PshihologAverin

А ведь достаточно сказать:

Я вижу, что ты злишься. Давай поговорим, что случилось. "Ребёнку нужно услышать, что мама никуда не денется, даже если он ведёт себя плохо.

2. "Не доешь - из-за стола не выйдешь"

Родители уверены, что делают благое дело, заставляя ребёнка доедать всё до конца, ведь ребёнок должен хорошо питаться. Но на самом деле ребёнок сам прекрасно чувствует, когда он голоден, а когда нет, и ни один ребёнок ещё не довёл себя до обморока от голода только потому, что отказался утром от каши.

Когда ребёнка заставляют есть через силу, он перестаёт чувствовать, чего хочет, а чего нет. Привыкает терпеть и подчиняться, даже когда ему некомфортно. И эта привычка остаётся с ним на всю жизнь - потом он так же терпит плохие отношения, нелюбимую работу, всё то, от чего давно надо было отказаться.

3. "Будешь плохо учиться - станешь дворником"

Тут даже не одна проблема, а две. Первая: ребёнок начинает измерять свою ценность не по тому, какой он человек, не по характеру и не по интересам, а по оценкам в дневнике. Вторая: он учится делить людей на "нормальных" и "неудачников" по профессии.

И есть одно наблюдение, которое почти всегда подтверждается: фразу "будешь дворником" чаще всего говорят родители, которые сами чувствуют, что чего-то в жизни не достигли, и хотят через ребёнка добрать то, чего самим не хватило.

Хотя можно просто спросить: "Что тебе мешает? Может, предмет не нравится, может, учитель объясняет так, что ничего не понятно, может, нужна помощь". Это совсем другой разговор.

4. "Посмотри на Ванечку, какой чистенький, а ты как поросёнок"

Родители думают, что сравнение мотивирует. На самом деле ребёнок слышит не "будь лучше", а "ты хуже", и каждое такое сравнение запоминается, а потом влияет на то, как он оценивает себя рядом с другими.

Но тут есть один момент, который многие не замечают. Когда мы сравниваем ребёнка с чужим, мы на самом деле сравниваем себя с другими родителями. У них ребёнок чистенький, а у нас вон что. Это наш стыд, наша тревога, а ребёнок просто попадает под раздачу. И если это понять, то вместо "посмотри на Ванечку" получается:

Ого, ну и испачкался, пойдём отмоем, расскажешь, во что играли.

5. "Мне всё равно, что ты думаешь, я сказал - и всё"

Одна девочка хотела пойти на утренник в розовом платье и быть феей, а мама сказала:

- Наденешь вязаное, будешь снежинкой.

Девочка:

- Я не хочу быть снежинкой.

Мама:

- Рот закрыла, никаких розовых платьев.

Дело тут не в платье, а в том, что ребёнку говорят: твоё мнение не считается. Когда это происходит регулярно, он перестаёт пытаться - а зачем, если всё равно не слушают? И этот навык «молчать и не спорить» остаётся с ним, только проявляется уже не в платьях, а в том, что он не может сказать "нет" ни начальнику, ни партнёру.

А можно было по-другому:

Я понимаю, что тебе хочется розовое. Давай подумаем, может, наденем розовую заколку к платью?

Ребёнку важно, что с ним считаются.

6. "Нашёл из-за чего расстраиваться, тоже мне проблема"

Один мальчик собирал камушки на улице и складывал их в пустой спичечный коробок, носил его в кармане куртки как сокровище. Потом коробок выпал и потерялся. Мальчик пришёл домой и плакал несколько часов. Родители сначала пытались успокоить: "Подумаешь, камушки, возьми новый коробок". А потом не выдержали и наорали: "Хватит реветь, надоел".

А ведь это была единственная вещь, которая принадлежала только ему, которую он сам нашёл, сам собрал, сам решил хранить. И он её потерял.

Когда родители обесценивают такие переживания, ребёнок усваивает, что его чувства всем мешают. И потом, через двадцать лет, эта девочка сидит в проблемных отношениях. А ведь достаточно было сказать:

Я вижу, что тебе обидно. Расскажи про этот коробок?

Тут не нужно ничего решать, нужно просто показать ребёнку, что его чувства важны.

7. "Нечего бояться, иди спать"

Ребёнок говорит: "Мама, мне страшно, там темно". А мама: "Чего придумал, нечего бояться, ложись". И отправляет в комнату. Для мамы это мелочь, а для ребёнка это запрос на помощь - побудь рядом, мне нужно, чтобы ты была. А в ответ он получает - разбирайся сам.

Если родитель раз за разом так реагирует, ребёнок действительно учится справляться сам, но вместе с этим учится не просить о помощи вообще, не доверять, не показывать, что ему плохо. А потом мы удивляемся, почему подросток ничего не рассказывает и на все вопросы отвечает "нормально". А ведь хватило бы просто сесть рядом, обнять и сказать:

Я тоже в детстве боялся, это нормально.

Пять минут, а ребёнок уже чувствует, что он не один и что бояться не стыдно.

За каждой из этих семи фраз стоит одно и то же: взрослый, которому проще отмахнуться, чем разбираться и обычно не потому, что он плохой родитель, а потому, что устал, на нервах и говорит ребёнку ровно то, что когда-то говорили ему самому.

Если узнали себя хотя бы в одном пункте, подписывайтесь на канал. Тут разбираю такие вещи, о которых на родительских собраниях обычно не говорят. А в комментариях напишите, какие из этих фраз вы слышали в детстве и какие, может быть, сами говорите своим детям.

Источник: Евгений Аверин | Психология счастливого детства

И часто тут срабатывает одно: не лезть с вопросами "что случилось?", а сесть рядом и рассказать что-нибудь про свой день, какую-нибудь мелочь, чтобы он почувствовал, что тут не допрос и не экзамен. И тогда, может не сегодня, но через пару дней, он сам начинает говорить.

2) Навязывание интересов

Скрипка, потому что развивает, английский, потому что пригодится, математический кружок, потому что без этого никуда. А девочка хотела на танцы, или рисовать, или вообще не хотела никаких кружков и мечтала после школы просто гулять с подругами.

Родители уверены, что лучше знают. И в чём-то они правы, но вот какая штука: когда ребёнку раз за разом дают понять, что его желания ничего не стоят, он в какой-то момент начинает проверять, так ли это. Сначала бурчит, потом упирается, потом идёт в открытый конфликт. А родители удивляются: "почему он такой?". Да не "такой" он. Обычный ребёнок, который хочет заниматься тем, что нравится ему, а не тем, что выбрали родители.

Тут лучше всего работает простая договорённость: одну секцию выбирают родители, другую ребёнок выбирает сам. Если он хочет на танцы, пусть походит месяц на танцы. Может, через какое-то время сам передумает и выберет что-то другое. Но для него важно, что его мнение учли.

3) Переутомление

У одного папы сын ходил на плавание, английский и шахматы. В школе ещё продлёнка. Домой мальчик приезжал к семи, уроки до девяти, и спать. И каждый вечер одно и то же - попросишь вынести мусор или убрать за собой тарелку, а он реагирует так, будто ему предложили вагон разгрузить. Папа злился, считал это наглостью. А потом убрал одну секцию, и через две недели мальчика было не узнать.

А это обычная физиология - когда у организма кончается энергия, включаются гормоны стресса, и раздражительность становится не капризом, а единственной реакцией, на которую хватает сил. Иногда достаточно честно посмотреть на режим дня и спросить себя: а есть ли у него хоть час, когда он ничего никому не должен? Не секция, не кружок, не "развивающая игра", а просто время, когда можно валяться на кровати и пялиться в потолок. Обычно оказывается, что такого времени нет.

4) Конфликты между родителями

Если мама с папой общаются через крик и скандалы, ребёнок рано или поздно начинает вести себя точно так же. Родители возмущаются, а он просто копирует то, что видит дома каждый день.

И тут есть одна неприятная вещь, которую мало кто готов признать. Часто нас бесит в ребёнке именно то, что мы не любим в самих себе. Мы злимся не на него, а на собственное отражение, но разбираться с этим не хочется, проще наорать и успокоиться. А ведь ребёнок перестаёт орать не тогда, когда ему говорят "не ори", а когда видит, что мама с папой между собой общаются по-другому.

5) Эмоциональная отстранённость

В эту ловушку попадают многие семьи. Ребёнок ходит по квартире тихий, делает уроки, не мешается под ногами - и никто на него не обращает внимания. А стоит разбить что-нибудь или нахамить, оба родителя тут же оживают. Пусть с криком, пусть с наказанием, но оживают. И он быстро соображает, что работает, а что нет.

Со стороны это похоже на манипуляцию, но на самом деле ребёнок просто хочет, чтобы его заметили, и нащупывает способ, который срабатывает. Чтобы это изменить, нужно начать замечать ребёнка не только тогда, когда он нахамил или что-то разбил, а тогда, когда он ведёт себя хорошо. Не дежурное "молодец", а по-настоящему. "Слушай, ты сам за собой убрал, вообще красавчик." Когда ребёнок видит, что его замечают и без скандалов, устраивать их становится незачем.

6) Непоследовательность

В одной семье папа в хорошем настроении разрешал сыну сидеть за компьютером до десяти вечера, а когда приходил с работы уставший, орал за то, что компьютер не выключен в восемь. Мама за тройку по математике могла махнуть рукой, а через неделю за такую же тройку устроить разнос. Мальчик жил как на минном поле, потому что правила зависели не от того, что он сделал, а от того, в каком настроении были родители.

Он не бунтовал, он терялся. Не понимал, чего от него хотят, потому что это менялось каждый день. И нужна тут была не строгость, а предсказуемость. Если за тройку сегодня не ругали, значит и завтра не ругают. Даже если у мамы с утра всё наперекосяк и настроение никакое.

7) Чрезмерная требовательность

Последняя причина - когда родители задирают планку так высоко, что ребёнок при всём желании не может до неё дотянуться. Четвёрка вместо пятёрки, пыль на подоконнике в убранной комнате, "мог бы лучше" после каждого старания. Такие дети сначала выкладываются, потом устают и начинают сопротивляться, а потом просто забивают на всё. И вот это пугает родителей больше всего, потому что выглядит как безразличие. А ребёнок просто выгорает, потому что какой смысл стараться, если всё равно недостаточно.

Все семь причин в общем-то про одно. Трудных детей не бывает, бывает обстановка, в которой нормальный ребёнок становится трудным. И чтобы что-то изменилось, почти всегда надо менять не ребёнка, а себя.

Если было полезно, подписывайтесь на канал

Источник: Евгений Аверин | Психология счастливого детства

Первый тип, когда всё в семье строилось на требованиях. Ребёнок должен был соответствовать: хорошо учиться, быть аккуратным, не подводить, не расстраивать. А если не дотягивал, его не наказывали в привычном смысле. Никто не кричал и не бил. Всё было иначе. Мама замолкала, папа смотрел куда-то сквозь него, в доме повисало это тяжёлое "я столько для тебя делаю, а ты...". И для ребёнка это было хуже любого ремня.

Часто к этому добавлялось сравнение. Машенька в чистом платьице три дня ходит, а тебя выпустили, ты как поросёнок. Петенька и туда ходит, и сюда. Про Петеньку, правда, потом никто не рассказывал, что он к тридцати пил по-чёрному. Но это другая история.

Самое коварное в этой модели то, что родитель не чувствовал себя жестоким. Он чувствовал себя инвестором. Вкладываю время, деньги, силы, значит имею право на результат, а ребёнок – это, проект, который должен окупиться. Пятёрками, победами, чистым платьицем. И вот этот перекос, когда любовь подменяется инвестицией, ребёнок считывал моментально. Не умом, а скорее телом, каким-то внутренним чутьём. Он понимал, что его тут не любят, в него тут вкладывают. А чтобы вложения не прекратились, надо показывать результат.

И что с ним происходило потом? Он вырастал и терял себя. Не в том смысле, что у него не было работы или семьи, с этим как раз могло быть нормально. Он не знал, чего хочет. Не мог ответить на вопрос "а тебе-то самому что нравится?". Потому что все его желания с детства были не его. Он так долго соответствовал чужим ожиданиям, что свои собственные так и не сформировались.

2) Отстранённость

Тут родитель не орал, не сравнивал, не давил. Он вкалывал: работал на двух работах, обеспечивал, решал бытовые вопросы и был абсолютно уверен, что этого достаточно, что любовь – это, когда холодильник полный, а в школу ребёнок ходит в нормальной одежде.

На вопрос "а ты обнимаешь их?" такой родитель обычно терялся. Не потому, что не хотел, ему в голову не приходило, что это важно. Его самого так воспитали, и ничего, вырос же.

Ребёнок в такой семье не бунтовал и не капризничал. Он затухал постепенно и незаметно. Переставал рассказывать, как прошёл день. Переставал просить внимания, потому что понял, что бесполезно. И вот, что по-настоящему пугает, не когда ребёнок плачет и требует, а когда он перестаёт требовать. Когда он привыкает, что его внутренний мир никого не интересует, и начинает сам к нему относиться так же.

Такие дети вырастали эмоционально глухими. Не злыми, не холодными, они-то как раз хотели близости. Но не умели её строить. Не считывали чужие эмоции, не понимали свои. Партнёр говорил "мне плохо", а они отвечали "а что конкретно случилось, давай решать". Потому что единственная модель отношений, которую они видели, это когда проблемы решают, а не проживают.

Я и сам пару раз ловил себя на этом. Сын болел, а я вместо того, чтобы рядом посидеть, звонил врачам, гуглил симптомы, суетился. А ему надо было совсем другое. Чтобы я никуда не звонил, ничего не решал, а просто сел рядом.

3) Гиперопека

Тут родители обижались больше всего, когда им на это указывали. Потому, что были уверены, что вот это точно любовь. Я переживаю, я забочусь, я контролирую, чтобы ничего плохого не случилось.

Но если присмотреться, этот родитель заботился не о ребёнке. Он заботился о себе. О своём спокойствии. О том, чтобы не тревожиться. И ребёнок был нужен ему беспомощным, потому что беспомощный ребёнок не уйдёт, не отделится, не оставит одного.

Одну историю я слышал в нескольких вариациях. Мать следила за взрослым сыном, которому было под тридцать. Он шёл на свидание, она за ним. Вычисляла девушку, приходила к ней, угрожала. А когда сын пытался объясниться, у мамы тут же поднималось давление, хваталось сердце, вызывай скорую. И это не было притворством в чистом виде, давление действительно поднималось. Тело реагировало на угрозу потерять контроль.

Дети из таких семей вырастали не сломанными, они вырастали недоразвитыми в психологическом смысле. У них не сформировались навыки, которые появляются только через самостоятельные решения и собственные ошибки. Они в тридцать лет не могли выбрать профессию, не могли съехать от матери, не могли завести отношения без её одобрения. Не потому, что не хотели, а потому что не умели. Этот навык у них украли, заботливо и с любовью.

А знаете, что тут тяжелее всего? Эти мамы когда-то сами были такими же девочками. Брошенными, преданными, не пережившими свою боль. И не разобравшись с ней, передали дальше.

Та девочка, которая мечтала поиграть, через пару месяцев начала грызть ногти. Родители решили, что витаминов не хватает, потащили к дерматологу. Потом к другому. Потом сдали анализы. А я смотрел на это и думал, вот она, требовательная модель в чистом виде. Даже болезнь ребёнка они превратили в проект, который надо решить. Записать к врачу, сдать анализы, получить результат. А девочке, может быть, нужно было совсем другое. Чтобы кто-то сел рядом и спросил, а ты как?

В какой из этих трёх моделей воспитывали вас, и какую из них вы сейчас повторяете? Не забывайте подписываться на канал.

Источник: Евгений Аверин | Психология счастливого детства

Я понимаю, почему многие взрослые реагируют на такие истории примерно одинаково: "Ну дети есть дети, побалуются и забудут".

Я и сам поначалу думал, что обиды и слова, которые малышка слышит в три года, быстро забываются и не оставляют следа. Это оказалось не так.

Три года - это как раз тот момент, когда ребёнок начинает выстраивать образ себя. Не в философском смысле, а в самом буквальном: она смотрит на себя глазами мамы, папы, воспитателя, детей в группе. Что они говорят про неё - то и правда.

Взрослый человек в такой ситуации может отмахнуться, сказать себе - да ну его, что он понимает. Трёхлетняя девочка так не может. Для неё слова сверстника и слова мамы имеют примерно одинаковый вес. Иногда даже больший, потому что сверстник рядом каждый день, и каждый день говорит одно и то же.

Я видел взрослых женщин, которые до сих пор помнят, как их дразнили в детском саду. Помнят именно потому, что это случилось в том возрасте, когда любое слово оставляет след глубже, чем нам кажется со стороны.

Что тут обычно говорят родители

В такой ситуации первое, что хочется сделать, это сказать дочери что-нибудь утешительное:

- Не обращай внимания.

- Ты у меня самая красивая.

- Он просто дурак, не слушай его.

Но "не обращай внимания" - это не утешение. Ребенок начинает думать , что родитель не понимает его "боль" и в итоге чувствует себя ещё более одиноким в этой ситуации.

Когда мама говорит "ты у меня самая красивая" - похвала плохо работает против конкретного мальчика из группы, которого малышка видит каждый день. Он живой, он рядом, и говорит это снова и снова. А мама далеко, в саду её нет.

Что говорить дочери

Тут можно сказать:

Да, это обидно - слышать такое про себя. Я понимаю тебя.

Или:

Мне тоже было бы неприятно, если бы кто-то говорил мне такое.

Или просто:

Расскажи мне, что сегодня было?

Больше ничего не нужно на первом шаге. Просто сидеть рядом и слушать.

Про платье

Дочка не одна просит наряжаться в сад - мама написала, что многие девочки в группе стали делать то же самое. Когда малышке каждый день говорят, что она некрасивая, она начинает искать способ почувствовать себя красивой хоть как-то.

Она не может выразить свою обиду словесно, поэтому, выражает это через красивый наряд. Это её язык, и его важно услышать.

Если отказать - она потеряет единственный способ справляться с ситуацией, а другого у неё пока нет. Тут лучше согласиться, так она почувствует, что мама видит и принимает её боль.

Как должна решаться эта проблема

Малышке три года, и разбираться с этим сама она не должна. Это работа взрослых.

Скажите воспитателю, что ваша дочь возвращается расстроенной, пусть обратит внимание. Хороший педагог среагирует. Иногда одного разговора с мальчиком достаточно - в этом возрасте дети хорошо слышат границы от взрослых, которым доверяют.

Если воспитатель говорит "дети есть дети, сами разберутся" - идите к родителям мальчика. Без скандала, просто скажите прямо:

Ваш сын обижает мою дочь, поговорите с ним.

Большинство нормальных родителей это услышат.

Не услышали - есть заведующая, есть методист. В крайнем случае - перевод в другую группу.

А у вас в садике были похожие ситуации? Напишите в комментариях - это реально помогает другим родителям, которые оказались в такой же истории. И подписывайтесь на канал.

Источник: Евгений Аверин | Психология счастливого детства

Никаких тетрадок, никаких заданий и домашних упражнений.

Первое время мы просто разговаривали. Я спрашивал, что было в школе - кто что сказал, как он отреагировал, и как ему самому казалось, надо было. Постепенно из этих разговоров складывалась картина: у него не было заготовленных реакций. Вообще никаких. Когда кто-то задевал его или загонял в угол неудобным вопросом - внутри всё замирало, голова пустела, и он просто стоял и молчал.

А молчание в детском коллективе - это не нейтральная позиция - это сигнал, который одноклассники считывают мгновенно.

Мы стали работать с этим конкретно. Разбирали каждую ситуацию по шагам и придумывали точные фразы - что говорить, когда не знаешь что говорить. Это важная деталь: не "веди себя увереннее", а именно готовые слова. Потому что в момент, когда всё внутри замерло, думать некогда. Нужно просто достать нужную фразу и произнести её. Как достают ключ из кармана - не задумываясь.

Добавили кое-что физическое: как держать голову, как дышать перед тем, как начать говорить. Шея вверх, взгляд прямо - это работает в обе стороны. Тело посылает сигналы мозгу, и мозг начинает чувствовать себя иначе. Звучит вроде как ерунда, пока не видишь это в действии.

Через несколько недель мама написала: в школе стало заметно лучше. Он начал отвечать. Не идеально, не всегда - но стал отвечать.

Дверь открыл папа

Однажды я пришёл чуть раньше обычного - мальчик ещё не вернулся из школы. Дверь открыл огромный мужчина в майке, с характерным запахом перегара. Видимо, отмечал возвращение из рейса. Он смотрел на меня несколько секунд, потом говорит:

А я вас сейчас задушу.

Я подумал: какая всё-таки интересная у меня работа.

Понятно, - говорю. - Намерение ясно. Можно узнать причину - перед смертью?

Он объяснил. Вчера вернулся домой, стал разговаривать с сыном - спрашивал про школу, про дела, высказывал своё мнение. И сын вдруг поднял на него глаза и говорит:

Нет, папа. Я думаю, ты не прав. Я думаю по-другому.

Папа замолчал. Потом говорит:

Сам он так никогда не делал. Никогда в жизни на меня глаза не поднимал. Значит, это вы его научили. Вы и виноваты.

Я не стал спорить. Только спросил:

Вы правда думали, что он со всеми будет вот такой - с поднятой головой, со своим мнением - а с вами будет сидеть и молчать? Если вы главный волк в этой стае, молодой волк не имеет права иметь собственную позицию?

Он помолчал. Потом как-то сдулся:

Ладно. Я просто не ожидал, что он вот так будет разговаривать.

Что на самом деле произошло

Эта история не про выпившего папу и не про смелого мальчика.

Она про то, что мама и папа хотели от ребёнка абсолютно разного - и мальчик об этом знал. Чувствовал это каждый день, даже когда папа был за тысячи километров в море. Мама хотела, чтобы сын научился говорить, возражать, держать голову прямо. Папа - пусть и не формулируя это вслух - хотел, чтобы сын молчал и слушался.

Для ребёнка мама и папа - не два разных человека с разными мнениями. Это два одинаково весомых источника того, что правильно. Когда они говорят разное - ребёнок не выбирает между ними. Он зависает. И это "зависание" потом приходит с ним в школу, к доске, в любой момент, когда надо что-то сказать.

После того случая я понял кое-что важное: поднять самооценку ребёнку в такой ситуации - только полдела. Папа вернётся из рейса и за неделю, сам того не желая, свернёт всё в исходное состояние. Просто, потому что у него другой ответ на вопрос, каким должен быть его сын.

Что с этим делать

Договориться. Не с ребёнком, а между собой.

Это неудобный разговор, потому что в нём придётся признать, что у вас разные представления о том, каким должен быть ваш ребёнок. Не о том, во сколько он ложится спать - это мелочи, а о том - может ли он возражать взрослым, имеет ли право на собственное мнение, должен ли молчать, когда не согласен, или говорить.

Здесь нет универсального сценария разговора - потому что папы разные.

Если папа авторитарный, но небезразличный - с ним работает апелляция к его же ценностям. Именно так поступила мама из этой истории. Она не стала объяснять теорию про самооценку - это бы не сработало. Она сказала иначе:

Ты сильный, ты главный в этой семье. Наш сын - такой же. У него та же порода, та же кровь. Нельзя это в нём давить.

Папа услышал, хоть и не сразу.

Если папа просто отстранённый и убеждён, что воспитание - дело мамы, - разговор другой. Здесь работает конкретика: не "он зажатый", а "его в классе задирают, он молчит у доски, и это видят все". Мужчины реагируют на факты.

Если папа убеждён, что жёсткость - это и есть воспитание, то тут сложнее всего. Но и здесь есть точка входа: никто не хочет, чтобы его сын вырос тем, кого не уважают. Это и есть аргумент.

Главное - этот разговор должен произойти без ребёнка и до того, как вы снова начнёте "тянуть в разные стороны". Потому что ребёнок всё равно почувствует, договорились вы или нет. Они это чувствуют раньше, чем вы успеваете что-то сказать.

Если узнали в этой истории свою семью - напишите в комментариях. Интересно, кто в итоге задаёт тон в воспитании у вас - мама, папа, или может бабушка?

И подписывайтесь на канал - пишу о детях и родителях без скучных теорий.

Источник: Евгений Аверин | Психология счастливого детства

У детей первым на всё реагирует миндалевидное тело - та часть мозга, которая работает мгновенно. Она выдаёт команду: злись, бойся, беги, бросай. И ребёнок её выполняет, не потому что хочет вас довести, просто другого инструмента у него пока нет.

Префронтальная кора - та часть, которая умеет притормозить и подумать прежде, чем сделать - формируется до 20, а у некоторых и до 25 лет. Пока она не выстроена, ребёнок физически не может "включить голову" так, как это делает взрослый. Поэтому уговоры, объяснения и разговоры про последствия - бесполезны.

Та же мама говорит:

"Он выходит из себя на ровном месте."

Она права. Только "ровное место" для семилетнего и для неё выглядит совершенно по-разному.

Что происходит, когда вы повышаете голос

Ребёнок взрывается, родитель в ответ повышает голос. И, вот, уже оба разговаривают из самого горячего, самого реактивного состояния - и пытаются при этом договориться. Ничего хорошего из этого обычно не выходит, это мы все знаем по себе.

Кто-то из двоих должен остановиться первым. Семилетний, у которого префронтальная кора ещё строится? Ну, наверное, всё-таки нет.

Когда в следующий раз ребёнок начинает заводиться - попробуйте не отвечать в тон, а спросить:

- Расскажи мне, что происходит. Что ты сейчас чувствуешь?

Звучит просто, но работает совсем иначе, чем объяснение. Ребёнок, которого регулярно учат вот так останавливаться и называть то, что творится внутри, со временем начинает делать это сам. Сначала с вашей помощью, потом без. Это и есть саморегуляция - не что-то врождённое, а навык, который нарабатывается именно в таких моментах.

Если этого не происходит - истерики никуда не уйдут, они просто меняют форму.

Что на самом деле тренирует мозг ребёнка

Возьмём обычный пазл. Ребёнок берёт кусочек, тот не подходит, берёт другой - тоже не подходит. В какой-то момент рука уже летит смахнуть всё со стола. Вот здесь вы и нужны рядом - не чтобы сложить за него, а чтобы сказать:

- Подожди. Видишь этот край - куда он может подойти?

Ребёнок останавливается, смотрит, думает - и находит. Вот этот момент, от импульса "бросить" до решения "попробовать иначе", это и есть тренировка префронтальной коры. Не сам пазл - а то, что происходит внутри, когда что-то не получается.

С музыкой похожая история, только растянутая во времени. Разучивание пьесы – это, возвращение к одному и тому же месту снова и снова, неделю, две, месяц. Дети, которые занимаются музыкой несколько лет, заметно лучше справляются с ситуациями, где нужно дождаться результата - и это видно не только дома, но и в школе.

Со спортом важен не сам факт нагрузки, а формат. Например, командная игра, где у каждого есть своя роль и своя ответственность перед остальными, работает совсем иначе, чем просто побегать во дворе. Когда ребёнок понимает, что от него лично зависит результат для всей команды, он учится держать себя в руках по совсем другой причине.

И ещё одна вещь, которую сильно недооценивают - распорядок дня. Встал, заправил постель, почистил зубы, позавтракал, убрал тарелку. Каждый такой шаг - маленькое решение в пользу "надо" против "не хочу". Мозг привыкает к этому принципу - и со временем ребёнку становится проще контролировать себя и в других ситуациях тоже.

Про личный пример - и это не то, что вы думаете

Замечаю одно и то же: родители, которые жалуются на импульсивность детей, сами очень часто реагируют первым делом и только потом думают. Ну а как иначе - миндалевидное тело у всех нас работает одинаково. Разница в том, что у взрослого есть выбор.

Если ребёнок видит, что вы в напряжённый момент говорите "дай мне секунду" и действительно берёте её - он это запоминает. Молча, каждый день, без всяких объяснений с вашей стороны.

И ещё кое-что. Бывает, дома ребёнок агрессивный, а с чужими детьми - тихий и зажатый, или - наоборот. Это не противоречие – это, значит, что навык саморегуляции пока работает только там, где ребёнок знает правила. Поэтому среда с другими детьми - команда, кружок, секция - так важна. Там этот навык нарабатывается в условиях, которые вы дома просто не воспроизведёте.

Пока префронтальная кора не сформирована, ребёнок будет реагировать импульсивно - и крик с наказаниями этот процесс не ускорят. Ускоряет только одно: регулярная практика остановки. В играх, в музыке, в утреннем распорядке, в разговоре после книжки перед сном. И в том, как вы сами себя ведёте, когда внутри начинает закипать.

Если узнали в этой истории себя - напишите в комментариях, как это выглядит у вас. Что именно выводит вашего ребёнка из себя, и как вы обычно реагируете?

И подписывайтесь на канал.

Источник: Евгений Аверин | Психология счастливого детства

Кто-то скажет - распустил. Возможно. Но за этим стоят три правила, которые я вывел за годы работы с детьми и родителями.

Правило первое. Отдохнувшая мама лучше "правильной"

Одна мама, с которой я работал, воспитывала двоих пацанов без отца. Овощи на пару, стирка, глажка, работа. В общем, всё по правилам. А потом однажды пришла домой и говорит:

- А может, пиццу закажем?

Дети так обрадовались, что она сама чуть не расплакалась. Наелись, уснули, прямо, где играли. А утром мама проснулась выспавшаяся и впервые за полгода не раздражённая. Потому что у неё появился вечер, когда можно просто выдохнуть и не быть "правильной". Что лучше для детей - замученная "правильная" мать или отдохнувшая, которая утром улыбается? Для меня ответ очевиден.

Правило второе. Счастливая мама - не ответственность ребёнка

Если ребёнок видит, что мама с папой несчастны, никакое воспитание не спасёт. Он превращается в миротворца. Вот сидит мама, расстроенная после ссоры. Пацану шесть, ему бы бегать и орать, а он тихонечко лепит из пластилина, потому что чувствует - если побежит, мама может сорваться. Все хвалят, какой удобный мальчик. А внутри у него страх заявить о себе.

Я уже писал об этом в своих статьях, повторюсь ещё раз. Главная задача отца - снять с ребёнка ответственность делать маму счастливой. Ребёнок может радовать маму рисунками, объятиями, глупыми вопросами. Но быть жилеткой после ваших ссор он не должен. Если заметили, что дочь или сын стали подозрительно тихими, начали следить за вашим настроением - скажите прямо:

"Ты не обязан меня утешать. Это не твоя работа. Иди играй"

Правило третье. Дайте ребёнку быть ребёнком

Я вырос на юге, у нас был канал, куда мы пацанами ходили плавать. Узкий, течение сильное. И вот приходит мальчик с папой. Папа достаёт верёвку, надевает ремень, цепляет карабином и так отпускает в воду. Мальчик умел плавать, но даже на водохранилище, где никакого течения, он плавал на верёвке, лет до пятнадцати. Я потом встречал этого парня взрослым, проблемы были серьёзные, и довольно очевидно откуда.

Тут важно не впадать в другую крайность. Пожалеть, обнять - нормально и нужно. Но когда мама везде бежит и хватает, хотя ребёнок давно в состоянии сам залезть на горку, это перебор. У меня дочка в магазине сама выбирает одежду, иногда выходит такое, что жена хватается за голову. Но это её выбор, и я не буду его отнимать. А недавно у неё в отеле потерялся любимый плюшевый зайчик, маленький, страшненький, но самый "дорогой". Можно было сказать "да ладно, купим нового".

Но вместо этого, мы вместе попереживали и придумали, что зайку постирали и он уехал жить к другому ребёнку. Она сама к этому пришла, потому что если обесценить то, что для ребёнка важно, он запомнит не зайца, а то, что его чувства никому не интересны.

На сегодня всё. А вы разрешаете себе быть "неправильными" родителями? Напишите в комментариях. Не забывайте подписаться на канал.

Источник: Евгений Аверин | Психология счастливого детства