Джезель сидела на коленях, помутненным взглядом уставившись на место, где только что была карга. В её душе бушевал разрывающий изнутри ворох эмоций. Страх неминуемой смерти, животный ужас перед собственной инфернальной природой, вырвавшейся наружу, и изматывающее облегчение от того, что она всё еще дышит — всё это сплелось в тугой ком. Разум, не в силах справиться с таким потоком эмоций, просто отключился, погрузив волшебницу во всепоглощающий ступор.

Из тишины леса выпорхнули десять светящихся фигурок. Это были те самые фейри, с которыми отряд заключил уговор накануне. Они с ужасом осматривали взъерошенную поляну, пока их взгляды не наткнулись на крошечные, истерзанные тельца сестёр, лежащие в траве.

— Что тут случилось? — испуганно запищала одна из них, медленно опускаясь на землю рядом с погибшими.

Услышав их голоса, сознание Джезель вернулось из глубокого оцепенения. Опираясь на древко посоха, она с трудом поднялась на ноги. Прижжённые огнем раны все еще продолжали терзать болью, а каждое движение заставляло кровь сочиться с новой силой. Тифлингша, прихрамывая, медленно побрела к ним, стиснув зубы.

— Это была бойня... — глухо выдавила из себя волшебница, глядя сквозь них. — Я чудом осталась в живых.
— Значит... Дженни мертва? — осторожно, с затаенной надеждой спросила старшая фейри.

Джезель молча кивнула, потирая шею.

— А наши сёстры? Вы обещали помочь! Вы должны были их спасти! — отчаянно воскликнуло маленькое существо. Её прозрачные крылышки безвольно опустились.

Джезель отвела взгляд. Она могла бы рассказать, как карга подчинила разум фейри, как их плачущие сестры убивали её друзей, и как Асхарету и Миранде пришлось защищаться. Но слова застряли в горле. Правду было слишком тяжело произнести вслух.

— Мы пытались вам помочь, — голос тифлингши дрогнул, выдавая её стыд. — Но... она оказалась чересчур сильна. Мне так жаль, что мы не смогли их спасти.

Фейри всё поняли по её отведенным глазам. Старшая бережно подняла на руки обмякшее тельце сестры. Остальные последовали её примеру, собирая своих подруг.

— Может быть, вам помочь? — осторожно спросила Джезель, делая шаг вперед.
— Нет, спасибо. Вы помогли достаточно, — с горьким упреком и поникшей головой ответила старшая фейри, поднимаясь в воздух.
— Не приходите в этот лес больше никогда! — со слезами пропищала во все горло другая, прежде чем раствориться в темноте Трепещущего леса.

В груди Джезель болезненно ёкнуло. Ей было искренне жаль этих крошечных созданий, но изменить она уже ничего не могла. Рефлексировать не было сил — нужно было спасать тех, кто еще дышал.

Вместе с Дейвом они принялись осматривать товарищей. Жрец и друид были без сознания, но их дыхание оставалось ровным. А вот Миранда была бледна как смерть — яд паука делал свое дело. Дейв, судорожно роясь в своей походной сумке, извлек баночку с резко пахнущей мазью. Густо намазав ею почерневшую рану воительницы, стражник с облегчением выдохнул: дыхание девушки выровнялось, судороги отступили, и она провалилась в спасительный, целебный сон.

Перетащив раненых поближе к угасающему костру, Джезель заставила себя подойти к котлу. Заглянув внутрь, она едва сдержала рвотный позыв. В кипящем бульоне плавали человеческие останки — омерзительная пища карги.

Отшатнувшись от костра, тифлингша обратила внимание на две стальные клетки, подвешенные у избы. Подойдя к одной из них, она осторожно постучала по прутьям посохом. В ответ раздалось глухое, измученное мычание. Заметив блочный механизм и веревку, Джезель схватилась за грубую пеньку, распутывая узел.

— Госпожа, не надо! Я сам всё сделаю, не беспокойтесь, вам нужно отдыхать! — суетливо залепетал подбежавший Дейв. Стражник всеми силами пытался загладить свою вину за то, что бросил её в самый страшный момент боя.
— Она тяжелая, — отстраненно, но твердо ответила Джезель, не выпуская веревку. — Лучше спустить вдвоем. Там человек, если уронишь — только навредишь ему.

Дейв послушно взялся за трос рядом с ней.

— Спасибо, — тихо произнес наемник, глядя на её профиль. — Не каждая леди станет тягать тросы в таком месте.

Блок заскрипел, и тяжёлая клеть мягко опустилась на землю. Внутри оказался изможденный мужчина в крестьянских лохмотьях — несомненно, один из тех самых пропавших лесорубов из Холма Кейбла. Джезель осторожно осмотрела его. На теле не было свежих ран, но селянин пребывал в странном оцепенении, похожем на глубокое отравление. Волшебница приподняла его голову, влив немного чистой воды из своей фляги. Мужчина жадно проглотил её, но так и не смог разлепить веки.

Вдвоем они оттащили его к остальным спящим товарищам. Соседняя клетка оказалась столь же тяжелой. Её пленницей стала женщина из деревни, находившаяся точно в таком же болезненном забытьи.

Закончив с ранеными, волшебница и её верный наемник, измазанные в пепле, крови и болотной грязи, тяжело опустились на траву напротив своих спутников. Ночь в Трепещущем лесу постепенно светлела, уступая место холодному предрассветному туману. Джезель закрыла глаза, пытаясь перевести дыхание. Кошмар закончился, но для неё самой он только начался — она знала, что уже никогда не забудет того инфернального огня, спасший её от верной гибели.

— Долго они не приходят в себя... — тихо произнес Дейв, нарушая тяжелую вечернюю тишину. В его голосе сквозила неподдельная тревога.

Джезель молча открыла глаза. Она перевела взгляд на своих раненых товарищей, распластанных на сырой земле. Всего несколько дней назад они были для неё случайными попутчиками, а теперь она сидела рядом с их неподвижными телами, чувствуя груз ответственности за каждую пролитую каплю крови.

Она обвела взглядом измученные лица товарищей, а затем опустила глаза к собственному поясу, где висел последний флакон со светло-красной лечебной жидкостью. Волшебница тяжело вздохнула, отцепила склянку и, превозмогая ломоту во всем теле, подошла к жрецу Тира. Опустившись рядом с ним на колени, она осторожно приподняла голову эльфа и влила спасительное зелье ему в рот.

Тирен резко втянул воздух, закашлялся и рывком сел, дико озираясь по сторонам. В его глазах всё еще стоял ужас битвы.

— Мы выжили?! — хрипло выдохнул он.
— Да, — тихо и на удивление спокойно ответила Джезель. — Ты сможешь помочь остальным?
— В какой-то степени... — эльф потер виски, пытаясь сфокусировать зрение. — Магических сил у меня не осталось. Совсем. Но я осмотрю их раны.
— Удели особое внимание Миранде, ей пришлось тяжелее всех. И мы с Дейвом нашли в клетках еще двоих пленников. Я не совсем понимаю, что с ними.
— Хорошо. Вы уже обыскали дом?
— Нет. Сейчас это не лучшая идея. Мы будем ночевать здесь, на поляне.
— Ты уверена? Это Трепещущий лес, Джезель! — возмутился жрец, с трудом поднимаясь на ноги.
— Я знаю, что делаю.

Пока Тирен ковылял к Миранде и спасенным крестьянам, Джезель всё еще пребывала в легком оцепенении, но её аналитический ум уже начал работу. В уме она вычерчивала сложные геометрические контуры, готовясь к магическому ритуалу.

Её концентрацию нарушил тяжелый, влажный кашель Асхарета. Варвар заворочался на траве. Тифлингша поспешила к нему, помогая приподняться и поднося к губам флягу с водой. Как только Асхарет сел, его грудь содрогнулась в спазме, и изо рта на траву выплеснулся массивный, густой сгусток черной жижи.

— С тобой всё в порядке? — испуганно отшатнулась волшебница.
— Да... Подарок... — выдавил он между приступами кашля.

Джезель вопросительно изогнула бровь. Как только варвар отхаркнул последние капли черной дряни и вытер рот тыльной стороной ладони, он пояснил уставшим, хриплым голосом:

— Подарок от карги... Зелье, что я выпил... Кажется, оно было не самым свежим.

«Саркастично шутит, значит, жить будет», — подумала Джезель, решив, что варвар просто так называет цену, которую пришлось заплатить за возможность видеть невидимую старуху.

— Отдыхай. Я рада, что тебе лучше. Мы разобьем лагерь прямо здесь.
— Может, лучше в доме? — удивился Асхарет. На его грязном лице отразилась вопросительная гримаса, скрывающая остатки боли.
— Нет, нет и нет. Сейчас соваться в дом мертвой карги, наверняка полный ловушек и сюрпризов, — ужасная идея! У нас нет на это сил. Отдыхайте, я обо всём позабочусь, — твердо настояла волшебница.

Асхарет бросил вопросительный взгляд на стоящего неподалеку Дейва. Стражник лишь коротко кивнул: госпожа знает, что делает.

— Ладно. Но я помогу. Не хочу спать в обнимку с этими уродцами, — проворчал варвар и, кряхтя, поднялся на ноги.

Ни Джезель, ни Тирен не стали его останавливать. Асхарет направился к разрубленным телам красных колпаков. Схватив изуродованные останки слуг карги за шивороты и ремни, он поволок их подальше от спасительного костра, забрасывая истерзанные трупы в густые заросли на краю поляны.

Вскоре начали приходить в себя Фенрир и Миранда. Друид распахнул глаза и первым делом судорожно схватился за кинжал на поясе.

— Карга мертва?! Где она?! — дико закричал он, пытаясь вскочить. — Я убью её!
— Тише, тише, Фенрир. Она мертва. Всё кончено. Успокойся... — Джезель мягко положила руку ему на плечо, усаживая обратно на землю, и вкратце рассказала о финале битвы.

Дейв тем временем помог Миранде сесть, убрал в ножны её брошенный клинок и строго-настрого запретил вставать. Жрец, закончив осмотр, подошел к Джезель.

— Жители Холма Кейбла живы, — тихо сообщил Тирен. — На них нет проклятий, только крайняя степень истощения и шок. Им просто нужны покой, вода и еда.

Услышав, что месть за его анклав свершилась, Фенрир тяжело вздохнул. Он поднялся, подошел к центру перепаханной боем поляны и опустился на колени. С помощью остатков магии он заставил прорасти из земли толстый зеленый стебель высотой по пояс. Из своей походной сумки друид бережно достал идеально гладкий камень, испещренный темно-коричневыми природными узорами — осколок его уничтоженной рощи. Положив камень на живой постамент, эльф закрыл глаза и начал тихо, почти беззвучно шептать древнюю молитву на Сильване.

Дождавшись, пока он закончит, Джезель собрала всех в тесный круг.

— Садитесь рядом и не выходите вот за эту невидимую черту, пока я не закончу ритуал, — предупредила она, очертив концом посоха широкий круг на сырой земле.

Спутники послушно расселись на земле. Усталость накрыла Миранду, словно тяжелым одеялом, и она не смогла найти в себе сил что-либо сказать товарищам. Лишь молча достала сухие пайки, поделилась ими с остальными и принялась жевать жесткое мясо, запивая его водой из фляги.

Джезель открыла свой гримуар. Она принялась медленно, выверяя каждое слово, читать длинное заклинание, плавно вычерчивая в воздухе сложные жесты. Десять минут непрерывной концентрации. Похожий купол она уже ставила на подступах к Флану, но сейчас он был жизненно необходим здесь.

С последним слогом пространство вокруг них дрогнуло. Сырая земля под ногами мгновенно сменилась мягкой, теплой травой. Воздух внутри невидимой сферы стал комфортно теплым, а мерзкий запах горящих красных колпаков и гниющего супа исчез, словно его отрезало ножом. Над их головами сомкнулся плотный бордовый купол, который постепенно стал почти прозрачным изнутри, скрывая их от чужих глаз снаружи.

— Теперь мы в безопасности, — выдохнула Джезель, закрывая книгу. — Никто и ничто не сможет прорвать этот барьер до самого утра. Отдыхайте.

Силы окончательно покинули её. Волшебница свернулась клубочком прямо на мягкой траве, крепко прижав к груди кожаный переплет своего гримуара, и тут же провалилась в глубокий сон без сновидений. Последним, что она услышала перед тем, как тьма забрала её, был тихий шёпот Тирена и Фенрира, распределяющих часы ночного дежурства.

Продолжение следует...

PS. Длинный день у героев закончился, они наконец-то могут выдохнуть ненадолго перед тем, как начнут исследовать тайны, скрывающиеся в избе карги.

Для любителей читать полноценные главы я оформила их на Author.Today и ВКонтакте в формате статей. Все с бесплатным доступом!

Тем временем Асхарет, чьи страшные раны уже затянулись и превратились в бледно-розовые шрамы благодаря целительной друидической магии Фенрира, с первобытным ревом ворвался в дом карги. Внутри хижины царил удушливый полумрак, пропахший гнилью и сушеными травами. Варвар в ослепляющей ярости сделал тяжелый шаг вперед, выискивая старуху, но не успел занести клинок. Два массивных дубовых стола, заваленных алхимическим хламом слева и справа от входа, внезапно содрогнулись и потеряли свою форму. Деревянная поверхность пошла буграми, раскололась посередине, обнажив влажные, усеянные сотнями кривых иглоподобных зубов пасти. Мимики. Твари с мерзким чавканьем выбросили вперед клейкие ложноножки, намертво вцепившись в обе руки опешившего варвара, и своей чудовищной массой с грохотом повалили его на грязный пол.

Оружие со звоном выскользнуло из захваченных пальцев. Любой другой воин запаниковал бы, оказавшись в ловушке едкой слизи и смыкающихся на предплечьях челюстей, но только не Асхарет. Его глаза заволокла кровавая пелена истинного варварского бешенства. Рыча так, что дрожали стены избы, он отказался быть добычей. Напрягши каждый мускул своего могучего тела, Асхарет начал медленно, неотвратимо подниматься на ноги, отрывая от пола прилипших к нему тварей. Мимики зашипели, пытаясь сдавить его сильнее, но воин лишь шире расставил ноги для упора и, взревев от ярости, не стал церемониться: он принялся с животной жестокостью колошматить монстров друг о друга и о половицы.

Удары были такой сокрушительной силы, что старые доски пола затрещали и прогнулись, а в воздухе повис тошнотворный хруст ломающейся мебели и рвущейся плоти. Оглушенные чудовищными физическими травмами, мимики не выдержали: их клейкая секреция утратила свои свойства, а зубастые челюсти судорожно разжались. Освободив изжеванные руки, варвар не стал терять ни секунды. Он отшвырнул одно из существ ногой, выхватил свой оброненный меч и, перехватив рукоять поудобнее, обрушил на дезориентированных монстров град свирепых ударов. Спустя несколько мгновений от засадных хищников остались лишь бесформенные, сочащиеся лиловой кровью щепки, разбросанные по всему дому.

Тем временем на улице сознание Джезель начало медленно проясняться. Над ней возвышался Тирен, и мягкий исцеляющий свет на его ладонях медленно угасал.

— Ты как? — тяжело дыша, спросил жрец.

— Тяжело, — промямлила волшебница, морщась от боли.

— Нужно держаться. Мои силы почти на исходе, — предостерег спутник, помогая Джезель подняться и подавая ей лежавший в траве посох.

Ухватившись за рукоять покрепче, она потратила несколько секунд, чтобы окончательно прийти в себя и сфокусировать зрение, а затем ринулась в сторону избы, где Асхарет как раз добивал столы-людоеды.

— Эй, сюда! Она уже здесь, за домом! Что-то откапывает! — яростно прокричал из-за угла Фенрир.

Миранда мгновенно устремилась на голос друида. Следом за ней выскочили Тирен и Асхарет. Джезель предпочла держать дистанцию, осторожно выходя на линию атаки. Волшебница старалась действовать тактически, и на исходе сил ей оставалось лишь прикрывать товарищей магией школы Воплощения, которую она изучала всю жизнь, неся гордое имя дома Тэрейа, ничего не стоившее в этом проклятом лесу.

За домом развернулась жуткая картина. Сгорбленная Дженни Зеленозубая стояла на коленях и с безумным усердием раскапывала землю костлявыми когтистыми руками, с треском отрывая вкопанные доски какого-то старого логова. Её действия сопровождались непрерывным истеричным смехом. Наконец, из разрытой ямы высунулись огромные мохнатые лапы с шипами, а следом на поверхность выбрался массивный черный паук. Тварь противно заклацала жвалами, с которых на траву капал вязкий яд.

— Ох, сладкие мои пирожочки... Бабушка же предупреждала: не лезьте в чужой котёл! — елейно пропела старуха, но тут же её голос сорвался на мерзкий, булькающий визг: — Теперь мой питомец обглодает ваши косточки, а из черепов я сделаю кубки!

Несмотря на кажущуюся дряхлость, Дженни с необычайной ловкостью запрыгнула на спину паука. С хохотом она щелкнула высохшими пальцами обеих рук, и её фигуру окутала мерцающая магическая сфера, по которой непрерывно пробегали короткие электрические разряды.

Асхарет и Миранда с двух сторон бросились на каргу. Вложив в удары все оставшиеся силы, они замахнулись стальными клинками, надеясь закончить этот кошмар. Но холодная сталь лишь со скрежетом скользнула по магическому щиту, не причинив Дженни никакого вреда. Зато этот контакт не прошел бесследно: сталь послужила идеальным проводником. Искры со сферы мгновенно устремились к эфесам мечей, и воинов ударило такой мощной волной электричества, что их с криком отбросило назад в сторону Тирена и Фенрира.

Паук тоже не стоял без дела: он бросался на обидчиков, пытаясь достать их ядовитыми жвалами и острыми лапами.

Дженни засмеялась пуще прежнего, но в её смехе уже слышался надрывный, влажный хрип. Карга была загнана в угол и теперь не жалела сил, тратя свои последние резервы ради выживания.

— Плохие, непослушные дети! Бабушка выжжет из вас всё мясо до самых костей! — истошно завопила старуха. Вскинув руки, она выпустила очередную ветвистую молнию прямо в сгруппировавшихся после падения путников.

Разряд с треском ударил в землю у их ног, осыпав всё вокруг смертоносными искрами. Воины закричали от боли. Джезель, стоявшая поодаль, чудом осталась цела.

— Ignis! — кричала волшебница, посылая огненные снаряды один за другим. Но карга на своем многоногом транспорте ловко уворачивалась от языков пламени.

Асхарет и Миранда, шатаясь, снова вскочили на ноги. Совместным мощным рывком они врезались в паука сбоку, и Дженни, не удержав равновесие, кубарем слетела со спины своего питомца на сырую землю. Но старуха тут же вскочила, шипя, как растревоженная змея. Тирен и Фенрир, принявшие также на себя удар последней молнии, уже неподвижно лежали на траве.

Джезель лихорадочно скользнула рукой по поясу, нащупав стеклянный флакон со светло-красной лечебной жидкостью. «Надо быстрее заканчивать с ней, моих сил осталось лишь на одно, самое последнее заклинание», — пронеслось в её голове.

Волшебница перехватила посох горизонтально, вытянув его перед собой, а второй рукой сделала жест, словно натягивая тетиву невидимого лука.

— Telum! — дрожащим, но полным решимости голосом произнесла она и отпустила призрачную тетиву.

Три ослепительно-лазурные магические стрелы сорвались с пальцев и устремились прямо в грудь старухе. Удар должен был стать фатальным. Стрелы, ведомые магическими нитями, не знали промаха. Но в самую последнюю долю секунды Дженни резко обернулась. В её глазах мелькнул первобытный страх. Из последних, отчаянных сил она щелкнула пальцами, и перед ней мгновенно вспыхнул такой же электрический щит. Стрелы, отправленные Джезель с такой надеждой, просто разбились об эту преграду, поглощенные остатками тёмной ведьминской магии.

Джезель замерла, ошарашенная тем, что её верное заклинание оказалось бесполезным в самый критический момент. Поняв, что магии больше нет, а впереди — разъяренная карга и ядовитый паук, волшебница сорвала с пояса флакон с зельем и со всех ног бросилась к Тирену, чтобы поднять жреца — их последнюю надежду в этой кровавой бойне.

Огромный черный паук, лишившись своей хозяйки-наездницы, стал действовать куда яростнее и непредсказуемее — теперь ему не нужно было заботиться о том, чтобы не сбросить старуху. Всю свою злобу тварь направила на Миранду. Рыжеволосая воительница едва стояла на ногах, но упрямо сжимала рукоять меча, готовясь к атаке.

В это время Асхарет, ослепленный болью и яростью, повторил свою ошибку. С ревом он обрушил клинок на Дженни, которая всё еще была укрыта защитной сферой. Снова раздался оглушительный треск, воздух наполнился ароматом озона, и тяжелого вояку отшвырнуло назад. Асхарет рухнул на сырую землю, выронив меч, и больше не поднялся.

Карга залилась булькающим, зловещим смехом. Она чувствовала, что победа близка, что эти назойливые герои вот-вот станут лишь ингредиентами для её котла и забытой страницей истории, как и многие их предшественники. Её мутный взгляд сфокусировался на тифлингше, и старуха медленным, хищным шагом двинулась к ней.

Миранда с отчаянным криком замахнулась на паука, но монстр молниеносно отпрянул назад, и тяжелая сталь лишь со свистом рассекла пустоту. В ту же секунду паук, словно гигантская гремучая змея, метнулся вперед. Всем своим весом он обрушился на воительницу, безжалостно вонзая жвала в её плечо. Яд мгновенно хлынул в кровь. Миранда рухнула на траву, забившись в предсмертных судорогах. Счет её жизни пошел на секунды.

Джезель, отступая, отчаянно метала огненные снаряды. Но рана в животе горела огнем, руки дрожали, и пламя раз за разом пролетало мимо, с шипением угасая в сырой траве. Она перевела взгляд на зажатый в ладони флакон с зельем. «Я хотела помочь своим друзьям. Но я не смогу спасти их, если она убьет меня. Я обязана выстоять. Я не должна их подвести», — лихорадочно билось в её мыслях в такт учащенному сердцебиению.

Волшебница сорвала зубами пробку и влила в себя горьковатую светло-красную жидкость. Это зелье не принесло чудесного исцеления, но притупило агонию, позволив Джезель хотя бы устоять на ногах и сделать глубокий вдох, не чувствуя боль от ран.

Дженни неумолимо надвигалась, предвкушая расправу. Оставив бьющуюся в судорогах жертву, черный паук послушно бросился наперерез, закрывая свою хозяйку от возможных атак. «Kgraaght! Миранда тоже пала...» — с ужасом осознала Джезель. Поспешно пятясь в попытках разорвать дистанцию, тифлингша отправляла в каргу последние искры магии, но всё было тщетно.

— Дейв... какой имп тебя унёс... — в отчаянии прошептала Джезель, бросив затравленный взгляд в сторону кустарника.
— Куда же ты, сладенькая? — победно и мерзко проворковала Дженни, облизывая иссохшие тонкие губы. — Твое нежное мясцо так чудно украсит наш суп, мы с паучком полакомимся на славу!

В этот самый момент ночной воздух разрезал сухой щелчок тетивы. Тяжелый арбалетный болт с глухим стуком вонзился прямо в сочленение панциря паука. Это было настоящее чудо, слепая удача. Тварь пронзительно заверещала, и из раны ударил фонтан густой черной крови.

— Госпожа! Бегите! — раздался из кустов дрожащий, срывающийся голос Дейва. Стражник стоял, выставив перед собой разряженный арбалет. Его колени тряслись, но он не убежал. — Не стойте! Бегите! Я отвлеку!

— А это еще что за кусок мяса вылез из кустов? Добавка к ужину? — удивленно и злобно прохрипела карга.

Отчаянный шаг Дейва сработал. Ослепленный болью паук мгновенно переключил свое внимание на новую цель и, клацая жвалами, стремительно бросился через поляну к стражнику.

Джезель не упустила эту спасительную секунду. Последний огненный снаряд сорвался с её пальцев и угодил карге прямо в грудь, с шипением прожег зеленое платье и опалил кожу. Дженни зашипела от ярости. Собрав остатки темных сил, старуха совершила невероятно быстрый рывок. Её когтистая лапа взметнулась в воздух, с треском разрывая ткань платья волшебницы и оставляя на её груди глубокие кровоточащие борозды. Второй рукой карга мертвой хваткой вцепилась Джезель в горло.

— Я тебя уничтожу! — брызгая вонючей слюной, визжала Дженни прямо в лицо тифлингше. — Я вырву эти рога из твоей непослушной головки!

Старуха с нечеловеческой силой сдавила тонкую шею девушки, отрывая её от земли.

Сначала в глазах Джезель плескались паника и животный ужас, а горло сковало удушье. Но через мгновение что-то сломалось. Древняя, чужеродная сила, дремавшая в её крови с самого рождения, пробудилась, отреагировав на смертельную угрозу.

Ужас на лице волшебницы сменился улыбкой. Это была не та милая, приветливая улыбка леди Тэрейа. Это был дьявольский, хищный оскал, сеющий первобытный страх. Джезель расхохоталась — жутко, гортанно, не своим голосом, словно сам дьявол вселился в неё. Она вскинула руки, игнорируя невыносимую боль, и намертво вцепилась в предплечья карги.

В глазах тифлингши вспыхнуло чистое инфернальное пламя. В ту же секунду ревущий огонь вырвался из её ладоней. Пламя не просто обожгло Дженни — оно мгновенно перекинулось на старуху, жадно пожирая её плоть, волосы и кости.

— Что?! Что ты сделала со мной?! А-а-а-а! — истошно завопила карга. Её хватка ослабла, и она отшвырнула девушку от себя.

Джезель рухнула на колени, судорожно хватая ртом воздух, но жуткий, неконтролируемый смех всё еще рвался из её груди. Она смотрела, как Дженни Зеленозубая бьется в агонии, пока мощное инфернальное пламя не обратило её в горстку серого пепла. Легкий ночной ветерок тут же подхватил его и развеял по поляне, не оставив от древнего зла и следа.

Черный паук, услышав предсмертный вопль своей хозяйки, резко затормозил, так и не достигнув своей новой добычи. Инстинкт самосохранения пересилил ярость. Тварь развернулась и, ломая ветки, трусливо скрылась в чаще Трепещущего леса. Дейв судорожно попытался выстрелить ей вслед, но болт со свистом улетел во тьму.

Опустив арбалет, стражник на ватных ногах подошел к своей госпоже. В его глазах читались вина и страх.

— Леди Джезель... я... — начал он, пытаясь оправдаться.

Но Джезель его не слышала. Дьявольский смех оборвался, сменившись звенящей пустотой. Она упиралась окровавленными руками в сырую землю, дрожа всем телом. Адреналин отступал, возвращая боль от ран, а разум медленно и с ужасом осознавал, что именно она только что выпустила наружу. Она победила, но осталась одна среди умирающих друзей.

Продолжение следует...

PS. Путники победили каргу, но какой ценой? Впереди ещё предстоит набраться сил перед дорогой домой и выяснить, чем же она на самом деле занималась в этом лесу.

Для любителей читать полноценные главы я оформила их на Author.Today и ВКонтакте в формате статей. Все с бесплатным доступом!

Вдалеке стояла старая, основательная изба, сложенная из толстых бревен, покрытых бархатистым мхом. Аккуратная тёсовая крыша, мягкий, теплый свет, льющийся из окон, и ровно сложенная поленница создавали пугающе мирную картину. Рядом с входной дверью на крючке висел на удивление добротный плащ, искусно расшитый изящным лиственным орнаментом. Из каменной трубы в ночное небо лениво поднимался дымок.

В самом центре поляны жарко гудел мощный костер, разгоняя тьму. Над пламенем на массивной металлической треноге висел пузатый чугунный котел. От него по всей поляне разносился невероятно аппетитный, густой аромат наваристой мясной похлебки со специями, заставляя желудки уставших путников предательски сжаться.

Но идиллия была обманчивой. Спокойную атмосферу разрушали две большие стальные клетки, зловеще покачивающиеся по бокам избы. Рассмотреть в темноте, кто или что внутри, было невозможно.

У костра, помешивая варево, суетились два жутковатых существа. Это были невысокие, коренастые гуманоиды в огромных, надвинутых на глаза красных шапках. Они тяжело переступали закованными в железо сапогами, а за их поясами торчали массивные, грубо выкованные серпы, чьи лезвия блестели в свете огня.

Но взгляд Джезель приковало другое. На крыше избы, лениво вылизывая свою шкуру, сидел огромный шестилапый зверь с щупальцами на спине — Ускользающий зверь. Судя по уродливым черным подпалинам на его боку, это был тот самый хищник, что сбежал от неё у дома Серелиса.

— Кажется, мы пришли, — прошептал Фенрир. Его голос дрожал от сдерживаемой ярости, а неистово сжимающиеся кулаки побледнели.

— Нужно обсудить план, подожди, — Тирен положил руку ему на плечо, пытаясь остудить пыл друида.

— Хорошая идея, — кивнула Джезель. — Но что мы хотим от неё? Что мы можем у неё попросить?

— Что тут обсуждать?! — прошипел лесной эльф, сбрасывая руку жреца. — Нужно её убить, и всё!

— Не обязательно же всё решать кулаками... — попыталась вступиться волшебница, видя, как Асхарет и Миранда уже бесшумно достают мечи из ножен. — Вы уверены, что это хорошая идея вот так просто ворваться на чужую территорию без разговора?

Но Фенрир её уже не слышал. Память о его уничтоженной деревне требовала отмщения. Разорвав магическую маскировку фейри, друид с яростным криком выскочил из кустов прямо в освещенное костром сердце поляны.

— Дженни! Выходи, я пришел за тобой! Ты поплатишься за свои злодеяния! — его голос эхом разнесся по лесу, мгновенно привлекая внимание всех существ на поляне.

Асхарет и Миранда, не раздумывая ни секунды, сорвались с места следом за ним.

С последним выкриком Фенрир с силой ударил посохом о землю. Пространство вокруг него пошло рябью, и из теней соседних деревьев, скаля клыки, безмолвно выскочила стая крупных волков с ярко светящимися глазами. Повинуясь воле хозяина, звери тут же бросились на коротышек в красных шапках.

Гоблиноподобные существа даже не подумали испугаться. Издав кровожадный клекот, они выхватили свои тяжелые серпы и с радостным энтузиазмом кинулись навстречу волкам, гремя железными сапогами.

Сам же Фенрир на бегу начал трансформироваться. Его тело вытянулось, руки и ноги втянулись, кожа покрылась плотной зеленой чешуей, и спустя секунду по траве в сторону избы уже скользил гигантский, толстый удав, готовый задушить любого на своем пути.

Джезель, оставшаяся на опушке, была ошарашена столь безрассудным поведением своих товарищей. Все её планы на дипломатию и тактику рассыпались в прах. Она вопросительно посмотрела на стоящего рядом Тирена. Жрец Тира лишь обреченно развел руками:

— Мы хотя бы попытались... Давай теперь постараемся не умереть.

Волшебница коротко кивнула, принимая правила игры. Её лицо стало сосредоточенным и холодным.

— Дейв, прикрывай, — спокойным, ледяным тоном приказала она своему тяжело дышащему стражнику.

Она сделала размеренный шаг из тени на освещенную поляну. Излучающие уверенность движения рук, короткая, хлесткая фраза на инфернальном, раздирающая горло изнутри: «Armis» — и воздух вокруг тифлингши стал уплотняться, вспыхнул и застыл. Вокруг Джезель соткался полупрозрачный, элегантный магический доспех, испускающий легкое синеватое свечение.

Она подняла глаза. Ускользающий зверь на крыше перестал вылизывать ожоги. Его шесть лап напряглись, щупальца хищно изогнулись, а пустые желтые глаза безошибочно нашли в толпе ту самую девушку с рогами, чье пламя он запомнил навсегда. Их взгляды пересеклись. Зверь издал низкое, угрожающее рычание. Битва началась.

Поляна мгновенно превратилась в бурлящий котел хаоса. Асхарет и Миранда с яростным криком схлестнулись с кровожадными коротышками в красных шапках, оглашая лес лязгом стали о тяжелые серпы. Фенрир, ослепленный гневом, стремительно продвигался в сторону избы, пока его призрачные волки рвали врагов.

Джезель не стала медлить. В её памяти всплыли многочисленные часы тренировок накануне сдачи экзамена перед магистрами из башни Фламульдината Тулдума. Следом пронеслись формулы её особо любимого заклинания, которое требовало сноровки, чёткости в её дикции и точности каждого движения. Она перехватила свой посох двумя руками и, скользя его основанием по земле, прочертила перед собой широкий полукруг. Волшебница опустилась на одно колено, прижав ладонь к сырой траве, но ни на секунду не отрывала взгляда от Ускользающего зверя на крыше, который уже оскалил пасть.

— Parum Meteororum, — грозно прошептала она на инфернальном.

Земля вокруг неё слегка задрожала. Вдоль прочерченной линии в воздух поднялись несколько скомканных кусков грунта. Они мгновенно вспыхнули и взмыли вверх, начав кружить над её рогами, резонируя с раскалившимися руническими кольцами. Джезель резко выпрямилась и взмахом двух пальцев направила магию в цель. Два пылающих метеора со свистом прошили воздух и врезались в шестилапое существо, выбивая из него болезненный рык и запах паленой шерсти. На лице волшебницы появилась лёгкая улыбка, а виски давяще пульсировали, напоминая о её магической силе, поддерживающей витающие огненные сферы над её головой.

Зверь не стал терпеть. В ту же секунду он сорвался с крыши, черной молнией преодолев поляну. Джезель не успела даже моргнуть, как реальность раскололась: вокруг неё закружили уже пять одинаковых хищников с занесенными шипастыми щупальцами. Она оказалась в ловушке. Пути к отступлению не было.

Волшебница уже не первый раз оказалась в такой ситуации. Её действия были отточенными, а слова на инфернальном разлетались по всей поляне. Магический щит. Взрывающиеся метеоры под ногами существ и следом сразу же огненный шар, выжигающий всё вокруг. Но одно из мерцающих щупалец хлестко пробило её оборону. Острые шипы скользнули по руке, и жгучий яд мгновенно попал в кровь, мутя сознание и заставляя мир перед глазами плыть.

— Милочки, ну зачем вы решили меня побеспокоить! — раздался с крыльца пронзительный, скрежещущий хохот, пробирающий до самых костей.

Дженни Зеленозубая предстала перед ними сразу в своем истинном, омерзительном обличии. То ли отряд застал её врасплох, и она не успела наложить на себя маскировку, то ли она не видела уже в этом смысла. Высохшая, сгорбленная карга с землисто-зеленой, гниющей кожей и длинными, сальными седыми волосами скалила свои острые гнилые, зеленые зубы. На ней было темно-зеленое платье, украшенное лиственным узором, как и на плаще, казалось сотканным из самой болотной тины.

— Девочки мои, полакомьтесь этими сочными деточками! — взвизгнула карга, взмахивая костлявыми руками.

Воздух разорвал оглушительный электрический треск, поляну залило синим светом, и крики её товарищей смешались с грохотом молнии.

Джезель закричала от жгучей боли в отравленной руке и от кипящей ярости. Руны на её кольцах полыхнули ослепительно-алым светом. В отражении её горящих глаз было видно, как волна первобытного огня вырвалась из её рук в очередной раз, сметая всё на своем пути. В этот миг она мечтала лишь об одном — выжить. Пламя разошлось смертоносным кругом. Когда дым рассеялся, иллюзии исчезли, а настоящая туша Ускользающего зверя рухнула к её ногам обугленным куском мяса.

Тяжело дыша, волшебница подняла взгляд и содрогнулась. Над поляной кружили фейри. Маленькие создания, которых они обещали спасти, теперь атаковали её друзей. Из их крошечных глаз ручьями текли слезы отчаяния, они были в полном ужасе от того, что делают, но магия карги безжалостно дергала их за ниточки.

В пылу отчаянного боя Миранда и Асхарет, пытаясь выжить под градом ударов и магии, уже забыли о всяком сострадании. Воительница яростно отмахивалась мечом, сбивая плачущих фейри на землю, не имея возможности сдерживать смертоносные удары.

Фенрир, вернувшийся в облик эльфа, еле держался на ногах — его призрачные волки уже развеялись дымом, но и один из красных колпаков лежал у костра разрубленный надвое. Тирен, уворачиваясь от фейри, лихорадочно читал молитвы, пытаясь залечить глубокие раны друида.

А у дверей избы Дженни откровенно наслаждалась кровавым спектаклем. Хохоча, она раз за разом вскидывала высохшие руки вверх и резко опускала вниз. Очередной электрический треск — и новая молния ударила в землю рядом с воинами. — Попробуйте на вкус мою магию, детки! — надрывалась она.

Вдруг Джезель почувствовала, как в её разум пытаются вторгнуться чужеродные колющие мысли. Она резко обернулась и увидела в воздухе плачущую фейри, которая судорожно выводила жестами заклинание подчинения, глядя прямо на волшебницу. Взгляд феи молил о прощении. Но разум Тэрейа, закаленный годами академических тренировок, с легкостью отбросил ментальную атаку. Джезель сжала зубы и бросилась на помощь к своим.

Асхарет, добив последнего красного колпака, с ревом бросился на Дженни, занося свой длинный меч для смертельного удара. Карга уклонилась с неестественной для сгорбленной старухи скоростью. Её лицо исказила жуткая, издевательская ухмылка.

— Тише, милок, а не то я и тебе глазки повырезаю! — прошипела она прямо ему в лицо и полоснула длинными, черными когтями по его груди, оставляя глубокие кровоточащие раны.

Джезель вскинула ладонь перед собой, направляя её прямо на каргу. "Radius Adurens!" — выкрикнула она уверенно и быстро. Её резкие слова на инфернальном будто бы разрезали само пространство.

Оранжевый магический круг, сотканный из пылающих рун, вспыхнул перед её рукой. Три ревущих огненных луча сорвались с окружности и ударили в каргу. Несколько из них попали Дженни прямо в щёку, и зеленая кожа зашипела, покрываясь черными волдырями.

Карга взвизгнула, её веселье как рукой сняло.

— Деточка, надо уважать старших, а то твои рожки украсят мой дом! — прохрипела она.

Повинуясь её воле, из земли прямо под ногами Джезель вырвались толстые шипастые корни, обвивая её лодыжки. Но они тут же обмякли и осыпались прахом — Асхарет, не обращая внимания на свои раны, с силой обрушил клинок меча на спину карги, заставляя её потерять контроль над магическими корнями.

Дженни неистово закричала, в слепой ярости раскидывая воинов ударами когтистых рук, и отпрыгнула назад к своей избе. В этот же миг с влажным звуком ей в плечо вонзилась оперенная стрела. Фенрир, поднятый магией Тирена, стоял у костра. Его длинный резной лук уже был натянут для следующего выстрела. Когда магия заканчивалась, от посоха не было толка, а усиленный эльфийский лук вполне оказывался полезным в трудную минуту, особенно когда враг обладает недюжинной силой и невероятно острыми когтями.

На уродливом лице Дженни впервые промелькнул неподдельный испуг. Черная кровь сочилась из её раны на плече. Поняв, что недооценила гостей, старуха привычным жестом вскинула руки, и очередной каскад ветвистых молний ударил в путников. Фенрир, не успев выпустить стрелу в каргу, с глухим стоном рухнул на землю без сознания, а стрела бесследно исчезла в направлении леса.

Джезель, пытаясь перехватить инициативу, сплела заклинание слепоты, обволакивая глаза карги густой темной пеленой. «Без зрения она не сможет больше применять свою мощную магию», — пронеслось в мыслях волшебницы. Но старуха лишь злобно усмехнулась. Дымка с шипением развеялась, растворившись в воздухе, а несколько мелких порезов на её теле на глазах затянулись гнилой плотью. Она обвела тяжело дышащий отряд холодным, полным ненависти взглядом.

— Милочки, вы мне наскучили. Поиграйтесь тут без меня, — процедила карга сквозь зубы.

С издевательским смехом фигура Дженни Зеленозубой начала терять очертания. За секунду она растворилась в густом, едком зеленом тумане, который быстро рассеялся в ночном воздухе. Карга стала невидимой и исчезла, оставив отряд наедине со стонущими товарищами, плачущими фейри и кипящим над огнем котлом.

Асхарет не собирался отступать. Варвар неистово зарычал, выхватил с пояса небольшой стеклянный сосуд, наполненный густой, булькающей черной жижей, и залпом влил его в себя. Его глаза мгновенно почернели, зрачки расширились, пробивая магическую завесу Дженни. Он рванул на то же самое место, где карга стояла секунду назад.

— Она здесь! Я её вижу! Она прямо передо мной! — дико зарычал воин, с размаху обрушивая свой тяжелый меч в кажущуюся пустоту.

Но сталь не встретила плоти. Внезапно невидимая, чудовищная сила вырвала клинок прямо из рук варвара. То ли это был мощнейший телекинез карги, то ли темная магия подчинила сам металл, но меч, словно обретя собственную волю, резко развернулся в воздухе. Со свистом рассекая пространство, он устремился прямо в спину Миранды, которая всё еще выискивала, куда делась старуха.

Асхарет на мгновение застыл в оцепенении, глядя на свои пустые руки. Но он не привык долго думать, он привык полагаться на инстинкты, а они приказывали ему драться, не медля ни секунды. Варвар выхватил из-за спины запасной клинок и с ревом продолжил рубить невидимую старуху.

Раздался вскрик. Воительница из наемного отряда Черных Кулаков, не ожидавшая удара в спину от оружия собственного товарища, с глухим стуком рухнула на землю без сознания.

Силы Джезель были на исходе. Магический резерв истощился после стычки со зверем. Она оглянулась, ища Дейва, которому приказала прикрывать себя. «Где же твоя пылкая бравада меня защитить, когда это действительно нужно?» — пробежало в голове тифлингши. Но стражника нигде не было. В ужасе перед истинным обликом карги и кровавой баней он просто попятился назад и скрылся в густых кустах на опушке, оставив свою госпожу один на один с кошмаром.

Джезель стиснула зубы, произнеся грубую и резкую фразу на инфернальном. На её ладони с шипением сформировался небольшой сгусток огня. Ориентируясь лишь на крики Асхарета, она метнула снаряд в пустоту, надеясь зацепить Дженни. Но огонь лишь безвредно пролетел мимо, осветив стволы деревьев, и погас во тьме.

И тут предательский меч Асхарета, расправившись с Мирандой, плавно подплыл к волшебнице. Лезвие угрожающе зависло в воздухе, целясь ей в грудь.

Джезель попыталась защититься, на её пальцах заплясали искры.

— Foeda tenent! — она применила свой любимый магический трюк, которым часто пользовалась, будучи девочкой, в стычках со своими братьями. Тогда эта простая, но эффективная магия была невероятно полезной в ближнем бою. А с возрастом сила заклинания возросла, вместе с мощью волшебницы. Но тратить заклинания ради какого-то парящего меча, когда карга ещё жива и где-то скрывается, было кощунством. Силы уже на исходе, и действовать нужно осторожно.

Удар электрического разряда пришёлся прямо по стали. Волшебница надеялась замкнуть и развеять чужую магию. Искры брызнули во все стороны, но чары оказались сильнее. Меч даже не дрогнул, хоть и завис на мгновение. Резкий взмах, и холодная сталь с тошнотворным звуком прорезала плоть.

Джезель ахнула, выронив посох. Воздух разом покинул её легкие. Она инстинктивно схватилась обеими руками за живот, и её пальцы мгновенно стали скользкими от горячей, пульсирующей крови. Ноги подкосились. Окружающий мир начал стремительно терять краски, затягиваясь серой пеленой. Она тяжело осела на мягкую, влажную землю поляны, пытаясь удержаться в сознании из последних сил, но веки неумолимо смыкались. Тьма поглотила её зрение, оставив лишь приглушенные, доносящиеся словно из-под толщи воды звуки битвы.

Звон стали. Тяжелый, полный боли крик Асхарета. Звук падающего огромного тела. Скрежет металла прямо над ней. Глухой лязг упавшего на землю оружия.

— Джезель! Держись! — сквозь гул в ушах пробился знакомый, но отчаянный голос приближающегося Тирена. Он был где-то уже совсем рядом.

А затем, перекрывая шум схватки, раздался хриплый, удаляющийся женский крик. Это была пришедшая в себя Миранда: "Она забежала в дом!"

И сознание Джезель окончательно провалилось в пустоту.

Продолжение следует...

PS. Глава получилась напряженной и динамичной, надеюсь, что у меня получилось передать хотя бы часть того напряжения и испытанных эмоций за игровым столом. Это еще не финал, впереди вас ждёт захватывающий финал боя и последствия, которые будут преследовать путников.

Для любителей читать полноценные главы я оформила их ВКонтакте в формате статей и на Author.Today и все с бесплатным доступом.

На следующее утро отряд покинул безопасную эльфийскую рощу. Скауты проводили их до границ своей территории по едва заметным тропам, указали продолжение очередной тропы и строго-настрого запретили с неё сворачивать. Это был самый длинный, но и самый безопасный путь через Трепещущий лес прямо к поляне Дженни Зеленозубой. Фенрир и Тирен почтительно поблагодарили проводников, и отряд вереницей потянулся в сырую глубь леса.

По пути жрец и друид то и дело останавливались, уделяя особое внимание здешним травам и высматривая что-то в подлеске у обочины. Джезель, которой быстро наскучила монотонная ходьба по грязи, решила немного развлечься. Когда Тирен в очередной раз низко наклонился к неприметному кустику, волшебница тихо щелкнула пальцами и почти шепотом произнесла:

— Erat quasi illusoria aranea.

Прямо перед носом эльфа из воздуха появился паук. Это была не обычная лесная букашка, а гротескно-страшное, пугающее создание с неестественно длинными, мохнатыми лапами и множеством блестящих глаз. Паук с угрожающим шипением прыгнул прямо в лицо жрецу.

Тирен отшатнулся, ошарашенный внезапной атакой, но страха в его глазах не было. Тонкий эльфийский слух уловил магическую формулу за секунду до появления монстра. Жрец выпрямился, смахнул рассеявшуюся иллюзию, скрестил руки на груди и грозно посмотрел на тифлингшу.

— Будь серьезнее! — отчеканил он. В его холодном взгляде читалось явное разочарование: тратить магию на детские шалости в таком опасном месте казалось ему верхом безрассудства.

Джезель расстроенно надула губы. Идущий позади Дейв тоже укоризненно покачал головой, осуждая легкомысленное поведение своей госпожи. А вот Миранду, шагавшую рядом, эта ситуация откровенно развеселила. Воительница хихикнула и легонько похлопала волшебницу по плечу, подбадривая её.

Дальше отряд шёл в гнетущем молчании. Лес становился всё мрачнее. Плотный туман поднимался от земли, скрывая корни деревьев. Чем дальше они пробирались по тропе, тем больше сгущалось давящее жуткое напряжение. Вокруг начали раздаваться странные звуки: громкий хруст веток, чье-то тяжелое дыхание во мгле, утробное рычание, от которого вибрировала земля. Путники мгновенно подсобрались. Асхарет, Миранда и Дейв обнажили клинки, взяв заклинателей в плотное кольцо.

Внезапно напряженную тишину разрезали тонкие, писклявые смешки, доносящиеся откуда-то с верхних веток.

— Кто здесь?! — Асхарет резко вскинул голову, пытаясь пронзить взглядом густую листву.

В ответ прямо в лоб варвару прилетел твердый желудь. Для Асхарета, не привыкшего к тонким материям и невидимым врагам, это стало последней каплей. Вспышка слепого, неконтролируемого гнева захлестнула его. С рычанием он начал яростно крошить мечом нависающие над ним ветки, рубя листву в мелкую крошку. Но невидимые обидчики лишь залились еще более громким, издевательским смехом.

Джезель наблюдала за этим с нескрываемым любопытством. «Белки? Нет, животные так не смеются. Может, сатиры?» — размышляла она, вглядываясь в кроны.

Её размышления прервал метко брошенный желудь, больно щелкнувший по лбу. Джезель взорвалась мгновенно. Вчерашний бой, усталость и природная горячность взяли верх.

— А ну выходите! А то сожгу тут всё! — в ярости крикнула девушка. Она вскинула ладонь, и над её пальцами с гудением вспыхнуло настоящее, обжигающее пламя. Это была не иллюзия — она действительно была готова обратить этот проклятый лес в пепел.

— Что вам нужно? — громко, но спокойно заговорил Фенрир, опуская руку Джезель и призывая всех к спокойствию. Он продолжал внимательно всматриваться в ветки. — Мы вас не обидим. Хотите, я поиграю с вами? Вы же просто поиграть хотели?

Очередной желудь звонко отскочил от плеча друида. Смешки возобновились с новой силой.

— Да, это смешно, — невозмутимо кивнул Фенрир, — но, может быть, поиграем во что-то более интересное?
— Нам и так весело! — раздался сверху тоненький, звенящий голосок.
— А будет еще веселее! — не отступал эльф. — Или может быть, заключим пари?
— Пари? И что ты ставишь? — в голосе промелькнул неподдельный азарт.
— Если мы выиграем спор, вы поможете нам пройти к поляне Дженни. А если вы — мы развернемся сразу же уйдем, не мешая вам.

На ветках поднялся невероятный гул. Десятки писклявых голосов начали активно что-то обсуждать на быстром, переливчатом языке, похожем на щебет птиц и журчание ручья.

— Фенрир... — шепотом позвала Джезель, косясь наверх.
— Ты понимаешь, что они говорят?
— Увы, — так же тихо ответил друид.
— А кто это?
— Фейри, фейские создания.

Джезель изумленно моргнула. Она читала о них в детских сказках ещё будучи совсем ребенком. Там они описывались как милые, добрые духи леса, помогающие заблудшим путникам и исцеляющие раненых зверей. В реальности же эти «добрые духи» оказались мелкими, злобными пакостниками, швыряющимися желудями.

Гул наверху затих. Тот же голосок, перейдя на всеобщий язык, торжественно объявил:
— Договорились! На соседней поляне обитает лось. Оседлай его — и мы вам поможем.

Лес снова наполнился каскадом издевательских смешков. Фейри явно знали, что этот лось — не обычная травоядная зверюшка.

— Отлично, — твердо ответил Фенрир, поправляя посох. — Показывайте, где он находится.

Туман перед ними внезапно закружился, и из серой мглы вынырнули крошечные фигурки. Фейри. Маленькие, излучающие мягкий свет девочки с прозрачными, трепещущими крылышками, похожими на крылья стрекоз. Хихикая, они вспорхнули и полетели вперед, оставляя за собой мерцающий шлейф золотистой пыльцы.

— Здесь. Вон он там гуляет, — пропищала одна из них, когда они вывели отряд к густым зарослям кустарника.

Путники осторожно раздвинули ветви и замерли. После гнетущего мрака Трепещущего леса картина перед ними казалась нереальной. Огромная, залитая ярким солнечным светом поляна пестрела диковинными цветами. Через неё весело журчала быстрая речушка, а на берегу стоял он. Это был исполинский белоснежный лось, раза в полтора крупнее любого своего лесного сородича, а его рога напоминали кроны древних деревьев — широкие, ветвистые, усыпанные зеленью. На этих живых рогах сидели десятки разноцветных птиц, наполняя поляну мелодичным щебетом. Несомненно, этот зверь был не просто животным, он был настоящим сердцем этого леса.

— У тебя есть план? — шепотом поинтересовался Тирен, не сводя глаз с величественного создания.
— Посмотрим, — коротко ответил Фенрир.

Друид медленно опустился на одно колено и начал бесшумно продвигаться сквозь высокую траву.

Остальные затаили дыхание. Даже непоседливые фейри притихли, зависнув за спинами путников, чтобы не пропустить ни секунды зрелища.

Поначалу всё шло гладко. Фенрир, сливаясь с природой, крался как тень. Но внезапно под его сапогом предательски хрустнула сухая ветка. Звук показался оглушительным. Лось, мирно пивший воду, резко вскинул голову. Белоснежные уши настороженно повернулись в сторону кустов, мышцы под шкурой напряглись.

Друид замер, перестав дышать. В его груди кольнуло чувство вины: пугать такое священное, прекрасное создание ради спора с мелкими проказниками казалось кощунством. Но на кону стоял безопасный путь к карге, и он должен был победить. Дождавшись, когда лось снова опустит морду к воде, эльф продолжил путь, теперь уже выверяя каждый миллиметр.

Ему удалось подобраться на расстояние вытянутой руки. Но как только Фенрир подался вперед, птицы на рогах гиганта тревожно защебетали, предупреждая хозяина. Лось взвился на дыбы, мощно лягнул задними копытами, метя в эльфа, и рванул прочь.

Но Фенрир был быстрее. Уклонившись от смертоносного удара, он оттолкнулся от земли, и прямо в прыжке его силуэт смазался. В следующее мгновение вместо высокого эльфа в воздух взмыла юркая птица. Она стрелой пронеслась над спиной бегущего зверя и, оказавшись точно над его холкой, снова обернулась эльфом.

Фенрир с глухим стуком приземлился на спину лося, намертво вцепившись руками в густую белоснежную шерсть на шее. Зверь взревел и понесся по поляне, брыкаясь изо всех сил, пытаясь скинуть незваного наездника. Настоящее лесное родео!

Фейри взмыли в воздух, заливаясь восторженным, хрустальным смехом. Дейв, наблюдавший за этой сценой из кустов, стоял с буквально отвисшей челюстью — он никогда не видел столь виртуозного владения магией превращения. Асхарет же лишь одобрительно хмыкнул, давно привыкший к трюкам своего лесного друга.

Очередной резкий скачок — и пальцы Фенрира соскользнули. Эльф кубарем полетел со спины гиганта и с громким плеском рухнул прямо в ледяную реку. Освобожденный лось мощными прыжками пересек поляну и скрылся в темноте Трепещущего леса.

Отряд выбрался из кустов, спеша к берегу, где мокрый и отфыркивающийся Фенрир уже выбирался на сушу.

— И правда повеселил ты нас! — продолжали хихикать фейри, кружась над его головой.
— Теперь вы нам поможете? — уточнил друид, выжимая подол плаща.
— Да! Уговор есть уговор! — подтвердила одна из фей.

Их невероятно насмешил финал этой скачки, да и технически друид всё-таки оказался в «седле». Но была и другая причина: эти чужаки шли к карге, а фейри очень надеялись, что кто-то наконец избавит лес от этой твари.

— Мы вас проводим. Но не до конца.
— Почему? — нахмурилась Джезель.
— Мы боимся эту старую бабку! Она крадет наших сестер и мучает их! Мы не хотим попасться ей в лапы.

Сердце Джезель дрогнуло. Сострадание мгновенно вытеснило раздражение, которое она испытывала к этим проказникам ранее.

— Так значит, у неё ваши сестры? — твердо произнесла тифлингша. — Мы освободим их. Обещаю.
— Мы будем рассчитывать на вас. Эта бабка держит весь лес в страхе!

Фейри взмыли выше, и над каждым участником отряда появилось легкое свечение. На их плечи и волосы опустилась мерцающая золотистая пыльца. Джезель напрягла свой академический ум, пытаясь «прочесть» структуру заклинания. Защитит ли оно их от урона? Или придаст скорости? Но магия была слишком древней, хаотичной и природной, чтобы уложиться в формулы книг из Тентии.

— Что это? — решила она спросить прямо.
— Это вам поможет, — загадочно пропищал голосок у самого её уха.

Пыльца таяла на одежде, не оставляя следов, но каждый из них словно стал легче, а их запахи слились с ароматами леса.

Фейри повели их по узкой, скрытой от чужих глаз звериной тропе, значительно сокращая путь.

— Дальше мы не пойдем, — одна из фей остановилась у кривого, почерневшего дерева. — Вам осталось идти минут двадцать, и вы выйдете к её поляне. Будьте осторожны... и спасите наших сестер!

С этими словами эти миниатюрные создания порхнули в разные стороны, мгновенно сливаясь с листвой, оставив отряд один на один с надвигающейся тьмой логова карги.

Продолжение следует...

Отряд уже на пороге логова. Готовы ли они к встрече с ней? Как они поступят? Узнаем уже в следующей главе!

Спасибо, всем, кто читает и ставит реакции на посты, мне это очень приятно и мотивирует публиковать историю дальше 🥰. Подписывайтесь, чтобы не пропустить выход продолжения истории!

А для любителей читать полноценные главы я оформила их ВКонтакте в формате статей и на Author.Today (бесплатный доступ).

В центре рощи раскинулась поляна небывалой красоты, усеянная мириадами разноцветных, слабо светящихся в сумерках цветов. Прямо на стволах деревьев-гигантов были выстроены изящные деревянные домики. К ним вели искусные спиральные лестницы, мягко огибающие массивные стволы дубов.

Несколько местных эльфов, занятых вечерними хлопотами, при виде чужаков замерли. В их глазах мелькнул испуг, и они постарались бесшумно скрыться за дверями своих жилищ, провожая незваных гостей настороженными взглядами.

Скауты повели отряд к самому впечатляющему строению. Оно располагалось на центральном, самом массивном дереве прямо напротив входа в рощу. В отличие от остальных одноэтажных домиков, это здание уходило ввысь на несколько ярусов. От него во все стороны разбегалась паутина подвесных мостиков, искусно сплетенных из крепких лиан и небольших гладких дощечек.

Путников провели по спиральной лестнице в обширный главный зал. В центре, в кресле из живого, переплетенного дерева, восседал эльф с суровым, неподвижным лицом. Его холодный взгляд сразу же зацепился за рога Джезель, а затем сместился на Фенрира.

— Любопытно... — медленно протянул он, и в его голосе звучал холодный расчет и капля пренебрежения. Он перевел разгневанный взгляд на своих скаутов. — И зачем вы их сюда привели?

— Он из анклава, — рейнджер, сбросив капюшон, указал на Фенрира. — Они собрались в ночи по Трепещущему лесу бродить.

— Надо было их оставить там... на корм болотным тварям.

— Уважаемый, мы не собираемся задерживаться, — ровным, учтивым тоном начал Тирен, выходя вперед. — Мы ищем пропавших людей из деревни. Если вы нам поможете, мы сразу же уйдем и больше никогда вас не побеспокоим.

— Чтобы вы ушли и всем рассказали о нашем поселении? — возмутился Старейшина. Он резко поднялся, и с тихим шелестом извлек из ножен элегантный стальной меч. — Может, разумнее вообще вас не отпускать?

Асхарет напрягся, но Фенрир успел заговорить первым:

— Мы никому ничего не расскажем. Я, как эльф и представитель анклава, ручаюсь за это. Мне ли не знать, как важно сохранять такие поселения в тайне от чужих глаз.

Старейшина смерил друида долгим взглядом. Наконец, он медленно опустил оружие и вернул его в ножны.

— Тут ваших пропавших людей нет. Человеческая нога не ступала в эту рощу уже сотни лет.

— Мы знаем, — кивнул Тирен. — Скорее всего, это дело рук карги, которая живет в этом лесу.

— Карги? Дженни Зеленозубой? Хм...

— Возможно. Мы не знаем её имени. Но мы стали свидетелями зверской расправы над одним из лесорубов близлежащего поселения. И, как нам известно, это не единичный случай.

Старейшина равнодушно пожал плечами:

— И что вы хотите от меня? Мы с ней не пересекаемся. Мы не трогаем её, она не трогает нас. Всё просто. Видимо, ваши людишки имели наглость полезть прямо к ней в логово.

— Я не буду этого отрицать, — дипломатично согласился жрец Тира. — Мы просто хотели бы с ней поговорить и... уладить конфликт. Трепещущий лес невероятно велик, мы будем безмерно благодарны, если вы подскажете, где её искать.

— Чтобы вы её убили и окончательно нарушили баланс в этом лесу? — фыркнул эльф.

Услышав это, Фенрир побледнел. Пальцы, сжимавшие посох, заскрипели от напряжения, а в глазах мелькнула первобытная ярость. «Баланс? Эта мерзкая тварь уничтожила его родную деревню, убила его близких, а этот трусливый Старейшина называет её кровавые бесчинства «природным балансом»! Друиду стоило огромных усилий не броситься на хозяина зала прямо сейчас, но он стиснул зубы и промолчал.

— Зачем же убивать? — Тирен ни на секунду не потерял самообладания. — Мы поступим исключительно по закону.

— В этом лесу закон один, — жестко отрезал Старейшина. — Не суйся в чужой дом, и будешь жив.

— Несомненно, — с изящным поклоном ответил Тирен, демонстрируя мастерство профессионального переговорщика.

Старейшина тяжело вздохнул и раздраженно махнул рукой.

— Ладно. Завтра утром мои скауты проведут вас по нашей территории и укажут безопасный путь к её болотам. А дальше уж сами разберетесь.

Несмотря на холодный прием, законы гостеприимства взяли свое: Старейшина приказал накрыть для уставших путников стол. Ужин проходил в большом общем зале, словно в одной огромной семье. Местные эльфы поначалу косились на странную компанию — особенно на тифлингшу — с явной опаской, но вскоре напряжение спало, и они разделили с гостями общий хлеб. Рацион был скромным, но удивительно вкусным и разнообразным: лесные ягоды, сочные зажаренные перепелки, кедровые орехи и хрустящие чипсы из капусты, запеченные в сладкой медовой глазури.

После ужина юная волшебница, вежливо поблагодарив Старейшину за гостеприимство, отправилась на центральную поляну. Она твердо решила провести эту ночь наслаждаясь видом звёздного неба, среди роскошных светящихся цветов, подальше от душных комнат и тяжелых мыслей. Дейв, как верная тень, тяжело ступая, проследовал за ней.

— Дейв, ну хватит уже бегать за мной по пятам, — надув губы, возмутилась Джезель, оборачиваясь к стражнику. — Я отсюда никуда не денусь. Я не настолько глупа, чтобы одной бродить по этому жуткому лесу за пределами рощи. Лучше помоги разместиться здесь.

Дейв устало потер макушку. Его подопечная была как всегда права: после всего пережитого за день у него самого гудели ноги. Он немного расслабился, стянул тяжелый походный рюкзак и принялся раскладывать спальники на мягкой траве, всё же продолжая краем глаза бдительно следить за окрестностями.

В это время Джезель с интересом оглядывалась по сторонам. Её взгляд зацепился за молодую эльфийку, с которой они недавно сидели за одним столом. Девушка ухаживала за цветами у подножия одного из древесных домов. Джезель почувствовала там легкое, почти неуловимое колебание Плетения и, движимая профессиональным любопытством, направилась к ней.

Подойдя ближе, волшебница легонько покашляла, чтобы не напугать лесную жительницу. Эльфийка обернулась и тут же чуть отстранилась, всем своим видом выражая недоверие к рогатой гостье.

— Добрый вечер, — мягко улыбнулась Джезель.

— Здравствуйте... — неуверенно протянула девушка, скрестив руки на груди.

— Я заметила, что вы обладаете магическими способностями.

— Да... совсем малость, — эльфийка повела рукой, и прямо на глазах Джезель из земли проклюнулся и расцвел сияющий бутон.

— Это потрясающая магия! — искренне обрадовалась волшебница. — Сможете меня научить?

Эльфийка опешила от такой прямолинейность и наглости.

— Простите... но... это наш... дар, — замялась она. — Он дается нам от рождения вместе со связью с лесом. Я не уверена, что у вас получится, — прошептала она, поднимая взгляд на рога волшебницы.

— Я буду очень стараться! Давайте хотя бы попробуем? — с упрямством, достойным дома Тэрейа, настаивала тифлингша.

Девушка еще немного помялась в сомнениях и недоверии, но заразительный энтузиазм Джезель сломил её сомнения.

— Хорошо. Расскажите, мне, что вас может связывать с природой?

— С природой? Хм... Моя специализация строится на школе... — Джезель резко осеклась. Рассказывать пугливой эльфийке, что её основная магия несет разрушение и смерть, было плохой идеей. Нужно было найти что-то светлое. Тифлингша задумалась, прижав пальцы к подбородку — Бабушка! Она выращивает прекраснейшие гортензии на своем балконе в Тентии.

Джезель мило заулыбалась, живо представляя этот пышный цвет и незабываемый аромат домашних цветов, который всегда ассоциировался у неё с уютом и безопасностью.

— Что ты используешь в качестве магической фокусировки? — спросила эльфийка, смягчившись.

— Кольца, — Джезель методичным жестом указала на руническую вязь, опоясывающую её рога.

— Может быть, и получится... — задумчиво произнесла девушка и пригласила тифлингшу сесть на траву. — Садись. Закрой глаза и представь перед собой эти гортензии.

Джезель послушно опустилась на колени и прикрыла веки. Эльфийка подошла сзади. Когда её пальцы коснулись рогов Джезель, волшебница невольно вздрогнула. Для тифлинга это было невероятно уязвимое, интимное место, но тяга к новым знаниям заставила её подавить инстинктивное желание отстраниться.

— Почувствуй, как потоки жизненной силы проходят сквозь землю, — монотонно зашептала эльфийка. — Попробуй направить этот поток через себя. Не открывай глаза, продолжай представлять свои цветы перед собой и ощущать связь с землёй, с природой.

Джезель начала искать привычные нити Плетения, но то, что она нащупала, принципиально отличалось от академической магии. Это были не строгие формулы и схемы энергетических нитей. Это была густая, пульсирующая сила, похожая на сердцебиение самой земли.

Нежные руки эльфийки скользнули по рогам прямо к металлическим кольцам. — Я помогу сфокусировать поток, но дальше тебе нужно справиться самой.

Джезель, привыкшая подчинять магию своим аналитическим умом, попыталась силой вытянуть энергию из земли. Но природная сила воспротивилась — поток заскользил, не даваясь в руки.

— Почувствуй, доверься природе... — мелодично продолжала эльфийка шептать за спиной Джезель.

Поняв свою ошибку, волшебница отбросила заученные правила. Она просто отдалась чувствам, доверясь словам незнакомки и вспоминая тепло бабушкиных рук и запах дома: чудесный и нежный аромат нежно-розовых гортензий.

Эльфийка начала водить пальцами по рунам, нашептывая древние слова, помогая сфокусировать силу. Поток энергии наконец поддался. Он мягко прошел через тифлингшу — от самых кончиков пальцев ног, поднимаясь по позвоночнику и концентрируясь в рунических кольцах на рогах. Поляна отозвалась тихим шелестом травы, от которого ушки волшебницы слегка пошевелились.

— Если будешь усердно тренироваться, сможешь делать это с такой же легкостью, как и мы, — с улыбкой произнесла лесная дева, убирая руки.

Джезель открыла глаза и ее дыхание застыло. Прямо перед ней из эльфийской земли проросли те самые домашние гортензии — пышные, нежно-розового цвета. В воздухе разлился тот самый сладкий, медовый аромат, стирая границы между суровым Трепещущим лесом и родной и уютной Тентией.

— Невероятно... Спасибо вам огромное! — с благоговением выдохнула юная волшебница, осторожно касаясь лепестков.

Она потянулась к эльфийке в объятиях, но та лишь тепло улыбнулась на прощание и скрылась в ночных тенях, возвращаясь к своим делам. Джезель, переполненная новыми, светлыми эмоциями, вернулась к Дейву. Стражник уже сидел на расстеленном спальнике, с деланным безразличием протирая меч, но Джезель понимала, что он не сомкнет глаз до самого утра. Завтра им предстоял тяжелый поход в логово карги, но сегодня её душа была спокойна.

Продолжение следует...

Спасибо, всем, кто читает и ставит реакции на посты, мне это очень приятно и мотивирует публиковать историю дальше 🥰. Подписывайтесь, чтобы не пропустить выход продолжения истории!

А для любителей читать полноценные главы я оформила их ВКонтакте в формате статей и на Author.Today.

То, что открылось их взору в самом центре площади, заставило воздух застрять в легких.

На Арминдене — высоком шесте, возведенном ради долгожданных плясок Зеленотравья и проводов суровой зимы, — висело нечто, что еще недавно было мужчиной. Труп лесоруба был изуродован с патологической, почти ритуальной жестокостью. Кожа была содрана практически полностью, обнажая сырое, багровое мясо. Кисти рук были грубо оторваны от запястий и с силой воткнуты прямо в пустые глазницы, словно мертвец зажимал глаза, не в силах смотреть на этот мир. Глубокие рваные раны от мощных когтей пересекали грудь и бедра.

На шее несчастного болталась простая табличка из старой обломанной доски. На ней, темной и еще липкой кровью, была вырезана — словно острым когтем вместо пера — надпись на эльфийском. Джезель, знавшая язык, не сразу разобрала неровную вязь древнего наречия, но когда смысл слов дошел до неё, по спине пробежал мороз:

«Я вас предупреждала»

— Во имя Тира! — напугано выкрикнул Тирен, выглянувший из общего зала, и тут же захлопнул двери, чтобы не пугать оставшихся внутри людей.

Стив и Дейв стояли рядом, оцепенев от ужаса.

— Кто... кто мог совершить такое? — прошептал Дейв.

Джезель, стараясь подавить тошноту, пыталась обнаружить следы какой либо магии. Она ожидала почувствовать фон некромантии или проклятия, но магические потоки молчали. Это была чистая, первобытная физическая жестокость.

Фенрир подошел к табличке вплотную. Его зубы сжались так сильно, что на скулах заиграли желваки.

— Проклятая карга! — выдавил он, и в его голосе было столько ненависти, что Джезель стало не по себе. — Сперва моя деревня, а теперь эти люди!

Он замер, не мигая глядя на надпись, словно пытался выжечь её взглядом. В памяти Джезель всплыли обрывки прочитанных в библиотеке Тентии книг о «лесных бабках» — злобных существах, чья жестокость не знала границ.

Она аккуратно коснулась спины Фенрира, пытаясь его успокоить и отвести от этого жуткого зрелища. Друид среагировал не сразу, но под её рукой напряжение в его теле начало медленно спадать. Он тяжело выдохнул и отвернулся. Асхарет с Мирандой, сохраняя профессиональное молчание, принялись снимать Рерка с шеста. Несмотря на их опыт, Джезель видела, как подрагивали руки Миранды, когда та накрывала изуродованные останки рогожей.

Джезель подошла к своим стражникам.
— Мы кормили лошадей, а потом услышали визг... — начал рассказывать Дейв.
— Да, ужасный визг, аж мурашки по коже, — перебил его Стив.
— Мы обернулись и увидели это. Он появилось словно из ниоткуда. — продолжил Дейв
— Какая же страшная сила обитает в этом лесу? — задумалась Джезель.
— Может быть, мы вернемся обратно на наш маршрут, госпожа? — взмолился он. — Это не просто бандиты!
— Нет, Дейв, мы не можем бросить их в беде.
— Но это слишком опасно!
— Я не одна, — твердо ответила волшебница. — Я уверена, мы все справимся.

Дейв разочарованно покачал головой. Он никогда не мог переубедить волшебницу, если она что-то решила для себя.

Вернувшись к управляющему и сообщив, что тело убрано, жителям предложили разойтись по домам.

Фенрир рассказал, что неподалеку в лесу обитает его друг, друид Серолис Гринлив. Он — страж этого леса, и он наверняка может знать подробности случившегося.

Перед отправлением группа плотно отобедала. Джезель строго распорядилась: в болотистый лес карету и лошадей не брать. Стив, окинув взглядом свои доспехи и внушительную фигуру, с явным облегчением вызвался остаться в аванпосте.

— Я лучше тут посторожу, леди Джезель, — Стив нервно усмехнулся, потирая живот. — С моим-то весом в этом болоте я не боец, а якорь. Если я в трясину засосусь, вы меня до следующего лета не вытянете, а лесные чудища еще и зубы об мои бока обломают, пытаясь достать из грязи такой «обед в упаковке»!

Лес сомкнулся над ними, превращая день в вечные серые сумерки. Туман здесь был гуще, липче, он глушил звуки шагов и приносил запах стоячей воды и гниющей листвы. Узкая, извилистая тропа наконец вывела путников к небольшой лужайке, где сквозь вязкую дымку проступал силуэт приземистой, сложенной из грубых бревен хижины. Её крыша, густо поросшая дерном, почти сливалась с окружающим подлеском, превращая жилище в подобие вросшего в землю кургана. Рядом, в густой тени, лениво журчал ручей, чья вода казалась холодной и темной, словно жидкая сталь, и не отражала ни единого проблеска света в этой вечной полутени.

Единственным признаком жизни в этом безмолвном месте был аккуратный садик, за которым из тумана надзирало соломенное пугало в обветшалых лохмотьях. Ровные ряды трав и овощей всё еще выдавали прежнюю скрупулезность хозяина, однако земля между ними уже успела покрыться сухой коркой, а среди сочных побегов начали нагло пробиваться первые сорняки. На краю огорода, там, где лес подступал ближе всего, виднелся неестественно помятый куст — словно нечто крупное совсем недавно проходило здесь, оставляя после себя лишь ощущение чужого, пристального взгляда.

Фенрир постучал в тяжелую деревянную дверь, но ответом была лишь давящая тишина. Ни шагов, ни шороха, ни дыхания не было слышно изнутри небольшого домика. Друид толкнул дверь, и она с лёгкостью поддалась, открывая путникам укромный уголок друида. Внутри витал аромат пыли, земли и сушеных грибов. Очаг был давно потушен.

— Похоже, что он в очередной раз ушёл в разведку, — подвел итог эльф-друид, осматривая помещение.
— И нормально не появляться в доме так долго? Ты за него не переживаешь? — озадаченно уточнил Тирен.
— Конечно нет, он же следопыт, — Фенрир ухмыльнулся — лес для нас, как родной дом! С ним все будет в порядке!

Пока остальные осматривали единственное помещение домика, Джезель заметила на кровати забытый небольшой дневник в кожаном переплете. Рядом с ним небрежно лежало перо, оставив после себя большую кляксу прямо на постели. Небольшой табурет рядом с подсвечником, воск из которого растекся далеко за пределы этого стульчика. Тифлингша взяла его, чувствуя странный трепет, дневник явно был оставлен в спешке. Последняя страница была исписана мелким почерком.

«Я пытался воззвать к их разуму. Я покинул стены своего дома и пришел к ним, надеясь, что хотя бы старшие поймут масштаб угрозы. Я говорил с Халвином Грейнглом и этим упрямцем Хьюпом Брайтбеллом. Пытался объяснить им, что Баланс хрупок. Что лес не прощает тех, кто берет больше положенного, и что глубоко в чащобе таится то, что лучше не тревожить.

...
Сегодня ночью лес пугающе тих. Ни уханья сов, ни шороха мыши. Даже ветер замер, будто затаив дыхание. Я сижу за столом, не решаясь зажечь свечу ярче, чтобы не выдать свое присутствие тем, кто за окном. Тени в углах комнаты кажутся мне слишком густыми, почти осязаемыми. Мне нужно уходить на рассвете, бросить всё и запутать следы. Если это прихвостни тех сил, что пробудились из-за вырубки, то стены этого дома...»

Джезель быстро пробежалась глазами по содержимому страницы, вылавливая суть. Последнее предложение резко оборвалось длинной чертой, будто перо было резко выдернуто в момент закрытия книги. «Что же тебя напугало, Серелис?» — успело промелькнуть у волшебницы в мыслях, как вдруг над головой раздался тяжелый, глухой удар. Потолок жалобно скрипнул, и на раскрытый дневник густо посыпалась древесная труха. А следом за этим пришел скрежет — звук когтей, сдирающих дерн и вгрызающихся в бревна.

— Все наружу! — рявкнул Асхарет. Он не ждал ни секунды: сталь его меча с сухим шелестом покинула ножны, и варвар первым вылетел в окно, готовый встретить врага.

За ним тенью метнулся Фенрир. Миранда, чьи рефлексы были отточены годами стычек в городских подворотнях, уже оказалась снаружи — Джезель лишь успела заметить в оконном проеме, как рыжая воительница, цепляясь за выступы сруба, ловко карабкается на крышу. Волшебница осталась одна в полумраке хижины.

Она замерла, почти не дыша. Страх ледяной иглой коснулся позвоночника, но магия, спавшая в крови, отозвалась мгновенно, требуя выхода. Ладонь обожгло знакомым жаром пламени. Джезель почувствовала, как внутренняя энергия концентрируется в кончиках пальцев, сплетаясь в пульсирующую небольшую оранжевую сферу. Воздух вокруг руки задрожал от зноя, а между фалангами заплясали искры, готовые сорваться в смертоносный полет. Она ждала, что сейчас балки не выдержат и чудовище рухнет прямо на неё. Потолок над головой угрожающе прогнулся, одна из опорных лаг треснула с оглушительным хрустом, и в образовавшуюся щель просунулась массивная угольно-черная лапа. Когти, напоминающие кривые кинжалы, вспороли воздух не обнаружив добычи.

Поняв, что зверь медлит с прыжком внутрь, Джезель бросилась к окну. Она буквально вывалилась наружу и тут же по колено увязла в ледяном ручье. Обжигающий холод воды мгновенно прошил всё тело, отрезвляя и выбивая остатки растерянности. Не обращая внимания на тяжелое, намокшее платье, мешающее движениям, волшебница выбралась на другой берег и развернулась, удерживая в руке угасающее пламя, готовая в любой момент возобновить его.

На крыше кипел бой. Там, на фоне туманного неба, бесформенным пятном метался Ускользающий зверь — огромная шестилапая пантера. Из её спины, подобно живым плетям, хлестали два шипастых щупальца, а шкура мерцала, создавая ощущение, что монстр находится везде и нигде одновременно.

Асхарет принял яростный выпад на себя, его меч с металлическим лязгом встретил когти твари. Фенрир, стоя на коленях у самого подножия хижины, воззвал к силам земли. Из-под фундамента, взрывая дерн и пожухлую траву, с утробным гулом вырвались толстые, узловатые корни. Словно древесные змеи, они метнулись вверх по невысоким стенам приземистого дома, железной хваткой обвивая лапы монстра и прижимая его к скату крыши. Зверь заревел, его голос сорвался на хриплое рычание, когда корни лишили его хваленой подвижности.

Этим моментом и воспользовалась Миранда. Выждав секунду, рыжая воительница в отчаянном прыжке вонзила клинок точно в основание шеи твари. Рык оборвался захлебывающимся кашлем. Огромная туша обмякла, корни медленно разжались, и тело зверя с глухим, тяжелым стуком скатилось по крыше, рухнув на землю прямо у порога покинутого дома.

— Готов! — крикнул Асхарет.

Джезель хотела было выдохнуть с облегчением, но инстинкт — или какое-то глубинное, звериное чутье — заставил её обернуться. Радость чужой победы мгновенно испарилась, сменившись ледяным оцепенением.

Пока все смотрели на крышу хижины, из вязкого тумана беззвучно выскользнули новые тени, беря волшебницу в плотное кольцо. Три Ускользающих зверя. Три пары пустых, светящихся нездоровым желтым светом глаз уставились на неё с разных сторон. Их угольно-черные шкуры мерцали и расплывались, создавая вокруг каждого монстра шлейф из призрачных двойников, обманывающих зрение. Шипастые щупальца-бичи со свистом рассекали сырой воздух.

Джезель оказалась в самом центре этого смертельного хоровода. За спиной — ручей, впереди — клыки. Бежать было некуда. Звери бросились в атаку одновременно, превратившись в единый, размытый вихрь из когтей и хлещущих плетей.

— Scutum! — выкрикнула она, вскидывая руку в защитном жесте.

Воздух вокруг неё мгновенно уплотнился, вспыхнув и затвердев в виде невидимого силового купола. Когти с тошнотворным скрежетом полоснули по магическому барьеру, тяжелые щупальца обрушились на него градом безжалостных ударов. Щит жалобно задрожал под натиском сразу троих чудовищ. Он выдержал основной удар, не дав тварям разорвать девушку в клочья, но магия не была всесильна.

Острый, как бритва, коготь пробил мерцающую преграду, глубоко распоров Джезель плечо. Следом одно из щупалец, найдя брешь в дрогнувшей обороне, со звериной силой хлестнуло её по ребрам, разрывая мокрую ткань платья и кожу.

Жгучая боль пронзила тело. Теплая кровь густо заструилась по онемевшему предплечью и саднящему боку, смешиваясь с грязной болотной водой на изорванной одежде. Но Джезель не закричала. Она лишь до скрипа стиснула зубы и не сделала ни шагу назад. Обжигающая боль не сломила её, а лишь подстегнула холодную, кипящую ярость. «Хотите крови? Вы её получите.»

Она сделала глубокий, судорожный вдох, концентрируя внутри себя всю доступную магическую энергию. Игнорируя пульсирующую боль в ранах, Джезель направила обе ладони в землю прямо перед собой, отдаваясь первобытной силе стихии.

— VOLUPTATIBUS!

Её голос прозвучал подобно раскату грома, разрезавшему туман. Мир исчез в ослепительной оранжевой вспышке.

Сфера ревущего пламени диаметром в сорок футов вырвалась из её рук. Ударная волна раскаленного воздуха ударила во все стороны, жадно поглощая трех зверей. Их проклятая мерцающая защита оказалась абсолютно бесполезна против всепожирающей стихии. Твари слились в едином, захлебывающемся визге: охваченные первобытным ужасом, полыхающие силуэты отчаянно заметались в дыму и с воем бросились прочь, растворяясь в спасительной тьме леса.

Джезель стояла в самом эпицентре этого инферно. Пламя бушевало вокруг неё, накрывало землю и сжигало траву, но, повинуясь безупречной воле заклинателя, не касалось её кожи. Жар лишь окутывал её, запекая кровь на свежих ранах и мгновенно испаряя ледяную воду с подола платья, поднимая вокруг фигуры волшебницы густое облако пара.

Когда рев огня стих, на поляне осталась лишь дымящаяся, выжженная дотла воронка. Джезель стояла среди падающего хлопьями пепла, тяжело и хрипло дыша. Её руки мелкой дрожью отдавались от перенапряжения и боли. Адреналин бурлил в венах, притупляя ноющие раны. Это было её первое настоящее, жестокое сражение. Она была ранена, но она выжила, выстояв против стаи чудовищ в одиночку.

Асхарет и Миранда с лязгом оружия и тяжелыми ударами ботинок один за другим спрыгнули с крыши хижины, готовые броситься на помощь. Но они замерли, глядя на выжженную поляну, на исчезнувших чудовищ, а затем — на Джезель. На её распоротое плечо, пропитанный кровью бок и абсолютно спокойное, жесткое лицо, покрытое копотью. В их расширенных глазах больше не было ни капли снисхождения к «хрупкой столичной леди». Там читалось лишь глубокое, потрясенное уважение.

В этот момент из кустов вывалился Дейв с мечом наголо. Он замер, глядя на дымящееся побоище.

— Леди Джезель! Я слышал шум, я бежал... — он осекся, увидев кровь на её платье. — Вы ранены!

Джезель медленно повернула к нему голову. Она щелкнула пальцами здоровой руки, применяя заговор Престидижитации. Грязь и копоть осыпались с платья, но магия не могла зашить разорванную ткань или смыть кровь, сочащуюся из ран. Теперь она выглядела не как леди на прогулке, а как королева-воительница после битвы.

— Ты как раз вовремя, Дейв, — ухмыляясь сказала она, поморщившись от боли в плече. — Мы как раз закончили разминку.

Руки Тирена, на которых поблескивал святой символ Тира, коснулись её израненного плеча, и ладони жреца тут же окутало мягкое золотистое сияние. Божественная магия вливалась в разорванную плоть, заставляя жгучую боль отступить. Она сменилась ровным, пульсирующим теплом, которое принесло временное облегчение. Однако даже милость бога справедливости не могла мгновенно вернуть потерянную кровь. Джезель чувствовала во всем теле тягучую, изматывающую слабость, а на месте глубоких ран остались свежие розовые шрамы — безмолвное напоминание о том, что её жизнь только что висела на волоске.

Путники, не теряя времени, двинулись дальше. Дорога под ногами становилась всё более зыбкой, а почва — пропитанной гнилой влагой. Солнце, окрасив верхушки деревьев в кроваво-рыжий, медленно тонуло за горизонтом, бросая на землю длинные, изломанные тени. Кроны Трепещущего леса смыкались над головами отряда, превращая тропу в бесконечный темный туннель, который, казалось, высасывал остатки света и надежды.

Гнетущую тишину внезапно разорвал резкий вскрик и шум ломающихся веток. Лес будто сам подстроил западню: под сапогом Миранды, чья походка всегда была безупречно точной, предательски поехал склизкий корень. Земля в тот же миг ушла у неё из-под ног, и рыжая воительница кубарем покатилась вниз по влажному склону, мгновенно скрывшись в высокой траве.

— Миранда! — Фенрир рванулся за ней, в отчаянной попытке перехватить её в падении. Но склон оказался коварнее: друид не удержался на раскисшей почве, потерял равновесие и с тяжелым звуком последовал за воительницей вниз.

Пока они, отплевываясь от земли и травы, пытались подняться на ноги, из теней выросли фигуры. У их горла мгновенно застыли холодные стальные клинки, чей изящный изгиб выдавал эльфийскую работу.

— Что вы здесь забыли? — прошипел голос, холодный, как лесная изморозь.
— Ищем Серелиса, — Фенрир ответил невозмутимо, глядя снизу вверх на стражей. Его взгляд был твердым, а длинные уши, ставшие заметными в тусклом свете, заставили стражников переглянуться.

Тем временем оставшиеся путники замерли наверху, скрываясь в кустах. Джезель уже начала лихорадочно перебирать в голове варианты: «Поджечь их? Или завлечь все тьмой и тихо сбежать?». Но её стратегические построения рассыпались, как карточный домик, когда она почувствовала прикосновение холодного металла к своей спине.

— Не дергайтесь, — раздалось за её плечом.

Из-за деревьев вышли еще несколько воинов в темных одеждах с глубокими капюшонами. Рядом с Джезель так же беспомощно стоял Дейв, захваченный врасплох в очередной раз за этот долгий день. Асхарет сжал рукоять своего меча, его глаза начинали наливаться кровью, но, взглянув на приставленный к спине Джезель клинок, он медленно разжал пальцы. Жизнь спутницы была важнее его злости.

Их вывели на ту же поляну, где стояли, испачканные Фенрир и Миранда.

— Еще один эльф? — удивился стражник, глядя на Тирена.
— Да, и у нас здесь важное дело, — методично ответил жрец, сохраняя спокойствие. — Если вы имеете отношение к пропаже людей...

Рейнджер, возглавлявший отряд, откинул капюшон. Перед ними предстал эльф с резкими чертами лица и холодными глазами. Он убрал клинок в ножны, и его соратники последовали его примеру. Теперь они смотрели на путников не как на добычу, а как на незваных, но законных гостей.

— Ладно, — бросил эльф. — Пройдите за нами. Ночью в лесу опасно даже для таких... «героев». Переговорите с нашим старостой, а утром решите, стоит ли вам идти дальше.

Джезель шла следом за проводниками, чувствуя жгучее унижение. Она — наследница дома Тэрейа, обученная магии и этикету, только что была поймана как воришка в чужом саду. Её шрамы под одеждой зудели, а слабость в ногах в очередной раз напоминала о том, что в этом лесу её титулы не значат ровным счетом ничего.

— Значит, Серелис... — тихо произнес Фенрир, идя рядом. Он узнал в этих воинах представителей другого анклава, обитающего в этих землях. Между эльфами возникло молчаливое понимание, которое, однако, не распространялось на остальных участниках отряда.

Продолжение следует...

PS. Первый серьезный бой юной волшебницы позади, а следом за победой сразу же последовало позорное поражение. Трепещущий лес полон сюрпризов, а герои только прошли его малу часть. Что их будет ждать в самом сердце? Узнаем уже в следующих частях.

Спасибо, всем, кто читает и ставит реакции на посты, мне это очень приятно и мотивирует публиковать историю дальше 🥰. Подписывайтесь, чтобы не пропустить выход продолжения истории!

А для любителей читать полноценные главы я оформила их ВКонтакте в формате статей и на Author.Today.