Вообще-то, не очень словоохотливый Артем даже  не сразу согласился на разговор. Оно и понятно: рейды в глубокий тыл дело опасное, требующее не только специальной подготовки, но и строгой секретности. Любая малозначительная для рядового читателя деталь для посвященных может стать неоценимым источником информации. А в тот момент, когда состоялся наш разговор, боевые действия в Чечне еще продолжались, до мира было далеко.

Но с другой стороны, если кто-то эту нелегкую и опасную работу все-таки делает, должны же люди знать об этих отважных ребятах. На мой взгляд, просто обязаны. Неожиданно, события приняли непредсказуемый оборот.

Я не застала Артема в госпитале. Его выписали за нарушение режима! А разговор с медперсоналом травматологического отделения 6 Центрального военного клинического госпиталя Министерства обороны РФ высветил новую, неожиданную проблему, существующую, как оказалось, во всех госпиталях, где лечатся участники военных конфликтов. И особенно те, кто прибыл из Чечни.

Вот что рассказал по поводу происходящего начальник травматологического отделения 6 ЦВКГ полковник медицинской службы Сергей Николаевич Поправка:
– Я не хочу бросать тень на всех ребят. Основная масса раненых, проходящих у нас восстановительное лечение исключительно порядочные, хорошие ребята. И многие из них действительно герои, достойные высоких наград. Вы бы видели, как работал над собой, недавно выписанный Вадим С-н из 45 полка, как стремился встать на ноги! Вы уже писали о нем.

Вот это настоящий Герой нашего времени. Необыкновенная сила воли, мужество. Мы спокойны за него. Врачи и сестры молиться на него были готовы. Вадим работал до седьмого пота.  У него не лучший вариант ампутации, но парень ушел из госпиталя на своих ногах!

Он даже здесь, в столовую «ходил» сам, когда вполне мог пользоваться коляской. В нашем госпитале раненые могут во время лечения осваивать компьютер, изучать иностранный язык. Вадим ни единого занятия не пропустил. Мы не сомневаемся, что он многого в жизни добьется. Но, как говорится, и в нашем стаде не без паршивой овцы.

И новый ваш «герой» – Артем –иностранным языком не интересовался. За компьютером не сидел. Пил беспробудно.  Не просыхал, пока тут лечился. Буянил, костылями размахивал. Сестрам угрожал. Пальцы заламывал:
– Да мы спецназ ГРУ! Нам все можно! Мы там за вас жизнь отдаем! Вы тут все «тыловые крысы»!
А что это означает для нас? Вот простоял я над ним за операционным столом несколько часов. Сделал все, что мог. Зашил, стараясь сохранить все, что сохранить еще можно. Подрыв, потеря конечностей, – травма очень серьезная. Ему же целую жизнь надо жить с этим.  А он от наркоза отходит и... напивается!
Но, ведь антибиотики с алкоголем несовместимы, – они  просто не действуют!
Организм должен с воспалением бороться, ткани восстанавливать после операции, а его водкой заливают. При ампутации обеих ног пить вообще нельзя. Наперсток спиртного может убить, даже если человек пил стаканами, до подрыва.  А ведь бывает, что я даже прооперировать не могу. Алкоголь и наркоз – это летальный исход. Ну не могу я это на себя взять!
Возимся с ними, как с детьми малыми, уговариваем, увещеваем. Вот и вашего Артема выписали для дальнейшего лечения и протезирования по месту службы после пьяной драки, устроенной в отделении, после того, как завалился он пьяный, разбил культю, разошлись у него швы. И жаль его – в столичном госпитале возможности реабилитации значительно лучше, но и мы не железные, всему есть предел! А он сам выбрал этот путь.
Убежден: поднять этот вопрос в прессе давно нужно. В качестве профилактики. Может быть, убережем кого-то от необдуманных поступков. Ведь исправлять всегда гораздо труднее, чем предотвратить. Я уверен, что и ваш Артем уже раскаивается. Говорят, что протрезвев, он и сам очень переживал, даже плакал. Только вот обратного хода уже нет. Уехал ваш Артем к себе в Сибирь...
И вот что обидно: подобные конфликты отнюдь не редкость в госпиталях. А помощи нам – медикам, принимающим на себя удар, искать негде. Работают с ранеными молодые беззащитные девушки, женщины. Да и врачам мужчинам не с руки действовать силовыми методами. Моя задача, задача любого врача – вернуть его к полноценной жизни, свести к минимуму последствия ранения. Не наше это дело – пьяные драки разнимать. Сердобольные родственники, друзья, страховые компании, благотворительные организации деньги привозят прямо в госпиталь. Тут и начинается «веселье».
Раненые пьют. Потом споры начинаются, потом начинают буянить безобразничать. Видим: зреет конфликт … Звоним в прокуратуру:
– Помогите! Не справляемся!
– Не приедем, – говорят. Смеются:
– У вас ведь никого пока не убили?
Я говорю:
– Разрешите мне принести себя в жертву, чтобы не убили кого-либо другого?
На том конце провода опять смех:
– Ну, тогда приедем немедленно!
А военная комендатура вообще имеет негласное указание: не брать раненых!
И получается замкнутый круг. Они по всей Москве шляются в самоволке. Возвращаются сюда на бровях: грязные, пьяные, избитые, с разошедшимися швами, сломанными костылями. И мы опять начинаем их отмывать, штопать, лечить, восстанавливать с таким трудом полученный результат.
– Правильно, – поддерживает доктора симпатичный старший лейтенант 45 отдельного разведывательного полка ВДВ, – и мне не жалко вашего Артема!

Он вел себя безобразно. Именно благодаря таким «героям», немецкая благотворительная организация совсем отказалась протезировать наших российских раненых . Эти «козлы», находясь на протезировании в Германии, по пьяни разгромили там у немцев все!

«Распальцовку» устроили!!!– 45-й год начали немцам вспоминать и то, что победили мы.  Чуть не изнасиловали немку-медсестру, которая с ними - «козлами» возилась, оказывая им помощь!  А сколько еще наших ребят могли бы получить совершенные немецкие протезы и вести полноценную жизнь? Может быть, и мне повезло бы получить такой протез, а вот благодаря этим «уродам» мы теперь вынуждены решать свои проблемы сами. А много ли у нас здесь этих возможностей!? Особенно у тех, кто не в Москве живет, а где-нибудь в провинции.

– Или вот еще был у нас один такой случай, – продолжает разговор о давно наболевшем начальник травматологического отделения полковник медицинской службы Поправка:
– Прибыли к нам на лечение еще два таких «героя» - Рад-в и Клю-в. И я бы сказал, что это не только не герои, а это два настоящих уголовника. Рад-в – сержант-контрактник из Казани.
Установил он здесь, у нас в отделении свои, «зоновские», законы. Сам, как на зоне, назначил себя в травматологии этаким  «паханом». Как только раненый получал страховку, «пахан»- самозванец требовал от него водку. То «прописку» устраивал, то «выписку». А, поскольку, в отделении все время кто-то прибывает, а кто-то выписывается, «пахан»- сержант Рад-в практически не высыхал. Деньги у раненых отбирал.
Напившись, лез ко всем драться, размахивал огнетушителем, матерился, разбил, вот, настольную лампу на посту, разбил светильник на стене в отделении, вырвал на посту телефонную трубку, и, в заключение, устроил драку с ведущим хирургом 6 ЦВКГ полковником медслужбы Ениным.
Порядки же у нас гуманные. Мы родственникам раненых пребывание здесь оплачиваем. Вот и к Рад-у жена прикатила. Они тут на пару «квасили» с утра до вечера. А как только наш "герой" поднабирался, он становился совсем невменяемым и неуправляемым.
И когда мы не смогли их утихомирить в очередной раз своими силами, – пришлось на сутки усадить «больного»в комендатуру Северного округа.
– Заметьте, это случилось только после того, как он у нас тут все перебил, порвал на мне одежду…
Врач принес и показал два комплекта разорванной в клочья врачебной одежды.
– Но самое удивительное произошло потом, когда наши «герои» протрезвели, – продолжил рассказ доктор.
– Вы думаете они пришли извиняться и благодарить за помощь врачей и сестер? Как бы не так! Они поехали жаловаться в «Комитет солдатских матерей», который находится где-то в центре Москвы, и не имеет ни малейшего отношения к нашему госпиталю.
За все время военных конфликтов от этой организации так никто, ни разу у нас и не был.
А вот Крылова Валентина Ивановна из «Комитета солдатских матерей», существующего здесь, в Химках, работает с нами постоянно. И подарки ребятам к праздникам привозила ни один раз, и костыли покупала, когда нужно было. Она не с чужих слов знает, что происходит у нас в травматологии.  Те же, к кому обратились наши хулиганы, любят факты и фактики из армейской жизни позажаристей.
И, как всегда, когда появляется запах жаренного, или вернее, запах падали, появляется имя ... этой очень известной журналистки.... (доктор назвал его).
– Пожалуйста, не убирайте это имя из текста! Хочется, наконец, чтобы эта дама узнала, что о ней реально думают в армии! Я готов отвечать за каждое свое слово!
–  (известное имя....) – исключительно непорядочный человек!
–  Даже не попытавшись со мною встретиться, и выяснить, что же случилось на самом деле, она написала в своей газетенке (речь здесь идет о «НОВОЙ» прим автора), статью, в которой все перевернула с ног на голову!!!
Пьяные подонки стали у нее героями, пострадавшими от медиков, то есть от тех, кто фактически их к жизни возвращает!!!
–  По ее словам я отказался от интервью! Был недоступен для журналистов! Но это же чистой воды ложь!
–  Вот вы, чтобы поговорить со мною большие усилия приложили? Пришлось ли вам преодолевать какие-то заслоны и запреты?
– Да нет. Я вообще здесь по собственной инициативе, без всяких рекомендаций и заданий редакции... Приехала, чтобы поговорить с Артемом... И пропуск на входе мне выписали вообще без проблем... Сказала на проходной, что хочу о ребятах написать... Да и с вами у меня никакой  договоренности не было, - вот, просто, пришла и говорю.
– Ну вот, а эта, так называемая, «журналистка», даже не попыталась со мною встретиться!
– Я же сутками нахожусь здесь, сутками оперирую, спасаю раненых, ставлю на ноги тех, кто по определению уже не должен ходить. И ребята уходят от нас своим ходом.
Ну не было этой супер-журналистки в  нашем госпитале никогда! Эта дама лучше бы написала, как эти пьяные подонки – ее подзащитные – портят судьбу остальным нормальным, хорошим ребятам, чем выдумывать невероятные, явно заказные истории из жизни Российской армии.
–  Вы не представляете, сколько крови попортила нам эта, так называемая, журналистка! А сколько времени потеряла на разборки ее лживых разоблачений  военная прокуратура!
– Я посмотрел бы на эту даму, если бы она встретилась где-нибудь в темном переулке один на один с кем-то из тех, кого защищает, из кого рисует героя.
–  Кстати, вот, недавно, был тут у нас еще один такой герой, - сержант Зуб...ко. Он же вообще не просыхал от алкоголя! Напьется и начинает все крушить.
– А потом, представьте только, в газете «Трибуна» появляется статья этой «журналистки-правозащитницы» про «несчастного Сашку-пехотинца», который, якобы, едет домой, так и не получив положенного денежного содержания!
–  А вот как он, отказавшись от сухого пайка, с ребят в отделении деньги себе на вареную колбасу шибал, да как пил беспробудно, как драки в отделении устраивал, эта «журналистка», почему-то, скромно умолчала.
–  И о том, как притащил ее «отважный герой» в госпиталь больную проститутку, в статье тоже ни слова сказано не было. Что лечится теперь ее подзащитный по месту жительства, причем, не только у травматолога...
–  Да ладно бы сам за свои похождения так расплатился, но ведь он и еще четверым бойцам устроил это сомнительное  «удовольствие»...
–  Или вот совсем свеженький случай: в апреле у нас  неделю находился в отделении рядовой в отставке Кри...ко. Нам его нужно оперировать, чтобы подготовить к протезированию, а он все время нарушает госпитальный режим, пьет!!! А, как напьется, становится буйным, в драку лезет. После такого «самолечения» сломал в драке нос другому раненому – рядовому Тру...ну.
Это хорошо, что вы пишете о настоящих наших Героях, таких как Вадим С-н из 45 отдельного разведполка ВДВ. Они действительно, есть, и немало их. И, конечно, нужно, чтобы остальные военнослужащие с таких ребят пример брали...  Но пока, наша главная головная боль –  это «герои», про которых без кавычек и не напишешь!

P.S. Несмотря на просьбу врачей не убирать из текста  имя журналистки, по этическим соображениям, я это имя убрала.  От себя добавлю, что, работая над каким-либо материалом, я, бывало, буквально шла по ее следам. Мнение о ее работе было одинаковое.

В общем итогом всего дела было то, что Генеральная прокуратура отфутболила моё обращение в Чечню, и оттуда пришел примерно следующий ответ, из которого как я понял, если я не согласен с переименованием, то могу обжаловать его в суде, а вот так правовую оценку никто не даст, это если я правильно понял

Как видим, уже и сумма не озвучивалась, и вообще это все вброс. Странно, двумя днями ранее никаких документов подтверждающих безнадежность долгов суду не показывали и собирались обжаловать это списание: Фото №2 УраРу от 18.01.2019

Как бы уже все понятно. Но идем дальше, как быть с тем, что было написано на сайте прокуратуры? Вот как это выглядело раньше:

Вот как это выглядит сейчас: http://www.chechproc.ru/news/po-isku-prokurora-sud-objazal-o...

Представляю, как увидев этот скрин, удивился гражданин Аверханов из Газпрома, ведь получается злостными информационными вбросами занимается Прокуратура!

В итоге "нереальная к взысканию задолженность населения за природный газ, превышающая 9 млрд рублей" превращается просто в "нереальную к взысканию задолженность населения за природный газ". Прямо таки детская наивность. И тем не менее, суммы нет, "ГазпромРегионГаз" так понимаю из высказываний уже не против ее списать, а раз сумма не указана, можно снести куда больше, чем 9 миллиардов рублей.

А остальные регионы России? Ну если им повезет и в одной упряжке окажутся суд, прокуратура и Газпром, как в данном случае, то спишут. А если нет - срок исковой давности еще не значит что задолженность будет автоматом списана.

За мониторинг темы и разбор спасибо камраду yushchuk: https://yushchuk.livejournal.com/959611.html

От себя добавлю, что подобного позорища, да еще и при участии Прокуратуры и дочки Газпрома, до настоящего момента я не видел.

UPD. Как НАДО БЫЛО поступить в данном случае? Очень просто. Если речь именно о просроченной и невозможной к взысканию задолженности (свыше трех лет, попытка взыскать через суд просто обламывается из-за срока давности), то надо было просто заявить, что ровно такая же процедура будет проведена в остальных регионах и провести ее. И ... все. Никаких скандалов, ничего. Тем более что ранее долги Чечне уже списывались, как я понял из интервью:

В.КАРПОВ: Поправьте меня, Джамбулат Вахидович. Год 2015, министерство промышленности и энергетики Чечни обращается к федеральным властям с просьбой списать долги за электричество и газ на общую сумму 16 млрд 230 млн рублей. Это долги тоже, их в то время называли безнадежными. И, так понимаю, властям Чечни пошли навстречу?

Д.УМАРОВ: Нужно понимать, что так называемая труба, когда в Чеченской Республике не было тепла, когда Чеченская Республика не пользовалась этим газом, вплоть до полного окончания боевых действий и несколькими годами позже, то как бы Чеченская Республика в данном случае за время вот той задолженности, которая образовалась в течение боевых действий, платить не должна. И я считаю, что это совершенно правильно.

Д.УМАРОВ: Я еще раз повторяю, да, властям Чечни навстречу пошли во многих вопросах. И огромное спасибо руководству нашей страны....

https://govoritmoskva.ru/interviews/2489/

UPD.

Госкомпания «Газпром» уточнила сумму задолженности жителей Чеченской Республики за газ. В пресс-службе дочернего подразделения — «Газпром межрегионгаз» — радиостанции «Говорит Москва» уточнили, что сумма долга составляет более девяти миллиардов рублей.

«Подтверждаем, что размер просроченной задолженности, о которой идет речь, составляет 9,353 миллиарда», — рассказали в пресс-службе компании, уточнив, что эта задолженность сформировалась с 1 января 2007 года по 30 сентября 2015 года.

https://lenta.ru/news/2019/01/22/gaz_chechaya/