SANCHO9966

1983 год, я десятиклассник, мне 17 лет, и мне очень хотелось, наверное как и всем в этом возрасте посмотреть на звёзды с девочкой. И выбрал я себе для этой цели Людку, одноклассницу, маленького роста, мне по плечо, точёная фигурка, смуглая, симпатичная, что-то в ней манило и как бы тормозило одновременно. Жили мы в двух соседних сёлах и оба на самом их дальнем краю, от дома до дома километров 5, может 6.

А поскольку свиданка на чужой территории, то я как и полагалось тогда проставился местным пацанам поллитрой сэма и куском сала...

Приехал лисапетом, по каменке да лисапетом то не долго. Сидим, я про звёзды всякую чушь несу, очень любил астрономию, и она в те времена была одним из предметов в школе, я даже строил телескоп.

Приобнимаю ее за талию и прижимаю все сильнее и все ближе к себе она и не сопротивляется особо. Короче, тогда то я первый раз и поцеловался как умел, хотя помню, что старшая моя сестра (на 6 лет) училась целоваться на мне, в засос, но я тогда был совсем мелкий, и было мокро и весело. И тогда же я первый раз подержался за титюшки, такие с ладошку, упругие с торчащим соском. Где-то часов в 12 ночи надо ж возвращаться, а на улице темень, как у негра в жопе, ни зги не видать, лисапед без динамки, без фары, на улице октябрь, уже не жарко но и не холодно, но я в плюшевом картузе, так как ночью прохладненько. Еду такой на лисапете, окрылённый новыми ощущениями, в трусах мокро, велосипед едет тихо, я умело обьезжаю ямки по обочине каменки, в лицо дует встречный ветерок, в небе висит ковш Большой медведицы, а дорогу изредка освещают лампочки висящие на столбах вдоль дороги.

И вот я на последнем повороте Людкиного села, ровно середина пути, далее прямая до моего дома, асфальтированная, и по стечению обстоятельств дома в этом месте только с одной стороны, и отстоят от дороги метров на 20, и столбы с лампочками стоят поближе к домам, и дорога, следовательно погружена в темень, ещё и деревья с левой стороны нависают над дорогой, и в этом же месте под дорогой проложены трубы водопровода, отчего грунт немного просел, и на обочине лужа, я притормаживаю, выезжаю на каменку, и тут, бля, из этой темени, справа и немного сзади на меня выскакивает, как мне показалось, собака Баскервилей, только морда не светится, и так глухо как то говорит гааффффввв. Все свои слюнявые мечты про титьки, письки и все такое я чуть не уронил вместе с говном на эту каменку... Картуз мой, плюшевый, поднялся на волосах и несколько секунд ехал на их кончиках, а потом свалился за спину. С перепугу я даволнул на педали так, что цепь закряхтела и лопнула нахрен, я больно ебанулся косточкой правой ноги об рычах педали и свалился вместе с лисапедом на эту каменку и в эту, блядь, лужу... А эта собака играючи прыгает вокруг меня и молчит, сука, агрессивно (лучше б гавкала), а так мне казалось, что она, падла, выбирает лучший момент для того чтоб загрызть меня. Я пребывая в шоке от боли в лодыжке, и от страха перед этим монстром, черным, из черного и на черном, вприсядку, нервно шарю руками по земле и на мое счастье мне попадается камень, а собака наверное видя немного лучше меня, и заметив что я ищу чтоб схватить и чем бы уебать, убежала...

Переведя дух, понимаю что лисапед мой не транспорт, а обуза, не теряя надежды, я опять же в потёмках (а зрение и мозг моментально адаптировались к темноте), нахожу на дороге пятисантиметровый кусок алюминиевого провода, родненький... Выкидываю разогнутое соединительное звено и вставляю в крайние звенья цепи этот кусочек провода, загибаю его и не сильно давя на педали потихоньку доезжаю до дому...

Картуз я забыл на дороге и вспомнил о нем уже только дома...Потом у нас с Людкой вышел разлад, она сказала, что любит меня и ещё там другого мальчишку, я сказал, что она дура и больше к ней не ездил. Вот такой вот случай.

Было это в 93 году. Я как то писал, что я пожарный. Поступил вызов, что горит здание ХАРД в районе геологии. Выехали, по прибытию к месту пожара видим дым из щелей в стенах и дверях здания и открытое горение кровли. Поскольку горит кровля, то есть необходимость подать ствол на ее тушение, здание достаточно высокое, думаю метров 9 высотой. Поставили трехколенку, я схватил ствол и взлетел на кровлю. Здесь меня начинает подлизывать пламя я пячусь назад, кричу - давай воду, и подойдя к краю кровли вижу, как в замедленной съёмке, что воды в рукаве нет, и она только только выходит из насоса пожарной машины, а огонь нестерпимо лижет меня, гонимый ветром, он как-то закручивается вихрем и хлещет по лицу. Я понимаю что спускаться по лестнице нельзя, так как вода поднимается и если я пойду назад то рукав меня просто свалит вниз с нее (в рукаве 51 мм 60 кг воды) и я терплю, опустил забрало на каске, повернулся боком к огню и жду, и вот вода, первые капли, и напор, и я включив кран ствола делаю распыленную струю, и прикрываюсь ею наступаю потихоньку на огонь. Шаг, ещё шаг, снова шаг, стою поливая водой вокруг и впереди себя, и тут что-то толкает меня и я делаю ровно шаг и приставляю ногу к ноге, и вдруг шум сзади, я оборачиваюсь и вижу как то место, участок кровли, где я только что стоял разверзся внутрь горящего здания и я стою на балке из буровой трубы, а кровля - это тонкий листовой метал на обрешетке из необрезной доски, а там внизу бушует огонь и стоят какие то подставки из вертикальных штырей метра по 2 и на них какие-то детали круглые одеты, кран-балка, и печь, куда как я подумал опускают эти штыри с деталями. У меня по спине побежали мурашки, от кобчика до темечка, и выступил холодный пот - я понял, что этот шаг был моим спасением, иначе я просто бы оделся на эти штыри с этой высоты. Потихоньку я прошел по балке на которой стоял к стенке, и работал с ее парапета. Об этом никому не говорил. Забрало каски оплавилось, кожа на лице, на скуле немного пошла пузырями, и на пясти рук, и боёвка с правой стороны немного оплавилась и склеилась с рукавом (тогда ещё были черные с белой или красной пелериной). Вот такая история. Смерть моя прошла рядом, или посмотрела в мою сторону...

Было это давным давно, лет 50 назад, мне было 8, а моим корешам по 9 - брат двоюродный Валерка, и сосед Юрка. Росли мы в одном дворе, прекрасного тогда совхоза им Коминтерна. Каникулы только начались, а наши матери работали в полеводческой бригаде вместе и уже ушли на работу, а мы, предварительно договорившись уже собрались и идём втроём в лесополосу, что была тогда посреди села и начиналась за остановкой, была широкой, заросшей кустарником, испещренная тропками и тропинками и была местом игрищ в войнушки, Тарзана, жмурки и т.п., а ещё и примыкала к ореховому саду. Сейчас ни лесополосы ни сада нет, все вырезано и застроено.
Так вот, идём мы как известные герои фильма кавказская пленница по дороге, несём в руке бутылку из под шампанского, а в карманах в кульках карбид, который нашли в кучке вылитой из ацетиленового генератора на ремонте отопления клуба, и было его так приличненько. Мы уже знали и понимали, что он разлагается на воздухе и в воде и выделяет горючий газ. А в фильмах про войну мы видели что из бутылок делали типа гранат, коими поджигали танки. Вот и мы надумали взорвать эту бутылку карбидом.
И тут попадается нам на встречу тетка Галина, на велосипеде, которая тоже с нашими мамками работала. Хлопци здрастуйтэ, куда йдэтэ? В лисополосу, гулять. Но видимо что-то насторожило ее в нашем виде. Короче, зашли в лесополосу, закинули кусочки карбида в бутылку, а воды то нет, ну пописали по очереди в бутылку... Ну откуда в троих пальцах 0,7 литра мочи, естественно столько не было. Заткнули мы горлышко палкой с тряпкой расколотили хорошенько и забросили в кусты, залегли и ждём когда жахнет... А оно не жахает, а подходить страшно, а вдруг в момент подъема жахнет. Столько страшилок про это ходило... Ну лежим, и тут из-за кустов вылетает Валеркина мать (царство ей небесное) - ах вы ж засранци, шо вы тут робытэ!? Наверное встретившаяся нам тетка ей рассказала... Схватила ту бутылку да как швырнет ее, хер знает куда, мы как мыши по кустам, а она как пантера несётся напролом по кустам, ну и отловила Валерку в кустах, надавала ему лозыны (прут), ну а мы с Юркой свое получили вечером.
Вот так мы жили в те времена, сами себя развлекали - самопалами, карбидом, ездили на велосипедах под рамой на речку в соседнее село, (Йидь, йидь, утонэш - додому не прыходь), налетали на этот ореховый сад, или на яблоневый совхозный, аж поджилки тряслись от страха, но идёшь - не сцыкун же, хоть там и сторож с ружьём и с собакой и все живы - здоровы. Сейчас дети другие. Всем добра, может и не особо интересно, но это воспоминания из детства, и пожалуй один из самых ярких моментов, раз так запомнился.

Я пенсионер, пожарный, начинал служить еще в 1998 году на Украине, в городе Смела, от Черкасс (областной центр) километров с 30, не больше. Так вот, пожарная часть #7 располагалась и располагается до сих пор в здании, которое построено графом Бобровским, здание П образной формы, с внутренним небольшим двором, в одном крыле была сауна, где раз или два в неделю собиралась верхушка предприятий и учреждений города и парились там с пивком и водочкой. Но я не о том, я расскажу про другое крыло. Так вот, в другом крыле здания размещалась диспетчерская ОВО, я туда не ходил, и как и чего там не знаю. Но оттуда каждую нашу смену, а дежурил я в 1 карауле, в обеденное время выходила Тамара, и проходила через фасад пожарного депо, переходила не торопясь дорогу и заходила в молочный магазин, который был в доме напротив, за бутылочкой молочка, затем по тротуару неторопливой походкой шла в дальний конец этого же трехподъездного дома, в хлебный магазин где покупала булочки. Но Тамара-то была не просто Тамара, это была женщина лет 35, кровь с молоком, большая попа, большие груди, осиная талия и крепкие, точеные под всем этим ноги. При ходьбе все это добро шевелилось и двигалось в такт шагам, вызывая в наших мозгах разные мысли и ассоциации. Теперь о нас, о пожарных в карауле. Нас было 13 человек, часть стоит в центре города, ворота пожарного депо стеклянные от пояса и выше, и мы в перерывах между занятиями и безделием, в любую погоду, собирались у первого хода (это первая от диспетчера машина) или у окна диспетчерской, слушали рацию, наслаждались теньком от каштана и смотрели на проходящих через фасад пешеходов. А поскольку пацаны мы были все молодые, естественно, смотрели мы на задницы теток и девах, на их титьки и обсуждали что и как там у них, и что со всем этим можно было бы делать, ржали естественно как кони, пока начальник части нас не разгонял, грозно насупив брови и матерясь. Ну, естественно, мы все ждали когда Тамара продефилирует через фасад по своим делам, ибо это было приятно созерцать. И вот перестала Тамара ходить мимо нас, а стала обходить стороной, удлинив путь раза в два. А был у нас в карауле водителем на втором ходу Володя Селезнев (царство ему небесное!), ее ровесник по годам, но остер на язык, шутник и фантазер, иногда говорил такие вещи от которых мы заходились смехом до слез. И вот, в один прекрасный день, стоим мы почти всем караулом, ну во всяком случае человек пять точно, у окна нашего диспетчера, как я уже говорил, в тени каштана, от дороги нас отделяют ели или туя, не помню уже, и тут из-за них выходит Тамара, возвращаясь из магазина. Володя поздоровался с ней и спрашивает, мол Тамара, а чего это ты перестала ходить по короткой дороге, а обходишь нас стороной, может обидел кто? А она ему в ответ - да ну вас, пожарных, нахер, как упрется десять пар глаз в жопу, так аж коленки подгибаются! Мы все умерли со смеху. Вспоминаю тех ребят, когда встречаю пригожую и складную женщину.