Был, значит, я студентом безпонтовым.
И как-то ближе к вечеру приспичило мне "карася помочить". Подруги нет, шлюх знакомых чёт тоже. Ну думаю, засада. Надо индивидуалку поискать. Цены на 2000-й год были 1500 рублей за час, а в кармане только 300. Что делать? А мочи вообще нет, аж зубы сводит.
Решил я рвануть в ночной клуб . Там то точно кого-нибудь найду. И что? Приехал, упоролся в хлам дешёвым пойлом, все деньги пропил, никого не нашёл и расстроенный пошёл домой пешком. Пока шёл получил пиздюлей от местных гопников, хорошо что не сильно))). В следующем квартале остановили меня менты и собрались принимать в "бобик". Не помню как я вырвался и побежал , они за мной. В темноте провалился в какую-то канаву, пока выбирался порвал джинсы об какую-то проволоку, разодрал олимпийку, а тут и менты подоспели. Расхерачили меня дубинками, разбили нос, выбили зуб и затолкали в УАЗик. Хуже гопоты, ну честное слово))). Привезли значит в отделение, закрыли в клоповник, а там таких ещё человек 5. Орут не надо нам сюда эту свинью, или мы ему тут ещё пизды дадим, а я весь в грязи, любая свинья позавидует.
Вообще промариновался я до утра. Кое-как отпустили. Доковылял до дома. Сижу и думаю, надо что-то делать. В следующий раз, когда приспичит потрахаться, могут вообще убить))).
И решил я жениться)))!

Древко копья лопнуло, и следующий мой выпад был сделан клинком меча удерживаемого в левой руке. Противник упал на землю, обливаясь кровью, но на смену ему спешили другие.

Стиснув зубы, я раз за разом наносил удары, чувствуя, как моя правая нога немеет, теряет подвижность из-за торчащей в бедре стрелы. Рана на голове тоже нещадно болела, пульсируя острой болью. Потерять шлем в начале боя большая неудача, но обронить щит, лежащий всего в дюжине шагов от меня… если бы только порпакс не обломился.

Вшик! – широкий наконечник персидского копья скользнул по-моему нагруднику оставив глубокую борозду.

Ещё немного и меня сомнут. Дюжина мёртвых арштибара, в тёмных кафтанах с нашитыми на груди железными бляшками, лежало у моих ног, парочка кардаков, закованных в чешуйчатые металлические доспехи и островерхих шлемах, оглашало окрестности криками боли, но я специально не добивал их. Пусть страдают, суетятся. Несколько противников уже сложили свои головы, пытаясь вытянуть раненых из-под моего клинка.

Удар! Ещё удар! Блок! Укол!

Тело механически делало привычную для него работу, мозг же думал о странных вещах. Смерти здесь места не было, она и так всегда рядом. Сердце наполняло сожаление и горечь. Мой красный плащ был изорван в клочья. Прощальный подарок Иантины испорчен навсегда. Я не успел его снять, слишком внезапным оказалось нападение на горной тропе.

Тёплый ветер равнин, дующий мне в спину, казалось, приносил с собой волнующий запах супруги. Мёд и молоко, так она всегда пахла для меня. Это воспоминание укрепляло, давало силы сопротивляться снова и снова. Конечности налились тяжестью, но кровь персов, раз за разом обагряла камень под ногами. Шаг за шагом я отступал по тропе.

Пусть этот плащ станет крыльями, которые принесут тебя домой любимый, - сказала она с улыбкой, целуя меня на прощание. – Ты же знаешь, что моя бабка была сивиллой, и желание моё сбудется. Иначе ты не найдёшь покоя.

Ещё один персидский воин опрокинулся на спину, зажимая рукой рассечённое горло. Его товарищ, рядом, непонимающе уставился на разрубленный пополам щит. Вас никто не звал сюда!

Хруп!

Словно по команде, мои противники взглянули наверх и сделали три шага назад. Что-то тёмное закрыло на мгновение небо, мелкие камушки, земля посыпались на голову и мир погрузился во тьму.

Крылья сломаны и порваны, любимая.

* * *

- Ааааа! Не надо!

- Киря ты чего? Успокойся! Опять кошмар?

- Да, да опять этот сон. Схватка на горной тропе. Меня кажется убили.

- Ты слишком впечатлительный сынок. Весь в своего дедушку, он тоже часто кошмары видел, сражался с кем-то, погибал.

- Уфф! Спасибо мам, всё в порядке, - выдохнув воздух сквозь сжатые губы, я стёр холодный пот тыльной стороной ладони.

- Вставать уж пора. Я на работу. Ты чем сегодня займёшься.

- Так каникулы же.

- Вот я и спрашиваю, чем займёшься? – прокричала мама уже из кухни.

- Пойду к Валерке, Таньке. Вчера договаривались.

- Только не сидите допоздна и хотя бы иногда отдирайте себя от компьютера. В парк сходите что ли.

- Мам мы на приставке играем.

- Мне без разницы. Завтрак на столе.

На улице светило солнышко, и вчерашний пасмурный день напоминал о себе только редкими подсыхающими лужами, в которых смешно бултыхались взъерошенные воробьи.

И чего это только он ко мне прицепился? - думал я про надоевший мне кошмар. И ведь всё так реально, словно по-настоящему. Казалось, чувствую стальной клинок, погружающийся в плоть, попадание стрел, удары по телу. Тоже мне удовольствие.

Впервые этот сон приснился мне в шесть лет и потом повторялся почти каждый месяц. Иногда, ночами, я просто сидел на кровати, обняв колени, и дрожал от страха закрыть глаза. То что это не просто кошмар, понял только в пятом классе когда на уроке проходили персидское вторжение в Древнюю Грецию. Именно здесь незнакомые слова из сна, казавшиеся ребёнку тарабарщиной, обрели реальность. «арштибара», «кардаки» «порпакс», странное имя Иантина, оказались из истории именно этой страны. Но почему? Ни я, ни моя семья никогда не бывали в Греции. Просто наваждение какое-то.

Только дед, слушая мои рассказы, смеялся в кулак и говорил, что бояться кошмаров не надо. Намекал, что они наоборот полезны, говорил что-то про войну с немцами, про какую-то помощь, но вот запомнил слова его я плохо, был слишком мал. И всё же если бы не старик, пользовавшийся в нашей семье абсолютным авторитетом, похода к психиатру мне было бы точно не избежать. Маменька сильно хотела сводить меня к мозгоправу.

Мои товарищи сидели возле Танькиного подъезда. Хрустели чипсами, запивая их тёплой кокой. Какой-то незнакомый мне парень играл на гитаре и пел что-то про свободу, выбор и дороги, которые нам открыты.

- Привет Кирилл! А мы уж заждались. Чего такой грустный?

- Привет Таня. Привет Валерка. Да не выспался что-то.

- Опять эти сны?

- Ага. Кошмары.

- Кошмары? – паренёк с гитарой замер на месте взглянув на меня. – Игорь, приятно познакомиться.

Пожав крепкую, сухую ладонь гитариста, я пояснил:

- Да, снится мне с детства один сон. Будто я сражаюсь на горной тропе…

- Из чего стреляешь АК или что-то американское?

- Нет. Сражаюсь мечом и копьём.

- Рыцарь?

- Нет. Скорее спартанец.

- Здорово! Так ты тоже любитель истории, реконструктор?

- Да нет. Я с этим делом не очень. Я люблю, конечно, мечом помахать, но только в игрушках.

- Игорёк, ты Кирю не трожь. Это у них семейное, дед его морпехом был в Великую Отечественную так в рукопашной ему равных не было. Кромсал нацистов пачками. Три «Медали за отвагу» заработал. Местная знаменитость. Ха-ха-ха!

- Да перестаньте вы! – махнул я рукой на скалящихся ребят. – Деда моего зачем-то приплёл. А это что? – указал я пальцем на прямоугольный кожаный пенал на лавочке рядом с Игорем.

- Это копис, греческий меч. Реплика конечно. Я с ним на наши сборища езжу. Вот хочу ещё коринфский шлем для себя сварганить, но дорого блин. Хочешь посмотреть?

- Да нет. Не надо, просто спросил.

Некоторое время мы сидели на улице и подпевали Игорю, который оказался не только хорошим гитаристом, но и исполнителем отличным. Я-то вот петь могу только в компании, чтобы скрип мой никто не слышал.

Бадам!

Дверь подъезда резко раскрылась, ударившись о стену, и на крыльцо выскочили четверо парней в майках, спортивных костюмах и кроссовках.

- Гопники! – пискнула Танька, сползая с лавочки.

- Вы что тут разорались уроды! – закричал двухметровый здоровяк с красной мордой и бровями, сросшимися на переносице.

От всех четверых пахло алкоголем, да и без этого было видно, что ребята пьяны.

- Николаев вы чего к молодёжи пристали? Они никому не мешали. Играли не громко, пели приятно! – заругалась со второго этажа на гопников тётя Маша из двадцать седьмой квартиры.

- А ну рот закрой, сука! – проорал качок с чисто выбритой головой и зубочисткой в зубах, а затем швырнул в открытое окно женщины недопитую бутылку пива. Послышался вскрик боли, и звук разбитого стекла.

- Стас, нам неприятности не нужны, - развёл руками Валерка заикаясь от страха. – Если мешаем, мы можем уйти. Извини…

- Поздно дрыщ, - поиграл мышцами, бугрившимися под майкой, крепыш с татуировкой паука на кисти. – Будем вас наказывать.

Про Николаева, я слышал. Да что я, про него все слышали в нашем районе. Говорят, он уже умудрился два раза в тюрьме отсидеть, сначала малолеткой, а затем сразу после школы за грабёж. С ним опасались связываться даже взрослые мужики, не то что мы, старшеклассники.

- Мальчики ну чего вы? Мы же ничего не сделали. Отстаньте!

Лучше бы Танька молчала! Пьяный человек непредсказуем, а значит опасен. А Николаев со своими качками, тем более. Последовавшие за этим события понеслись быстрее скорого поезда.

Николаев, заржав, нанёс удар ногой по голове Валерке. Тот сполз по стенке подъезда, в котором попытался скрыться, из ноздрей товарища хлынула кровь. Паук ухватил за шиворот Игоря и отвесил ему смачную оплеуху, от которой паренёк кажется, на мгновение потерял сознание. Танька же пыталась вырваться из рук хохотавшего любителя побросать бутылки в окна, державшего её за джинсовку. Чем сильнее она вырывалась, тем азартнее ухмылялся Лысый. Секунда, и он вцепился девчонке в волосы.

Во всей этой кутерьме я упустил из виду четвёртого - лопоухого квадратного верзилу с темными, словно уголь глазами. А он, между тем, нанёс мне в грудь прямой удар ногой. Каким-то чудом мне удалось отпрыгнуть в сторону, и Лопоухий треснул огромным ботинком в спинку лавочки, на которой мы недавно сидели. Кожаный пенал с мечом Игоря упал на землю и раскрылся, из него призывно выглядывала изогнутая рукоять. Недолго думая я подхватил её.

И вот тут со мной что-то произошло. Время будто замедлило ход, а окружающее словно потеряло цвет. Знаете, словно оказался в чёрно-белом советском фильме.

«Иантина, извини. Я подвёл тебя».

Я видел Николаева, опускающего кулак на лицо Валерки, поднявшего над землёй за шевелюру Таньку Лысого, пытающегося вырваться из-под усевшегося на него Паука Игоря. Всё это наблюдал в странной, замедленной съёмке. А ещё я был не совсем я. Ну то есть Киря Сазонов никуда не делся, но теперь кажется, в моей голове появился кто-то ещё.

Аргус сын Аникита, гоплит царя Леонида! – вот как звали того воина геройски сражающегося и погибающего в моих кошмарах на горной тропе.

Подбросив оружие в ладони, и ловко крутанув рукоять меча, больше напоминавшего эльфийский (похожий видел в трилогии про хоббитов), с удивление уставился на свои руки. Когда это я такому научился? Киря ты меня пугаешь.

Танька громко закричала и во мне будто что-то переключилось. Всё дальнейшее я видел как бы со стороны. Ну, почти.

Тук-тук-тук!

Что это? Это я постучал клинком по доскам лавочки, чтобы привлечь к себе внимание. Громко так постучал. Троица, избивавшая моих друзей, сразу на меня уставилась, а Лопоухий сжав кулаки и развернувшись ко мне прокричал:

- Ты чего придурок? Брось железяку, а то я тебе её…

Что он конкретно собирался сделать, Аргус не дослушал. Короткое движение кистью и копис ударил его по шее тупой стороной. А затем ещё раз, по почкам, я почему-то оказался позади противника. Лопоухий сложился пополам и захныкал. Резкий тычок рукоятью в затылок отправил его в прекрасный мир, где нет никаких проблем.

Лысый, всё ещё удерживающий за волосы ревущую Таньку, получил увесистый шлепок тупой стороной меча по руке. Мне кажется, я даже хруст услышал. Вскрикнув, гопник отпустил мою подругу и, выхватив другой рукой из кармана нож-бабочку, ловко вонзил его мне в бок. Точнее он планировал это сделать. Мечтам было сбыться не суждено, так как я, то есть Аргус, уже оказался слева от него.

Удар! Удар! Лысый сбит с ног. Ловкое движение, абсолютно непонятное для меня, и нож выбит из руки, а клинок плашмя опускается на его щёку. Ещё один громила без сознания.

Дзинь!

Металл скрежещет о массивную цепочку на шее Паука, заставляя подонка дрожать от страха, а рукоять кописа впечатывается ему в переносицу. Он так и оседает на Игорька, пустив ниточку слюны изо рта.

- Тварь! – словно сквозь звуковой фильтр, орёт Николаев, нанося мне классическую вертушку ногой, и получает тупой стороной меча в промежность. А потом плашмя в правое ухо, и рукоятью в лоб. Сознание образина не потерял, но упал на колени и явно потерялся, вращая туда-сюда глазницами.

Победа! Всё снова становится цветным, и звуки окружающего мира обрушиваются на меня словно водопад. Рыдание Лопоухого, стоны Николаева, самолет, снижающийся на посадку, что-то кричит Танька, чириканье воробьёв, где-то звонит телефон голосом Димы Билана и…

- МИЛИЦИЯ! МИЛИЦИЯ! УБИВАЮТ!

* * *

- Получается тебе почти восемнадцать?

- Ага. Через две недели будет, - согласно киваю я, разглядывая кабинет.

- Понятно. На момент совершения несовершеннолетний.

- Совершения чего?

- Благих дел Сазонов! Чего дурачка из себя строишь?

- Я не строю.

- Вот и хорошо.

- А чего с ними? Я их сильно?

- У троих лёгкий сотряс, парочка выбитых зубов, ушибы, ссадины, испуг. Ты зачем их напугал Кирилл?

- Я?

- Нет, я!

Положив ручку, участковый понизил голос и, наклонившись через стол громким шёпотом спросил:

- А ты где так наловчился? Реконструктор? Я видео с камеры из салона красоты смотрел. Ловко ты их, ловко. Ни одного лишнего движения. Меня аж завидки взяли. Сколько лет занимаешься?

- Да не занимаюсь я, Владимир Александрович.

- Да ладно? Мне-то можешь не врать. Я сам три года каждый выходной за город с ребятами катаюсь. В прошлом году в годовщину Куликовской битвы участвовали в сражении с монголами. И кого там только не было казахи, узбеки, таджики, наши. Нормальные ребята потом хорошо посидели. Правда, я больше по нашей истории. А ты я вижу, Древней Грецией увлёкся.

- Нет.

- Что нет?

- Я не занимаюсь. Я геймер!

- Дурак ты Сазонов! Я с тобой по-человечески - заявления переписываю, Рогову из двадцать седьмой в травмпункт отправил, ей осколками бутылки руку порезало, нож изъял, на освидетельствование их свозил, может, опиаты найдём.

- Спасибо товарищ капитан, но я, правда, не занимаюсь. А меч, копис, Игоря.

- Мещерякова что ли?

- Да. Я эту штуку сегодня в первый раз видел.

- Хм. Ну, ты даёшь Сазонов. Значит надо заниматься. Талант пропадает. Хотя, по-моему, ты всё-таки мне врёшь.

- Не вру. Я подумаю.

- О чём?

- Чтобы заниматься.

- А кто такой Аргус?

- Кто?

- Аргус? Ты пепсам на улице так представился. Они думали у тебя крыша поехала.

Вот так прокололся, - лихорадочно подумал я.

-… ааа! Это мой ник в игре! Извините.

- Тьфу, на тебя, Сазонов! – улыбнулся участковый, взъерошив волосы на голове. - Ладно, давно мечтал с Николаевым разобраться. Спасибо тебе за шанс.

- Не за что.

- Ты это… без сарказма. Ты теперь в «группе внимания».

- Это что за группа такая?

- Шаг - вправо, шаг – влево бегство. Прыжок на месте попытка улететь. Понял? Буду наблюдать за тобой спартанец.

- Смешно.

- Вот и я думаю. Расписывайся, здесь и здесь, и иди уже. Тебя друзья заждались.

* * *

Танька, Валерка и Игорь встретили меня как героя - обнимали, целовали (только девушка конечно), хлопали по плечам. Взахлёб рассказывали о случившемся. О том, как их свозили в больницу, оказали первую помощь, допросили и велели ждать на улице. Но больше всего они восхищались моими действиями. Особенно Игорь.

Перейдя улицу, мы шли вдоль вереницы магазинов, парикмахерских и бутиков. Я всё думал об Аргусе. Это что же получается, он помогал моему деду на войне? Эх, надо было внимательно старика слушать. Так, а сивилла это же ведьма? Она что прокляла его из-за того, что он погиб, не вернувшись к ней? И он вынужден скитаться? Башка раскалывается на части от этой мистики. Подумаю об этом потом.

В конце концов, сейчас есть кое-что поинтереснее. Вон Танька сжимала мою ладонь и прижималась ко мне тёплым бедром, Валерка ежеминутно похлопывал по спине, а Игорь одобрительно кивал головой. Это ли не счастье?

Случайно взглянув в витрину, мимо которой проходил, я замер как вкопанный. Пацаны даже врезались в меня. Они что-то спрашивали, но ответа не получали. Внимание моё привлекло отражение в стекле.

Оттуда на меня смотрел рослый воин в ярко красной хламиде, короткими ножнами на правом боку, в спартанском шлеме с гребнем, щитом и длинным копьём на крепком древке. Я точно знал, это был Аргус, смерть которого я видел в своих снах. Большая часть лица была скрыта наносником, но серо-голубые глаза спартанца весело смотрели на меня. Я кивнул ему, а он… мне подмигнул. Вот, правда, не вру. Воин со сломанными крыльями за спиной мне подмигнул!

Знаете, после этого случая жизнь моя изменилась. Я перестал считать свои сны кошмарами, увидел продолжение видения и узнал, что Аргус погиб не на горной тропе, а спустя неделю в другой битве. А ещё мы иногда можем общаться. Но это наш секрет. Тссс! А то мамин мозгоправ всегда на быстром наборе.

ГЛОССАРИЙ:

Порпакс – рукоять для удержания щита с внутренней стороны;

Арштибара – копейщики в персидской армии;

Кардаки - древнеперсидские тяжеловооруженные пешие воины;

Иантина (греч.) – фиолетовый цветок;

Сивиллы - в античной культуре пророчицы и прорицательницы, экстатически предрекавшие будущее, зачастую бедствия;

Копис - разновидность холодного оружия с лезвием на внутренней части клинка, предназначенное в первую очередь для рубящих ударов. По-гречески κοπτω означает «рубить, отсекать». Такие мечи находили у разных народов в разные времена, часто отличая их между собой лишь названием;

Коринфский шлем - тип древнегреческого шлема, был распространён в VI—V вв. до н. э.;

Аргус - (греч.) – многоглазый великан, зоркий страж;

Хламида - у древних греков мужская верхняя одежда, изготовлявшаяся из шерстяной ткани.

В стране середина сытых нулевых но еще с вкраплениями 90х.

Вечерело,  ласковое солнце, начала лета, неумолимо плыло на запад.

Я 14 летний отрок шел быстрым шагом по улице провинциального города. И все мои мысли были только о цели, которой был посвящен весь мой день. Даже не так, в голове пульсировало, в животе щекотало, Цель вела меня вперед.Да и ночь я перед этим спал не очень, не мог дождаться этого дня. Конечно я бы пошел бы утром, но весь день я решал задачу, которая была под силу лишь Гераклу и мне - выпрашивал деньги у Мамы. И вот я получил долгожданные шекели и двинулся в самый лучший магазин - магазин дисков. И цель моя была конечно же купить новую, удивительную и неповторимую Grand Theft Auto: San Andreas.

Так как в процессе добывания денег пришлось пойти на некоторые уступки, ибо Мама она конечно добрая, но переговоры вести умеет, мне была вручена раскладушка Nokia, с целью получения мною инструкций, в продуктовом магазине на обратном пути.

Так вот иду я заряженные с крутым телефоном (тогда для меня любой телефон был крутым) ого-го какой  суммой кэша (на диск и на продукты) по своему спальному району, как вдруг вижу вдали два силуэта на пустой улице. Поучье чутье сработалосразу, однако я был еще молод и не прислушался к нему. По мере приближения напряжение нарастало. В какой то момент я уже понимал, что столкновение неизбежно. И тут бы хотелось сказать, что мой твердый характер и несгибаемый дух не дали мне свернуть в сторону, но нет. В сторону мне не али свернуть режимный завод с одной стороны и забор стоянки с другой. И вот настала роковая минута, и два сударя обратились ко мне с весьма любопытным вопросом:

- Слышь, это, братан , а позвонить есть ?

И тут опять хотелось бы мне сказать, что ответил я словами Сергея Бодрова из фильма Брат, но сказал я просто и лаконично:

- нет..

- А если найду? - молвил второй молодец

...

Весь диалог я передавать не буду,но думаю он знаком многим, кто живет на территории постсоветского пространства.

И вот мы с одним "пионером" мы уже пытаемся вырвать друг у друга МОЙ телефон (ну который мамин), кружась аки волчек. В этот самый момент второй богатырь метелит меня по всем частям моего тела, и наровит попасть мне неприменно в голову.

Эта пляска продолжается какое то время, по моим внутренним часам тогда это было около часа, в реальности же минут 5.

И тут меня спасает Супер-пес. Ну вы помните что стойкость характера, не давшая мне свернуть - был забор стоянки. Получилось так, что я прижал молодца с которым боролся за телефон к забору  стоянки, где местный пес не стал терпеть проникновения части злоумышленника на свою территорию и хряпнул его за задницу, наложив видимо какой-то дебаф на грозного гопника.

И вот он уже отпутил телефон , держится за свой зад и орет. Его крик действует на второго богатыря и они убегают, один вполне себе нормально,  а второй прихрамывая в сторону уходящего дня.

Итоги дня были неутешительны, великой цели я не достиг, и новую ГТА не приобрел, штаны были все в грязи, голова слегка пробита, но это нестрашно, хуже всего, что почти новая бежевая куртка была пропитана моей кровью насквозь, как двор в деревне, когда порося неудачно закололи.

Вещи мои все остались при мне, но настроение было подпорчено.

Было это в 2009-2010 году.
Я решил проводить девушку, проживающую в получастном секторе- смеси многоэтажек, избушек и гаражей.
До дома решил ехать на трамвае, в позднее время только они и ходили.
Проходя мимо гаражей, я заметил компанию из пяти ребят, передающих сигу по кругу. Закурить не попросили, но один из них просто показал на меня пальцем. Я пошел дальше, они пошли за мной. Ребята явно не торопились, сближались, но не торопясь, поняли что мне на трамвай надо.
Ситуация была непростая... и на трамвай надо и пиздюлей получать неохото и убегать как то стремно - еще нечего не началось, а ты уже бежишь, считай просто от вида пятерых парней.
Решилось все неожиданно и просто- на остановке полулежал ужраный мужик.Я его поднял, спросил куда ему, и оказалось тоже на трамвай.Тем временем ребята уже почти подошли к нам, и я не нашел ничего лучше, чем подойти к частному дому, где курил на крыльце мужик, и просто сказал что за мной с другом гонятся.Мужик на удивление нас пустил, мы простояли минут 8-15 во дворе.
Парни, постояв пять минут на остановке  снова пошли к жилмассиву.
Мы с пьяным сели в трамвай.
История можно считать что окончилась, если бы не тот пьяница.Когда зашли в трамвай, он запнулся и просто распластался на полу.Было бы весело, но как только он встал, то кинулся на меня, как мне думается решив, что я ему подножку поставил.Я немного отхватил в голову, но еще один пассажир мне помог дать пару раз по морде неблагодарному попутчику.
История долгая, но какая есть.
Больше я ту знакомую домой по вечерам не провожал.....

Как то раз собрался в очередной раз погулять у друзей в соседнем районе. Погуляли, водки выпили и проводили меня на последний троллейбус. Так как время было позднее, маршрут на котором я поехал шел немного не туда где я проживал. К тому же я недавно переехал в этот район и плохо ориентировался на местности.

Еду, еду, песенки себе под нос пою, смотрю вроде как знакомая остановка. Вышел, не пойму где я, темно на улице. Огляделся, увидел прохожего, спросил дорогу. Он примерно мне подсказал как идти.

Иду я и от скуки песни ору "А не спеть ли мне песню!!! А любви, а не выдумать ли новый жанр!!!" ............... и т.д.

И тут вижу, что вышел я на задний двор филармонии нашего города, а там "стрела". Стоят машины, фары горят и толпа пацанов решает свои проблемы. Я поздно среагировал, просто ступил, они заметили меня и конечно слышали как я еще и песню орал.

Я остановился как вкопанный и думаю - бежать поздно, пойду как шел, пофиг, убьют так, убьют. Испугался я серьезно, помогло что я был пьян. Тормозят они меня далее диалог:

Я-я, 1 - первый (главный первой группы), 2 - второй (главный второй группы).

1. - Стой! Ты что тут шляешься?!! Еще песни поет! Совсем охренел!

2. - Да давай ему рожу разобьем да и все!

1. - Что ты тут делаешь?

Заплетающимся голосом:

Я. - Ззздорово паацаны! Иду домой. Извиняюсь, что помешал вашей беседе! Не заметил вас сразу.

Так как маршрут был нетипичным, пацаны удивились почему я выбрал именно его и где я живу. Я им объяснил, что переехал примерно месяц назад и плохо ориентируюсь, сел не на тот троллейбус.

2. - Че ты с ним базришь, давай отботаем его и все.

1. - Погди че ты гониш!? За что его бить то? Пусть идет себе домой!

Далее у них разгорелся спор о том, что со мной делать. По итогу у них аргументы за и против закончились и повисла неловкая пауза....

Я. - Можно я очки симу? А то когда вы будете бить мне рожу они могут разбиться! Жалко очень! Эта фраза их развеселила почему-то. Они заржали и отправили меня домой в здравии. И пожелали удачно добраться до дома.