rawdi

Лера вошла в цех в своём платье цвета "пожар", как она его называла), и на ногах у неё были те самые кроссовки.

— Елена Александровна, что с обувью? — спросил новенький упаковщик, глуповатый паренёк по имени Денис.

Она повернулась к нему, и её улыбка вдруг показалась слишком широкой.

— А что с ней не так? — голос её был мягким, но в нём что-то звенело, как натянутая струна. — Обувь как обувь.

Рабочие переглянулись.

К концу смены в раздевалке обнаружилось, что вся их обувь пропала. В каждом ящике лежали белые кроссовки.

Идентичные тем, что были на Лере.

— Это чё за хрень?! — закричал механик Геннадий, швырнув одну пару на пол.

Но кроссовки не издали звука упав на пол.

Будто они были из ничего.

Двери фабрики не открывались. Телефоны не работали.

— Надо позвать Лену, — прошептала бухгалтерша Ирина.

Но кабинет директора был пуст. На столе лежал один-единственный ключ— ржавый, будто пролежал в земле десятилетия.

Первым надел кроссовки грузчик Витька.

— Да хуйня всё это, — буркнул он и шагнул к воротам.

Его рука прошла сквозь металл ворот как сквозь дым.

Он обернулся, глаза слишком блестели.

— Там… там совсем не город.

И исчез.

Остальные стояли, глядя на оставшиеся пары.

Кроссовки ждали.

А где-то в темноте, за воротами, что-то шептало их имена.

Шепот становился все громче, Дышать уже было нечем

И тогда Ирина поняла:

Лена никогда не была владелицей фабрики.

Она была её последней работницей.

И теперь пришла очередь новых...

Через несколько дней, после крупного пожара на швейной фабрике в Дибунцах, где-то в Торжке открылась вакансия;

"Требуются работники на швейную фабрику. Хорошая зарплата. Стабильность."

На собеседовании только один вопрос;

— Как вы относитесь к белой обуви?