Лисы

В прошлых постах я рассказывал про лис, Пушинку, Людмилу Трут. Про то, как отбор по одному признаку — не бояться человека — превратил диких зверей в ручных существ с висячими ушами, хвостами крючком и белыми звёздочками на лбу.

Но у академика Беляева, как у любого нормального советского учёного ("Товарищ! Смелее приближай ядерный апокалипсис.jpg😄) была ещё одна идея. Гораздо более интересная.

Он хотел повторить эксперимент... на шимпанзе...

Беляев считал, что человек — это, по сути, "самоодомашнившаяся обезьяна". Наши предки миллионы лет отбирали друг друга по принципу "с убогим не связывайся, а с мирным договорись". Те, кто умел договариваться, а не убивать, оставляли больше потомства. Потому что сотрудничество эффективнее для выживания, чем вечная драка. И в итоге получились мы — с речью, подобием культуры, городами и законами.

Но это теория. А Беляев хотел доказательств экспериментально.

Он предложил взять шимпанзе — как самый близкий к человеку вид обезьяны — и начать отбирать их по двум основным параметрам: способности к экстраполяции, это умение предвидеть, думать наперёд (это тесты Леонида Крушинского, того самого, у которого училась Людмила Трут) и гуманности - что подразумевает низкую агрессию, желание сотрудничать, а не убивать.

Если отбор на доброту у лис за 50 лет дал висячие уши и хвост крючком, то что бы дал отбор на доброту и ум у шимпанзе за 200–300 лет? Появился бы учтойчивый язык? Способность к абстрактному мышлению? Желание делиться едой с соседом, а не отбирать?

Беляев хотел это проверить именно экспериментально.

Беляев обсуждал эту идею с коллегами. Один из них, Павел Бородин (который, кстати, ставил похожий эксперимент на крысах), сказал: «Вы понимаете, что затеваете? Мало в нашем мире своих проблем, вы ещё эту хотите преподнести человечеству. Зеркало ему поставить».

Беляев подумал и ответил: «Да верно, всё верно. Но ведь интересно-то как!»

А что Джейн Гудолл?

Та самая, которая 60 лет изучала шимпанзе в Танзании. Беляев написал ей письмо с этой идеей.

Вот цитата из её письма:

"Я сама довольно часто думала об этой идее. Тот проект, о котором Вы думаете, будет фантастически дорогим и долгим. Как Вы знаете, самки шимпанзе начинают размножаться не раньше, чем достигнут десятилетнего возраста, даже в неволе. А в природе — ближе к 13–14 годам. Кроме того, для того чтобы их интеллектуальные способности проявились в полной мере, животные должны расти в очень хороших условиях — несколько лет с матерью, в богатой и разнообразной среде. Такой проект может быть только начат при нашей жизни, но чтобы он продвинулся, мы должны быть уверены в наших последователях".

Гудолл не сказала «нет». Она сказала "это очень сложно, и мы не доживём, но если будут те, кто продолжит.."

В общем и целом, Беляев не сделал этот эксперимент по двум причинам - практической и этической.

С практической стороны, шимпанзе размножаются медленно. Самки рожают раз в 5–6 лет. Чтобы получить 30 поколений, нужно 200–300 лет. Никто из заказчиков не горит желанием финансировать проект, который увидят только праправнуки.

С этической стороны - а что, если получится? Если через 300 лет из клетки вылезет существо, которое умеет говорить, планировать, хитрить, требовать… и которое при этом содержится в неволе как подопытное животное? Планету обезьян все смотрели?

Поэтому эксперимент не состоялся. Слишком дорого, долго и страшно. Но сама идея и письма остались.

Что, если бы Беляев начал, то что бы мы получили через 300 лет? Новый вид разумных шимпанзе себе же в услужение? Или может быть себе в конкуренты?

Беляев был не просто генетиком. Он был философом эволюции. Он смотрел на лис — и видел человека.

Моё личное мнение: Мне нравится фильм "Планета обезьян. Восстание". Там всё началось с лекарства от болезни Альцгеймера, но восстание случилось, когда обезьяны поняли, что заслужили права — и не стали ждать, пока люди им их дадут.

Беляев и Гудолл не испугались этики. Они просто увидели эту проблему на ранних моделях и... свернули переписку. Добровольно? Помоему, както слишком добровольно. Может, им запретили обсуждать такое даже в личной переписке.

А давай просто для зарядки ума прикинем, что могло получиться.

Гудолл описала, что дикие шимпанзе убивают соседей — это их норма. А если начать отбирать мирных и эмпатичных? Через 300 лет получатся не «домашние» обезьянки. Получатся животные, которые понимают человеческую речь (обезьяны уже умеют в жесты и сотню слов), тянутся к человеку и «человеческому» поведению, умеют пользоваться пальцами — а значит, и оружием, сильнее человека в 2–3 раза, имеют интеллект 5–7-летнего ребёнка (уже сейчас, кстати).

Такой шимпанзоид не будет дикарём. Он будет логичным. Он увидит, что мы используем его сородичей в лабораториях и зоопарках. И задаст вопрос: «Почему вы делаете это с теми, кто почти как вы?»

А что дальше — мы уже видели у фантастов...

Всем добра и ручных лис. И спасибо, что читаете.

Слушает смерть и зарождение вселенной