Голубая комната1
У моей бабушки всегда была страсть к накопительству дорогого барахлишка: неприкосновенная посуда в сервантах, миллион комплектов постельного белья и прочее. Их семья была довольно обеспеченной и могла себе позволить такие траты. Возможно, в советские времена подобное увлечение считалось престижным и модным, но уже тогда она немного с этим перебарщивала.
Смерть дедушки стала для неё большим эмоциональным потрясением, так как она не представляла своей жизни без него. Пустота в душе начала заполняться материальными ценностями. Свою роль сыграло и стремительное расширение ассортимента в 2000-х годах. В результате, бабушкино хобби вышло из-под контроля.
Она могла целый день просматривать журналы и выписывать понравившиеся вещи, а еженедельное паломничество почтальонов с коробками стало рутиной.
Она заказывала мебель, декор, кухонную утварь, бижутерию, косметику, БАДы, одежду, книги. Современные телемагазины с их товарами нервно курят в сторонке: было всё и даже больше. Со временем этого барахла стало так много, что оно даже не распаковывалось.
Из-за её увлечения постоянно возникали ссоры, вся семья пыталась её вразумить, но бабушка считала, что ей все завидуют, и страшно обижалась.
Естественно, ни с кем своими богатствами она не делиться не собиралась.
Но самое главное, у бабушки была ОНА – идея фикс о полностью голубой спальне. Сказано - сделано, бабушка приступила к скупке предметов интерьера для воплощения своей голубой мечты. Начать она решила конечно же с гжели. Что же это за спальня мечты без шкафа с посудой из бело-голубой керамики?!
Одними сервизами дело не ограничилось. Среди купленных изделий из гжели были: настенные часы, иконы, две люстры, три картины с пейзажами, две большие вазы, фигурки людей и животных (все 12 символов года по восточному календарю в том числе).
Всё это добро стояло в коробках, дожидаясь своего звёздного часа. И не дождалось. Бабушка умерла через шесть лет после деда. Уходила из жизни она не в небесно-голубых интерьерах, а в холодно-белых стенах больничной палаты.
После её смерти бóльшая часть «гжелевого наследия» и прочего барахла перекочевало к нам домой. Много чего выкинули, чем-то стараемся пользоваться (в основном это кухонные приблуды, и то далеко не все). Половина этого богатства так и лежит запакованным, хотя и прошло уже больше 15 лет.
Вот так безобидное на первый взгляд хобби в конечном итоге превратилось в откровенное помешательство.
И да, я до сих пор ненавижу гжель.