— Как обычно, Серый?

— Двойной без сахара. И жёлудь подкинь.

Пока она возилась, я смотрел в окно и перебирал в голове.

Один орех.

Тот самый, который я откладывал на чёрный день.

Тот самый, который был с трещинкой в виде сердечка.

Тот самый, который я нашёл в прошлом году под дубом, когда хоронил Олега. Олег тогда пал от Лося, что жил в лесу через дорогу.

Люська принесла чашку.

Кофе был дерьмовый, как всегда, но горячий.

Я сделал глоток, и внутри что-то ёкнуло.

Это не просто кража.

Это вызов.

Допил одним махом, бросил на стол две семки чаевых и вышел.

Кофе горчил во рту, дождь стучал по нервам, а внутри всё кипело – один орех, сука, один!

След Рыжего тянулся по земле, потом вдруг оборвался посреди аллеи.

Я присел, потрогал грязь.

И тут тишина.

Воздух стал тяжёлый, я на всякий случай перестал дышать.

– Добрый день.

Голос сзади.

Мягкий, бархатный, будто по яйцам шёлком провели.

Я медленно повернулся. Живот забурчал...Кофе.

Он стоял в пяти шагах.

Лось. Тот самый.

Рога как два развесистых дерева, глаза большие, вежливые, пальто чёрное до земли. Дождь по нему стекал, как по памятнику.

– Серый, верно? – спросил он и чуть наклонил голову.

Я кивнул. Язык прилип к нёбу.

– Я тут… территорию смотрю. Лес мне стал тесноват. А парк просторный. Много дорожек.

Он улыбнулся так вежливо, что сразу захотелось лечь и не дёргаться.

– Решил расшириться. Парк будет мой. Полностью.

– И ещё… я слышал, что ты тут главный был. Тебя все слушались. Забудь об этом, теперь я тут буду заправлять.

Живот булькнул во второй раз.

– Так что не мешай, Серый. Тебя я предупреждаю последним.

Выпрямился.

– Приятного дня.

И ушёл. Просто развернулся и пошёл в сторону пруда. Тихо. Без спешки.

Я остался стоять.

В штанах тепло и мокро.

Кофе.

Рыжий - это цветочки.

А вот это вот, только что прошедшее мимо - настоящий пиздец.

И он вежливый.

Я поправил шляпу и рванул к дому - дубу.

А потом - к Рыжему.

Потому что теперь мы с ним в одной жопе.

По самые уши.

И жопа эта с рогами.

Минус один орех.

Один, сука, орех.

Внутри всё закипело. Кто-то решил, что можно просто взять моё и свалить живым? Серьёзно?

Это уже не про орех. Это уже личное. Это плевок мне в пушистую морду.

След был аккуратный, почти нежный какой-то. Когти тонкие, хвост сто процентов рыжий. Ну конечно, Рыжий, кто ж ещё – подумал я.

Подошёл к голубям, те сидят под навесом, как два жирных информатора в кабаке.

Дал одному лёгкую плюху по башке.

– Говори быстро, пока я добрый.

– Рыжий… отбегал от твоего дуба… довольный был… даже что-то там напевал, гад.

Напевал, мать его.

Ладно, отсыпал семок голубям и дальше пошёл.

Значит он совсем берега попутал.

Достал я свою старую потрёпанную шляпу – ту самую, которую носил на расследования схем мошенничества выхухолей при продаже нор на вторичном рынке.

Надел.

Дождь начался ещё сильнее.

Ладно, Рыжий. Игра началась.