user12286987

Но взрослый взгляд режет без наркоза.

Они дважды уводят детей в лес. Не говорят правду: «мы вас любим дорогие дети, но нам нечем вас кормить, но идите по свету, может, кому-то повезет и он сможет заработать на пропитание».Это чистейший нарциссический расчёт.

Если бы они были просто отчаявшимися — они бы пошли вместе. Сказали бы: «Дети, мы все умрём, но хотя бы вместе, держась за руки». Или: «Мы пойдём искать еду, а вы ждите». Но нет. Они остаются дома. В тепле. Под крышей. И посылают детей в лес одних, на верную смерть.

Их родители — предают с нежностью и слезами. (Потому что не умеют по другому) Это инстинкт самосохранения,  ведь лес — их внутренний ад, свою тень они боятся больше. Дети для них — щит, который они выставляют вперёд.

В этом фрагменте: видна вся нарциссичность страданий матери и инфантильная позиция, она не берет ответственность на себя, а винит мужа, в том, что они завели в лес детей, но после их возвращения через время, мать уже без слез отводит их в лес повторно. 

Дровосечиха так и разливалась слезами. -- Господи, -- плакала она, -- где теперь мои детки, где мои бедные детки? И наконец проговорила эти слова так громко, что дети, стоявшие у дверей, услышали ее и разом закричали: -- Мы здесь! Мы здесь! Дровосечиха бросилась отворять им двери и воскликнула: -- Как я рада вас видеть, мои милые детки!
«Добрые люди не могли нарадоваться возвращению своих детей, и радость их продолжалась до тех пор, пока не истратились деньги.»

Здесь мы видим, что мать не испытывает эмпатию к детям, она констатирует факт о том, что они грязные, а не переживает за то, что они могли умереть, испугаться, ее волнует лишь грязь…

Вы, должно быть, очень устали и крепко проголодались. А ты, Петруша, как ты перепачкался! Дай, я тебя умою. 

Нарциссы любят выделять одного ребенка и делить семью на "любимчиков и козлов отпущения"

Петруша был старшим сыном, которого она любила больше всех, потому что он был рыжеват, и она сама была немножко рыжа.

Людоед  — тень отца и подавленная агрессия, жадность.

Мальчик-с-пальчик - архетип героя, которой побеждает не силой, а умом, и приносит дар (сапоги-скороходы, богатство) родителям и несет в себе мотив искупления.

С точки зрения Мелани Кляйн, он действует из депрессивной позиции — осознаёт, что мир не чёрно-белый, и способен выдерживать сложность. Он становится родителем своим родителям: добывает еду, спасает семью, обеспечивает будущее.

Это гиперкомпенсация маленького ребенка который родился "с пальчик", и всю жизнь доказывает, что достоен любви, он вырос слишком рано, потому что на взрослых нельзя было положиться.

«Пробыв некоторое время гонцом и нажив большое состояние, он возвратился домой, где его встретили с такой радостью, что и вообразить нельзя.
Мальчик-с-Пальчик обеспечил всю семью. Он позаботился о том, чтобы отцу дали хорошее место, братьям тоже, и таким образом всех их пристроил. Да и сам получил придворную должность.»

Мальчик-с-пальчик» печальная история о том, как дети откупаются за то что живы и приносят родителям богатство.

И.. они всё равно пришли к тем, кто их предал. И это самый горький поворот.

Мальчик -с-Пальчик словно кричит им: я заработаю для вас все деньги, только не отводите нас в лес и будьте рядом». Тех, кто уже несколько раз отправил их на смерть, — он вернул, покупая любовь. Это травматическая привязанность.

Ребёнок, которого предали, не убегает — а пытается заслужить любовь. Он думает: «Если я принесу золото, меня наконец примут, меня перестанут бросать».

Он покупает иллюзию.

Родители не вымаливают прощения. Не благодарят. Они просто принимают дары как должное. А дети продолжают верить, мама и папа хорошие, просто бедные».

Интересно, что же стало с ними в будущем, не будь это сказкой? Скорее всего, мальчик вырос бы в гиперответственного спасателя, который всю жизнь тащит на себе неблагодарных родителей, братьев и знакомых.

Братья бы разбежались или остались в тени, а может имели зависимости. Родители так и умерли бы в своём нарциссическом мире, уверенные, что они «хорошие», а дети обязаны им за то, что они «их вырастили».

В сказке — хэппи-энд.

В реальности — годы терапии, чтобы однажды услышать внутренний голос: «Ты не должен покупать любовь».

В этом и есть главный урок, который мы пропустили в детстве.

Одна из ключевых идей Лакана — концепция «Имя‑Отца»: фигура Отца как Закона, который помогает ребёнку выйти из симбиотической связи с матерью. Но личная история Лакана показывает, как трудно бывает воплотить теоретические конструкции в собственной семье.

Младшая дочь от первого брака, 72‑летняя переводчица Сибилла Лакан, покончила с собой. За несколько лет до этого она опубликовала мемуары «Имя отца и жизнь в тени Жака Лакана» — очень личный, горький рассказ о детстве и отношениях с отцом.

Цель этого разбора — не выносить приговор, а показать на реальном примере, как работают механизмы передачи травмы и нарциссических семейных паттернов. Источники: биография Лакана Элизабет Рудинеско и воспоминания Сибиллы Лакан.

Первая семья.

Молодой психиатр Жак Лакан женился на Мари‑Луиз (Малу) Блонден — парижанке, талантливой художнице и иллюстраторе. По данным Рудинеско, этот союз был скорее «социальным проектом», чем союзом по большой любви. В тот период Лакан проходил личный психоанализ, и его терапевт мягко ориентировал его на создание респектабельной, «буржуазной» семьи. Здесь уместно напомнить этический принцип: психолог не должен подталкивать клиента к жизненным решениям, исходя из собственных представлений о «правильном».

У них родились трое детей: Каролина, Тибо и Сибилла. Но как только Лакан завершил собственный анализ, образ «нормальной» семьи перестал его удерживать. Тяга к эпатажу и признанию вступала в противоречие с тихой, домашней жизнью, которую олицетворяла для него Малу.

Лакан увлёкся актрисой Сильвией Батай. Их отношения начались ещё до официального развода, причём Малу в тот момент была беременна вторым ребёнком, Тибо. К моменту рождения младшей дочери, Сибиллы, Лакан уже открыто жил с Сильвией, которая тоже ждала от него ребёнка. Официальный развод оформили позже. Причем Малу, лишь младшей дочери позже скажет: «ты была плодом отчаяния», и обвинит ее в этом отчаянии.

Сибилла позже сформулировала своё ощущение одной фразой: «Когда я родилась, моего отца уже не было рядом». В массовом сознании Лакан часто предстаёт как человек, который просто «забыл» первую семью. Но мемуары Сибиллы показывают более сложную картину: он не исчез полностью, но его присутствие было непоследовательным и эмоционально холодным.

Оно проявлялось в повторяющихся ритуалах:

• Еженедельные обеды. Каждую неделю Лакан приезжал в квартиру бывшей жены на улице Жаден. Он приходил в дорогом пальто, обедал с детьми и уходил. Атмосфера была напряжённой: Малу постоянно предъявляла ему претензии.

• Совместные отпуска. Он брал всех троих детей в поездки: в Бретань, Сен‑Тропе, Италию, в своё загородное поместье.

• Подарки как заместители тепла. В дом, где Малу экономила на каждой мелочи, Лакан приносил предметы роскоши — шёлковые шарфы, антикварные вещи, хрупкие орхидеи. Сибилла вспоминала об этом с обидой: «Это было так красиво, так изысканно — и так бесконечно бесполезно для меня на тот момент». В этих жестах чувствовалась попытка закрыть потребность в отцовском внимании эстетикой, а не реальной поддержкой.

• Редкие вспышки защиты. Иногда он вмешивался, когда старшие дети жестоко дразнили Сибиллу. Однажды он резко оборвал их: «Прекратите, вы так из неё идиотку сделаете».

• Ситуации отвержения. Один из самых болезненных эпизодов — когда дети увидели отца в машине с новой женой и дочерью, а он, не останавливаясь, проехал мимо. Для них это стало травматическим опытом.

Дети оказались в ловушке амбивалентности: отец не был полностью отсутствующим (он приходил, платил алименты, иногда защищал), но и почувствовать себя любимыми рядом с ним было невозможно. К этому добавлялись постоянные упрёки матери, из‑за которых детям было трудно интегрировать сложные, противоречивые чувства к отцу. Как писала Сибилла: «Мой отец жил своей жизнью, своей работой; а нам наша собственная жизнь казалась лишь случайностью в его истории, чем‑то из его прошлого, что он не мог просто так взять и проигнорировать».

Позиция матери и механизмы расщепления

Малу на момент развода было 35 лет. У неё были возможности для профессионального и личного развития, но она не смогла переработать боль расставания и надолго закрепилась в позиции «брошенной жертвы». Эта позиция давала ей моральное превосходство, но одновременно поддерживала фиксацию на травме.

По воспоминаниям Сибиллы, мать транслировала детям собственные обиды, используя механизмы проекции и проективной идентификации. Младшей дочери с детства внушалось чувство вины, дефектности ошибки: её рождение воспринималось как отчаянная попытка удержать уходящего мужчину. В результате у Сибиллы формировалось убеждение, что она — «плод чужого несчастья, инструмент, который не сработал».

В семье сложилась жёсткая иерархия: сын Тибо занимал привилегированное положение и фактически выполнял функцию «психологического заместителя мужа», а Сибилла становилась контейнером для негативных эмоций матери. Когда старшие дети травили её, называя «уродиной» и «тупицей», мать не защищала её, а улыбалась и присоединялась к насмешкам. Это типичный паттерн расщепления в дисфункциональных семьях: детей делят на «хороших» и «плохих», одного идеализируют, другого обесценивают.

С точки зрения психоаналитической теории, в поведении Малу можно увидеть динамику, близкую к фрейдовской модели меланхолии: вместо того чтобы пройти процесс горевания, она «законсервировала» образ бывшего мужа внутри своего «Я». Фрейд писал, что при меланхолии «тень объекта падает на Я»: человек не отпускает утраченный объект, а интроецирует его, и внутренний конфликт начинает восприниматься как саморазрушение. В этом случае динамика не осталась внутри психики матери, а транслировалась детям (злость, зависть, презрение), прежде всего Сибилле.

Новая семья и разные стратегии отношений с детьми

Параллельно Лакан выстраивал новую семейную систему с Сильвией Батай. Их отношения начинались в контексте аналитической работы, что с точки зрения современных этических стандартов считается нарушением профессиональных границ. В историческом контексте это отражает иные нормы и отсутствие формализованных кодексов середины XX века.

Любопытная деталь: Жорж Батай (муж Сильвии и друг Лакана) сохранял близкие отношения и с бывшей женой, и с Лаканом, и все трое регулярно проводили отпуска вместе. Дочь Сильвии и Жоржа Батая — Лоранс — фактически воспитывалась Лаканом: он разглядел в ней интеллект и помог ей войти в профессиональное сообщество. Лоранс вспоминала: «Жак дал мне структуру и язык, которых мне не хватало, чтобы выжить между хаосом матери и мрачной бездной родного отца».

Дочь Лакана и Сильвии — Жюдит — росла в атмосфере безусловного признания и роскоши (Золотой ребенок). В отношениях с ней прослеживается нарциссическое расширение: Лакан видел в Жюдит отражение собственных идеалов. Сибилла, наблюдая за этим, испытывала чувство зависти и отверженности: отец никогда не проявлял к ней такой же теплоты.

Последствия для детей: два разных пути

Сибилла Лакан. На пересечении непоследовательного, холодного отцовского отношения и систематического обесценивания со стороны матери у Сибиллы сформировалась глубокая травма привязанности. В её мемуарах звучит описание психосоматической усталости,  как «недуг самого существования»: «Моё тело просто отказывается занимать место в мире, где меня изначально не ждали». Её жизненный путь показывает последствия длительного воздействия токсичных семейных паттернов: отсутствие собственной семьи, хроническая усталость, депрессивные состояния. В рамках фрейдовской модели эту динамику можно осмыслять как крайнее проявление меланхолической фиксации.

Тибо Лакан. В отличие от сестры, Тибо смог выстроить стратегию психологической сепарации. Он выбрал профессиональную сферу, максимально удалённую от психоанализа и семейных нарративов, — точные науки. В интервью Элизабет Рудинеско он сформулировал свой выбор предельно ясно: «Я рано понял, что если останусь в поле притяжения отца или обид матери, они сожрут меня живьём. Математика спасла меня, потому что формулы не умеют лгать и манипулировать. Я просто закрыл эту дверь». Тибо сумел дистанцироваться от семейной мифологии, выстроить личные границы, создать собственную семью и жить вне поля родительских конфликтов.

Что можно вынести из этой истории

История семьи Лакана позволяет увидеть несколько важных психологических механизмов:

• Передача травмы через поколения. Дети становятся носителями неразрешённых конфликтов родителей: стыда, обиды, нарциссической защиты и меланхолической фиксации.

• Роль расщепления и идеализации. В дисфункциональных семьях часто формируется иерархия детей: один ребёнок становится «золотым», другой — «козлом отпущения». Это поддерживает систему контроля и эмоциональной зависимости.

• Несовпадение теории и практики. Даже глубокие теоретические модели не гарантируют способности выстраивать здоровые семейные отношения тем более, что они зависят от двух людей (бывших супругов) и даже если один готов услышать другого, то другой может погрязнуть в обидах, а злость вымещать на детей. Профессиональная компетентность в одной сфере не компенсирует личную уязвимость.

• Значение сепарации. Стратегия Тибо — дистанцирование и построение собственной идентичности вне семейного мифа — показывает один из лучших
  
  путей преодоления межпоколенческой травмы.

Данный анализ основан на опубликованных мемуарах и биографических источниках; доступ к личным клиническим материалам отсутствует, поэтому ряд выводов носит гипотетический характер и опирается на описательные данные.

Эта история не про «виноватых» и «правых». Она про то, как боль, стыд, зависть родителей проживаются детьми — и как иногда единственный способ выжить — это выстроить жёсткие границы и выбрать свой собственный путь. Берегите себя и своих близких.

В первую очередь, естественно, первое, что мы испытываем это зависть.

Зависть — одно из самых противоречивых чувств. Ведь это чувство может как уничтожить, так и сыграть на руку. Но чаще зависть действует как яд, разъедающий изнутри.  

История знает немало примеров, когда зависть приводила к трагедиям. Не зря на протяжении всех веков из-за этого чувства могли возникать кровопролитные войны, предательства, убийства.

Достаточно вспомнить библейскую историю Каина и Авеля или бесчисленные дворцовые заговоры, где жажда обладать тем, что есть у другого, толкала людей на преступления.  

Но есть и другой сценарий: когда зависть становится толчком к развитию.

Например, спортсмен, наблюдая за победами соперника, удваивает усилия в тренировках. Однако ключевое отличие здесь — не слепое желание «иметь то же самое», а осознанное стремление «стать лучше».  

Соцсети и культура "идеальной жизни"  Современный мир усугубляет проблему сравнения. Они создают иллюзию, что вокруг все живут ярко, богато и беззаботно. Но соцсети — это всего лишь отобранные фрагменты реальности.

Личный пример:  

Однажды моя знакомая сказала: «Тебе всегда везёт, ты часто путешествуешь! Вон в Китае была, тебе всё легко достаётся»  И правда, со стороны кажется все просто…но она не видела, другую сторону медали.

Переутомление из-за огромного завала на работе перед отпуском, проблемы со здоровьем, стресс, тревога — всё это остаётся за кадром. Я не выкладываю в сеть кадры с капельницами, или то как я не могу разогнуть спину, или ночи, проведёнными за работой. Я показываю лишь те моменты, которые греют мне душу, и это моменты радости.  

Другой пример:

Одна моя клиентка, с модельной, безупречной внешностью каждое утро просыпалась с паническими атаками, тревогами и не желанием жить. Её жизнь со стороны, казалась идеальной для многих, но хотели бы эти многие столкнутся с ее жизнью изнутри и ежедневно бороться с депрессией.  

Что стоит за "успехом"?  

Когда мы завидуем чужому успеху, мы редко задумываемся, какой путь прошёл человек. Возможно, за его карьерой стоят годы неудач, разочарований и боли, а за красивой фигурой — изнурительные тренировки и жёсткие ограничения, а может и вовсе расстройство питания, за счастливыми отношениями — пройденные кризисы, взлёты, расставания и падения. И это жизнь.  

Перед тем как недооценивать себя и кому-то завидовать, важно задавать себе вопросы:  

- Какой ценой достигнут этот успех?  

- Чего лишился этот человек на своём пути?

- Готов ли я заплатить ту же цену?  

- Готов ли я пожертвовать своим временем?  

Часто оказывается, что мы хотим не чужую жизнь, а лишь отдельные её элементы, при этом не осознавая всей картины.  

Как перестать сравнивать себя с другими?  

Сравнение — это тупиковый путь, потому что всегда найдётся кто-то красивее, успешнее или богаче, моложе, умнее и так далее.  

Вместо этого полезнее:  

1. Фокусироваться на своих целях. Не «хочу, как у них», а «что я могу улучшить в своей жизни?»

Чего я действительно хочу? И что могу для этого сделать?  

2. Ценить то, что есть.

Каждый раз, когда я сталкиваюсь с проблемами со здоровьем, то понимаю, что могу потерять, начинаю воспринимать мир по-другому, отделять то, что мне не важно, и ценить то, что необходимо, то, что я так люблю.  

И на самом деле это сложно, ведь когда мы здоровы и всё хорошо, в вечном круговороте дел, забегах, заботах, авралах на работе мы забываем об этой простой истине.

Практики благодарности помогут увидеть, что в вашей жизни уже много хорошего.  

Возьмите блокнот, ручку и запишите все, что вы цените и поблагодарите жизнь за это. Перечитывайте когда вам тяжело.

3. Изучать реальные истории успеха.  

Не поверхностно, а с пониманием трудностей. Посмотреть, что за успехом, славой стоит не весёлая и беззаботная судьба человека, а порой трудный путь.

4. Отказаться от токсичного контента в соцсетях, а жить реальностью. Ведь мы не красивые картинки, не постоянно весёлые и активные игрушки, а живые люди со своими эмоциями, болями и проблемами.  

5. Философский взгляд: что скажет вам 90-летний вы?  

Представьте, что вы дожили до глубокой старости. Оглядываясь назад, что вы почувствуете?  Вспомните?

- Сожаление о том, что всю жизнь сравнивали себя с другими?  

- Досаду, что не ценили то, что имели?  
-Грусть, из-за того что куда то вечно спешили?

- Радость от того, что жили в своём ритме и наслаждались каждым моментом?  

Скорее всего, на склоне лет важными окажутся не чужие достижения, а ваши собственные пережитые моменты счастья, преодолённые трудности и осознание, что вы прожили жизнь «по-настоящему», а не в погоне за чужими идеалами.  

Ну и в заключение…

Зависть — это тень, которая исчезает, когда включается свет осознанности. Как только мы перестаём идеализировать чужую жизнь и начинаем вкладываться в свою, мир становится ярче. У каждого своя дорога, свои победы и поражения. И если вам кажется, что у других трава зеленее, вспомните: возможно, вы просто не видите, сколько удобрений и труда вложено в этот газон.

Лучшая стратегия — не сравнивать, а создавать свою жизнь, наполненную смыслом, моментами, прожитыми здесь и сейчас, а не чужими мерками.  

И что я хотела бы вам пожелать напоследок.  

Вы читаете этот текст, уткнувшись в экран?Возможно, сидите в офисе, кафе, дома. Возможно, пьёте чай или кофе.

Если пьете кофе, почувствуйте его вкус, аромат, горечь и тепло в ладонях. Если вы обедаете, наслаждайтесь, ощущая вкус каждого кусочка, который подносите к губам.  

Поднимите голову. Осмотритесь.

Видите траву? Она зелёная не потому, что у кого-то она лучше, а потому что она просто есть. Она растёт, не осознавая, что на соседнем газоне она зеленее.

Видите небо? Оно всегда над всеми нами. И оно не выбирает, кому показывать свою синеву.

Видите солнце? Оно греет нас всех одинаково и не спрашивает: «А достоин ли ты тепла?»

Прочувствуйте эту жизнь. Это ваш момент. Не чей-то. Только ваш.

В каждом ребенке есть потрясающие способности, которые важно открыть. Сила характера, которую нужно распознать. Слабости, которые необходимо помочь преодолеть и превратить в особенности. Это завораживает и пугает одновременно.

Вы когда-нибудь задумывались о том, что вы для ваших детей являетесь самым сильным пусковым механизмом для их взрослой жизни?

В ваших руках находится огромная сила, которая может поддерживать вашего ребенка на протяжении всей жизни и губительный яд, который может разрушить его психику.

Воспитание ребенка важно начинать с себя.

Нельзя ругать ребенка за мат, если материтесь вы. Нельзя учить его быть ответственным, если вы безответственны. Нельзя учить дружбе, если вы везде ищете выгоду. Дети чувствуют фальш.

Искалеченные дети вырастают и воспитывают дальше искалеченных детей. Не изменяя себя, они создают следующее поколение таких личностей, что приводит к уничтожению в конечном итоге целого рода.

У каждого есть задатки к чему-то. Пусть кто-то плохо знает русский, но является асом в математике. Кому-то не даются предметы, но он может быть лучшим в спорте.

Ты ощущаешь себя огранщиком бриллианта, а с другой стороны понимаешь, какая ответственность лежит на твоих плечах.