Ответ на пост «Однажды в подъезде»2
Разницы между соседями тогда и теперь в этом деле нет. Солнечное лето 1993 года. На бульваре Яна Райниса, что в Златоглавой, лежа на траве тихо умирает местный старик-бомж. Несколько часов лежит и смотрит то прищурившись на солнце, то безучастно на людей вокруг. Старик на полшишки бомж, его соседка по коммунальной квартире выгнала и сменила замок входной двери. Соседка эта со своими причудами, с несложившейся личной жизнью, да своя правда у нее была. Расселять их местные власти не хотели, а с таким жить на общей жилплощади было невозможно. Еду он у нее из холодильника постоянно таскал, в санузел после него не зайти. По слухам, у этого бомжа двое взрослых сыновей-алкоголиков было. Не работали. Отбирали у папы всю пенсию. Страна вступила в капитализм и к не вписавшимся в него была жестоко равнодушна.
Ставший бомжом старик иногда пробирался переночевать в подъезд. Не в свой бывший, а в соседний. С чего-то решил, что там люди добрее. Или сердобольных старушек больше живет. Просил робко водички у проходящих мимо, еще не так давно здоровавшихся с ним соседей. У старика был сахарный диабет. Он протягивал пустую бутылку из-под водки, что была под рукой. Не лучший выбор. Реакцию это вызывало предсказуемую. Брезгливо проходили мимо. Иногда приезжала милиция и его выгоняли из подъезда. Достаточно грубо. Кто-то попытался старика через скорую пристроить на лечение в больницу. Без шансов. Скорая его отказалась забирать. Такой жизни этому бомжу было отмеряно чуть меньше, чем с полгода. До того солнечного летнего дня.
А как старика не стало, пару месяцев между соседями жалостливых разговоров то было. И за что его так? Да, какая жизнь то настала. Для моего подросткового мировоззрения эта история была сильным ударом.