Теперь строю большой технологический продукт. В школе я была троечницей.Меня травили. До сих пор помню тех, кто это делал. Особенно одного отличника — Витю. У него была нормальная семья, хороший отец, поездки, море, машины. В старших классах, когда травить меня стало «принято», он тоже присоединился.Наверное, больше всего я завидовала тогда даже не деньгам.Я завидовала людям, у которых были нормальные отцы.Мой отец — запойный алкоголик. Он мог напиться, разбить машину, устроить дома ад. Были аварии, были люди, которых он сбивал, была тюрьма. Недавно он опять разбил дорогую машину.Я его люблю.И одновременно всю жизнь испытываю к нему огромное отвращение.Мама работала и тащила семью одна. Возвращалась домой — а там очередной разгром, который надо убирать, еда, которую надо готовить, дети и взрослый мужчина, который вместо помощи создавал новые проблемы.Дома безопасности не было.В школе безопасности тоже не было.В какой-то момент я вообще перестала воспринимать свою жизнь как что-то длинное.Я была уверена, что до 30 не доживу.Поэтому и жила соответствующе.У меня были тяжёлые наркотики. Зависимости. Я много раз могла свернуть туда, откуда уже не возвращаются.Потом я начала сниматься. Стала довольно известной актрисой, мои видео посмотрело огромное количество людей.Снималась тоже с ощущением:а какая разница, что будет потом?Потом ведь всё равно не наступит.Но оно наступило.Мне уже давно стало интересно наблюдать за людьми из моего прошлого.Некоторые дети из таких же неблагополучных семей просто исчезли с радаров. Кто-то спился. Кто-то сел. Кто-то подсел. О ком-то вообще никто ничего не знает.Я почему-то осталась.Правда, организм выставил счёт позже.Последние годы меня практически сжирала тревога. И только сильно позже я поняла простую вещь: если ребёнок много лет живёт в доме, где в любой момент может начаться очередной пьяный кошмар, мозг учится никогда не выключать сигнализацию.Опасности уже нет.А сирена продолжает орать.Сейчас самое странное.Я больше не живу как человек, которому нечего терять.Несколько лет я строю собственную технологическую систему. ИИ, автоматизация, данные, автономные агенты — огромный проект, который я хочу постепенно превратить в компанию.Когда что-то ломается, я чиню.Когда не знаю — учусь.Когда понимаю, что одна физически не вытяну объём работы, строю систему, которая должна делать всё больше работы сама.Недавно я поймала себя на мысли:мне нельзя умирать. У меня слишком много дел.И рассмеялась.Потому что когда-то я искренне не планировала дожить до тридцати.А теперь мне кажется, что даже ближайших двадцати лет мало.Иногда я смотрю фотографии того самого Вити. Он улыбается, ездит куда-то, живёт свою жизнь.Никакой кармы не произошло.Он не обязан был получить наказание за то, что когда-то сделал мне больно.Наверное, взросление как раз и заключается в том, чтобы перестать ждать этого наказания.Я помню их всех.Просто теперь это уже не люди, которые определяют, чего я стою.Когда-то я считала себя кандидатом на выбывание №1.Теперь хочу посмотреть, насколько далеко вообще смогу зайти.