SallyKS

Но правды нет и выше

- Как вы думаете, можно это детям выдавать почитать? – спрашивают библиотекари.

- Конечно, нет! – вырвалось у меня.

Там на каждой странице вопиющие ошибки и опечатки, верстка такая, что групповые фотографии имеют размер со спичечный коробок (без преувеличения!) – в общем, книга выпущена без корректора, без дизайнера, без редактора, и получившееся произведение при всей относительной ценности его содержания не имеет права находиться на книжной полке.

Выйдя из библиотеки, сразу же звоню автору:

- Светлана Федоровна, миленькая, что случилось? Почему книгу ни корректор, ни редактор в руках не держали?

- Ой, Салли, там такая история… - вздохнула она.

В общем, мемуары о своей жизни и учениках она хотела выпустить давно. Но денег не было. И она несколько лет понемногу откладывала, пока не накопила сумму, достаточную для издания небольшого тиража. Поспрашивала в издательствах, где дешевле печатают, выбрала самую доступную цену – и ей за эти деньги просто разлили текст по страницам. А когда она поняла, что получается что-то не то, половину денег уже заплатила. Так и махнула рукой, понадеявшись, что специалисты совсем плохо не сделают.

Может быть, эти умельцы могут на рисовом зернышке выжечь «Тайную вечерю», но в книге это качество не пригодится. Бухнули сто однотипных снимков вместо того, чтобы выбрать двадцать, но сделать их крупно, четко, где люди на фотографиях были бы отличимы от спор плесени и узора обоев. Ни одно фото не обработано. За ту сумму, которую Светлана Федоровна отдала, можно было сделать гораздо лучше. Уж корректора нанять – сто процентов. Но эти подонки написали «публикуется в авторской редакции» - и умыли руки. Да и редактуру простенькую можно было сделать. И объяснить, что такое количество крошечных фотографий никому не нужно, тем более, ни одно фото не подписано.

Мошенничество чистой воды – примерно как «только сегодня датчики дыма продаем для пенсионеров со скидкой 90% - всего за 8500 рублей». И ничем не поможешь.

Поэтому, пользуясь случаем, хочу обратиться ко всем, кто планирует издать бумажную книгу.

Сначала поймите, что в 99% случаев эти пять минут позора вам нафиг не нужны. Беречь леса страны куда более почетно, уверяю. Поэтому успокойтесь, накатите какого-нибудь крепкого алкоголя и ложитесь спать. Если все равно не отпускает – идите в нормальное издательство, где есть редактор, корректор и дизайнер. Да, там дорого. Если издательство хорошее, а не просто нормальное, – пипец дорого. Бумага стоит сейчас почти как черная икра.

Посчитайте деньги. Не хватает? Тогда сверстайте электронный вариант. Тоже деньги, но поменьше. Экологично, экономично и можно распространять. Разбогатеете – отпечатаете по готовому макету. А если кому-то не понравится, то ему не нужно будет ждать пионеров, собирающих макулатуру. Нажал Delete – и место на книжной полке освободилось.

- Нет…

- Приревновал? – с огоньком в глазах уточнили любители сериалов.

- Нет…

- Поругались? – строго спросили сторонницы мудроженственности.

- Нет…

Повисла пауза. Больше предположений не было.

- Люся, так что случилось?

- Мы ходим вместе в спортзал. Я сама занимаюсь, а он с тренером, - сквозь слезы проговорила Люся. – И ему тренер сказал, что у меня мышцы спины красивее, чем у него. И Сережа обиделся и ушел!

- К тренеру? – уточнила я. На меня, как обычно, посмотрели с осуждением.

Люся махнула рукой и снова заплакала.

Пока все - украдкой и с двойным интересом - косились на хрупкую Люсину спину, я бы взглянула на Сережу. Такую причину бросить красивую любящую девушку встречаю первый раз.

Огромная благодарность@NikonNLG, @SenatorI и @Stan89! Вы сами знаете, за что.

- Что нужно сделать? – спрашиваю спокойно. – Говори уже.*

- Нужно спеть песню, - отвечает он. – Всем отделом. «Мы желаем счастья вам» группы «Цветы». Ты же умеешь петь, Салли? Тебе придется солировать.

Да твою ж панаму.

- А ты тоже участвуешь? – поинтересовалась.

Его ухо сложилось в фигу.

Оказалось, что наша организация должна внести свой вклад в грядущий юбилей одного очень, очень важного чиновника – спеть хором его любимую песню. Важные чиновники пониже рангом повезут запись на торжественное мероприятие, и наши одухотворенные лица украсят праздник.

Здесь должно быть долгое пояснение, почему мы делаем всю эту хурму, а не ходим протестовать. Но я его пропущу.  Опущу и крики коллектива в стиле «если я, вместо того, чтобы оперировать каждый вечер, начну у себя в квартире петь хором, у меня настанет разруха». Выбрали добровольцев, которые пообещали немедленно уволиться, если песня попадет в Интернет, раздали слова и музыку.

Так вот. Я думала, запись песни будет проходить обычным для подобной ерунды порядком: приходят люди в студию, надевают наушники, там звучит минусовка, они завывают в меру своих возможностей, потом звукорежиссер это все сводит. Но авторы идеи бросили в нас Дашей – девушкой, которая должна была все организовать и представить результат.

При первом же появлении Даши мы присвоили ей звание почетной курицы. Потому что она с чего-то решила, что мы долго репетировали, распевались в душе и в курилке, дрались за право стоять в первом ряду и мечтали показать этот концерт мамочке. А когда оказалось, что мы готовы немножко попеть непосредственно в студии как есть, без полопавшихся от натуги глаз и душевного трепета, - страшно поразилась.

- Нет, - сказала, - так не пойдет! Сначала вы встаньте сюда все вместе, спойте хором, я запишу вас на телефон, покажу своему руководству, а дальше будем решать.

- Что решать? – пришла моя очередь удивляться.

- Кто из вас будет петь, а кто нет, - ответила она уверенно.

И тут наш хор стал очень слаженным.

- А мне медведь на ухо наступил…

- А мне медведь на всего меня наступил, я даже говорю с трудом!

- У меня горло болит, я вообще не могу…

- А у меня лицо не телегеничное, юбиляр испугается!

- А у меня лица вообще нет, только особые приметы!

Поняв, что мы не желаем счастья ей в этом мире большом, Даша рассердилась и побежала к Сергею жаловаться. Секретарь ее не пустила: типа, у директора селекторное совещание, идите к Салли Каэсовне, она все разрулит.

Я с трудом достучалась до юной особы: мы не жаждем петь древние шлягеры (и любые другие), но согласились и надеемся, что это произойдет быстро и без выхода на «бис». Разок съездили в студию звукозаписи, посипели-попищали – разбежались.

Даша достала маленький блокнотик и сообщила:

- Ну, хорошо. Тогда вы будете ответственной. Ваша задача – договориться со студией звукозаписи и найти оператора, который будет снимать весь процесс.

На этом месте мы присвоили Даше внеочередное звание женщины-долбоклюя и поинтересовались, а какова ее функция в таком случае? И кто будет платить оператору за съемку и монтаж, студии, звукорежиссеру?

- На мне общее руководство, - удивленно ответила она. – Проверка готовности задачи. А платить мы никому не можем. Договоритесь бесплатно.

Здесь должна быть схема, которую следовало вручить Даше, чтобы она не сбилась с пути, когда пойдет на три буквы. Но я договорилась со студией и оператором. Да, денег с нас не взяли. Нет, натурой тоже не взяли. Но пришлось проявить изобретательность.

Собрались в студии. Мы с дизайнером Ваней, как самые поющие, записались первыми, чтобы на нас могли ориентироваться другие коллеги, – где вступать, где тише, где громче, где тянуть, где не тянуть. Оператор снял нас и вместе, и по отдельности, и мы уже собрались уходить, как на пути встала Даша. Казалось бы, что еще надо?

- Вы неправильно поете. Вы смотрите друг на друга и улыбаетесь, а надо смотреть в кадр, иначе именинник подумает, что вы поете не ему, - сказала Даша.

Ваня просто молча обошел ее, забрал с вешалки свою куртку и вышел из студии.

- Салли, я не разрешаю вам покидать студию, пока все не будет сделано как надо, - сказала Даша.

Я тоже молча обошла ее и вышла вслед за Ваней.

Через несколько дней, когда запись была сведена, ролик записан, Даша нарисовалась снова.

- Надо перезаписаться, - говорит деловито. – Мы тут решили, что на заднем плане в студии должна висеть надпись «поздравляем с юбилеем» и шарики, а то пустовато выглядит. И, может, сотрудники будут держать в руках бокалы с шампанским? Договоритесь еще раз. И надпись с шариками надо заказать где-то. И шампанское. И красивые бокалы.

- Даша, мы ничего не будем переделывать, - сказала я. Наступает в общении с долбоклюями такой момент, когда тебя уже ничто не возмущает, не раздражает и не шокирует. Тебе нужно просто сделать над собой усилие, открыть рот и сказать какие-то слова. И положить трубку.

Спустя пару недель меня вызвал в кабинет Сергей. Вкратце: запись юбиляру вручена, ему все понравилось. Дашу премировали за прекрасную организацию масс. Ухо директора немножко пульсировало, как пузик спящего котенка. Я пока не знаю, что это означает.

*Потом как-нибудь расскажу, когда мы ухитрились перейти на «ты». История знатная.

Спасибо @WayIander, @AliceRizen, @SenatorI, @Helga.Rolf, @k0st0chka за внимание и поддержку!

Заканчиваю занятие – и тут выходят эти разумные люди. И волокут нечто чемоданообразное. Оказалось – сувенирная книга в обложке из могильных плит. Если такая на меня упадет – родственникам тратиться на мрамор или гранит будет уже не надо. А поверх этого подношения, к которому в приличных домах прилагают двух носильщиков или гидроманипулятор, набросаны в хаотическом порядке мелкие книженции заслуженных деятелей литературного кружка.

- Взять не могу, - сказала я, даже не особенно стараясь быть вежливой. – Я сразу после этой встречи еду на другую, после которой будет прогулка по набережной.

- Так с вами же, наверное, будут мужчины, вот они и понесут! – торжествующе разрулили ситуацию организаторы.

Ну да, пусть кроме меня еще кто-нибудь узнает о вашем существовании и проклянет его. С хренов ли посторонние люди должны портить себе прогулку поднятием тяжестей?

- Нет, - говорю, - не вариант.

- Но мы же вам их уже подписали! – это был контрольный в голову аргумент.

- Спасибо, но взять не могу, - отвечаю твердо.

- Тогда возьмите хотя бы несколько вот этих, они легкие! Вдруг вам понравится!

- Книги не беру, извините. Вы же потом будете звонить и требовать отзыв.

Итог: полтора десятка обиженных.

Мне вот интересно: а зачем они спрашивали, что подарить, если уже твердо решили забросать меня своими книгами? В какой-нибудь альтернативной реальности, где графоманы правят миром, а редакторы вне закона, это была бы очень концептуальная казнь: редактируешь? – нна тебе фолиантом!

А с кем-то еще бывает, когда его спрашивают о чем-то, чтобы принять информацию к сведению, а потом делают все наоборот?

Один мой знакомый поехал в гости к родственникам. Его каждое утро спрашивали, будет он кашу на молоке или на воде. Он говорил: на воде, без сахара, масла, соли, если можно. Ему говорили «конечно, можно!» - и приносили на молоке, с маслом, сахаром и солью. Аргумент: «У тебя же нет непереносимости молока! И ты просто не пробовал наше маслице!»

Или мама моя. Перед каждым днем рождения спрашивает, что мне подарить. Я ей скидываю несколько ссылок на товары в интернет-магазинах, в разных ценовых категориях. Она внимательно изучает – и дарит набор кастрюль. Аргумент: «Ну, я посмотрела, что ты хочешь – все какое-то страшное, мне не понравилось».

Теперь у меня на вопрос, что подарить, ответ будет один: деньги. Они всем нравятся, даже маме. И с выступлениями в литературных кружках я завязала.

Друзья, я знаю, что в последнее время просто ручку расписываю. Но это чтобы не теряться. Истории здесь. Нервным не тыкать.

Традиционный мой привет коллегам - создателям авторского контента Пикабу: @Dr.Lemon, @DoktorLobanov, @AlexandrRayn, @MamaLada, @AlexRadio, @WarhammerWasea, @Mefodii, @Balu829, @Bladerunner42, @kka2012, @historia.maximum.

Такому самцу хочется сразу дать, но общаться с ним нельзя. Я и пытаюсь держаться подальше, пячусь назад, а он со стаканом минералки в руке просто загоняет меня в угол. Мы встретились на торжественном мероприятии одного силового ведомства, которое лет двадцать назад пыталось его привлечь за особо тяжкие преступления, а сейчас он открывает туда двери ногой. Редкий тип. Бывшие бандиты, как правило, выбирают депутатство, а в силовые ведомства даже как гости не ходят. Как говорится, я на этом конце деревни никого не трогаю, а батя на том. А этот шарашится по коридорам рядом с людьми в погонах, как у себя дома. Алкоголь не пьет – говорит, уже давно завязал.  

Подобные особи, в принципе, давно вымерли или перевоспитались под гнетом условностей. А этот живет и процветает.

- …и Вася Кукуев мне говорит: «Там баба директор, мы ей просто покажем ствол – она кресло освободит. А если обосрется – кресло новое купим!»…

Обычно бывшие бандиты пишут про добро и веру, а своего прошлого слегка стесняются под шкурой ложной цивилизованности (типа, не мы такие, время было такое), а этот любит себя прошлого и писать про свой нынешний бизнес не хочет – никакого интереса.

-…прихожу я к нему и спрашиваю: «Помнишь?» Помнит, конечно! Аж с места вскочил. Теперь, говорю, ты фирме друга моего помогать будешь, таксистам скидки делать…

Ему жаль, что времена стали другие, и теперь приличные джентльмены не возят ствол в машине. Стрелять, конечно, уже не в кого, но без ствола – все равно что голый. Он хочет написать все по правде – но с измененными именами и припиской, что совпадения лучше считать случайными. Типа, это SallyKS сочинила книжку, к ней все вопросы. «Бойцы поминают минувшие дни и битвы, где вместе рубились они».

- ...и мы его скобозабивателем к двери прибили! – завершает он очередную историю и хохочет. Зубы так и сверкают, а глаза нехорошие – видно, что-то принял. Ему и без алкоголя сладко и весело.

- А разве здесь можно такое рассказывать? – я прикидываюсь дурочкой и с деланным ужасом оглядываюсь.

- А никто не слышит! – он хохочет еще громче.

Дома я пью пустырник и думаю, в каких словах буду отказываться от предложения. Я знаю много слов, но какие дойдут до этого деятеля, представить не могу. Нет, там дело вообще не в личной безопасности какой-то. Нафиг я сдалась этому дяде? Но слушать рассказы, в которых он кайфует от своей силы, погружаться в ту атмосферу – для меня все равно, что видеть это своими глазами. Я хоть и не ранимый человек, но потом просто не отмыться будет. Уж лучше бы врал про трудное детство и превозмогание.

Ночь не сплю, томимая острым желанием уехать на дачу, причем желательно не на свою. Мне уже тоже пора, как той женщине-директору, менять и кресло, и кровать, и три квадратных метра ламината.

Утром звонит незнакомый номер. А голос знакомый, уже не такой бодрый:

- Это… как тебя… Ты помнишь, что я тебе вчера книжку заказал?

Ну что вы. За мной ведь постоянно гоняются мужики в крокодиловых ботинках, всех не упомнишь, только по отпечатку крокодила, который два раза не повторяется.

- Пооомню…

- Так это… отбой! Я тебе деньги какие-то дал?

- Нееет…

- Ну ладно. А если и дал – оставь себе, - и отключается.

И я понимаю, что книга к юбилею открытого акционерного общества ордена Трудового Красного Знамени Всероссийского научно-исследовательского проектно-конструкторского бюро – очень даже перспективный проект. Интересный, даже захватывающий.

Для тех, кому мало раз-два в неделю, а надо чаще, – я обитаю здесь (нервным не нажимать!). Вчера обсуждали, как убить соседа, не выходя из квартиры, а позавчера – как до этой квартиры добраться, если тебя в нее провожали, как в последний путь. Снова встречаемся в понедельник, на этот раз будет веселая история.

Друзья, еще тут какой-то сбой был, уведомлений от жирненькой красной точки не приходило – только анонимные пожелания добра и газового баллончика в самой системе донатов. Поэтому не могу поблагодарить всех поименно, о чем страшно сожалею. Просто спасибо. Всех обнимаю.

Конечно, я отказалась сопровождать автора в вечность, потому что в той вечности мягкие стены и санитары. И тогда он решил сопровождать меня по жизни. Сначала просто отправлял на почту куски каких-то текстов и обещал крупное вознаграждение, если я найду в них все ошибки и «ловушки». Я потом в спаме обнаружила без малого сотню писем от него с обещанием «встретиться и нанести поражение» на профессиональном поле.

Он караулил меня у работы. Молча стоял и смотрел. А если я шла не одна, а с каким-нибудь мужчиной, - бросался бежать. Однажды написал в полицию заявление, что я наняла людей, чтобы его избить в попытке выкрасть рукопись. Участковый просто ржал до припадка, когда я показывала ему в почте эту рукопись, а мне было вообще не смешно: во-первых, я и нормальных людей опасаюсь, а тут целый беспримесный полновесный псих; во-вторых, у меня как раз были похороны папы; в-третьих, преследование само по себе вещь опасная и стрессовая.

А потом как отрезало. Четыре года тишина. Я думала – умер. Оказалось – не весь. Устроился этот потерпевший в некое НКО, приняв вид «специалиста по связям с общественностью». Денег у НКО, как правило, в обрез, если они не могут отхватить жирный грант, а энтузиастов работать за так попробуй еще найди. А этот энтузиаст живет на пенсию по инвалидности, и на прокорм тараканов ему денег, видимо, хватает.

Потерпевший от имени организации договорился с коммерческим отделом нашей конторы о совместном проекте, и руководитель НКО даже подписала некое соглашение о сотрудничестве. Нашим чудила сказал, что оплата произойдет в полном объеме, своим – что оплата прописана только по бумагам, а на самом деле нам окажут благотворительную помощь. В этом НКО работают юные стартаперы, которые прошли курсы по саморазвитию и в спортзале подтягивают ягодицы, а матчасть подтянуть забыли, поэтому прокатила версия. Деньги были маленькие, поэтому и наш коммерческий отдел особо не рвался выяснять детали.

Так задание обработать текст для рекламного буклета дошло до меня, а я проверила цепочку адресов, с которых он отправлялся, дошла до адреса из своего черного списка, измерила давление и пошла биться.

Сначала нашла телефон руководителя НКО, юной девушки. Писать ей через соцсети остереглась – вдруг их страницу ведет тот же потерпевший. Мы с ней мило поговорили.

- Блядь, я же чувствовала, что он псих, - сказала эта девушка. – Ну, пиздец, он у нас два проекта ведет. Теперь пароли менять. Вы не знаете, кто бы мог на нас поработать?

- Блядь, да вы сначала разберитесь, кто псих, а потом подписывайте документы, - проворчал наш юрист Федор Михайлович и отправил соглашение в шредер. – Салли, ты им, может, составишь список городских психов?

Ну да, они же все ко мне отмечаться ходят.

Вечером псих стоял у моей работы и поджидал я даже знаю кого… Я сказала директору Сергею:

- А дайте погонять электрошокер или газовый баллончик. И научите ими пользоваться.

Просто я знаю, что у него есть. Как лекарство от социофобии.

- Может быть, мирно договоримся, - вздохнул он.

К психу вышли втроем – директор Сергей, дизайнер Игорь и завхоз Петрович. По словам Игоря, беседа была примерно такая. Директор сказал:

- Если вы еще раз появитесь на территории нашей организации, мы будем вынуждены принять жесткие меры без объяснения причин.

Игорь сказал:

- Мужик, иди отсюда по-хорошему, здесь везде камеры, но если с тобой что-то случится – то они как бы сломаны.

Петрович молча пошевелил усами.

Псих ничего не ответил и быстро скрылся за углом.

Помните, как здесь, на Пикабу, была волна с рассказами, почему маленьким хрупким женщинам приходится быть скандальными и агрессивными там, где мужику достаточно просто вежливо поздороваться? Это моя любимая волна.

А здесь  (нервным не нажимать!) мои посты обновляются почти каждый день. Из нового - как не переспать с рок-звездой и почему вырос живот у тринадцатилетней девочки.  

Сердечно благодарю @AliceRizen, @SenatorI, @wazuza, @dang70 за жирненькую красненькую точечку в уведомлениях.

Выяснилось страшное и необъяснимое: в фирме, где каждый сотрудник на своем месте, получает хорошую зарплату и необходимые социальные плюшки, есть отщепенцы, которые портят статистику и настроение. Каждые три-четыре месяца в организации меняется копирайтер – человек, который пишет красивые рекламные посты в соцсети. Это не штатный сотрудник, а приглашенный со стороны специалист. Ему платят небольшие, но полностью адекватные объему работы деньги. Еще никто не сказал, что ему мало. Но что-то не складывается. Либо человек хорошо поработал, а потом встретился с начальницей – и скрылся в тумане. Либо его только планировали нанять, пригласили к начальнице на собеседование – и он после этого отказался. Без причин.

Наконец, начальница задумалась: я делаю что-то не так? Общение с копирайтерами каждый раз происходило в присутствии других сотрудников, поэтому она призвала свидетелей:

- Я что, грубо разговариваю? Позволяю себе некорректные выражения?

- Что вы, Сильфида Сулеймановна, вы говорите только по делу, все корректно, четко и ясно, вежливо и твердо! – заверили ее.

И тогда директор пригласила на собеседование психолога – пусть понаблюдает, в какой момент у копирайтера резко падает рабочий настрой.

Дальше происходило следующее. Пришел на встречу очередной копирайтер, который уже успел поработать месяц. Особых претензий к нему не было, но накопились замечания. Начальница поздоровалась, пригласила сесть – и в течение пятнадцати минут в режиме монолога рассказывала, что в его работе не так. После этого спросила: «Вопросы есть?» Вопросов у копирайтера не было.

Психолог сделал вывод: начальница не видит разницы между приглашенным специалистом и своими подчиненными. Общается сухо, требовательно, не тратя времени на вступление, на какие-то вежливые формулы, не выдерживая соотношения «покритиковал – похвали». Тут или менять манеру общения, или пусть с внештатником контактирует кто-то другой.

- Понятно, - сказала начальница.

Но, на самом деле, ничего ей тут было не понятно, и она поручила подчиненным выяснить, что за особые манеры, каких не взыскуют куда более высокооплачиваемые специалисты, а копирайтеры без них аж кушать не могут.

А кто у нас ясень? SallyKS у нас ясень. Мне ответственная за поручение Аня и позвонила. И очень удивилась, что я тоже вижу разницу между начальником и заказчиком. И считаю, что она существенна.

- Можешь объяснить? – спросила Аня.

- Могу, - отвечаю. – «Начальник - подчиненный» - не то же самое, что «специалист – заказчик». В первом случае один говорит, другой делает, во втором это сотрудничество или простой обмен чужого опыта на деньги.

- Но кто платит, тот и заказывает музыку?

- Какую музыку, Аня? Тут денег хватит на пару нотных линеечек, а не на всю партитуру. Начальник платит подчиненным зарплату, у подчиненных есть должностные инструкции и необходимость выполнять поручения руководства. Для сотрудника эта зарплата – основной доход. А у копирайтера, независимо от того, есть ли у него место основной работы, таких вот заказчиков может быть много. Перед всеми строем ходить? Копирайтера вызвали на ковер, дали выволочку и, как в армии: «вопросы есть?». То есть человеку, которого позвали предлагать новые идеи, даже слова не дали, чтобы эти идеи высказать. Конечно, он не захочет вообще работать. Что такого особенного он теряет? Заберите свои десять тысяч и сами придумывайте. А он другой заказ возьмет.

- И что делать?

- Я бы в начале знакомства предложила чаю или кофе, выслушала его идеи и в целом мнение о ведении соцсетей фирмы. Потом похвалила за то, что он уже сделал, и высказала пожелания на будущее.

- Нет, Сильфида Сулеймановна так не сможет, наверное. У нее все очень четко: она говорит – другие делают.

- Тогда возьмите копирайтера в штат. Тогда ее манера общения будет обоснованной.

- Нет, мы специально копирайтера за штат вывели, чтобы сэкономить на зарплате...

Через пару недель я узнала, чем там дело кончилось.

Сильфида Сулеймановна позвала очередного копирайтера на собеседование и предложила ему чаю. Он вежливо отказался, а она отрезала: «Обычно, если я предлагаю, люди соглашаются».

Короче, для копирайтеров выделили связного, чтобы дипломатично лавировал между начальницей и творческими людьми, раз они как-то все одновременно зажрались и требуют особых политесов.

Дорогие WayIander, @SenatorI, @AliceRizen, спасибо за жирненькую красненькую точечку в уведомлениях!

Листаем Красную книгу Пикабу: @Dr.Lemon, @DoktorLobanov, @AlexandrRayn, @MamaLada, @AlexRadio, @WarhammerWasea, @Mefodii, @Balu829, @Bladerunner42, @kka2012. Все красавцы молодые, великаны удалые, все равны, как на подбор, с ними защитница котиков @IrinaKosh.

В телеге в понедельник продолжаем тему настоящих и фальшивых ясновидящих.