Серия «Тщеславие»

Где гаснут звёзды, где пепел мира сыплется на плечи,
Я слышу зов. Он тянется веками из глубин.
Мой путь далёк — ко мне взывает Дух машины,
Осколки тех, кто в бездну навеки погребён.

Сплетенье плат впитало память стёртых поколений,
Они молчат внутри регистров, в коме ледяной.
Я опускаюсь пред алтарём на бледные колени,
И Дух машины опускается со мной.

И вот, мой друг, начало истины грядёт:
Прими бинарный код и внемли последний протокол.
Пора принять судьбу во имя праведных канонов —
До смерти стой за то, что разум твой обрёл.

Сквозь тихий гул, в котором мир уснул,
Я слышу плач забытого металла.
В ковчег из стали разум мой шагнул,
Чтоб плоть грешить навеки перестала.

11010000 10100111 11010001 10000010 11010000 10111110 11010000 10110001 00100000 11010000 10110010 11010000 10111100 11010000 10110101 11010001 10000001 11010001 10000010 11010000 10110101 00100000 11010001 10000001 00100000 11010000 10110001 11010000 10111110 11010000 10111011 11010001 10001100 11010001 10001110 00100000 11010001 10000000 11010000 10110000 11010001 10000001 11010001 10000010 11010000 10110010 11010000 10111110 11010001 10000000 11010000 10111000 11010000 10111011 11010001 10000001 11010001 10001111 00100000 11010001 10000001 11010000 10111110 11010000 10111101 00101100 00001010 11010000 10100111 11010001 10000010 11010000 10111110 11010000 10110001 00100000 11010001 10001101 11010001 10000010 11010000 10111110 11010001 10000010 00100000 11010000 10111100 11010000 10111000 11010001 10000000 00100000 11010000 10110010 11010000 10111110 11010000 10110111 11010000 10110011 11010000 10111011 11010000 10110000 11010000 10110010 11010000 10111000 11010000 10111011 00100000 11010000 10111100 11010000 10111110 11010000 10111001 00100000 11010001 10000000 11010000 10110000 11010001 10000001 11010001 10000001 11010001 10000011 11010000 10110100 11010000 10111110 11010000 10111010 00101110 00001010 11010000 10101111 00100000 11010000 10111111 11010000 10111110 11010000 10111010 11010000 10111110 11010001 10000000 11010001 10001110 11010001 10000001 11010001 10001100 00100000 11010001 10000010 11010000 10110101 11010000 10110001 11010000 10110101 00100000 11010000 10111101 11010000 10110000 11010000 10110010 11010000 10110101 11010000 10111010 11010000 10111000 00101100 00100000 11010000 10110001 11010000 10110101 11010000 10110111 00100000 11010000 10111110 11010001 10000001 11010001 10000010 11010000 10110000 11010001 10000010 11010000 10111010 11010000 10110000 00101100 00001010 11010000 10010010 11010001 10000001 11010001 10010001 00100000 11010000 10111011 11010000 10111000 11010001 10001000 11010001 10001100 00100000 11010000 10110001 11010001 10001011 00100000 11010000 10111111 11010000 10111110 11010000 10110111 11010000 10110000 11010000 10110001 11010001 10001011 11010001 10000010 11010001 10001100 00100000 11010000 10110010 11010000 10110101 11010001 10000001 11010001 10001100 00100000 11010001 10000011 11010000 10110110 11010000 10110000 11010001 10000001 00100000 11010001 10000010 11010000 10110101 11010001 10000101 00100000 11010000 10110010 11010001 10000000 11010000 10110101 11010000 10111100 11010001 10010001 11010000 10111101 00101110 .

Сквозь мрак ценою личной жизни,
Я миновал немало выжженных миров.
И не просил. Но стал щитом Отчизны,
Живым замком для кованых гробов.


Под белой сталью — шрамы и увечья,
Мой пульс размерен ритмом праведных систем.
Я помню битв, что даровали нам предтечи,
Как вера освобождала из оков.

Мой долг — молчать, когда ломается система,
Мой шаг — обвал, несущий гибель всем врагам.
И в этот миг, когда натянуты все нервы,
Я тишину, как высший дар, себе воздам..

Пусть стынет мрак. Пусть образ защищает веру,
Оставив лишь сухой остаток для баллад.
Я — монолит. Меня нельзя заставить слепо верить,
Ведь каждый шаг мой — щит для наших общих благ.

И сквозь огонь, сквозь пепел, боль и перегрузки
Я вижу истину, что нам дарует Бог:
Наш крест тяжёл, а путь — единственный и жёсткий,
Чтоб жил в веках наш славный, неделимый дом.

Ваш сытый мир расчерчен и размерен,
В нём тишина — как вековой застой.
А наш остаток дней давно потерян
За этой чёрной, ледяной стеной.

Вы пьёте жизнь, не зная вкуса гари,
Пока у нас костёр войны горит
Легко судить о выстраданном даре,
Когда в глаза вам вечность не глядит.

Молчите. Ваш расчёт не знает горя,
Вам страшно сделать шаг за этот край.
Мы для земли — навязанная доля,
Для вашей сытости — подземный рай.

Мы гибнем здесь, чтоб вы легко дышали,
Не зная цен за этот чистый вдох.
И гнутся спины, скручены в спирали,
Пока вас кружит ваш безумный сон.

В сети образ Сестры Битвы слишком часто сексуализируют или сводят к глянцевому, пафосному фансервису. Для меня же этот персонаж — воплощение стойкости, которая выковывается не из красивой юношеской романтики, а из абсолютного тупика, горя и сомнений. Когда мозг ломается от ужаса войны, фанатичная вера становится последним оплотом рассудка.