Жизненные сложности никуда не делись
Этот пост будет меньше про химию и больше про остальную жизнь. Она никуда не делась. Машины ломаются, работать надо, в детский сад нужен скворечник. Просто теперь со всем этим приходится разбираться между курсами.
Но по порядку.
В прошлый раз я писал про укол для поднятия лейкоцитов. Поставили его в пятницу, а в понедельник меня накрыло. Пульсирующая боль в области таза — такая, что ни сидеть, ни лежать невозможно. Оставалось ходить, но и тут организм решил не облегчать задачу: ноги ломило тоже. В итоге спас парацетамол — отпустило достаточно, чтобы уйти в ночь. Во вторник этой боли уже не было.
Лейкоциты в итоге поднялись до неприличных значений. Задачу выполнили, претензии только к способу доставки.
Вообще этот период я назвал черной полосой. Еще до химии обрадовала машина жены — навернулась коробка. Предварительно ремонт в районе двухсот тысяч. Свою машину я уже загнал в гараж: зимой ездить не собирался. Она на механике, а жена на ней не умеет.
Расстроился я знатно. И потому, что без машины стало неудобно, и потому, что двести тысяч сейчас — сумма, от которой мне совсем не спокойно. Сижу, думаю про ремонт, прикидываю расходы. Потом ловлю себя на том, что давно уже думаю не про коробку, а про то, что будет, если в какой-то момент я не смогу работать.
Сама поездка на химию тоже не задалась. На прием пришел одним из первых, приняли последним. Как сработал этот корейский рандом, мне неизвестно. Видимо, порядок прихода был декоративным.
Потом выяснилось, что катетер забился и поставить через него химию не получится. Пришлось делать новую операцию. Все затянулось дольше, чем я рассчитывал, а место установки нового катетера болит до сих пор. Бесит. К этому моменту уже очень хотелось, чтобы хоть что-нибудь прошло без дополнительных приключений.
Еда в больнице по-прежнему отвратительная. В этом хотя бы есть стабильность. Дома я отъедаюсь и все чаще смотрю в сторону того, что мне не рекомендуют. Сегодня вот собираюсь купить сало, хлеб для тостера и, наверное, квашеную капусту.
Список рекомендаций у меня есть. Список того, что хочется съесть, — тоже. Совпадений все меньше. Говорю себе: организм требует. Хотя, возможно, организм ничего про сало не говорил, и это уже моя инициатива.
Но больше всего меня сейчас волнуют деньги. Точнее, тревога, что в какой-то момент семье станет тяжело, а я не смогу с этим ничего сделать.
Наверное, поэтому уже в пятницу, через день после химии, я набрал много работы. Два дня с утра до вечера проводил встречи. Жена ругает. К концу дня физически тяжеловато — хочется отбросить ноги. Зато морально становится спокойнее: я работаю, зарабатываю, могу что-то делать.
В третьем посте я писал, что мысли о заработке вымыло и осталось только желание выжить. Так вот, заработок вернулся пусть и не а том объёме . Видимо, голова немного освоилась с лечением и снова открыла остальные вкладки.
Я понимаю, что отчасти так справляюсь с тревогой. Но и работу свою я люблю. Мне важно встречаться с людьми, слушать, разбираться, быть полезным. Без этой части жизни мне было бы очень тяжело. Пока работаю, я увлечен тем, что происходит на встрече, и на какое-то время собственная болезнь отходит в сторону.
Сегодня выходной. Полдня делаем с дочкой скворечник для проекта в детский сад.
«Делаем» — это, конечно, некоторое преувеличение. Дочка помогает номинально, зато активно разбрасывает мой инструмент. Периодически приходится искать то, что только что лежало под рукой. Но это больше радости отца, чем проблемы.
Скворечник сам себя не сделает. Особенно с таким помощником.
