Воукизм, Темное Просвещение и идея "Ковчега"
Хотел коротко рассказать про идеологию техномагнатов, делающих ставку на управление человечеством со стороны ИИ, - Темное просвещение. И как раз на этой неделе попались на глаза два знаковых текста, как мне кажется, прямо связанных с общемировыми проблемами, которые и пытаются разрешить адепты Темного просвещения. Один текст из Европы, другой из России. Здесь я буду достаточно обильно цитировать, первый текст, даже приведу полностью, но мне есть что сказать и от себя.
Первый текст, это извинения французского программиста и стартапера Бриваэля Ле Погама за французскую философию и порожденный ею воукизм, леволиберализм. Этот текст интересен и сам по себе и как хорошее описание того, что именно породило, послужило тезисом на который был дан антитезис Темного Просвещения.
"Я хочу принести извинения от имени французов за то, что породили «французскую теорию» (которая породила худшее идеологическое дерьмо: вокизм).
Мы дали миру Декарта, Паскаля, Токвиля. А затем, в интеллектуальных руинах после 1968 года, мы дали Фуко, Деррида, Делёза. Три блестящих человека, которые создали в изяществе нашего языка идеологическое оружие, парализующее сегодня Запад.
Нужно понять, что они сделали. Фуко учил, что истины не существует, что есть лишь отношения власти, замаскированные под знание. Что наука, разум, правосудие, медицинские учреждения, школа, тюрьма, сексуальность — всё это лишь постановка господства. Деррида учил, что у текстов нет устойчивого смысла, что любое означающее скользит, что любое чтение — это предательство, что автор мёртв, а читатель властвует. Делёз учил, что нужно предпочитать ризому дереву, кочевника — оседлому, желание — закону, становление — бытию, различие — идентичности.
Взятые по отдельности, это спорные тезисы. Сочетаясь, экспортируясь, популяризируясь, они образуют систему. И эта система — яд.
Ибо вот что случилось. Эти тексты, нечитаемые во Франции, пересекли Атлантику. Факультеты Йеля, Беркли, Колумбии впитали их в 80-е годы. Они нашли там почву, которой не существовало у нас: американский пуританизм, его расовую виновность, его одержимость идентичностью. Французская теория сочеталась с этой основой, и дитя этого брака называется вокизм.
Джудит Батлер читает Фуко и изобретает перформативный гендер. Эдвард Саид читает Фуко и изобретает академический постколониализм. Кимберли Креншоу наследует эту схему и изобретает интерсекциональность. На каждом этапе матрица французская: нет истины, есть только власть, поэтому любая иерархия подозрительна, любой институт угнетает, любая норма — насилие, любая идентичность сконструирована, значит, она изменяема, любое большинство виновно.
Вот как три парижских философа, которые, вероятно, никогда не представляли себе практических последствий, предоставили операционную систему целому поколению активистов, университетских бюрократов, HR-специалистов, журналистов, законодателей. Вот как мы получили цивилизацию, которая больше не умеет сказать, является ли женщина женщиной, заслуживает ли её собственная история защиты, существует ли заслуга, отличается ли истина от мнения.
Это дерьмо по простой причине, и нужно сказать это спокойно. Цивилизация держится на трёх столпах: вера в существование истины, доступной разуму; вера в существование добра, отличимого от зла; вера в существование наследия, которое нужно передать. Французская теория предприняла попытку взорвать все три. Не из злобы. Из0 интеллектуальной игры, из-за увлечённости подозрением, из ненависти к буржуазии, которая их взрастила. Но результат налицо. Целое поколение научилось деконструировать и никогда не научилось строить. Целое поколение умеет подозревать и больше не умеет восхищаться. Целое поколение видит власть повсюду, а красоту — нигде.
Я извиняюсь, потому что мы, французы, несём особую ответственность. Это наш язык, наши университеты, наши издатели, наш престиж придали этому нигилизму его шикарную упаковку. Без легитимности Сорбонны и Венсенна эти идеи никогда бы не пересекли океан. Мы экспортировали сомнение, как другие экспортируют оружие.
То, что строится сейчас в Кремниевой долине, в лабораториях ИИ, в стартапах, в мастерских, во всех местах, где люди ещё создают вещи вместо того, чтобы их деконструировать, — это и есть ответ. Цивилизация отстраивается заново строителями, а не комментаторами. Теми, кто верит, что истина существует и что ей стоит посвящать себя. Теми, кто принимает иерархию прекрасного, истинного, доброго и не стыдится её передавать.
Итак, простите. И за работу"
И снова от себя.
Не буду сильно расписывать свое мнение по этому тексту, отмечу лишь, что не следует всю вину возлагать на философов - тут очень силен фактор элитного заказа и объективных процессов. Европа и ее элиты, действительно надорвались и не могли не породить чего-то похожего на всю эту отрицающую все общественные основания левацкую постмодернистскую философию. Постмодернизм, по мне, это не самостоятельный уникальный период в истории - это проявление очередного жизненного цикла в развитии цивилизации. А конкретно западной цивилизации охватившей весь мир. Это прямой аналог того разочарования, апатии и поиска смыслов во вне, который охватил Римскую империю на определенном этапе, который охватывал в разные периоды разные цивилизации и культуры. Упадок, спад, наложившийся на особые, действительно уникальные условия развития науки и философии. Здесь французская философия леваков и постмодернистов - это не причина, а симптом. Болезнь.
Болезнь, которую подхватили США, как когда-то подхватил интеллектуальные и духовные болезни завоеванных греков Рим. И в США, в наибольшей степени пострадавших от этой болезни родился свой и политический и теперь философский ответ, точнее даже миропроектный ответ - сначала это был правый популизм, трампизм, а теперь в сопровождении с ИИ-бумом это еще и идеология Темного Просвещения.
Далее приведу отрывки из хорошего описания этой идеологии от Бориса Межуева, он у нас в стране один из первых приметил и отрефлексировал это новое идейное направление. Не стану здесь слишком подробно цитировать, выделю главное:
Имея дело с феноменом Темного просвещения, мы сталкиваемся с почти непреодолимым для секулярного сознания соблазном, характерным для грядущей эпохи — соблазном отказа от политического модерна во имя модерна технологического, от свободы, равенства и братства ради победы одной цивилизации в конкурентной гонке с другой.
Темное просвещение — это голос из будущего, это своего рода намек от наших потомков, куда в конце концов следует обратить свои взоры тому классу, который с 1960-х гг. неуклонно терял свой престиж и свои позиции. Классу людей, работающих со знанием, информацией, производящему инновации в технологиях и питающих общество новыми мыслями и настроениями. Темное просвещение призывает этот класс выйти из-за кулис и подняться на сцену, но уже совсем с другим монологом. Речью не о равенстве всех людей, но о приоритетном праве богатого на власть и умного на богатство. Трудно поверить, что эта речь не найдет для себя благодарной аудитории
Идеология Темного Просвещения это идеология Тиля, Маска, Альтмана и других техномагнатов, идеология близких к Трампу политиков и возможно его самого. Это предельно правый ответ в худшем смысле понятия "правое". Идеал "темных просвещенцев" это просвещенная монархия 18 века, Фридрих Великий и все в таком духе - диктат элит, с помощью ИИ контролирующих тотально людей и обеспечивающих развитие. Предельно элитарная и опасная идеология - предельно опасная она потому-что берет на вооружение ИИ как способ упрощения и подчинения социума, отказа от свобод и демократии (кроме конечно свобод для избранных).
Мне нравится Маск и вся его деятельность по Космосу. Но вот ИИ, и все остальные техномагнаты - дающие такой вот ответ на болезнь воукизма и леволиберализма - это тот случай, когда лекарство куда хуже болезни и порождает куда большую заразу.
Это как консервативный и авторитарный ответ на опасность большевизма для Европейских демократий начала 20 века. Коминтерна, большевизма после 1917 года испугались все западные демократии и будем честны - было чего пугаться. Мировая революция не сулила ничего хорошего Европе. Но ответ на эту угрозу был дан опасный и идиотский - все больший и все более радикальный консерватизм в сочетании с авторитаризмом и как следствие, как его дитя - нацизм.Вот Темное Просвещение в сочетании со всесильным ИИ в руках техномагнатов и хозяев самой могущественной страны мира США - это уже даже не стадия первого консервативного ответа на большевизм. Это уже стадия зарождающегося нацизма.
И как нацизм был в сотни раз хуже и опаснее любого самого радикального большевизм для всех, независимо от воззрений, так и Темное Просвещение и ИИ-зм в правой обертке, господство техномагнатов - в разы опаснее воукизма и классического глобализма.
Вот такая неутешительная картина.
Но тут появился повод и сказать кое-что и с нашей стороны.
Идея Ковчега, по сути, попытка на христианской основе и в умеренном сотрудничестве с США отгородится и обеспечить умеренное классическое развитие без подчинения ИИ. Я бы назвал это нео-Византия, и это не совсем похвала, так как путь Византии был во многом тупиков. Но в целом, основные идеи этого проекта хороши. А именно, это идеи озвученные буквально на днях, на этой неделе, весьма серьезной и статусной фигурой - директором по особым поручениям Госкорпорации Ростех Василием Бровко в статье "Перед новым апокалипсисом: христианская цивилизация и борьба за человека".
Мне статья в целом понравилась, и я несколько преувеличиваю ее акцент на консервативном уклоне называя это "Нео-Византией", но там есть этот уклон. Статья очень объемная, многослойная и поднимает множество тем и вопросов, но я прямо подробно разбирать не буду. Приведу несколько цитат.
«Для христианской цивилизации техногуманизм — вызов более радикальный, чем любой предыдущий, поскольку, особенно в его технофашистском изводе, он видит в человеке проблему, которую нужно решить путем улучшения, деконструкции или замены. Здесь проходит реальная линия фронта текущей религиозной войны: те, кто верит, что человек есть образ Божий, против тех, кто видит в нем временный интерфейс для алгоритмов, биологический загрузочный материал».
Автор считает, что противостоять технофашизму (тому самому Темному Просвещению, хотя он на эту идеологию и не ссылается) может объединенный христианский мир, «ковчегом» для которого может стать Россия.
«Ковчег» — не столько убежище от будущего, сколько проект его строительства. Россия способна стать центром притяжения для мирового христианского сообщества и всех тех, кто разделяет ее ценности. Природное изобилие дает этому замыслу материальную основу, а исторический опыт — правила общежития. Русский ковчег должен собрать людей, способных пройти через кризис, сохранить свое ценностное ядро и вместе построить следующий мир».
"Православным, католикам и традиционным протестантам предстоит определить общий предел допустимого: насколько далеко технология может вмешиваться в человеческую природу, где заканчивается управление и начинается лишение свободы в обмен на обещания здоровья, долголетия, безопасности, избавления от страдания, изобилия, каким должен быть прогресс, если человек остается его создателем, а не материалом".
"Ковчег не может быть архаичным. Напротив, он должен быть технологически развит. Искусственный интеллект, генетика, медицина, новые источники энергии и сложные системы управления не противоречат христианскому взгляду на человека сами по себе. Граница проходит там, где технология перестает расширять человеческие возможности и начинает определять самого человека — его норму, ценность и допустимые формы существования"
"Ковчег еще нужно построить. Для этого потребуются люди, создающие институты, города, инфраструктуру, образование, технологическое развитие и ясное понимание того, ради чего все это создается"
"И здесь материальная и духовная части сходятся. Цивилизация существует не только потому, что способна прокормить и защитить своих людей. Она существует, пока знает, какого человека она хочет сохранить"
"За борьбой государств, технологий и капиталов становится видна более глубокая развилка: останется ли человек свободным субъектом истории или постепенно станет объектом систем, которые он сам создал"
Бровко предлагает прямо перейти на сотрудничество с США (естественно, по завершении конфликта) с целями реализации проектов развития, упирает на необходимость консолидации христианского мира.
Это очень хороший манифест. Мне он в целом понравился. Проблема в том, что в современной России с ее политическими трендами эти идеи при своей реализации упрутся в консервативной препятствие. Чтобы нам, России начать сотрудничество с христианским миром, чтобы наладить контакты со здоровыми силами в США, - надо делать ставку не на мягкий консерватизм, не на нео-византийщину, как сейчас, а на правую демократию. Россия сама должна пробудить свое большинство и предложить новый (на основе старых, переосмысленных установок и классического прогресса и Христианства) идеал для западного и любого иного, заинтересованного в развитии человека по всему миру.
Мы должны стать не только Ковчегом, но и новым Основанием (по Азимову), - новым зерном, источником развития - не просто ковчегом, где как в Византии сохранилось наследие Античности, но при этом не родилось ничего нового, а именно источником дальнейшего прогресса. Не просто отбиваться от технофашистов и хаотизаторов-разрушителей глобалистов-воукистов, но самим задавать тренды развития.
Для этого, для начала нужна серьезная модернизация, перестройка нас самих, наших идейных оснований. Но это я уже пытаюсь транслировать свою точку зрения, относительно того как нам всем избежать выбора между двумя крайне неудобными стульями - технофашизма и воукизма (китайский стул тут это просто более радикальная и коллективистская, государственная разновидность технофашизма). Это требует отдельного материала, но в целом, хочу сказать, что магистрально мое мнение совпадает с основными идеями Бровко.
Отдельно отмечу лишь, что в технологическом развитии нам (России) в том числе в возможном сотрудничестве с США (как бы не было сейчас это фантастично - это возможно) нужно делать упор не только и не столько на цифровые технологии, а на то, что фундаментально важнее, ближе нам и в чем мы когда-то, не так давно, преуспели - на освоении Космоса.
Миром будет править и задавать Прогресс, я в этом убежден, не столько те, кто подчинят ИИ (хотя это огромное преимущество) сколько те, кто осуществит более сложную задачу - всерьез прорвутся в Космос.
Главное, что радует - у нас и в мире в целом идет идейная и философская рефлексия происходящих глобальных, фундаментальных перемен. И хорошо, что мы, Россия в ней участвуем.
России есть, что сказать и уверен, есть что сделать для мира и для себя. Отмечу, в качестве такой более фундаментальной посылки, что в основе такой прорывной идеологии и нового пути для России и для мира должна быть установка на своеобразное Нео-Возрождение, в том плане, что как и старое Возрождение - новое должно сделать ставку не столько на Системы и подчинение человека, сведение его к подчиненному ИИ винтику или низложение его до уровня лишенного всякого достоинства воукиста - а на Личность, ее всесторонее развитие.
Мой канал в ТГ.
