шум стих, он остановился, наложил бинты, перевёл дух. Нагумо бежал дальше. Его левая рука висела плетью и кровоточила. Он даже не чувствовал её. Он знал одно: если не добежит до людей, потеряет сознание посреди леса, и его сожрут. Он не видел Ала — всё время был впереди. Так они разделились окончательно.
На пути Нагумо попался ещё один лагерь каннибалов. Он успел заметить его издалека, нырнул в кусты и обошёл стороной. Почти заметили, но пронесло. Ал, перебинтованный и злой, перестал бежать и начал двигаться тихо — шаг, пауза, прислушался. Он пробирался через земли каннибалов, как мышь мимо кота. Тяпку держал наготове, но пока не пришлось.
А потом Нагумо выскочил на открытое место и напоролся на патруль. Каннибалов было больше десятка, среди них — два особо сильных, здоровенных, с окровавленными топорами. Голодные твари снова погнались за ним. И тут случилось странное. Нагумо, истекая кровью, с перебитой рукой, побежал быстрее их. Адреналин, ненависть, страх — что-то включилось в нём. Он бежал так, что каннибалы начали отставать, а сильные вожди пыхтели сзади, но не могли догнать. Он бежал в сторону опасного места — Берега Крабов или чего-то похуже. Но назад дороги не было.
А тем временем Ал, целый (кроме раны в животе) и с тяпкой, продолжал тихо идти на юг. Каждый шорох заставлял его замирать. Он думал о зелёных полях, о доме, о том, как будет сажать морковь. Но пока — только выживание.
Что в головах у героев
Ал Уэйн: «Где эта чёртова зелёная земля? Я хочу домой. Я хочу посадить морковь. И чтобы никто не пытался меня съесть».
Хадзимэ Нагумо: «Рука не работает. Всё остальное цело — повезло. Но я запомнил. Я запомню эти рожи. Я выживу и вернусь. И тогда… тогда они узнают, что кузнец опаснее воина. Никто не верил, что я могу сражаться? Увидят».
Пока он не может сделать протез — слишком рано. Но идея мести уже пустила корни. А врождённая тяга к кузнечному делу — единственное, что давало ему смысл раньше. Теперь она станет смыслом мести.