Тримаран VS Горьковское вдхр. 11–14 сентября. Часть 3: рекорды и выводы
Всего пройдено 130 км. План был около 200 км, но я всё равно считаю этот поход успешным.
День третий: рекорд скорости и дистанции
План на день
Хотя места стоянок совсем не совпали с задуманными, я решил не отступать от изначального плана на третий день попробовать поставить рекорд по пройденному расстоянию. Я понял, что для удобного и быстрого перемещения нужно двигаться вдоль подветренного берега: там волны не успевают разогнаться, а ветер при этом может дуть достаточно сильный. Обещали ветер строго с берега, то есть курсом галфвинд, и я мог сначала пройти на север, а потом вернуться на юг, ближе к точке финиша.
Проснулся я не очень рано, тем более что было облачно и красивого восхода не было. С момента выхода до захода солнца у меня оставалось примерно девять часов. Я прикинул, что часа четыре буду идти в одну сторону, а пять оставлю на возвращение.
Идеальный ветер вдоль подветренного берега
Когда я утром отошёл, ветер уже был достаточно сильным, а берег закрывал от волн, они не успевали разгоняться. Сначала тянулся высокий берег, и там ветер был послабее, хотя я шёл метрах в трёхстах от берега. Это к вопросу о преимуществах широких водоёмов перед узкими вроде Пироговского или Клязьминского водохранилищ. Как только высокий берег закончился, задуло сильнее. Я шёл уже чуть дальше от берега, местами, может быть, больше чем в километре, и ветер по-настоящему разошёлся. Обещали всего 10 узлов с порывами до 14, но, по-моему, порывы были явно больше 20 узлов. Рифиться я не стал — и прямо кайфанул.
Во-первых, широкие крылья тримарана позволяют хорошо откренивать: можно сильно свеситься на наветренную сторону, опираясь на поплавок-аутригер, и даже при сильном ветре на полном, незарифленном парусе компенсировать крен. Аутригеры расположены чуть выше среднего корпуса, так что, если хорошо балансируешь, идёшь практически на одном среднем корпусе, а аутригеры лишь слегка касаются воды. Это максимально выгодное с точки зрения гидродинамики положение: корпус узкий и длинный и испытывает наименьшее сопротивление.
Во-вторых, рулить удобно: тяга длинная, и руль можно придерживать ещё и ступнёй — я шутил, что у моего многофункционального руля есть «ножной режим». Тягу можно упереть во что-нибудь, чтобы она стояла ровно, можно придерживать ногой, а можно держать рукой. В этом смысле руль получился очень удобным.
То самое рулевое управление с тягами. Благодаря отсутствию румпеля, можно удобно пользоваться кормовым отсеком. И даже при больших углах поворота погон гика-шкота и ахтерштаги не мешают рулить.
Как проявил себя стаксель
Мой старый байдарочный стаксель был площадью около 0,8 квадратного метра, а новый — чуть меньше двух. Это примерно вчетверо меньше площади грота, но он всё равно очень хорошо помогал компенсировать приводящий момент. Тримаран сильно приводится к ветру (стремится встать против ветра), и это даёт большое усилие на руле: руль большой площади, и чем выше скорость, тем сильнее усилие. Именно такое усилие и заклинило старый руль со шкивами на Финском заливе. Новая простая конструкция с двумя поперечными рычагами и верёвками оказалась надёжной и даже при большом усилии на руле позволяла управлять и откренивать одновременно.
Конечно, хочется стаксель ещё побольше, чтобы усилие стало ещё меньше, а лодка — лучше сбалансирована. С другой стороны, это добавило бы нагрузку на мачту. Мачта у меня ставится в стакан в корпусе и, по сути, свободностоящая: она может стоять и держать серьёзные нагрузки даже без штагов. Но стаксель даёт дополнительное усилие, к тому же его нужно ставить на штаг, который должен быть достаточно сильно натянут, иначе стаксель будет хуже работать. А если натягиваешь мачту спереди, нужно чем-то компенсировать это сзади: отсюда форштаг для стакселя и ахтерштаги для компенсации.
У стакселя есть ещё одна полезная функция: по нему видно, правильно ли ты идёшь относительно ветра или слишком остро. Если стаксель начинает заполаскивать или видно, что он работает не полностью, это повод чуть-чуть увалиться. Кроме того, стаксель помогает делать поворот оверштаг. На одном гроте, если не хватило скорости, особенно против волны, ты моментально останавливаешься, и грот не уваливает лодку, а, наоборот, приводит — тримаран вместо смены галса начинает двигаться задом. Задним ходом тоже можно сманеврировать: повернуть руль в противоположную сторону и увалиться, после чего лодка всё равно пойдёт вперёд. Но это не очень удобно, особенно когда большая волна добавляет нервозности. А стаксель, если ты чуть недовернул, помогает довернуть нос и завершить поворот.
Скорость 11 узлов
На этом участке с небольшими волнами и хорошим ветром я поставил рекорд: 11 узлов, то есть больше 20 километров в час по моему GPS-трекеру. Для сравнения, из круизной яхты мне удавалось выжать без малого 9 узлов при более сильном ветре. Снимать с тримарана на такой скорости я не решался, было страшновато, но это было по-настоящему круто. Со стороны это, наверное, выглядело примерно как те ребята на гоночных катамаранах в Reels. При этом тримаран поднимает гораздо меньше брызг. Нет ощущения, будто летишь, хотя скорость приличная. У прогулочной килевой яхты с большим водоизмещением всё наоборот: даже на маленькой скорости она поднимает столько брызг и пены, что кажется, будто несёшься, хотя скорость невелика. А здесь скорость хорошая, а пены практически нет — конечно, брызги летят, но в основном от аутригеров. И появляется ощущение, что на большой скорости лодка немного выходит на глиссирование. Наверное, чтобы она по-настоящему начала глиссировать, нужно идти ближе к пятнадцати узлам, но видно, что корпус приподнимается и лодка идёт уже немного по-другому.
Парус, несмотря на порезы и дырки, работал идеально, к нему не было никаких вопросов. Опасений, что сломается мачта, у меня тоже не было: я помнил, как висел на ней всем весом, когда разбирал колена, и понимал, какие колоссальные нагрузки она спокойно выдерживает. Теоретически её, наверное, можно сломать при ветре за 30 узлов, но скорее уж слегка поедет крепление в корпусе. А учитывая, что мачта ещё и закреплена штагами, вероятность этого ещё ниже.
Ветер никогда не дует ровно, особенно на водохранилищах: то порыв, то затишье. Поначалу, когда приходили порывы, я побаивался и всегда немного потравливал гика-шкот, чтобы увеличить угол и сбросить ветер с паруса. Но когда сбрасываешь ветер, теряешь скорость, поэтому потом я выработал привычку просто эффективнее откренивать — перемещаться поближе к наветренному аутригеру. При этом я был готов, если крен всё-таки начнёт нарастать, ослабить гика-шкот и сбросить ветер. Но сильных кренов так и не случилось: ничего похожего на ситуацию на Финском заливе здесь и близко не было.
Обратно против ветра и волны
Я шёл вдоль большого залива по дуге. На одной его стороне ветер дул сбоку и даже чуть спереди — полный бейдевинд. Я повторял линию берега, далеко от него не отходя, чтобы не разгонялась волна, и ветер всё больше заходил сбоку — галфвинд, потом бакштаг. Со временем он стал дуть вдоль береговой линии, и чем дальше я продвигался, тем сильнее он нагонял волну вдоль берега. Там, видимо, было неглубоко, и волна получилась достаточно крутой. Зато я шёл быстрее волны, и это плюс: когда волна тебя обгоняет, на руле возникает неприятное усилие, а когда идёшь быстрее её, этот эффект практически не проявляется. Но я понимал, что обратно против такого ветра и волны идти будет долго, и придётся срезать залив, то есть идти далеко от берега, фактически по центру водохранилища. Заранее приготовился к тому, что обратный путь будет более мокрым.
Я дошёл почти до Юрьевца и зашёл за мыс, где начинался следующий залив. За мысом ветер подстих. Я немного выдохнул, перекусил и подумывал дойти до островов, но, посмотрев на время, всё-таки решил двигаться назад.
Путь назад начался и против ветра, и против волны. Волна шла не совсем по ветру, чуть сбоку, а ветер дул спереди — достаточно острый бейдевинд. Скорость сразу упала, и начало заливать. Сидел я практически всё время в мокром: волна то и дело перекатывалась через нос, заливала кокпит и крылья, на которых сидишь. Мембранные штаны не рассчитаны на постоянное пребывание в воде и со временем промокают. Гидрокостюм, соответственно, тоже.
В галфинд волны бьют в борт, сидишь в мокром.
По ходу я проверил, что творится в носовой секции. Нельзя сказать, что воды не было совсем, но её было на порядок меньше — может, литров двадцать, сантиметров пять от силы. Это не представляло угрозы, но чтобы нос не тяжелел, я решил её вычерпать. Только, в отличие от хода по ветру, одновременно вычерпывать воду и держать правильный курс было сложнее. И, находясь в центре тримарана, при сильном порыве просто не успеешь компенсировать крен.
Тримаран на автопилоте
Я поступил так: не трогая стаксель, потравил гика-шкот, чтобы грот частично обезветрился и даже сильный порыв не давал большого крена. Мне удалось поймать баланс, когда частично обезветренный грот уравновешивался наполненным стакселем, и лодка без подруливания шла под постоянным углом к ветру. Для меня это стало открытием. В теории я знал, что паруса можно так настроить, но на тримаране, где стаксель в разы меньше грота, мне казалось, что это невозможно. Когда я всё настроил, это был просто восторг: я действительно мог отпустить руль, и тримаран шёл сам — пусть медленнее, потому что грот работал лишь частично, — и я мог спокойно заниматься своими делами.
Я достал тот же черпак из пятилитровой бутылки. В этот раз воды было немного, и черпак полностью не набирался. Я вычерпал, сколько смог, а остальное собрал губками. Заняло это, может быть, минут десять, и всё это время я фактически шёл на автопилоте.
Было видно, как руль сам подруливает, чтобы лодка всё время шла одним курсом относительно ветра. Интересно, как это работает: если ветер усиливается, лодка чуть уваливается, грот начинает работать сильнее и приводит её обратно к ветру — так достигается баланс. И наоборот, если лодка сильнее приводится к ветру, грот ещё больше обезветривается и почти перестаёт работать, стаксель начинает работать сильнее и снова чуть уваливает лодку. Но это нюансы, а на деле она шла практически ровно, и подруливание было совсем минимальным. Честно говоря, когда рулишь сам, стоит чуть отвлечься — и курс уже поменялся. А здесь подруливание гораздо точнее.
К этому моменту волны приходили уже практически в борт, что было не очень приятно: аутригер их разбивал, и наветренный борт, где я находился, постоянно заливало водой, да и бортовая качка была сильнее. Но в целом тримараны достаточно устойчивы, несмотря на небольшой объём аутригеров: в каждом, наверное, литров по двести, то есть он держит 200 кг при том, что тримаран вместе со мной весит около 350. Иными словами, половину веса тримарана аутригер точно выдерживает.
Благодаря самодельной третьей балке, тримаран стал более "собранным": на волнах ничего не скрипит и не болтается.
Пока лодка шла на автопилоте, мне удалось ещё и немного поснимать. Когда идёшь динамично, особенно на большой скорости или по волнам, съёмка отвлекает, и рулишь не очень эффективно, а кроме того, боишься, что телефон забрызгает или он упадёт в воду.
Итог дня: почти 80 километров
В этот день я прошёл мимо точки старта и спокойно выдохнул: теперь, если что, я точно смогу вернуться. Я решил зайти в следующий большой залив, куда впадает река. Под вечер ветер стал стихать, и скорость, конечно, снизилась. Тем не менее за день удалось пройти почти 80 километров, или около 42 морских миль. Для хода под одними парусами за достаточно короткий световой день — реально чуть меньше девяти часов — я считаю это хорошим результатом.
Пиковая скорость как раз и составила те самые 11 узлов. Понятно, что всё время с такой скоростью не идёшь: ветер дует очень неравномерно, и если он стихает или идёшь против резкой волны, скорость падает. В среднем за день, наверное, вышло около 4,5 узла, что для хода под парусом тоже неплохо: где-то закрывает берег, где-то идёшь против волны, а к вечеру ветер и сам стихает. Если бы я стартовал с самого севера водохранилища, как изначально планировал, то прошёл бы его целиком — там как раз около 85 километров.
Будь день подлиннее и выбирай я только места, где нет волны и хорошо дует, я бы, наверное, нарезал и все 60 морских миль — а столько мало кто проходит под парусами за световой день, по крайней мере на круизной яхте.
Третью ночь я тоже провёл с оттяжкой к берегу. Деревья там нависали над водой, и в них можно было практически упереться носом, не вылезая на берег. Но мачта с такелажем могли запутаться в ветвях, и рисковать я не стал. Пришлось пройти метров пять по воде до берега, я снова завёл верёвку серьгой вокруг дерева, а с кормы бросил якорь.
Последний день: возвращение
Последнее утро наконец выдалось безоблачным. Я не закрывал на ночь тент палатки, и через москитную сетку всё было видно. Проснулся я ещё до рассвета, когда небо только начинало светлеть, поснимал и полюбовался красотами. До точки старта оставалось около девяти километров, и в последний день я решил больше никуда не ходить, а просто вернуться, поэтому можно было не спешить. Я пофотографировал рассвет и ещё повалялся.
Когда палатка стоит прямо на палубе, можно ловить вайб рассвета, не вылезая из спальника.
Далеко уходить я не стал и из-за неожиданной проблемы. Пока я скакал по волнам в мокром гидрокостюме, у меня натёрлось то место, на котором сидишь. Я думал, это только проблема велосипедистов. Но на велосипеде ты всё-таки сидишь более-менее в сухом, а когда сидишь в мокром и постоянно ёрзаешь туда-сюда, в итоге начинает натирать. Сидеть было достаточно больно, и, прямо скажем, перемещаться, чтобы откренивать, когда это было нужно, уже совсем не хотелось. Для будущих длительных походов надо продумать решение этой проблемы.
До точки старта я дошёл без особых приключений. Ветер местами тоже неплохо дул. Поначалу был практически бакштаг — сзади и чуть сбоку. Я растянулся на палубе, светило солнышко, наконец-то было тепло, и можно было немного поваляться и просто насладиться ходом. При подходе к точке старта ветер сменился на галфвинд и полный бейдевинд, пришлось откренивать, и ход стал чуть динамичнее. Входить в устье реки у точки старта пришлось против ветра. Я как можно сильнее прижался к берегу, чтобы укрыться от ветра, и подошёл на весле.
Мысли вслух
Вода — не бесконечная дорога
В прошлый раз на байдарке Горьковское водохранилище сильно спутало мои планы и преподало мне урок. Тогда пришлось завершать маршрут в пожарном режиме. Я понял, что пользоваться парусом на байдарке так, как бы мне хотелось, было практически невозможно. Кстати, это и подтолкнуло меня к поиску более подходящего плавсредства для моих походов. В этот раз, с тримараном, в первые два дня Горьковское водохранилище тоже постаралось указать мне моё место. Но это был скорее урок, который я усвоил и из которого сделал правильные выводы. Так что на третий день уже можно было по-настоящему получить удовольствие под парусом.
Я понял, что водные просторы — это не бесконечная дорога, по которой можно ехать куда хочешь. Есть места, где можно "ездить" нормально, и это далеко не большая часть водного пространства. А есть места, куда соваться не стоит: там либо волны, либо ветер, либо, допустим, течение. В общем, существуют разумные ограничения, соблюдая которые можно выжимать максимум из своего судна.
«Что, неопытный?»
Тут уместно вспомнить ещё один сюжет истории на Финском заливе. Когда я приехал собирать вещи, выброшенные с перевернувшегося тримарана на берег, я проходил мимо кемпинга, и какой-то пожилой мужчина расспросил меня, что произошло. В ответ на мой рассказ он спросил: «Что, неопытный?» Меня это немного покоробило. Да, какого-то опыта у меня действительно не было. Но «опытный» или «неопытный» — это не бинарная категория, особенно в яхтинге. Опыт можно получать постепенно, попадая в ситуации, в которых раньше не бывал, и делая из них правильные выводы.
Поэтому я не могу сказать, опытный я или неопытный. Могу сказать лишь, что после Финского залива и Горьковского водохранилища степень моей некомпетентности стала ниже: я понял, как вести себя в определённых ситуациях и на что обращать внимание. Расширил зону своей компетентности.
В активных и отчасти экстремальных видах отдыха я всегда стараюсь не переходить грань: для меня важно оставаться в достаточно безопасной зоне. Рисковать жизнью и здоровьем я не готов, но мне важно прочувствовать всё на себе. И чем больше у меня опыта в разных ситуациях, тем шире диапазон, в котором я могу оставаться в зоне комфорта.
Так что нельзя сказать, что я стал опытным или остался неопытным: я стал опытнее. Я усвоил уроки и в следующий раз в похожих ситуациях буду чувствовать себя увереннее и понимать, что может произойти.
