Жанр: Детская художественная литература.
Аннотация: Продолжение приключений знаменитого Тома Сойера. На этот раз он отправляется в далекое путешествие за границу на воздушном шаре. И, конечно же, вместе с ним летят его друзья - Гекльберри Финн и Джим. Их - и вас вместе с ними - ждут пустыни и океаны, горы и новые страны!
В отличие от первых знаменитых романов о Томе и Геке, эта повесть полна не только приключений, но и тонкой авторской иронии.

Марк Твен – американский писатель, журналист и общественный деятель. Его творчество охватывает множество жанров: юмор, сатиру, философскую фантастику, публицистику.

Марк Твен (настоящее имя писателя – Сэмюэл Лэнгхорн Клеменс) родился 30 ноября 1835 года во Флориде, штат Миссури. Его семья была небогатой, а со смертью отца в 1847 году ее материальное положение значительно ухудшилось. Чтобы помочь родным, мальчик стал учеником наборщика и работал в типографии, но мечтал стать моряком.

Повзрослев, Сэмюэл Клеменс устроился помощником лоцмана на пароход, выполняющий регулярные рейсы по Миссисипи. Именно в это время будущий писатель выбирает себе псевдоним. На английском языке морской термин «mark twain» (отметка в две сажени) означает, что глубины реки вполне достаточно для безопасного прохождения речного судна. Но с 1861 года морскую карьеру пришлось завершить, так как началась Гражданская война, которая привела к закрытию частного пароходства.

"– Что, старик, приходится потрудиться, э?
Том резко обернулся, словно от неожиданности:
– А-а, это ты, Бен! Я тебя и не заметил.
– Не знаю, как ты, а я иду купаться. Нет желания? Хотя о чем это я – ты, само собой, еще поработаешь. Это дело наверняка поинтересней.
Том с недоумением взглянул на Бена и спросил:
– Это что ты называешь работой?
– А это, по-твоему, что?
Том широко взмахнул в воздухе кистью и небрежно ответил:
– Что ж, может, для кого работа, а для кого и нет. Мне известно только одно: Тому Сойеру это по душе.
– Да брось ты! Скажи еще, что тебе нравится белить!
Кисть по-прежнему равномерно скользила по доскам забора.
– Белить? А почему нет? Небось не каждый день нашему брату случается приводить в порядок забор.
С этой минуты все предстало в новом свете. Бен даже перестал жевать яблоко. Том бережно водил кистью взад и вперед, время от времени останавливаясь, чтобы полюбоваться на дело рук своих, добавлял здесь мазок, там штрих и снова оценивал результат, а Бен пристально следил за каждым его движением, и глаза его постепенно разгорались. Внезапно он сказал:
– Слышь, Том, дай-ка и мне побелить чуток.
Том задумался, напустив на себя такой вид, будто и готов был согласиться, но внезапно передумал.
– Нет, Бен, не выйдет. Тетя Полли просто молится на этот забор; понимаешь, он выходит на улицу… Ну если б это было со стороны двора, она бы и слова не сказала… да и я тоже. Но тут… Его знаешь как надо белить? Тут разве что один из тысячи, а то и из двух тысяч мальчишек сумеет справиться как следует.
– Да ты что? Слышь, Том, ну дай хоть мазнуть, ну самую малость! Вот я – я бы тебя пустил, если б оказался на твоем месте.
– Бен, да я бы с радостью, клянусь скальпом! Но как быть с тетей Полли? Джиму тоже хотелось, а она запретила. Сид – тот в ногах у нее валялся, а она и Сиду не разрешила. Такие, парень, дела… Допустим, ты возьмешься, а что-то пойдет не так?
– Брось, Том, я же со всем старанием! Ну пусти, я только попробовать… Слушай, хочешь половину яблока.
– Ну как тебе сказать… Хотя нет, Бен, все-таки не стоит. Что-то я побаиваюсь.
– Я тебе все яблоко отдам!
Без всякой охоты Том выпустил кисть из рук, но душа его ликовала. И пока бывший пароход «Большая Миссури» в поте лица трудился на самом солнцепеке, удалившийся от дел живописец, посиживая в тени на старом бочонке, болтал ногами, хрустел яблоком и строил планы дальнейшего избиения младенцев.
За младенцами дело не стало. Мальчишки ежеминутно появлялись на улице; они останавливались, чтобы позубоскалить над Томом, – и в конце концов оставались красить забор. Как только Бен выдохся, Том выгодно продал следующую очередь Билли Фишеру – за подержанного, но еще очень приличного воздушного змея, а когда тот умаялся, Джонни Миллер приобрел право на кисть за дохлую крысу с привязанной к ней веревочкой – чтобы удобней вертеть в воздухе. Так оно и пошло.
К середине дня из почти нищего Том стал магнатом. Он буквально утопал в роскоши. Теперь у него имелись: двенадцать шариков, поломанная губная гармошка, осколок бутылочного стекла синего цвета, чтобы глядеть на солнце, катушка без ниток, ключ неизвестно от чего, кусок мела, пробка от хрустального графина, оловянный солдатик, пара головастиков, шесть хлопушек, одноглазый котенок, бронзовая дверная ручка, собачий ошейник, рукоятка от ножа, четыре куска апельсиновой корки и старая оконная рама. Том отменно провел время, а забор был покрыт известкой в три слоя! Если бы у него не кончилась побелка, он пустил бы по миру всех мальчишек в городке.
«Жить на свете не так уж скверно», – подумал Том. Сам того не подозревая, он открыл великий закон, управляющий человеческими поступками. Этот закон гласит: для того чтобы мальчишке или взрослому – это все равно кому – захотелось чего-нибудь, нужна только одна вещь: чтобы этого было трудно добиться. Если бы Том Сойер был выдающимся мыслителем вроде автора этой книги, он бы пришел к выводу, что работа – это то, что человек вынужден делать, а игра – то, что он делать совершенно не обязан. И это помогло бы ему уяснить, почему делать искусственные цветы или носить воду в решете есть работа, а сшибать кегли или карабкаться на гору Монблан – приятная забава. Говорят, в Англии есть богачи, которым нравится в летнюю пору править почтовой каретой, запряженной четвериком. Такая возможность стоит им бешеных денег, но, если бы они получали за это жалованье, игра превратилась бы в работу и потеряла всю свою прелесть.
Еще некоторое время Том раздумывал над той переменой, которая произошла в его имущественном положении, а затем отправился с докладом в штаб главнокомандующего.".
Марк Твен "Приключения Тома Сойера".

Настоящие имя и фамилия американского писателя, которого весь мир знает как Марка Твена (1835–1910) - Сэмюэль Лэнгхорн Клеменс. Уильям Фолкнер говорил, что Марк Твен был «первым по-настоящему американским писателем, и все мы с тех пор - его наследники». Кроме простых читателей, его творчество очень ценили Александр Куприн и Максим Горький, а Хемингуэй утверждал, что вся американская литература вышла из одной книги Марка Твена - «Приключения Гекльберри Финна». Вольнодумец, атеист и скептик, он, по сути, создал новый стандарт юмора.

Родина писателя – маленькая деревушка под названием Флорида в штате Миссури. Как он потом шутил, «В деревушке было сто человек жителей, и я увеличил население ровно на один процент. Не каждый исторический деятель может похвастаться, что сделал больше для своего родного города». Отец писателя был мелким, не особо удачливым лавочником, но зато выполнял обязанности мирового судьи, так что можно сказать, был местной элитой. Мать рожала и хоронила детей: из семерых до совершеннолетия дожили всего трое. Сейчас трудно сказать, к какому социальному слою относилась семья. Его родители владели 30 тысячами гектаров земли, и это вроде как много, но в первой трети XIX века та земля стоила около 400 долларов, что примерно, как цена, здорового, крепкого раба. Ну, тогда. На обработку земли денег у них не было, и жили они в ветхом деревянном доме (на фото).

Эту статью может увидеть больше людей

Настройте продвижение для привлечения внимания к публикации и роста числа подписчиков

Настроить продвижение

Смотреть. Есть. Пить.

ваш канал

Перейти в Студию

«Великие и виски». Марк Твен. Истинным пионером цивилизации является не газета, не религия, не железная дорога, а виски!

19 ноября

10,7 тыс

7 мин

Чрезмерное употребление алкоголя вредит всему!

Настоящие имя и фамилия американского писателя, которого весь мир знает как Марка Твена (1835–1910) - Сэмюэль Лэнгхорн Клеменс. Уильям Фолкнер говорил, что Марк Твен был «первым по-настоящему американским писателем, и все мы с тех пор - его наследники». Кроме простых читателей, его творчество очень ценили Александр Куприн и Максим Горький, а Хемингуэй утверждал, что вся американская литература вышла из одной книги Марка Твена - «Приключения Гекльберри Финна». Вольнодумец, атеист и скептик, он, по сути, создал новый стандарт юмора.

Марк Твен (1835–1910)

Родина писателя – маленькая деревушка под названием Флорида в штате Миссури. Как он потом шутил, «В деревушке было сто человек жителей, и я увеличил население ровно на один процент. Не каждый исторический деятель может похвастаться, что сделал больше для своего родного города». Отец писателя был мелким, не особо удачливым лавочником, но зато выполнял обязанности мирового судьи, так что можно сказать, был местной элитой. Мать рожала и хоронила детей: из семерых до совершеннолетия дожили всего трое. Сейчас трудно сказать, к какому социальному слою относилась семья. Его родители владели 30 тысячами гектаров земли, и это вроде как много, но в первой трети XIX века та земля стоила около 400 долларов, что примерно, как цена, здорового, крепкого раба. Ну, тогда. На обработку земли денег у них не было, и жили они в ветхом деревянном доме (на фото).

Марку 15лет. Старый дом Клеменсов. Мать - Джейн Клеменс 1870 год.

Видимо, родители были остроумные люди, о чем свидетельствует, записанный уже взрослым Марком, диалог с его 81-летней матушкой, которая пустилась в воспоминания о том, что он постоянно болел, когда был маленьким и становился в это время еще несноснее, чем обычно:

- Должно быть, ты все время беспокоилась за меня?

- Да, все время.

- Боялись, что я не выживу?

После некоторого размышления, по-видимому, для того, чтобы припомнить, как было дело, она ответила:

- Нет, я боялась, что ты выживешь.

Местная школа ничем особым не отмечалась – это была заурядная бесплатная общая школа, которую он с первых же дней возненавидел, часто прогуливал. Так что в 11 лет он ее бросил и стал работать наборщиком в газете, которую издавал его 22-летний старший брат Орион. Толком образования он не получил, но регулярно ходил в библиотеку. Впоследствии он советовал: «Не позволяйте школе мешать вашему образованию».

Отец умер (оставив кучу долгов), когда Марку было 12 лет. Семью кое-как поддерживали дядюшки, но Марку рано пришлось зарабатывать на жизнь. После пары лет работы в газете брата он решил посвятить свою жизнь коммерческому пароходству и пошел юнгой на пароход, а потом стал лоцманом. Довелось ему и послужить в армии - правда всего две недели: он попал в конницу и ему там не понравилось. Был шахтером - добывал серебро. Серебро добывалось плохо, поэтому Марк бросил это дело и занялся журналистикой. Он был весьма метким бытописателем, умел замечать мелочи и был исключительно остроумен. Поэтому очень скоро он стал разъездным корреспондентом сразу нескольких изданий

Придумал себе псевдоним, который, как считается, был связан с его лоцманской службой: Mark Twain - это судоходный термин: так называют самую малую глубину, подходящую для парохода. Кстати, этот псевдоним был не единственным в жизни писателя. Роман «Личные воспоминания о Жанне д’Арк сира Луи де Конта, её пажа и секретаря» он подписал как Сир Луи де Конт.

А еще он был первым автором, который все свои тексты печатал на пишущей машинке. Он был замечательным сам себе пиарщиком. Одна из его первых книг - «Простаки за границей» - заинтересовала читателей из-за хвалебной рецензии неизвестного критика. Разумеется, критиком выступил сам Марк Твен. Будучи журналистом, он поездил по Ближнему Востоку, Африке, Австралии и был даже в Российской империи, в Крыму, в частности. А потом ездил с лекциями о своих путешествиях. Тогда в США люди буквально сходили с ума по этим лекциям, и это был хороший заработок. Входной билет стоил не больше доллара, и это дешевле, чем в театр. Лекции могли быть на любую тему, но скорее выглядели они как стендап, а в лекциях такого рода Марк Твен был бесподобен. По воспоминаниям, его рассказы заставляли публику буквально падать под скамейки от смеха.

Были целые лекционные туры по разным городам. Самих текстов сохранилось очень мало, но зато есть названия тем: «Наши собратья - дикари Сандвичевых островов», «Надежная контрабанда», «Первый арбуз, который я украл» и т.д. Самым большим спросом пользовалось описание путешествий, и в 1869 году Твен собрал эти рассказы в книгу «Простаки за границей», которая произвела страшный фурор, мгновенно превратившая его во всеамериканскую звезду.

Лучше иметь старые подержанные бриллианты, чем не иметь никаких. М. Твен.

Он носил белые костюмы, отрастил волосы и не выпускал изо рта трубку или сигару. Кстати, курить Марк начал в 8 лет и курил всю жизнь чрезвычайно энергично: в его кабинете всегда клубился такой густой дым, что его не было видно, а некоторые теряли сознание. «Уже в самом нежном возрасте я принес священный обет никогда не курить во сне и никогда не воздерживаться от этого во время бодрствования». Курил много - до 22 в день, но говорил: «Я курю умеренно, только одну сигару за раз!».

Слишком много чего угодно вредно, но слишком много хорошего виски едва ли достаточно. М. Твен.

Марк Твен, как никто другой из писателей в истории Америки, превозносил виски как национальный напиток. Ему приписывают следующие слова: «Виски - для питья, вода - для сражений». Хотя он не злоупотреблял им, но его пристрастие к бурбону было общеизвестно. Еще при жизни Твен дал свое лицо и имя целому ряду продуктов: табаку Mark Twain, сигарам Mark Twain и, конечно же, виски Mark Twain. Впрочем, он поумерил свои излишества после женитьбы в 1870 году. Был страстным поклонником бурбона, но после путешествия в Англию в 1873 году так же страстно полюбил скотч. В начале XX века шотландский промышленник Эндрю Карнеги присылал ему иногда бочки виски в качестве подарка. В ответ он получал остроумные благодарственные письма: «Ваш виски появился вовремя. Конечно, ваш виски никогда не появляется не вовремя».

Я всегда пью шотландский виски на ночь для профилактики зубной боли. У меня никогда не болели зубы. М. Твен.

Время от времени он вел трезвый образ жизни просто, чтобы показать своим критикам, что он может это сделать. В других случаях он просто ставил их на место блестящей фразой вроде: «Нельзя дойти до старости чужой дорогой. Мои пороки защищают меня, но они готовы убить вас». Уже позже Твен предпочитал напиток под названием «горячий скотч» или «горячий тодди» (шотландский виски с небольшим количеством горячей воды).

Он любил выпить, но не был алкоголиком, понимая, что употребление спиртного мешает ему писать. В отношении выпивки у него было два основных правила: он никогда не пил в одиночестве и никогда не отказывался от выпивки, если кто-то предлагал. Или, по его собственным словам: «Никогда не отказывайся от доброго дела, если только это не грозит тебе серьёзным вредом. И никогда не отказывайся выпить – ни при каких обстоятельствах».

По отзывам современников, он любил курить, виски и биллиард, а котов он любил больше, чем людей. В его доме могли одновременно жить около двадцати кошек, которым Твен придумывал забавные имена- например Мыльная Соль, Вельзевул или Зороастр. Он брал их с собой даже в путешествия, а когда не мог, то брал их на прокат. Самый известный случай с арендой кошек произошёл в Дублине, штат Нью-Гэмпшир, в 1906 году, когда писатель арендовал трёх котят на лето.

Всю жизнь Марк Твен работал как проклятый и был одним из самых плодовитых авторов мировой литературы. Книги и лекции, с которыми он ездил почти до самой смерти давали хороший доход, но все уходило на покрытие долгов от бизнес-провалов. Бизнесмен он был так себе.

Марк Твен умер в 1910 году в возрасте 74 лет от сердечного приступа, что является весьма почтенным возрастом, учитывая его образ жизни и время, в котором он жил.

Я пришел с кометой Галлея в 1835 году. Она появится снова в следующем году, и я рассчитываю уйти вместе с ней. Если я не уйду вместе с ней - это будет величайшим разочарованием в моей жизни. Всевышний, несомненно, сказал: «Вот эти два необъяснимых урода; они пришли вместе, они должны вместе уйти». Марка Твена не стало на следующий день после приближения кометы Галлея к Земле в 1910 году...

Если интересно, про всякое, разное связанное с хорошим алкоголем и не только, то есть канал в МАХ.

Театральная критика Древнеримских спектаклей, 4/5
Затем появилась звезда, встреченная громовыми аплодисментами и дружным взмахом шестидесяти тысяч носовых платков. Марк Марцелл Валериан (сценическое имя; настоящая его фамилия — Смит) обладает великолепным сложением и выдающимся актерским дарованием. Секирой он владеет виртуозно. Его заразительная веселость неотразима в комедии и все же уступает высоким образам, которые он создает в трагедии. Когда его секира описывала сверкающие круги над головами опешивших варваров точно в том же ритме, в каком он сам изгибался и прыгал, зрительный зал неудержимо хохотал; но когда он обухом проломил череп одного из своих противников, а лезвием почти в ту же секунду рассек надвое тело второго, ураган рукоплесканий, потрясший здание, показал, что взыскательное собрание признало его мастером благороднейшего из искусств. Если у него и есть какой-нибудь недостаток (мы с большим сожалением допускаем такую возможность), то это лишь привычка поглядывать на зрителей в самые захватывающие моменты спектакля, как бы напрашиваясь на восхищение. То, что он останавливался в разгар боя, чтобы раскланяться за брошенный ему букет, также несколько отдает дурным вкусом. Во время великолепного боя левой рукой он, казалось, чуть не все время смотрел на публику, вместо того чтобы крошить своих противников; а когда, сразив всех второкурсников, он забавлялся с первокурсником, то, нагнувшись, подхватил брошенный ему букет и протянул его противнику, когда тот обрушивал на его голову удар, обещавший стать последним. Такая игривая развязность, быть может, вполне приемлема в провинции, но она неуместна в столице. Мы надеемся, что наш юный друг не обидится на наши замечания, продиктованные исключительно заботой о его благе. Всем, кто нас знает, известно, что, хотя мы порою проявляем справедливую требовательность к тиграм и мученикам, мы никогда намеренно не оскорбляем гладиаторов.
Продолжение следует...

https://t.me/Samuel_L_Clemens_and_Company