Глава 1⁠⁠

День 2. Курьерский День сурка и парад неглиже

Затишье на складе №6 затянулось до самого обеда. Бездушный робот Х6, по ходу, окончательно перегрузил свои кремниевые мозги: на парковке — ни одной живой души, двухколёсные подергунчики-конкуренты на своих лясиках вымерли как динозавры, а сборщики пакетов испарились в параллельные миры. Я сидел в тёмной кабине Фроськи, допивал остатки сладкого кипятка из тактического термоса и чувствовал себя единственным выжившим терминатором в курьерском постапокалипсисе.

Мудадзен требовал тактических действий, и я уже мысленно навострил лыжи до ближайшего зоомагазина — раздобыть контрабандные вонючие палочки для моего домашнего зоопарка: кошек Буси и Моли (кошку зовут Моль, епона мама нах!), и той-терьеров Фэтьки и Симки. Палочки эти, внешне напоминающие туго скрученный лопух, воняют так, что предохранители вышибает, но звери от них с ума сходят. Но сойти со слота и нарушить зону GPS — это верный кикоз, штраф и вылет со смены, так что пришлось положить двадцать первый палец боком на скуку и караулить базу в радиусе ста метров. Хотелось биться об дверь...

A ведь воевать с закрытыми дверями мне было не привыкать. Помню, на днях попалась мне настоящая, породистая Коза на одной хмурой улице. Заказ дохлый — пачка чая и рулон туалетной бумаги, фуфел полнейший! Звоню в домофон: пик-пик-пик. Тишина. Звоню на мобильный, а мадам мне томным голосом вещает: «Ой, а у нас домофон не работает, вы подождите у подъезда, там кто-нибудь выходить будет...». На улице сухой дождь моросит, солярка на холостых курлычет, таймер в телефоне лихорадочно тикает назад, а я должен у железной двери куковать, как сыч под деревом!

Мудадзен мой тогда треснул со звуком лопнувшего шланга. Я не выдержал, нажал на кнопку вызова соседней квартиры и как рявкнул слесарным басом в динамик: «Аварийка, открывайте!». Дверь пискнула в ту же секунду! Влетаю на этаж, Коза эта стоит на пороге, губы дует: «Почему так долго?». Я ей пакет в руки сунул и сдерживая внутреннего зверя побрел к лифту. На выходе из подъезда встретил одуванчика-бабулю, которая мне мило шепнула код от дрмофона. С тех пор блокнот на панели Фроськи лежит как главный тактический щит Цитадели Шестёрочки...

И вот ближе к вечеру пелена верблюжьей ноздри наконец-то лопнула, и робот Х6 выдал спаренный праздничный сюжет на Складе №6. На часах попёр самый плотный праздничный накат, и Цитадель закинула меня в самую суровую зону — две спаренные общаги-пятиэтажки местного гетто. Это был чертов лабиринт Минотавра! Номера комнат скачут как блохи на вше, табличек нет на всём этаже — полнейшая курьерская изоляция!

В багажнике серой Фроськи лежал пакет с праздничным фуфелом и тортиком, а на экране — комната 503. Я на чистом азарте взлетел по лестнице на пятый этаж левого крыла, отсчитал в темноте двери, ошибся, ёбен вагон! Надо в правое крыло пилить. Спустился, перебежал мокрый двор сквозь недержание неба, снова взлетел на пятый этаж правого крыла — ебут их в ухо, опять не то! Надо обратно в левое... Спина-пружина работала на уровне 5+, брюхо лихорадочно сжигало калории на ступеньках, а телефона клиента, как назло, в заказе не было!

Вдруг по тёмному общажному коридору плывёт местная деваха — губастая неимоверно! Я её суровым взглядом окропил и иду дальше. Деваха притормаживает и спрашивает писклявым голосом: «Вии ни в 503 квааартииру?». Я смотрю — а у неё в ноздре кольцо, а в нижней губе, которая во рту, вставлена целая штанга-гантелька с шариками по бокам. И этот писк сопровождается жутким металлическим звоном, будто бубенчики бьются об её зубы! Я говорю: «Да, туда!». Мадам зазвенела штангой: «Дак вон онаа, за углом и прямааа…». Препятствие было взято, тортик и килограммы фуфела были переданы строго в руки благодарному бате, а я полетел вниз, тихо хренея от общажной топографии и местных пирсинговых технологий.

Но расслабляться Цитадель не давала, и следующий сюжет закинул мою Фроську в закрытый жилой комплекс с глухими воротами. Мне страшно фортануло: на въезде какая-то машина открывала ворота, и я зашмыгнул внутрь быстрее ветра. Но радовался рано. Дверь в подъезд оказалась заперта на глухой, предательский замок! Епонский кикоз-перекикоз! Звоню клиентке в моднячий дом ру — а она мне в трубку натуральный куй кажет, домофон не работает, не подключили ещё. Пришлось включать партизанский дзен и долбить соседей по кнопкам. Кое-как прорвался, хотя жильцы пообещали в следующий раз спустить меня с лестницы — за#бал я их уже!

Захожу в тамбур на седьмом этаже (слава богу, лифт работал, а то ноги бы отвалились!), дверь квартиры распахивается, и… батюшки святы! Стоит блондинка в одной футболке и в труселях, которые ей даже до конца жопу не прикрывают! Я чуть у двери не присел, ебён-бидон! Барышни средь бела дня в неглиже по подъездам шастают, пипец! Сбросив пакет, я тихо окуевающим калом просочился обратно в лифт и смылся с этажа, как вода в унитазе.

А под самый занавес смены меня занесло на соседнюю улицу. Дверь открыла ещё одна милая леди, миниатюрная, ростом чуть выше моих титек, но в коротких серых шортиках и узком топике с таким вырезом, епона мама! Я вроде на женские прелести на работе не падок, чтобы уж прям слюна текла, но тут они как шарики, и соски торчат, как бородавки на жопе! Вся прям в улыбке: «Здрасьте, спасибо, до свидания…». Я уже в лифт заходил, а она всё чего-то бормотала вслед — то ли мне, то ли своим мыслям. Видимо, моя куртка и суровый взгляд вожака стаи её окончательно дезориентировали.

На базу я возвращался уже ночью. Шерсть на спине дыбом и вся мокрая, скакал по этажам как косуля раненая. В приложении горит абсолютный рекорд начала осени — 18 честно выполненных заказов! Копилка на новые права, аккум и домашний сочный звук разбухла немного. Дизель Фроськи на холостых бархатисто курлыкал, шурша как жареная картошечка с салом, напоминая, что эту смену мы всё-таки порвали!

Но радовался я рано. Жизнь уральского терминатора — она как задвижка на работе: чуть ослабил гайку, и тебя мгновенно зассикает суровой реальностью.

Едва я успел порадоваться вчерашней кассе и разбухшей кубышке, как Фроська вежливо напомнила, кто в доме хозяин. Подошёл жёсткий километраж по маслу — пришлось вынуть из копилки четыре рубля на свежую канистру и фильтр. Движек должен шуршать бархатисто, а на сухом пайке дизель далеко не уедет.

Но главный налёт на мою заначку совершила любимая супруга. Стоило ей краем глаза узреть экран моего мобильника с доходом от робота Х6, как дома мгновенно объявилось чрезвычайное положение. Финансовый план на Topla и новые права дал суровый крен — жена авторитетно заявила, что после такого адского марафона Вованыч обязан выставиться на сочный свиной шашлык и холодное пенное! Против лома нет приёма, копьё упало пушкой вниз, заначка планово опустошилась на мясо и уголь, а брюхо нафаршировалось калориями под завязку.

Это значило только одно — завтра утром, на третий день марафона, мне придётся рвать жилы в три раза злее. Я закину камуфляжный термос на панель, положу 21-й палец боком на утреннюю ломоту в спине и направлю морду Фроськи обратно на Склад №6. Надо возвращать уплывшие рубли обратно в копилку! Робот Х6 на входе встретит меня зловещим молчанием, и я ещё не догадываюсь, какой забористый курьерский триллер Цитадель приготовила мне на этот раз...