TheShepherd

БЛАФ.

Живу в Штатах, хочу объяснить, откуда вся эта чехарда с личными данными. Мы, как пользователи, не имеем никакого контроля за нашими личными данными. Крупный бизнес обладает ими в полном объеме и активно использует, за счет легальных лазеек. Это страшно, потому что дает большую власть над обществом. Власть не ограниченную ничем, кроме этических установок людей, принимающих решения.

О себе.

Мне около 30. Я живу в США уже несколько лет и учусь в том, что мы привыкли называть "аспирантурой" одного из топ10 университетов США. Я презренный экономист и занимаюсь теорией игр, стратегиями и стратегическим моделированием динамических систем.

Немного о торговле.

Наверняка многие из вас слышали о компании Амазон. Не только и не просто ретейлер, но и разработчик игр, издатель фильмов и сериалов, производитель космических аппаратов, поставщик органических продуктов к вашему дому, разработчик "умных домов", стриминг-сервис, киборгизированные искусственные конечности, стриминговое телевидение и музыка, и... и... Да, в общем-то, сложнее найти сегмент, в котором Амазона нет. Но позвоночником, нерушимым столпом компании, остаются онлайн продажи. От китайских расчесок до новейших смартфонов и систем виртуальной реальности. Есть все. По очень хорошим ценам (в сравнении с конкурентами). При этом, все это можно получить буквально за несколько дней. Даже в деревню на Аляске или пограничный пост с населением 15 тел все будет доставлено всего за пару дней. А если не нравится можно и вернуть через недельку. Просто потому, что не понравилось. Мой ноут очень удобный и маленький, вот только с большой долей брака в серии. И я как-то три раза заказывал эту модель и три раза возвращал. Амазон ни разу не сказал мне ничего против. Но однажды мой ноут крякнулся спустя пару месяцев после покупки. По правилам Амазон, это теперь проблема производителя ноута и он должен работать со мной по гарантии. Получив этот ответ от службы поддержки компании, я поставил плохую оценку за сервис. Мне перезвонили через несколько минут, выслушали и «в порядке исключения» прислали новый. Через день. У Амазона великолепная логистика и операции, но я бы хотел акцентировать ваше внимание на другом – компания УЖЕ знает что я закажу в ближайшем будущем. Зачастую, еще до того, как я это узнаю сам.

Я знаю, что вы сделали прошлым летом.

Некоторое время назад, когда я еще учился на магистратуре, мой профессор по статистике предложил мне поучаствовать, за небольшое вознаграждение, в проекте для крупной технологической компании. Проект был региональным – необходимо было допилить, с использованием имеющихся у компании данных и алгоритмов, модель прогнозирования спроса на ряд товаров в некоторых южных штатах США. Все, что я знал о заказчике – это были ребята из Лаборатории 126 – одного из инновационных подразделений Амазон. Когда я увидел модель в первой итерации... Представьте, что вы – это некий аватар. Я знаю, что вы кушаете, членом каких дисконтных программ являетесь, какую одежду вы покупаете, какие цветы по каким дням предпочитаете, какая ОС на вашем телефоне и сколько в месяц вы тратите на онлайн игры... А дальше – просто, приходят ребята из факультета поведенческой психологии и объясняют мне модель поведения аватара с вашими параметрами. И вот, я уже знаю, какой у вас будет бюджет на подарки на Рождество и что вы давно хотите перейти на айфон... Неожиданный поворот – я не знаю как вас зовут, компании, которые владеют вашими данными стараются их защитить, ну в той степени ,в которой они понимают защиту. Поэтому, Алекса (Алиса) слушает ваши домашние разговоры, когда вы обсуждаете покупку нового авто, заносит инфу в платформу, но людям, системно, туда доступа нет. А нам и не надо. Т.к. есть бравые ребята кодеры, которые напишут алгоритм и он сам, без участия человека, примет решение о том, где и какую скидку вам предложить индивидуально или какую подсунуть бесплатную версию фильма. Конечно, есть флюктуации и ошибки. И это замечательно, т.к. каждая ошибка обрабатывается и делает модель лучше. Наша итоговая модель работала в рамках в доверительном интервале двух сигма. Ну или с 95% точностью. По каждой семье, из тех что обладали более-менее большими профилями.

Паранойя – это глупо.

В чем же проблема? Ее нет. Есть страх. Страх того, что «биг дата» (те самые данные) используются для эмоционального управления и контроля над людьми. Вы видели сериал "Очень странные вещи" (Stranger things)? Скорее всего. Как и 20 миллионов людей в первые пару недель. Странное лоскутное одеяло сюжета, правда? Инопланетяне, ужасы, стилистика 70-80, дети, парапсихология, тайные лаборатории... Все в кучу и, тем не менее, все как-то красиво вызывается в единую историю, которую очень интересно смотреть. Объяснение настолько просто, насколько и кажется фантастическим. Основы сценария и маркетинг сериала создавались и потом управлялись искусственным интеллектом, нейросетью, которая работала на основе данных о миллионах пользователей Netflix. Система просто нашла идеальную комбинацию концептов, которая была интересна почти всем. Мало того, она работала в онлайн режиме и по реакции пользователей формировался маркетинг и сюжетные повороты серий, по мере их выхода. Сеть находила пользователей, которым понравится сериал и предлагала им его смотреть. Люди были управляемы. Они испытывали интерес, страх, возбуждение от просмотра.

Получив обострение своей хронической болезни, я через день, следом, получил звонок из медицинского центра. Не человек, робот, но этот робот дал мне рекомендации по лечению, уведомил о рисках. Он смог мотивировать меня на определение действия. Я бы и не думал обращаться к доктору из-за такой мелочи, если бы он не рассказывал мне настойчиво о тех самых рисках... Когда я покупаю телефон, среди интересующих моделей я зразу первым вижу серые цвета панелей, т.к. система знает, что другими я не пользуюсь. Ну а про Кэмбридж Аналитикс и Трампа вы и так скорее всего слышали.

В конечном итоге, складывается следующая ситуация – путем сбора и управления личными данными пользователей, их можно мотивировать на различные действия и эмоции. Например, человека с суицидальными наклонностями и в состоянии невроза можно очень легко подтолкнуть на тот самый необратимый шаг.

Маленький мальчик нашел пулемет...

Главным агрементом защиту технологических компаний является то, что непосредственно люди, массово, не имеют доступа к этой информации. С первичными данными работают алгоритмы, а уж люди видят выводы высокого порядка и принимают решения. Или говоря проще, конкретно Цукерберг не знает что ты, Николай и ты, Мария, ели на завтрак. Т.е. он-то знает что вы ели, вот только не знает что тебя Аватар-1 зовут Николай, а тебя Аватар-2 зовут Мария. Ну только если ему ОЧЕНЬ захочется узнать... Ну или ФБР попросит. Больше никакого значимого юридического ограничения в использовании и сборе такой информации не существует. Смешно, у меня дома стоит смарт-система Nest от Гугла, она даже знает мои предпочтения по температуре в квартире и конечно же синхронизирована с моей гугло-почтой, а еще управляет охраной моего жилища и активирует камеру, когда считает нужным. Технологические компании активно обмениваются данными. О ваших расходах, болезнях, настроении. И то, для чего будет использовано зависит от людей, чья мотивация не всегда очевидна, а репутация далеко не всегда чиста. Ну тот же Цукерберг. Американское общество понимает тот риск. И опасается его, но уже не в силах от него отказаться из-за больших положительных эффектов.

Некомфортно. Мне, как обывателю и пользователю. Некомфортно и многим из моего круга общения. Выбора нет.

БЛАФ.

Живу в Штатах, хочу объяснить откуда вся эта чехарда с толерантностью. Просто нужно больше рабов, чтобы было больше минералов. Плевать, что рабы отличаются цветом. Есть понимание некого идеального мира, под него и подбираем овечек. Делается это сознательно, системно и с умыслом. Чем все закончится - не известно.

Интро.

Здравствуйте. Я в последнее время вижу все больше комментариев и постов с непониманием некоторых социальных явлений и судебных прецедентов происходящих в США. Например, многим кажется глупым требование разместить чернокожего персонажа в игре о средневековой Богемии или остается непонятным почему так сильно раскручивается волна обвинений в сексуальных домогательствах. Я попытаюсь объяснить вам причины этих явлений.

О себе.

Мне около 30. Я живу в США уже несколько лет и учусь в том, что мы привыкли называть "аспирантурой" одного из топ10 университетов США. Я презренный экономист и занимаюсь теорией игр, стратегиями и стратегическим моделированием динамических систем.

Кризис модели роста западной цивилизации.

Наверное, некоторые из вас интересовались историей экономической мысли. Не вдаваясь в детали, скажу, что после трагического развала СССР на планете остался только один доминирующий подход – экономика высокого потребления. Она варьировалась от модели скандинавского социализма до гонконгской вольницы, но в своей сути всегда имела одно и тоже – мы все много работаем, мы много потребляем и поэтому вновь много работаем. Подход вполне себе работал до конца 90-ых. Довольно скоро выяснилось, что человечество вполне способно себя прокормить без особого напряга. Мы, как цивилизация, решили базовые задачи выживания. Конечно, остались сложности с раком, сектором Газа и оружием массового поражения. Но все это проблемы высокого порядка. И тут, естественно, выяснилось, что людям недостаточно базового уровня и умеренного развития, они хотят потреблять еще больше. Потребление должно расти. Всегда. Быстро. Чтобы за глаза. А текущего технологического, социального и нравственно-этического развития человечества недостаточно, чтобы обеспечить этот рост. А ведь этот рост должен быть, иначе модель не сможет дать того, что она обещала и того, за счет чего она победила – высокий уровень потребления. Это был путь в забвение вслед за моделью автократического социализма по примеру СССР.

Инклюзивность.

Изобретались все новые способы и инструменты, которые позволили бы продлить существование этой модели. Массовое кредитование и перекладывание ответственности за потребление на будущее поколение, разумное самоограничение на потребление и т.д. Всего было мало. Но решение было найдено. Великая могучая инклюзивность. Вовлеченность все больших и больших слоёв населения в экономическую жизнь общества.

Ты, читатель, и я, мы оба – являемся производителями. Мы создаем благополучие во всем его разнообразии. От безопасности до микроэлектроники. Чем больше производителей – тем больше валовое производство. Чем меньше халявщиков, тем лучше. Чтобы наша модель и дальше работала, нам придется загнать на галеры всех тех, кто долгое время находился на обочине экономической активности западного мира. Именно поэтому в США подняли вопрос о правах секс-меньшинств. Потому, что аналитические центры и университеты, наподобие моего, спрогнозировали эти изменения, построили модели и увидели что это будет хорошо. А политики взяли эти выводы на вооружение. Да-да, это не просто в определенный момент вдруг Джон и Джек решили бороться за легитимность однополых браков. Это решили университеты и аналитики, потом политики, потом было выделено грантовое финансирование под которое были подобраны люди определённого склада ума, а потом эти люди уже создали организацию, которая стала реализовывать образовательные программы и пропаганду. А через н-лет после того, как общество было готово, браки сделали легитимными. Зачем? Чтобы эти люди могли работать спокойно без страха, согласно собственным способностям (а не залезая в то, что им готовы дать как подачку, исходя их их ориентации). Они страхуют имущество как пара, управляют имуществом как пара, создают гораздо больший продукт и платят гораздо больше налогов нежели будь они гонимы и презираемы.

Абсолютно то же самое, например, с инвалидами. Вы ведь не думаете, что это все было сделано только из большой любви и сострадания? Конечно в этом есть элемент социального добра. Особенно со стороны обывателя. Но вот рулят этим миром не обыватели. И самое главное это то, что прячется под этим добром – банальный расчетливый бизнес-интерес. Вы можете лишить человека инфраструктуры поддержки инвалидов и вынудить его сидеть дома и заниматься единственной доступной ему низкооплачиваемой работой. А можете дать ему эту инфраструктуру и увидеть как тот же самый человек может стать отличным архитектором или певцом и многократно в конечном счете окупит ваши затраты на эту инфраструктуру. Геи, трансы, афроамериканцы, женщины, мусульмане... Инклюзивность. Минимум дискриминации, максимум вовлеченности в процесс создания благ. Расизм и гомофобия – это экономически не выгодно. А умные и старые дяди во власти прекрасно понимают что такое выгода. Пастухи ведут стадо. Что в этом плохого спросите вы? А ничего, скажу я вам. Не это пугает. Пугает как легко инжинирят социум в США и куда его ведут в долгосрочной перспективе (хотя этого не знают и сами пастухи и это срашно вдвойне).

Стадо.

Еще даже до того момента как я увижу студентов первого года своего университета я весьма точно могу определить каков там будет процент латиноамериканцев, азиатов, чернокожих, ЛГБТ и женщин. Эти целевые показатели заданы. Когда в конце года к нам на кампус придет Гугл и ГолдманСакс, чтобы проводить интервью и набирать людей на работу, я уже знаю сколько мест там отведено под каждую социальную группу. Я конкурирую c белыми мужчинами иностранцами. ЛГБТ конкурируют внутри своей группы. Как бы я ни был хорош, меня никогда не возьмут вместо ЛГБТ. У меня своя квота, у них своя. Это диверсифицированное общество будущего. И создается оно не запретами и указами. А через некоммерческие организации, выделение грантов и образовательные программы. Хороший пример - феминистические организации. Интересно, хоть одна агрессивная феминистка задумалась откуда идет финансирование их ассоциаций и методической базы? И почему, в конечном счете, следы этих денег приводят в патриархальное правительство или сенатский комитет, где и женщин может не быть. Забавно, наверное, бороться за женское равноправие, будучи инструментом мужской алчности и манипуляции.

За эту инженерию (не могу заставить себя назвать это прогрессорством) общество платит высокую цену - в США все четче обрисовываются границы социальных каст, а большая часть населения уже не верит в "американскую мечту". Идет активное забвение истории. Инструменты пропаганды и социальной инженерии используются с деструктивными целями. Многие американские мужчины подвергаются "социальной кастрации" и начинают бояться общества и самое главное - себя и своей мужской сущности. Что, в свою очередь, ведет к деструктивизации женской части населения. Расовые и национальные группы, за пределами квот, очень сильно сегрегированы.

Впрочем, не так уж плохо быть частью стада. Плохо это осознавать. И понимать, что пастухи-то подслеповатые.

Надеюсь, у меня получилось помочь вам взглянуть на вышеупомянутые явления с точки зрения американского общества и они уже не кажутся настолько глупыми.