Моя жизнь покатилась под откос весной двадцать второго года. Именно тогда я, так сказать, сорвался в штопор. Поверьте, без этой предыстории вы не поймете то, что случилось дальше.
Я сидел в спортбаре с друзьями, мы смотрели бои UFC. Перед главным кардом мне пришла в голову идея собрать небольшой безобидный экспресс. До этого я ни разу в жизни не делал ставки и очень смутно представлял, как все устроено. Но я только что сдал экзамены, успел замахнуть уже рюмок пять или шесть, и мир казался таким прекрасным, полным возможностей... В общем, я подумал: «А почему бы и нет?».
В ту ночь я поднял из пятнадцати баксов больше двухсот. Но судя по тому, как я себя вел, можно было подумать, что я сорвал куш в двести миллионов. Кайф был невероятный. Намного острее, чем я ожидал.
Такого эйфорического пика я больше не испытывал никогда. Даже позже, когда мне доводилось выигрывать по-крупному и забирать в пятьдесят-шестьдесят раз больше поставленного, ничто не могло сравниться с тем самым первым разом.
И в этом была вся проблема. Моя тупая башка просто продолжала гнаться за тем первым ощущением.
Не сомневаюсь, что вам было бы любопытно послушать, но я не собираюсь расписывать все этапы своего падения в деталях. Просто поверьте на слово: все было очень хреново. Наверное, даже хуже, чем вы сейчас себе представляете. Сожженные мосты, проблемы с законом, постоянные прятки от назойливых коллекторов. Полный набор.
Единственное, почему я так долго умудрялся держаться на плаву — это моя работа. Мне повезло занять одно из тех теплых местечек, где тебе платят кучу денег просто за то, что ты сидишь в офисе и время от времени обновляешь какую-нибудь экселевскую табличку. Реальной работы там было от силы час в день.
Мне повезло туда устроиться, и еще больше повезло удерживаться там так долго. Поэтому, когда компания наняла внешних консультантов и начала «резать косты», у меня не было никакого права так сильно удивляться уведомлению в Teams от моего менеджера.
Выходное пособие мне выплатили вполне приличное. Угадайте, что я с ним сделал? На следующей же неделе я умудрился утроить эту сумму. На гольфе, мать его! Именно на гольфе.
Конечно, мне следовало остановиться прямо тогда. Обновить профиль на LinkedIn, почистить костюм, сходить на пару профессиональных встреч. Но нет, это было не для меня.
В моей голове отсутствие работы означало лишь одно: теперь у меня полно времени, чтобы стать профессиональным каппером. Каждую ночь я зарывался в статистику, глубокую аналитику, движение линий и даже — смешно сказать — в психологию спорта. Как там называется этот эффект, когда тебе кажется, что ты дофига умный, а на самом деле ни черта не смыслишь? Эффект Фредди Крюгера? Или как-то так?
Какое-то время дела шли сносно. Не то чтобы супер, но я выигрывал ровно столько, чтобы сводить концы с концами.
Но как-то ночью я знатно закинулся коксом и решил сделать неприлично крупную и абсолютно тупую ставку на один боксерский поединок. Она с треском провалилась. В отчаянной попытке хоть что-то отыграть я на следующий же уикенд собрал еще один безумный экспресс на бои. Думаю, вы без труда догадаетесь, чем все закончилось.
Когда четыре месяца назад меня уволили, у меня было 45 тысяч баксов чистыми сбережениями и всего 35 тысяч долгов. Сейчас на всех моих счетах в сумме осталось 27 долларов и 50 центов. О долгах я даже думать боюсь. И проверять не хочу. Лимиты по всем картам исчерпаны, кредитная история уничтожена, семья со мной больше не разговаривает, друзья перестали быть друзьями, а под окнами моего дома каждый день околачиваются типы, по лицам которых видно, что они очень любят ломать чужие пальцы. Иногда им удается просочиться в подъезд, и тогда они начинают бешено колотить в мою дверь. А мне приходится сидеть тише воды ниже травы и притворяться, что дома никого нет.
Когда я наконец пришел в себя и начал искать работу, я уже зарыл себя в такую глубокую яму, что выбраться из нее стоило бы титанических усилий.
Пару раз мне даже удалось дойти до собеседований, но до второго этапа дело так и не дошло. Наверное, я выглядел слишком задерганным, не знаю. Кстати, небольшое лирическое отступление: бесит ли вас так же сильно, как меня, этот дурацкий вопрос про пробелы в резюме? Да пошли вы на хрен, честное слово.
В общем, на интервью меня давно не звали, и на этом фронте никаких улучшений не предвиделось.
Несколько дней назад эти вышибалы попытались выломать мне дверь. И почти преуспели, но тут вышел мой сосед — старый вояка — и пригрозил прострелить им коленные чашечки, если они не уберутся ко всем чертям.
Тогда мне повезло. Но рассчитывать на везение вечно я не мог.
Так мы подошли к событиям вчерашнего вечера. Я нализался какой-то самой дешевой водки и решил пойти на весьма постыдный и нетрадиционный способ добычи денег.
А именно — использовать сгенерированные нейросетью слезливые истории, чтобы побираться на Реддите.
Да, знаю, я был в отчаянии и соображал туго.
Само собой, я не рассчитывал сорвать большой куш. Этого точно не хватило бы, чтобы покрыть хотя бы малую часть долга, но, может, набралось бы на то, чтобы на время откупиться от коллекторов. Да и что я терял?
У меня еще хватило ума почистить посты от характерных словечек ChatGPT, прежде чем раскидать их по всем подходящим сабреддитам.
Как и следовало ожидать, меня почти сразу раскусили. Баны сыпались один за другим. Но когда я уже готов был все бросить, мне в личку пришло сообщение. Цитирую его ниже:
«Привет. Меня зовут Скотт. Я видел твой пост. Дружище, это реально хреново. Правда. Я сам бывал в такой шкуре и, думаю, могу помочь.
Просто так отсыпать тебе денег я не могу, у самого не густо, но могу предложить быстрый и относительно беспроблемный способ подзаработать. Никакой дичи, криминала или интима, так что не переживай.
Мой знакомый руководит группой по управлению недвижимостью, которая владеет торговым центром. Ты ведь писал, где живешь, верно? Сам ТЦ находится неподалеку, так что ехать не слишком далеко. В любом случае, бензин тебе оплатят.
В общем, суть предложения такова. Дела у торгового центра идут не очень. Сейчас у многих ТЦ проблемы, но этот расположен в таком гиблом месте, что дела у него хуже, чем у остальных. Но по какой-то причине мой знакомый не готов от него отказаться. Ему даже не особо важно, чтобы ТЦ приносил прибыль. Он просто не хочет, чтобы здание закрыли и перепрофилировали под что-то другое. Черт его знает почему. Сам понимаешь, какие бывают причуды у богачей.
Слышал когда-нибудь о тайных покупателях? Звучит загадочнее, чем есть на самом деле. Это просто люди, которых нанимают ходить по магазинам и делать вид, что они обычные посетители.
Именно для этого он и набирает людей. Чтобы создать видимость жизни, показать, что ТЦ еще на плаву, и оттянуть неизбежный конец как можно дольше. Опять же — зачем это нужно, я не в курсе.
Тебе выделят определенное время, в течение которого ты должен просто бродить по ТЦ и делать все возможное, чтобы выглядеть как настоящий покупатель. То есть: заходить в магазины, рассматривать товары, перекусить на фуд-корте и все такое. Как только зайдешь внутрь, сразу поднимайся в «Старбакс» на втором этаже. Подойди к бариста и скажи, что ты «участник программы». Она выдаст тебе 100 долларов наличными. Эти деньги ты можешь тратить на что угодно, пока находишься там. Главное — потрать все до последнего цента. Не пытайся оставить сдачу себе. Они узнают.
Когда время выйдет, можешь просто уходить. Но упаси тебя бог уйти раньше. Повторюсь: они узнают. Чтобы получить оплату, ты должен отбыть там весь положенный срок. При желании можешь задержаться. Но ни секундой меньше. Я говорю совершенно серьезно. Буквально — ни секундой.
Оплата следующая: 250 долларов за каждый час пребывания там. Перевод придет сразу, как только ты выйдешь из здания. Если моему другу понравится твоя работа, сможешь приходить еще.
Дай знать, если тебе это интересно, и я вышлю подробности. Удачи».
Очевидный розыгрыш, да? Кто-то решил надо мной поугорать. Но я попытался представить, в чем тут может быть прикол, и ничего не придумал. Тогда я переключился на мысль, что это какой-то развод. Или что-то еще более гнилое.
Схема классическая: заманить человека в глухомань под предлогом легкого заработка. Причем сумма не настолько огромная, чтобы сразу заподозрить явную ловушку. Как по мне, 250 баксов в час за прогулки по ТЦ — это как раз на грани правдоподобия.
Но что они, блин, собираются со мной делать, когда я туда приеду? Ограбить? Они же знают, что я на мели, взять с меня нечего. Что еще у меня есть ценного? Органы? Может, меня похитят и запытают до смерти для трансляции в даркнете?
Думаю, я пишу все это в надежде, что перечитаю текст, и в голове что-то щелкнет. Что я наконец приду в чувство и осознаю, насколько это бредовая затея.
Потому что прямо сейчас, вопреки всякой логике, я всерьез обдумываю это предложение.
А все потому, что эти ублюдки опять ломятся ко мне в дверь.
На этот раз они стучали минут двадцать подряд. Так яростно, что я всерьез подумал: сейчас точно вынесут. Но обошлось. Очередное везение.
Я думал о том, чтобы поменьше сидеть дома. Тогда, если они ворвутся, мне не придется сломя голову бежать к пожарному выходу. Но куда мне податься? В библиотеку? В спортзал? Хотя, если дело дойдет до такого, мне все равно крышка. Это не жизнь.
Пытаюсь взвесить все «за» и «против». Могу ли я потерять что-то, кроме жизни? Разве дела могут быть еще хуже?
Один из тех, кому я торчу денег — парень по имени Ренцо. Мы познакомились в баре во время трансляции боя Альварес – Кроуфорд. Сколько прошло с тех пор, месяцев девять? Господи... В общем, я тогда пересекся с ним. Я был в стельку пьян и с самым уверенным видом посоветовал ему поставить на Кроуфорда все до последнего цента. Моя наглость пришлась ему по душе, и он так и сделал. Ну, может, и не последнее поставил, но куш зарядил солидный.
В ту ночь я принес ему отличные бабки. И сам неплохо поднял. А потом мы пили и пили, пока все не поплыло. Последнее, что я помню перед тем, как очнуться следующим утром в его квартире (нет, не то, о чем вы подумали), — это как мое лицо впечатывается в холодный бетон.
Я был в одежде, телефон и бумажник лежали в карманах. Я просто скрючился на диване, а половину лица жгло так сильно, будто под кожей что-то пульсировало.
Посмотрев на себя через фронталку телефона, я увидел, что щека распухла и покраснела, а царапины переплетались в сплошную кровавую сетку.
Тут в гостиную зашел Ренцо и сказал, что до сих пор поверить не может в то, что я вытворял прошлой ночью. Мол, ну ты и псих. Я понятия не имел, о чем он говорит, и не знаю до сих пор. Спрашивать не стал.
Вот так мы и познакомились. Позже я узнал, что он гоняет кокаин через границу в приличных объемах и сам плотно на нем сидит. А еще у него возле телевизора стоит стеклянная баночка с несколькими сморщенными человеческими ушами. Ренцо утверждает, что они принадлежали бандитам с Дикого Запада.
Любой разумный человек после такого насторожился бы и решил держаться от него подальше. Но не я. Я сделал худшее, что только можно было придумать.
Я занял у него денег. Всего около трех тысяч долларов. Кому-то из вас покажется, что это копейки, но когда имеешь дело с таким типом, даже лишний цент — это перебор.
Справедливости ради, он сам предложил. Сказал поставить их на то, что, по моему мнению, принесет прибыль. А выигрыш, мол, поделим пополам. Видимо, он решил, что я какой-то гений спортивных прогнозов и отлично понимаю, что делаю.
Мне стоило спросить, что будет в случае проигрыша, до того, как я взял деньги.
И я их слил. Все до последнего цента. Вернуть не смог ни доллара. Прятаться не стал, просто честно выложил ему все как есть. На что он улыбнулся и сказал, что все нормально. И дал мне неделю на возврат.
Эта неделя превратилась в месяц. Потом в два. А затем я начал просто внаглую от него бегать. Перестал брать трубку и постоянно озирался по сторонам на улице, высматривая его фигуру.
В конце концов у него, похоже, сорвало резьбу, и он натравил на меня своих громил. Так я и оказался в этой заднице.
Я вспомнил о Ренцо потому, что прямо сейчас это моя главная проблема. Сам он не отстанет, и если я в ближайшее время его не успокою, случится что-то очень страшное. И убежать у меня не выйдет.
Я только что позвонил ему. Извинился за то, что скрывался, и прямо спросил, сколько я должен ему отдать, чтобы закрыть вопрос, и чтобы он отозвал своих парней и оставил меня в покое.
Он назвал сумму: десять тысяч баксов. И добавил, что если денег не будет к следующему вторнику, он лично придет ко мне и вынесет дверь к чертям собачьим. Я могу пытаться сбежать из города или бежать в полицию — ему плевать, он все равно меня найдет. И когда найдет, сдерет с меня кожу заживо, а потом бросит в чан с кипящим маслом.
Я ответил «хорошо», забил ему стрелку в баре в следующий вторник в полдень и пообещал, что деньги будут. После чего повесил трубку.
И вот теперь у меня началась настоящая паника. То есть, я сомневаюсь, что у этого урода есть чан с кипящим маслом такого размера, чтобы туда влез человек, но вот в то, что он может содрать кожу заживо, я охотно верю.
Десять тысяч разделить на 250 — это сорок часов. До нашей встречи у меня есть около 170 часов.
Я только что отправил Скотту ответное сообщение. Написал, что ТЦ меня очень интересует. Посмотрим, что он ответит.
Ответ от Скотта пришел быстро. Он написал, что рад это слышать, и спросил, когда я могу начать. Я ответил: хоть сейчас. Потом поинтересовался, сколько часов он может мне выделить до вторника. Он сказал, что максимум тридцать пять. Я ответил, что мне кровь из носу нужно сорок, и спросил, нельзя ли что-то придумать. Он сказал, что нет, тридцать пять — это потолок, но он может замолвить за меня словечко и поднять ставку до 265 долларов в час. Тогда я попытался выбить 285 баксов, наплел, что это минимум, который спасет меня от выселения. Короче, попытался разжалобить.
Мы долго переписывались, но в итоге сошлись на компромиссе.
Затем он скинул мне адрес и велел быть там завтра ровно с двух до девяти вечера. Я поблагодарил его и выслал данные, которые он просил: имя, возраст, номер телефона и имейл. Больше ничего. Ни адреса, ни опыта работы, ни номера страховки. Даже фото документов не потребовалось.
С одной стороны удобно, с другой — подозрительно до жути. Я же мог оказаться ботом, откуда ему знать? Тревожных звоночков было столько, что хватило бы на целый оркестр.
Но выбирать мне не приходилось. Можно было, конечно, попытаться сбежать из города. Но далеко я бы не ушел. Да и добром бы это не кончилось.
Я написал, что буду. Спустя пару часов мне пришло еще одно письмо, на этот раз на электронную почту.
Пожалуйста, запомни одну вещь перед тем, как поедешь. Очень важно, чтобы ты изо всех сил старался вести себя как настоящий покупатель. С той самой секунды, как зайдешь внутрь, и до самого ухода. Если кто-то подойдет и спросит, что ты тут делаешь, отвечай, что пришел за покупками, в кино, перекусить или просто убиваешь время. Заготовь ответ заранее и говори четко, уверенно. Ни в коем случае не изображай оленя в свете фар. Будь спокоен и естественен. Не накручивай себя.
И пока ты там, сам никаких вопросов не задавай. Увидишь или услышишь что-то странное — просто не обращай внимания. Но если почувствуешь, что тебе грозит реальная опасность, не раздумывая уходи. За этот день тебе заплатят полностью. Если что-то случится, обязательно дай мне знать. Расскажи в подробностях, а я передам другу. Он любит быть в курсе таких вещей.
И еще кое-что, о чем мне стоило сказать сразу. Постарайся держать увиденное при себе. Не болтай лишнего. А если все-таки приспичит рассказать — я-то знаю, что ты наверняка не удержишься, — опускай детали. Знаю, звучит противоречиво, но мой знакомый предпочел бы, чтобы все осталось между нами. Удачи. Болею за тебя».
Вот такие дела. Не знаю, как к этому относиться, но стараюсь лишний раз не думать.
Я хотел черкнуть ему в ответ и спросить, о какой вообще «опасности» идет речь. Но потом решил: хрен с ним. Не плюй в колодец, из которого пьешь.
Время уже позднее, я пересматриваю «Во все тяжкие» по четвертому кругу. До выхода в ТЦ осталось около восьми часов. Надо бы поспать, чтобы завтра голова соображала. Но сердце колотится как сумасшедшее, и я чувствую, что уснуть сегодня будет непросто.
Я загуглил адрес — вроде бы вполне реальный, работающий торговый центр, даже отзывы есть. Ничего подозрительного, кроме местоположения. Минут двадцать пять езды от моего дома, на отшибе, куда общественный транспорт толком не ходит.
Думаю, денег на карте мне хватит ровно на то, чтобы залить бензина в бак до места и обратно. Больше ни цента. Так что если это окажется чьим-то тупым розыгрышем, мне крышка. Окончательно и бесповоротно.
С другой стороны, мне и так и так крышка. Даже если это ловушка, и как только я приеду, мне пустят пулю в лоб или похитят для пыток... Что ж, по крайней мере, мне больше не придется разбираться со всем тем дерьмом, которое ждет меня в будущем.
Если взглянуть на это под таким углом, я в любом случае остаюсь в выигрыше. На душе даже как-то полегчало.
Прямо сейчас я сижу в машине, и на меня нахлынуло странное спокойствие. Такого со мной давно не бывало. Может, это защитная реакция психики перед лицом неизвестности. А может, дело в коктейле из водки и «Ред Булла», который я только что осушил залпом.
Впрочем, какая разница. Главное — работает.
Парковка оказалась больше, чем я думал, и была заполнена примерно на одну пятую. Учитывая ее расположение, это довольно странно. Назвать это место глухоманью было бы преувеличением, но при беглом взгляде такое определение напрашивается само собой.
Никаких других зданий вокруг. Никаких признаков жизни. Только пустынное шоссе с одной стороны и густой лес — с другой.
В десяти минутах езды от города, прямо между серой промзоной и бесконечными полями. Ума не приложу, на какую целевую аудиторию рассчитывали создатели этого ТЦ.
Сейчас без десяти два. В голове роится куча мыслей, но мне удается их подавлять. Еще минут пять — и пойду внутрь.
Время начало девятого вечера. Я сижу на фуд-корте и тяну остатки молочного коктейля. Спокойствие как рукой сняло.
Тут чертовски странно. Просто до безумия. Я до сих пор пытаюсь переварить то, что видел.
Когда я вошел в здание (а я проследил за тем, чтобы переступить порог ровно в два часа), я сразу же последовал указаниям Скотта и поднялся на второй этаж.
На первый взгляд ТЦ выглядел вполне обычно. Стандартный набор магазинов: H&M, Foot Locker, Bath & Body Works, Sephora, лавки со сладостями, витрины с милыми, но бесполезными безделушками.
Людей было немного, но и сказать, что здание вымерло, нельзя — ощущения заброшенности не возникало.
Правда, само осознание того, что каждый прохожий наверняка торчит здесь по той же самой безумной причине, что и ты, изрядно напрягало. Поэтому я старался ни с кем не пересекаться взглядом.
Я довольно долго искал «Старбакс» и в итоге обнаружил его в самом углу, в конце длинной галереи с закрытыми и заброшенными витринами. Было такое чувство, будто его специально пытались спрятать. Хотя, возможно, это просто совпадение. Не буду пока скатываться в теории заговора.
Я зашел внутрь. Кроме бариста, там был только один посетитель: какой-то парень за столиком, перед которым лежал недоеденный сэндвич. На мое появление он никак не отреагировал — даже головы не повернул. Просто сидел и бессмысленно пялился вперед... на что-то. Я так и не понял на что. Может, на картину с абстракцией на стене?
Я подошел к бариста — коротко стриженной блондинке лет двадцати с небольшим. Дежурно улыбнулся, но в ответ не получил ничего. Да и плевать. Смутило меня другое: выражение ее лица. Она смотрела на меня так, будто я злейший враг человечества. Словно я только что на ее глазах прикончил с десяток щенят и заржал.
Я так растерялся, что напрочь забыл заготовленную фразу. Помявшись пару секунд и выдав что-то невнятное, я наконец вспомнил нужные слова и выпалил:
— Я... э-э... участник программы.
Она вздохнула и закатила глаза, после чего спросила, что я буду заказывать. Я тупо уставился на нее, не зная, что ответить, и наверняка выглядел как полный идиот. Я повторил, что я участник программы.
Она покачала головой и снова вздохнула.
— Сначала ты должен что-то купить, — прошептала она, прожигая меня взглядом. — Тебе разве не сказали?
Я покачал головой: нет, не сказали.
— Ты заказываешь что-нибудь, даешь мне наличные, а я выдаю тебе сдачу. Понятно?
В тот момент у меня закружилась голова. Я подумал: это вообще реально? Или я сплю?
— Так что заказывай и давай деньги, — продолжала она. — Любую купюру. Просто протяни мне наличку.
Я попросил черный кофе и полез в кошелек. К своему удивлению и облегчению, я нащупал там измятый однодолларовый банкнот. Я достал его и протянул ей. Она быстро выхватила купюру, бросила ее в кассу и выдала мне пачку новеньких хрустящих десятидолларовых банкнот. Я быстро пересчитал их. Всего десять штук — ровно сто долларов.
Я повернулся, собираясь уйти, но она окликнула меня и спросила, не забыл ли я кое-что. Я остановился, обернулся, и она принялась варить кофе. Двигалась она медленно, как будто через силу. Я заметил, что она прихрамывает.
На приготовление ушло несколько минут, после чего она протянула мне стаканчик, напоследок одарив меня свирепым взглядом.
Еще никогда в жизни я так не радовался уходу из «Старбакса».
Как я и говорил, творилась какая-то чертовщина. Но, как выяснилось позже, это было лишь верхушкой айсберга.
Я сделал глоток. Кофе оказался пережженным, просто отвратительным на вкус. Я выбросил стаканчик в урну и подошел к информационному табло со схемой ТЦ. Времени впереди было полно, так что я принялся изучать список заведений.
В итоге решил заглянуть в сетевой ресторанчик — выпить пару-тройку «Маргарит». Да, у меня проблемы с алкоголем, я знаю.
Я спустился на первый этаж, глядя прямо перед собой и стараясь не привлекать внимания. В какой-то момент я прошел мимо пожилой женщины лет шестидесяти-семидесяти. Мне стало любопытно: она тоже здесь ради денег? Или забрела сюда сама по себе? Мне даже захотелось спросить ее об этом прямо, но я вовремя передумал.
Дойдя до ресторанчика, я сразу направился к барной стойке и с удивлением обнаружил, что почти все места заняты. Это было определенно самое оживленное место во всем ТЦ. При этом за столиками в зале не сидело ни единого человека.
Компания подобралась пестрая. Мужчины, женщины, молодые и старые. Все выглядели изрядно пьяными и смотрели на меня со злобой, будто я вторгся на их священную территорию.
«Ну что ж», — подумал я. Похоже, здесь такие порядки. Я постарался не принимать это на свой счет.
Я присел с краю барной стойки, пытаясь поймать взгляд бармена. Это был парень лет тридцати, с густой бородой и тонкими, как спички, руками, сплошь покрытыми татуировками.
Минут через пять он наконец — весьма неохотно — посмотрел в мою сторону. И зашагал ко мне, очень медленно, будто намеренно растягивая каждый шаг.
— Чего надо? — только и процедил он с неприкрытым презрением.
Я ответил, что буду «Маргариту» и бутылку «Бадвайзера».
Какое-то время он продолжал молча сверлить меня взглядом. По его лицу казалось, будто я нарушил все мыслимые законы приличия, попросив налить алкоголь у барной стойки в гребаном ресторане. Наконец он шумно вдохнул носом, отвернулся и подошел к полкам с бутылками.
Я наблюдал за тем, как он плеснул текилы в стакан, бросил туда дольку лайма и небрежно долил спрайта, расплескав половину прямо на стойку. Затем он вернулся, грубо швырнул стакан передо мной и снова отошел.
На пиво он просто забил, а я не стал настаивать. Себе дороже.
Я сидел и медленно потягивал свой коктейль, глядя на экран телевизора, где крутили новости CNN. Впрочем, я их не воспринимал. Трудно на чем-то сосредоточиться, когда физически ощущаешь, как каждый взгляд в этом помещении буквально приклеен к тебе. Ты находишься в центре внимания, и причины для этого явно не из приятных.
Я допил коктейль и понял, что мне нужно повторить, чтобы поймать легкий расслабляющий кайф.
Снова попытался привлечь внимание бармена, но на этот раз он меня просто проигнорировал. Он стоял спиной к залу, прислонившись к полкам, и прикладывался к бутылке водки. Его заметно пошатывало — парень был в стельку пьян.
В какой-то момент такое обращение начинает задевать самолюбие. И это был как раз тот случай.
Я крикнул ему: «Эй, приятель, тут можно выпить в конце концов или нет?». Возможно, в моем голосе прозвучали излишне резкие нотки.
Но он даже не обернулся. Я огляделся по сторонам — и внезапно обнаружил, что на меня больше никто не смотрит. Словно все присутствующие разом договорились притвориться, что меня здесь нет.
— Да что с вами не так, люди?! — рявкнул я.
— Лично к тебе никаких претензий, приятель, — крикнул кто-то из глубины зала, я даже не понял кто. — Просто здесь сейчас слишком людно.
Я громко спросил, что это, черт возьми, должно значить.
— Сейчас пять часов вечера, вторник, — подал голос бармен таким тоном, будто разжевывал прописную истину. — Подумай сам. Откуда в ресторане столько народу? Во вторник? В пять часов? Включи голову. Если мы не распродадим запасы, никто из нас не получит деньги. Так что завязывай ныть и возвращайся, когда станет посвободнее.
Все мои дальнейшие вопросы остались без ответа. Я снова стал невидимкой. Я бросил десятидолларовую купюру на стойку, поднялся и вышел.
Следующие несколько часов я просто бродил туда-сюда. В голове стоял какой-то туман. Я все еще до конца не верил, что это не сон.
Я дошел до фуд-корта и перекусил в KFC. Парень за кассой не произнес ни слова, лишь молча кивал. А когда я откусил кусок курицы, то понял, что мясо внутри сырое. Пришлось объедать только прожаренные края.
Затем я заглянул в магазин спортивной одежды. Покрутился у вешалок с какими-то палеными куртками (на бирках было написано «Undre Armore»), которые, впрочем, по качеству мало чем уступали оригиналу. Я выбрал куртку и футболку. К моему удивлению, продавщица оказалась довольно приветливой и вела себя как нормальный сотрудник (а может, она и была настоящим сотрудником?).
После этой покупки у меня оставалось всего двадцать долларов. Я направился в кинотеатр. Там не было ни души, если не считать спящую в кассе женщину и уборщика, который лениво мел пол.
Электронное табло с расписанием сеансов зависло и жутко мерцало. Я подошел к уборщику и спросил, что сегодня показывают.
Он просто пожал плечами и сказал, что да все что угодно. Тогда я спросил, как купить билет. Он ответил, что нужно просто подойти к кассе и положить на стойку десять баксов, а потом идти в любой зал. Только попросил не будить Линдси, потому что спросонья она бывает жутко ворчливой, а ему не хочется выслушивать ее нытье.
Я расстался еще с одной десяткой и зашел в ближайший зал. Попал на последние две трети нового «Аватара» — того самого, где сюжет крутится вокруг племени огня.
В зале был только один зритель, сидевший где-то на передних рядах. Он сидел там еще до моего прихода и не шелохнулся даже после того, как фильм закончился и пошли титры.
Выйдя из зала, я зашел в туалет. Справил нужду, плеснул в лицо холодной водой и уставился на свое отражение в зеркале, глубоко дыша. К горлу подступала паника. А вместе с ней — и страх.
Когда я вытирал лицо, дверь крайней кабинки медленно приоткрылась. Я посмотрел туда. Дверь висела настежь, но изнутри никто не выходил. В щели снизу я разглядел пару грязных белых кроссовок.
Видимо, тот, кто их носил, просто стоял там и не двигался. От этой мысли по спине пробежали мурашки. Я поспешил убраться из туалета, поминутно оглядываясь, чтобы убедиться, что за мной никто не идет. К счастью, преследователей не было.
После этого случилось еще несколько странных вещей.
Я проходил мимо магазина электроники. Из-за прилавка выскочил невысокий пожилой китаец с широченной улыбкой и начал зазывать меня внутрь.
— Телефон, телефон! — повторял он. — Починить телефон!
Я ответил, что с моим телефоном все в порядке, и улыбка мгновенно сползла с его лица. Я проводил его взглядом: он зашел обратно в магазин, опустил защитные жалюзи и скрылся за ними. После чего внутри погас свет.
Еще там была женщина с металлическим подносом. Она предлагала «синнабоны». Правда, эти самые синнабоны представляли собой комки густой серой бурлящей жижи. Стоит ли говорить, что я вежливо отказался.
В какой-то момент меня накрыло. Кажется, это была паническая атака. Со мной никогда такого не случалось, но симптомы совпали: сдавило грудь, и накатило удушающее чувство первобытного ужаса.
Я нашел какую-то скамейку и сел. Открыл на телефоне дыхательную гимнастику на YouTube и попытался повторить. К моему удивлению, это помогло.
Я вернулся на фуд-корте и потратил последние десять долларов на большой молочный коктейль с арахисовой пастой в Baskin Robbins. В него было намешано еще полно всякой шоколадной дребедени.
И вот я здесь. Просто сижу и жду, когда стрелки покажут девять вечера, чтобы убраться ко всем чертям из этого проклятого места. Но сейчас мне уже лучше. Может, дело в сахаре и дофамине, но я пришел в норму. Настолько, что, кажется, смогу дотянуть до конца.
Твою мать. Ко мне идет какой-то парень.
Хорошая новость: я вернулся к себе в квартиру, живой и почти невредимый. Плохая новость: как бы сильно мне ни были нужны деньги, я не уверен, что смогу вернуться в то место.
Так вот, насчет того парня на фуд-корте. Молодой, лет двухсот. Высокий, худой, с обычной короткой стрижкой. С виду типичный студент. Он подсел ко мне и завел непринужденный разговор: как прошел день, вкусный ли коктейль и все в таком духе.
Сначала я пытался его игнорировать, но он показался мне вполне дружелюбным и адекватным, так что мне даже стало неудобно за свою грубость.
В общем, мы немного поболтали. Он представился Дэниелом, сказал, что раньше работал копирайтером, но его сократили около полугода назад, и с тех пор он сидит без дела. Вот и приходится подрабатывать здесь.
— А ты? — спросил он. — Что тебя сюда привело?
В ту минуту я расслабился настолько, что решил выложить ему всю правду. Рассказал про ставки, долги, коллекторов. Было даже приятно выговориться и излить душу первому встречному, так что меня понесло.
Я болтал без умолку, пока мой взгляд случайно не опустился на его обувь. На нем были изношенные, грязные белые кроссовки.
«Ладно», — подумал я. Мало ли совпадений. Да даже если это тот же самый парень из туалета, что с того?
Но тут я вспомнил письмо Скотта. А точнее — его строгие инструкции о том, как себя вести, если со мной заговорят. И меня окатило ледяной волной.
Я резко вскочил и сказал, что мне пора.
Он начал протестовать, уговаривал меня остаться. Сказал, что хочет мне кое-что показать.
Я ответил, что очень устал и мне правда нужно домой.
На его лице расплылась улыбка, обнажая ровные зубы, похожие на подушечки жвачки. Он растягивал губы все шире и шире, пока лицо не превратилось в жуткую маску. Это выглядело пугающе неестественно.
Он снова спросил, что я здесь делаю.
— За покупками пришел, — ответил я. — Просто хожу по магазинам.
Он указал на мои пустые руки и заметил, что у меня нет пакетов. Что же тогда я купил?
Я огляделся по сторонам и только тут вспомнил, что оставил пакет с вещами в туалете.
Он весело рассмеялся, но в этом смехе отчетливо слышалась неприкрытая угроза.
— Ты ведь здесь не ради покупок, верно? — спросил он. — Тогда зачем? Что ты здесь делаешь?
Я украдкой взглянул на экран телефона: без десяти девять. Я повторил, что мне нужно уходить, развернулся и зашагал к выходу. К моему ужасу, за спиной тут же раздались его шаги. Он шел вровень со мной.
Когда я подошел к дверям, то снова проверил время: без пяти девять. Я обернулся. «Дэниел» — или кем бы этот урод ни был — стоял в паре метров от меня.
— Тебе разве не пора домой? — спросил он, продолжая скалиться. — Дверь прямо перед тобой. Что же ты не уходишь?
К тому моменту я уже не скрываясь смотрел на телефон каждые несколько секунд. Он снова рассмеялся и сказал, что раз уж я не спешу домой, мне стоит пойти с ним и посмотреть на то, что он приготовил.
Ко мне снова вернулась паника. Пришлось приложить невероятные усилия, чтобы простоять на месте эти последние несколько минут. Они казались вечностью. Но я дал себе установку: рвану с места в ту же секунду, как только он дернется ко мне.
Я даже поймал себя на мысли: кого я боюсь больше — Ренцо или этого психа передо мной? Точного ответа я так и не нашел.
Пока секунды медленно утекали, он продолжал зазывать меня с собой, и в каждом его слове сквозила угроза. Его улыбка постепенно гасла, превращаясь в злобную гримасу.
Как только время на экране сменилось на 21:00, я рванул к выходу. Но далеко уйти не успел. Этот ублюдок вцепился мне в воротник и потащил обратно вглубь ТЦ.
Я попытался вырваться, но у этого чертова фрика была какая-то неестественная, железная хватка. Мне невероятно повезло, что на мне была старая, заношенная футболка, которая уже начала расползаться по швам. Я рванулся вперед еще пару раз, и ткань с треском порвалась. Освободившись, я прыгнул к выходу, толкнул стеклянную дверь и буквально вывалился наружу. Споткнувшись о собственные ноги, я с размаху приземлился локтями на бетон.
Руки пронзила острая боль — кажется, что-то хрустнуло. Но в ту секунду мне было плевать. Главное — чтобы Дэниел не затащил меня обратно.
Я вскочил на ноги и резко обернулся к дверям, готовясь... да черт знает к чему. Думал, он сейчас выскочит за мной, как разъяренный бык.
Но он остался внутри. Он стоял по ту сторону стекла, впечатавшись в него лицом, отчего его черты исказились в уродливую гримасу.
Он смотрел на меня широко раскрытыми, выпученными глазами и методично вылизывал стекло, водя языком по кругу. Словно в один миг забыл, как вести себя по-человечески, или ему просто стало плевать на маскировку.
Я застыл на месте и завороженно смотрел на него. Мне казалось: стоит мне шевельнуться, и он сделает то же самое.
Не знаю, сколько продолжалось это безмолвное противостояние, но мое сердце колотилось как бешеное — все быстрее и быстрее. Мне казалось, оно вот-вот разорвется.
Но в конце концов он ушел. Оторвал лицо от стекла, развернулся и просто зашагал в темноту торгового центра.
Меня согнуло пополам, я выплюнул немного желчи, глубоко вдохнул и побрел к машине — замерзший, без футболки. Солнце в этот момент как раз садилось за горизонт.
Я совсем не ожидал увидеть, что все мои шины проколоты. Все четыре колеса. Внутри у меня все оборвалось. Но стало еще хуже, когда я огляделся вокруг и понял: моя машина осталась единственной на всей парковке.
Я попытался вызвать такси через приложение, но связь здесь была настолько хреновой, что оно даже не загружалось. Можно было вернуться в ТЦ и поймать вайфай. Но к черту. Ни за что на свете.
Я просто прислонился к капоту и стал соображать, что делать дальше. Голова была абсолютно пустой.
До дома было около тридцати километров. Теоретически можно дойти пешком. Но главная проблема заключалась в том, что я не знал дороги. Был велик шанс, что я забреду в какой-нибудь соседний городок. Тем более в темноте.
К счастью, рисковать мне не пришлось.
Через пару минут входная дверь ТЦ распахнулась, и на улицу вышла женщина лет тридцати в джинсах и ветровке. Угрожающе она не выглядела, но к тому моменту я уже ждал подвоха от чего угодно, поэтому на всякий случай попятился.
Она прошла половину парковки, остановилась и посмотрела на меня. Казалось, она хочет что-то сказать, но она помедлила, отвела взгляд на секунду, а потом снова повернулась ко мне.
Наконец она крикнула, не подбросить ли меня.
Я ответил, что буду очень признателен, но попросил ее сначала доказать, что она не заодно с тем психом, от которого я только что сбежал.
Она сказала, что не имеет к нему никакого отношения, но понятия не имеет, как мне это доказать. И добавила, что ждать меня не собирается. Так что если мне нужно ехать, лучше решать быстрее.
Я задрожал от холода — на улице заметно посвежело. Она даже не спросила, почему я стою с голым торсом. Тогда я поинтересовался, где ее машина. Она велела идти за ней, но предварительно продемонстрировала закрепленный на поясе «Глок». Женщина предупредила, что не считает меня опасным, но выстрелит без колебаний, если я выкину какую-нибудь глупость.
Я заверил ее, что ничего такого не планирую.
Ее машина стояла примерно в полумиле от ТЦ, на лесной просеке, надежно скрытая от посторонних глаз.
Я спросил, почему она бросила машину так далеко, а не на парковке. Она ответила, что в самый первый раз, когда она оставила машину на парковке ТЦ после восьми вечера, ей порезали шины. Тогда я спросил, как долго она «работает» в этом месте. Она отрезала, что не хочет об этом говорить. И добавила, что предпочла бы ехать всю дорогу в тишине.
Так мы и поступили. Когда мы въехали в город, она высадила меня около станции метро. Денег на проезд у меня не было, но станция находилась совсем рядом с моим домом — минут десять пешком.
Я поблагодарил ее и вышел из машины.
Прежде чем она уехала, я спросил, как ее зовут. Она лишь покачала головой и сказала, что мне это ни к чему.
Вернувшись домой, я допил остатки водки из холодильника и отключился на диване. А когда проснулся сегодня утром, то увидел на телефоне уведомление от мобильного банка.
Мне пришел перевод на три тысячи долларов.
И еще одно письмо от Скотта.
«Привет. Я слышал, первый день выдался тяжелым, поэтому накинул сверху к обещанной сумме.
Сегодня график тот же. С двух до девяти вечера.
И еще, дружище: не забывай о том, что я тебе говорил. Ты там обычный покупатель. Вот и веди себя соответственно».
Сейчас половина одиннадцатого утра. Я просто лежу на диване и потягиваю томатный сок. Шевелиться совсем не хочется. И уж тем более — возвращаться туда.
Я прикинул в уме, насколько далеко смогу уехать на три тысячи долларов, если решу сбежать, и пришел к выводу: не особо. Затем попытался придумать другие способы раздобыть оставшиеся семь тысяч, но быстро понял, что обманываю самого себя.
Мне очень не хочется туда возвращаться.
Новые истории выходят каждый день
Озвучки самых популярных историй слушай 🎧
