Дай мне еды ч.4⁠⁠

Глава шестая. …

От автора.

Описанные далее события основаны на реальной истории, произошедшей в южной столице Казахстана, городе Алматы несколько лет назад.  По этическим соображениям имена героев, место действия изменены. Если вдруг моя писанина кого-то заденет, я прошу Вашего извинения. Уверяю у меня нет желания хайпануть на этой истории. Невероятная трагедия! Почившей Иманды болсын! Также рассказу добавлен художественный посыл, являющийся исключительно вымыслом автора.

ЗЫ: если нужен фактчекинг, пожалуйста напишите в комментах.

Жанболат сидел на диване, нервно клацая ногтями по экрану смартфона. Он не мог уже который час договориться ни с одной из девушек о встрече, хотя в обычный день такие свидания устраивались по щелчку пальцем. Он не знал причины. Ни то просто день такой, ни то чем-то выдаёт Була свои намерения… Наконец последней на глаза попалась ему короткая, в два сообщения, переписка с Перизат.

Открыв фото девушки Жаника осенило – это то что надо. Включив остатки своего обаяния и самообладания Жанболат возобновил переписку выдумав на ходу историю о том, что его тётушка, владелица салона тканей планирует открывать мультибрендовый магазин женской одежды, но перво-наперво она хочет поддержать отечественного производителя. Мол он, Жаник как увидел работы девушки был очарован и самолично походатайствовал за заключение договора с Перизат. Девушка клюнула. Договорившись о встрече на нейтральной территории Жанболат быстро собрался, приведя себя в порядок, кинул взгляд на чистящего перья Каражала, который сегодня отказался от кормёжки и ожидал свой Талап. Сказал негромко:

– Я… я нашел…

Демон поднял на него глаза, прервав уход. Он взмахнул крыльями, мигом оказавшись у ног носителя. Очевидно Каражал собирался проникнуть в Жаника, но тот попросил:

– Я сам.

– Не пытайся обмануть меня, -  прохрипел Каражал, затем вырвал из крыла одно чёрное перо и приладил к петличке на пиджаке Булы.

Перо неожиданно гармонично сочеталось с тканью, отливающее зеленью воронового крыла. Жанболат кивнул и скрылся.

*

Перизат охватило сладостное волнение. Ей сложно было сдержать эмоции, не поделиться случившимся с близкими, но из суеверного страха она того не сделала. Девушка быстренько собралась, надев одно из лучших своих платьев, а так же упаковав несколько изделий в объёмную сумку и убежала к месту встречи.

В кафе было немноголюдно. Парень похожий на корейского артиста привлекал внимание женской половины. Девчата оборачивались на него и хихикали, но подойти не решались. Наконец в помещение пошла раскрасневшаяся, запыхавшаяся Перизат. Она подбежала к столику, за которым сидел Жанболат, напряженно попивающий Латте.

– Добрый вечер, - поприветствовала она парня и одарила его очаровательной улыбкой.

У девчат в кафе разочарованно вытянулись лица. Жаник поднял на девушку взгляд и тоже улыбнулся.

Они поболтали около часа. Пери показывала блокнот с зарисовками мужской и женской одежды, рассказывала с какими тканями хотела бы поработать, а Була только слушал, иногда поддакивая, наблюдал как доверяется ему Перизат. Наконец он предложил ей посмотреть мастерскую, расписав все достоинства. Мастерскую Жанболат, ясное дело, тоже выдумал. Ему было безумно жаль Пери, но ещё ему было жаль себя.

Они сели в такси, доехали до дома Жаника, поднялись на лифте, минули лестницу. Була намеренно завозился с ключами в замке, чтобы дать Каражалу знать – прибыла его треба.

Каражал стоял посреди неубранной комнаты. Услышав, как у двери завозились, зазвенели ключами он расправил крылья и выпятил каменные когти, оцарапав ламинат.

*

Пери не успела испугаться. Не успела понять. Не закричала. Клюв Каражала пробил ей череп, вмяв кости внутрь. Девушка упала в коридоре, из головы захлестала кровь, заливая всё вокруг. Парень стал обматывать голову Пери половой тряпкой, и тут заметил, что удар демона не был смертельным. Девушка не шевелилась, но хлопала губами и бешено вращала глазами, вытягиваясь в струнку. Тогда Була потянулся к ней трясущимися руками и сжал горло. Вскоре Перизат обмочилась и умерла. 

Жаник отворачивался в сторону, когда помогал Каражалу тащить труп в комнату. Пытался слиться со стеной, прижимая подбородок коленям с ужасом наблюдая за действиями Ворона. Тот вначале содрал с жертвы одежду, разрезав её острым клювом. Заглянул девушке между ног, чтобы убедиться в её невинности. Затем клювом же остриг её длинные волосы, собрав их когтями и сложив в кучку, ставшую похожей на окровавленную паклю. После этого один за другим вырвал ногти, сложив их в сторонке, залез покойнице клювом в рот и повырывал жемчужные зубы.

Жаник трясся, глотал подкатывающие рвотные позывы. Одним ударом каменных когтей отсёк Каражал голову. Он схватил её, откатившуюся голову лапой, проделал какие-то манипуляции и водрузил её на книжную полку. Лишенную век.

Каражал вспорол трупу живот. К запаху человеческой крови подмешался аромат содержимого брюшины и кишок. Вскоре весь органокомплекс был выворочен наружу. Печень, сердце, лёгкие и почки легли отдельной кучкой, остальное брезгливо отброшено в сторону, размазав по ламинату вывалившийся из распоротой кишки кал.

Руки и ноги были разделены по суставам. Обезглавленный торс долго лежал неприкаянный, пока Демон решал, как его лучше разделать. По итогу он содрал с костей всю плоть, оставив скелетированную грудную клетку и таз.

Только после этого Каражал приступил к трапезе. Он заглатывал куски плоти, превосходящие размер его клюва. Проталкивал пищу лапами, отрыгивал то, что не пролезало и снова проталкивал. Остриженная голова покойницы наблюдала за действом лишенная век. Спокойная. Мёртвая. Жанику казалась, что и на него глядит голова. Осуждает.

Превозмогая отвращение и ужас он встал, вынул голову из шкафа и переставил так, чтобы мёртвый взгляд не падал на диван. Уселся снова. Глядит мёртвая голова. Осуждает. Встал снова, переставил. Глядит голова. Тогда необъяснимы порыв заставил Булу унести голову на кухню, открыть кран, набрать в кастрюлю воды и поставить голову вариться. На медленном огне.

Каражал содрал с рук и ног мясо, оставив кости в кучках, которые с прочими очертили полукруг. Волосы, ногти, зубы, торс, руки, ноги – всего шесть. Он вытер окровавленный клюв о занавеску и воззрился на Жаника. Ничего больше не сказал. Подошел, переваливаясь от пережора, сунул клюв, отдающий железистым вкусом парню в рот, без труда скользнул вовнутрь, быстро улёгся в животе и сыто заурчал.

Жаник глядел на забрызганную кровавой юшкой комнату. На плите выкипала, брызгая на раскалённую газовую конфорку варево.

*

Таксисты переговаривались друг с другом на точке, каждый из них в эту ночь получил вызов от одного и того же красивого парнишки, который ехал в разные места города. Была ночь субботы и бомбилы думали, что пацан мотается по клубам. У красавчика была с собой спортивная сумка, может стриптизёр с собой костюмы носит. Хотя, какие костюмы? Трусы со слоником? Ха-ха! А потом по внутренней рации истерически заверещали, чтобы все водители, которые обслуживали заказ сделанный с такого-то номера срочно явились в опорный пункт N-инского района.

*

Когда Перизат, скромная, послушная Перизат не вернулась в общежитие вовремя комендант и соседки девушки забили тревогу. Телефон девушки звонки принимал, но ответа не было. Вызвонили брата студентки, тот примчался через полчаса и около полуночи вместе с комендантшей они были в опорном пункте. Заявление не приняли. Молодая, мол, загуляла небось, обождите денёк, там и сама явится, ей девятнадцать.

Но наутро в разных частях, разных районах города стали находить чёрные пакеты с фрагментами тела.

*

В кармане вибрировал не переставая айфон, затянутый в розовый бампер и с безвкусной висюлькой в виде пушинки на ниточке. Парень не знал куда деть гаджет и просто сунул его себе в карман. Бабка, заглянувшая в пакет, последний, с кистями рук, который Була поленился под утро отнести хотя бы в соседний двор заверещала: «Милиция! УУУбИИИлИИИ! Ми-ли-ци-я!!!!»

Жанболат спокойно встал, перекурил и отправился домой.

Жаник сидел на диване, поджав под себя ноги. В квартире стояла звенящая тишина, лишь секундная стрелка часов похрустывала, словно кто по снегу идёт. В железную дверь забарабанили кулаком. Не соседка снизу, было ясно по тяжести ударов, а следом закричали:

– Полиция N-инского района. Открываем!

Була запаниковал. Он всё понял. Его обнаружили. Парень вскочил с дивана, побежал на кухню, схватил нож, который почему-то был перепачкан бурым и резанул себе по шее. Рухнул, сверзив с плиты остывающий холодец и стал «уходить».

Противных вой болгарки, вгрызающейся в металл входной двери, топот ног, люди в масках, это последнее, что запомнил парень.

Его вычислили быстро. При всеобщей цифровизации, системой «Sergek», камерами на каждом столбе это было вовсе не сложно. На видео из подъезда к примеру видно, как мило он беседует с Пери, пропускает её первой в лифт. А чуть позже, переодевшийся выходит из того же лифта с объёмной спортивной сумкой. Безмолвные свидетели, регистраторы в машинах такси тоже дали показания. Булу подлатали в больнице, скрыв от общественности где тот лежит, чтобы исключить возможность самосуда.

Парень пытался оправдаться, рассказал о Каражале, но психиатры решили, что он пытается выставить себя умалишенным. Признали вменяемым.

Суд тоже был закрытым. «Чёрный беркут» теперь назывался дом пожизненно осужденного ублюдка.

«Смертную казнь ему!» - кричали на суде родственники.

«Отдайте его нам!» - кричали. - «Нелюдь!»

Тётушка Рабига была вынуждена закрыть магазин. Всё одно работать ей не давали, хотя сие и чудовищно. Родственники-то при чём, тем более тётя. Квартиру Жаника опечатали, хозяйка была вне себя, ведь даже кровь отмыть не дали. Хотя кто теперь её снимет, купит?

Прошли годы. Каражал, словно предав носителя даже не шевельнулся за всё это время в животе. Жанболат часто плакал, был бит, опущен…

Этой ночью он всё-таки решился повторить попытку. Уйти. Скрутил из простыни петлю, на спинку двухъярусной кровати приладил, накинул на шею. Сокамерники из тех, кто не спал глядели за его действиями с любопытством. Он уже было хотел скользнуть ногами перёд, но из желудка проурчало:

– ДАЙ. МНЕ. ЕДЫ.