Фокус⁠⁠

Он стоял на сапе посреди огромного залива. Ветер дул прямо в лицо, как будто хотел проверить — насколько он серьёзен в своих намерениях. Вдалеке, на лодке, друзья ловили рыбу, точнее, безуспешно пытались ловить отсутствие рыбы.

— Слушай, — крикнул кто-то с борта, — ты уверен, что это безопасно?
Он махнул рукой, мол, всё под контролем. Хотя внутри уже начинал подозревать, что «контроль» — это понятие относительное.

Сап шёл неровно, будто сомневался в своём предназначении. Волны били по борту, ветер норовил повернуть доску боком, а лодки, проходящие мимо, оставляли за собой след в виде коварной зыби. Он то вставал, то садился, то ложился на сап, напоминая человека, который пытается найти смысл жизни на скользкой поверхности.

Но паники не было. За последние годы он научился разговаривать со своим страхом примерно так же, как с назойливым комаром: «Я тебя вижу. Да, ты неприятный. Но укусить не дам».

И в голове вдруг всплыло: “Единственное, чего стоит бояться — это самого страха.”
Франклин Делано Рузвельт. Иногда цитаты приходят, как старые друзья, не вовремя, но всегда к месту.

Ветер усилился. Сап вынесло уже в открытое море. Он встал на колени, чтобы выровнять курс. Вода шипела под доской, словно намекала, что лучше бы он сейчас сидел на берегу, пил чай и философствовал о спокойствии духа.

Но нет, ему понадобилось доказать, что он может. Не кому-то — себе. Потому что в сорок шесть лет иногда вдруг вспоминаешь, что жизнь не должна превращаться в список дел: дом, работа, отпуск, новый диван. Хочется движения. Пусть даже по воде.

Мысли шли волнами, как и положено мыслям. Он вспоминал, как двадцать лет подряд они с друзьями ездят на рыбалку. Каждый год — те же шутки, тот же чай в эмалированных кружках, тот же спор, у кого снасти круче. Меняются только волосы — из чёрных в серебряные.

Их компания держалась на редкой смеси иронии и привычки. Бывшие физматшкольники. А сейчас инженеры, айтишники, бизнесмены — люди, которые одинаково легко спорят о квантовой механике и о том, почему не клюёт. Обычно виноваты давление, фаза луны и, конечно же, «не та снасть».

На третий день рыбалки стало очевидно: рыба решила взять отпуск. Зато у него был сап.

И, как водится, в каждом взрослом мужчине живёт мальчишка, которому обязательно надо куда-то лезть, чтобы убедиться, что он ещё жив.

Он грёб дальше, чувствуя, как мышцы гудят, а мысли становятся тише.
Иногда приходилось падать на колени, иногда ложиться грудью на доску, чтобы не упасть. И в какой-то момент всё стало просто. Никаких мыслей, никаких целей. Только ветер, вода и равновесие.

Когда он наконец подплыл обратно к лодке, друзья встретили его криками.
— Герой! — сказал кто-то.
— Или дурак, — добавил другой.

Он улыбнулся. Обе версии подходили.
Пока пытался привязать сап к борту, внезапная небольшая волна подбросила его, и он неловко плюхнулся в воду. Холод пробрал до костей. Друзья на лодке гоготали, как стая чаек.

— Говорил же — безопасно, — крикнул он, выбираясь на борт.
— Конечно, — ответил кто-то, — особенно для наблюдателей.

Вечером, у костра, он снова вспоминал этот момент. Падение, холод, смех друзей. И подумал: может, смысл не в том, чтобы удержаться на плаву. Может, всё проще — важно, чтобы тебе действительно хотелось грести.

Пока хочешь — идёшь. А дорога сама решит, куда тебя вынести

Александр Васильев