Удивительная история о том, чего может достичь один человек !!!
Сегодня я расскажу вам одну историю. Это правдивая история о, казалось бы, обыкновенном человеке, который, движимый страстью и решимостью, уже совершил недосягаемое. Это история Давида и Голиафа нашего времени, и человек продолжает трудиться. Когда вы услышите эту историю, я думаю, вы согласитесь, что кто-то должен написать о нём книгу.
Имя нашего героя Стивен Флатов. Он является адвокатом по вопросам недвижимости в северной части Нью-Джерси. Он работает, в основном, из небольшого, захламленного офиса. Он высоко ценится в своей области, но не особенно хорошо известeн, просто зарабатывает на жизнь. Он известен, однако, в других кругах, как активист. Его мужество и решимость не имеют себе равных. Этот человек единолично восстал против величайших держав и не моргнул. Он бросил вызов Государственному департаменту, Министерству юстиции, судам и крупнейшим банкам мира. Он вышел из победителем, снова и снова и всё ещё не останавливается. Им движет любовь к своей дочери, которая была убита террористом-смертником двадцать лет назад.
Вот его история
Алиса Флатова была студенткой университета Брандеиз. Она выбрала семестр обучения за рубежом в Иерусалиме по программе обмена. Через несколько месяцев в Израиле, она и её соседки по комнате решили провести выходные на курорте на пляже в Газе. Это был 1995-й, вскоре после того, как в Осло было принято соглашение, и сектор Газа по-прежнему был под контролем Израиля. Теперь кажется непостижимым, но тогда люди привыкли отдыхать в Газе на курортах. По дороге на пляж в их автобус врезался фургон, заполненный взрывчаткой.
Террористическая группа "Палестинский исламский джихад" взяла на себя ответственность за убийство.
Погибли семь израильских солдат в автобусе. Алиса был тяжело ранена, но она умерла не сразу. Террористский автофургон был заполнен шрапнелью, которая взорвалась и осколками поразила через окна автобуса Алису в голову. Она была без сознания, но её тело было целым и невредимым. Врачи позвонили её отцу в Америку, и сказали ему немедланно приехать.
Когда он приземлился в аэропорту Бен-Гурион, правительственные агенты встретились с ним на взлетно-посадочной полосе, и сопроводили его прямо с самолета в больницу. К тому времени, когда он прибыл Алисе поставили диагноз: клиническая смерть. Врачи выразили соболезнования, и спросили отца, будет ли он готов пожертвовать её органы. Это был не простой вопрос. Семья Флатовых была ультра-ортодоксальной и они не были уверены, разрешено ли это еврейским законом. Родители позвонили своему раввину и спросили что делать. Он сказал им, чтобы они пожертвовали органы, что они и сделали.
Только этот акт милосердия стал сенсацией в Израиле. Чтобы понять его значение, мне нужно дать вам немного справочной информации.
Существует много еврейских законов и обычаев, чтобы воспрепятствовать донорство. Это была наша давняя традиция обращаться с телом как со святыней. Если следовать нашему обычаю, надо осторожно обмыть его и тщательно подготовить для захоронения целым и неизменным. Вот почему раввины вообще запрещают вскрытия. Но жертвование органов является особенным, представляя возможность сохранить жизни. По еврейским законам, сохранение человеческой жизни занимает особое место. Вы можете нарушить почти все остальные заповеди, если вы можете спасти жизнь. Таким образом, еврейский закон может не только позволить донорство органов, он требует его. Реформистские и консервативные раввины поощряют донорство органов, и в 1970-х, ортодоксальные раввины с этим согласились. Проблема была в том, что большинство евреев в Израиле не знали об этом. Темпы донорства органов были чрезвычайно низкими. Израиль был частью европейского консорциума наций совместного использования органов, но был исключён из-за слишком малого участия израильтян, которые не были зарегистрированы как доноры. Это было потрясающей иронией для нации известной как новатор передовых медицинских технологий.
Проблема была в том, что израильтяне знали о традиции хоронить тела нетронутыми и они не знали, что их раввины разрешили донорство органов. На протяжении 1970-х и 80-х годов, различные медицинские группы и правительство в Израиле пытались просветить общественность, но ничего не получалось - показатели донорства были ужасно низкими. Люди отчаянно нуждались в органах, но лишь немногие из них жертвовали. Это просто было непринято.
И тогда Флатовы предложили органы своей дочери народу Израиля. Новость попала в заголовки каждой газеты по всей стране. Её сердце, легкие, печень, почки, поджелудочная железа, и роговица смогли спасти шесть жизней в Израиле. Следует отметить, что по крайней мере один из получателей был палестинец. Народ Израиля были поражён, и благодарен.
Они чувствовали себя очень одиноко в своей с борьбе с терроризмом, а тут семья из Америки сделала такой жест. Они почувствовали, что мировая еврейская община была с ними. Мы стали едины. Через несколько дней премьер-министр Ицхак Рабин прибыл в Вашингтон и говорил перед собранием двенадцати тысяч американских евреев. То, что он сказал им будет напечатано во всех газетах Америки. Он говорил о том, что подарок Алисы предназначен для всего израильского народа. "Сегодня- сказал он, -ее сердце бьется в Иерусалиме."
После смерти Алисы, жизнь Флатовых была сокрушена. Мама Алисы ушла в себя и свой дом. Но отец, Стивен, решил принять меры, он хотел справедливости.
Было широко известно, что государство Иран было спонсором и оказывало финансовую поддержку Палестинскому исламскоу джихаду. Его злило, что Иран не нёс никакой ответсвенности. Они финансируют убийц моей дочери, и никто ничего не делал по этому поводу. Сам террорист был убит, за остальными террористами охотился Израиль. Стивен Флатов решил взять на себя роль обвинителя Ирана. Юрист по образованию, он добивался справедливости через суды. У него была блестящая идея: если он и другие жертвы террора смогут подать иск против Ирана, они смогут взыскать наказание с самого режима. Они бы доказали как дорого для государства быть спонсором террора, и тогда, возможно, Иран будет думать дважды прежде чем делать это снова.
Но существует проблема. Законы США не позволяют частным гражданам судить иностранные правительства, это запрещено. Стивен Флатов отправился в Вашингтон, чтобы изменить закон. Его сенатор, еврей Франк Лотенберг случайно оказался в Израиле на момент смерти Алисы и приняв близко к сердцу несчастье семьи разработал законопроект. Флатов свидетельствовал перед Конгрессом, и даже получил поддержку президента Клинтона. Конгресс принял Закон о борьбе с терроризмом в 1996 году, чтобы сделать исключение в многолетнем законе. В случаях финансовой поддержки государством террора, отдельные граждане США могут судить эти иностранные государства о возмещении материального ущерба в американских судах. Это была первая победа, но суды её не поддержали.
Итак, вернувшись в Вашингтон он стал бороться за новый закон, письменное решение, предназначенное специально для переопределения возражения в суде. Он снова подал в американский суд на государство Иран. Но в это время, один из его союзников стал противником. Администрация Клинтона началa воспринимать Флатова как вмешательство в его дипломатию. Белый дом был против Ирана, но они не хотели позволить Флатову диктовать условия. Так Министерство юстиции США вмешалось, и на самом деле подало краткую записку в поддержку Ирана и против жертв террора.
Ещё раз, Флатов вернулся в Конгресс и на этот раз он получил третий закон, на этот раз зубастый, который дал гражданам еще больше прав судить иностранные правительства.
Наконец, в 1997 году, справедливость восторжествовала. Суд вынес решение в пользу Флатова против Ирана. Семья получила $26 млн в качестве компенсации ущерба, и более $200 млн в штрафных убытках.
Но вопрос был едва решён. Как вы взыщете деньги у государства-изгоя? Они не платили. Стивен Флатов разработал план. Поскольку Соединенные Штаты оборвали дипломатические отношения с Ираном после восхода аятолл, посольство Ирана в Вашингтоне и резиденция посла Ирана были под контролем правительства Соединенных Штатов. Государственный департамент переводит их в доверительное управление с целью возвращения их в Иран когда-нибудь, когда отношения возобновятся. Стивен Флатов был обладателем постановления, которое говорило, что иранское правительство задолжало ему $247 млн. Он стремился овладеть посольством и резиденцией - имущества, принадлежащего Ирану. Государственный департамент отказался. Они опасались, что, если Соединенные Штаты конфискуют недвижимость суверенного государства, наши посольства и недвижимость за рубежом будут под угрозой.
Вместо этого, они заплатили Флатову $20 млн из средств США с пониманием, что Соединенные Штаты вернут эти деньги от Ирана, когда-нибудь.
Стивен Флатов был в ярости. Его целью было не получить деньги.
Его целью было заставить Иран зарплатить, чтобы они прекратили финансировать террор. Он выиграл в суде и он получил деньги, но Иран не заплатил ни цента. А это приводит к третьей главе этой удивительной саги.
Стивен Флатов не сдавался. Он начал искать другие активы в США, которые были собственностью правительства Ирана. Официально не было ни одного. США проводило санкции запрещающие Ирану любой бизнес в Соединенных Штатах, или тем, кто имеет бизнес с Ираном в Соединенных Штатах. Но у Флатова были подозрения, что благотворительный фонд в Нью-Йорке был на самом деле фронтом отмывании денег для иранского режима. Почему бы иранцы проводили свои деньги через Нью-Йорк? Поскольку финансовые обмены там, и вы не можете сделать что-нибудь на международном рынке минуя биржу Нью-Йорка.
Иранская экономика, её разработка ядерного оружия, её спонсорство Хизбаллы и других джихадистких групп - все необходимые перемещения денег в валюте, ей нужен был тайный плацдарм в Нью-Йорке.
Алави Фонд был создан несколько десятилетий назад шахом чтобы содействовать иранской культуре за рубежом. Им принадлежит блестящий небоскреб на 5-й авеню в Манхэттене, между Рокфеллер цен
Имя нашего героя Стивен Флатов. Он является адвокатом по вопросам недвижимости в северной части Нью-Джерси. Он работает, в основном, из небольшого, захламленного офиса. Он высоко ценится в своей области, но не особенно хорошо известeн, просто зарабатывает на жизнь. Он известен, однако, в других кругах, как активист. Его мужество и решимость не имеют себе равных. Этот человек единолично восстал против величайших держав и не моргнул. Он бросил вызов Государственному департаменту, Министерству юстиции, судам и крупнейшим банкам мира. Он вышел из победителем, снова и снова и всё ещё не останавливается. Им движет любовь к своей дочери, которая была убита террористом-смертником двадцать лет назад.
Вот его история
Алиса Флатова была студенткой университета Брандеиз. Она выбрала семестр обучения за рубежом в Иерусалиме по программе обмена. Через несколько месяцев в Израиле, она и её соседки по комнате решили провести выходные на курорте на пляже в Газе. Это был 1995-й, вскоре после того, как в Осло было принято соглашение, и сектор Газа по-прежнему был под контролем Израиля. Теперь кажется непостижимым, но тогда люди привыкли отдыхать в Газе на курортах. По дороге на пляж в их автобус врезался фургон, заполненный взрывчаткой.
Террористическая группа "Палестинский исламский джихад" взяла на себя ответственность за убийство.
Погибли семь израильских солдат в автобусе. Алиса был тяжело ранена, но она умерла не сразу. Террористский автофургон был заполнен шрапнелью, которая взорвалась и осколками поразила через окна автобуса Алису в голову. Она была без сознания, но её тело было целым и невредимым. Врачи позвонили её отцу в Америку, и сказали ему немедланно приехать.
Когда он приземлился в аэропорту Бен-Гурион, правительственные агенты встретились с ним на взлетно-посадочной полосе, и сопроводили его прямо с самолета в больницу. К тому времени, когда он прибыл Алисе поставили диагноз: клиническая смерть. Врачи выразили соболезнования, и спросили отца, будет ли он готов пожертвовать её органы. Это был не простой вопрос. Семья Флатовых была ультра-ортодоксальной и они не были уверены, разрешено ли это еврейским законом. Родители позвонили своему раввину и спросили что делать. Он сказал им, чтобы они пожертвовали органы, что они и сделали.
Только этот акт милосердия стал сенсацией в Израиле. Чтобы понять его значение, мне нужно дать вам немного справочной информации.
Существует много еврейских законов и обычаев, чтобы воспрепятствовать донорство. Это была наша давняя традиция обращаться с телом как со святыней. Если следовать нашему обычаю, надо осторожно обмыть его и тщательно подготовить для захоронения целым и неизменным. Вот почему раввины вообще запрещают вскрытия. Но жертвование органов является особенным, представляя возможность сохранить жизни. По еврейским законам, сохранение человеческой жизни занимает особое место. Вы можете нарушить почти все остальные заповеди, если вы можете спасти жизнь. Таким образом, еврейский закон может не только позволить донорство органов, он требует его. Реформистские и консервативные раввины поощряют донорство органов, и в 1970-х, ортодоксальные раввины с этим согласились. Проблема была в том, что большинство евреев в Израиле не знали об этом. Темпы донорства органов были чрезвычайно низкими. Израиль был частью европейского консорциума наций совместного использования органов, но был исключён из-за слишком малого участия израильтян, которые не были зарегистрированы как доноры. Это было потрясающей иронией для нации известной как новатор передовых медицинских технологий.
Проблема была в том, что израильтяне знали о традиции хоронить тела нетронутыми и они не знали, что их раввины разрешили донорство органов. На протяжении 1970-х и 80-х годов, различные медицинские группы и правительство в Израиле пытались просветить общественность, но ничего не получалось - показатели донорства были ужасно низкими. Люди отчаянно нуждались в органах, но лишь немногие из них жертвовали. Это просто было непринято.
И тогда Флатовы предложили органы своей дочери народу Израиля. Новость попала в заголовки каждой газеты по всей стране. Её сердце, легкие, печень, почки, поджелудочная железа, и роговица смогли спасти шесть жизней в Израиле. Следует отметить, что по крайней мере один из получателей был палестинец. Народ Израиля были поражён, и благодарен.
Они чувствовали себя очень одиноко в своей с борьбе с терроризмом, а тут семья из Америки сделала такой жест. Они почувствовали, что мировая еврейская община была с ними. Мы стали едины. Через несколько дней премьер-министр Ицхак Рабин прибыл в Вашингтон и говорил перед собранием двенадцати тысяч американских евреев. То, что он сказал им будет напечатано во всех газетах Америки. Он говорил о том, что подарок Алисы предназначен для всего израильского народа. "Сегодня- сказал он, -ее сердце бьется в Иерусалиме."
После смерти Алисы, жизнь Флатовых была сокрушена. Мама Алисы ушла в себя и свой дом. Но отец, Стивен, решил принять меры, он хотел справедливости.
Было широко известно, что государство Иран было спонсором и оказывало финансовую поддержку Палестинскому исламскоу джихаду. Его злило, что Иран не нёс никакой ответсвенности. Они финансируют убийц моей дочери, и никто ничего не делал по этому поводу. Сам террорист был убит, за остальными террористами охотился Израиль. Стивен Флатов решил взять на себя роль обвинителя Ирана. Юрист по образованию, он добивался справедливости через суды. У него была блестящая идея: если он и другие жертвы террора смогут подать иск против Ирана, они смогут взыскать наказание с самого режима. Они бы доказали как дорого для государства быть спонсором террора, и тогда, возможно, Иран будет думать дважды прежде чем делать это снова.
Но существует проблема. Законы США не позволяют частным гражданам судить иностранные правительства, это запрещено. Стивен Флатов отправился в Вашингтон, чтобы изменить закон. Его сенатор, еврей Франк Лотенберг случайно оказался в Израиле на момент смерти Алисы и приняв близко к сердцу несчастье семьи разработал законопроект. Флатов свидетельствовал перед Конгрессом, и даже получил поддержку президента Клинтона. Конгресс принял Закон о борьбе с терроризмом в 1996 году, чтобы сделать исключение в многолетнем законе. В случаях финансовой поддержки государством террора, отдельные граждане США могут судить эти иностранные государства о возмещении материального ущерба в американских судах. Это была первая победа, но суды её не поддержали.
Итак, вернувшись в Вашингтон он стал бороться за новый закон, письменное решение, предназначенное специально для переопределения возражения в суде. Он снова подал в американский суд на государство Иран. Но в это время, один из его союзников стал противником. Администрация Клинтона началa воспринимать Флатова как вмешательство в его дипломатию. Белый дом был против Ирана, но они не хотели позволить Флатову диктовать условия. Так Министерство юстиции США вмешалось, и на самом деле подало краткую записку в поддержку Ирана и против жертв террора.
Ещё раз, Флатов вернулся в Конгресс и на этот раз он получил третий закон, на этот раз зубастый, который дал гражданам еще больше прав судить иностранные правительства.
Наконец, в 1997 году, справедливость восторжествовала. Суд вынес решение в пользу Флатова против Ирана. Семья получила $26 млн в качестве компенсации ущерба, и более $200 млн в штрафных убытках.
Но вопрос был едва решён. Как вы взыщете деньги у государства-изгоя? Они не платили. Стивен Флатов разработал план. Поскольку Соединенные Штаты оборвали дипломатические отношения с Ираном после восхода аятолл, посольство Ирана в Вашингтоне и резиденция посла Ирана были под контролем правительства Соединенных Штатов. Государственный департамент переводит их в доверительное управление с целью возвращения их в Иран когда-нибудь, когда отношения возобновятся. Стивен Флатов был обладателем постановления, которое говорило, что иранское правительство задолжало ему $247 млн. Он стремился овладеть посольством и резиденцией - имущества, принадлежащего Ирану. Государственный департамент отказался. Они опасались, что, если Соединенные Штаты конфискуют недвижимость суверенного государства, наши посольства и недвижимость за рубежом будут под угрозой.
Вместо этого, они заплатили Флатову $20 млн из средств США с пониманием, что Соединенные Штаты вернут эти деньги от Ирана, когда-нибудь.
Стивен Флатов был в ярости. Его целью было не получить деньги.
Его целью было заставить Иран зарплатить, чтобы они прекратили финансировать террор. Он выиграл в суде и он получил деньги, но Иран не заплатил ни цента. А это приводит к третьей главе этой удивительной саги.
Стивен Флатов не сдавался. Он начал искать другие активы в США, которые были собственностью правительства Ирана. Официально не было ни одного. США проводило санкции запрещающие Ирану любой бизнес в Соединенных Штатах, или тем, кто имеет бизнес с Ираном в Соединенных Штатах. Но у Флатова были подозрения, что благотворительный фонд в Нью-Йорке был на самом деле фронтом отмывании денег для иранского режима. Почему бы иранцы проводили свои деньги через Нью-Йорк? Поскольку финансовые обмены там, и вы не можете сделать что-нибудь на международном рынке минуя биржу Нью-Йорка.
Иранская экономика, её разработка ядерного оружия, её спонсорство Хизбаллы и других джихадистких групп - все необходимые перемещения денег в валюте, ей нужен был тайный плацдарм в Нью-Йорке.
Алави Фонд был создан несколько десятилетий назад шахом чтобы содействовать иранской культуре за рубежом. Им принадлежит блестящий небоскреб на 5-й авеню в Манхэттене, между Рокфеллер цен