Мы, рожденные в 70-х, застали ту самую Россию, которой больше нет. И точка
Я часто слышу от молодежи: «В 90-е был беспредел, бандиты и выживание». Это правда. Но это — лишь одна сторона медали. Другая сторона — это то, что мы видели настоящую свободу. Такой, какой Россия не знала ни при царе, ни при генсеках, и, боюсь, не узнает еще очень долго.
Давайте честно. Что мы застали?
Свободу слова без смайликов. Мы могли говорить всё. В коммуналках, на кухнях, в электричках. Мы спорили о политике так громко, что стёкла дрожали, и никто не стучал в дверь. Мы читали запрещенные книги, которые передавали из рук в руки, и чувствовали себя не читателями, а участниками подполья. Мы смотрели «Взгляд» и понимали, что телевизор врет, но нам это нравилось — мы учились думать своей головой.
Свободу передвижения. Отменили «железный занавес». Внезапно оказалось, что мир не заканчивается за Брестом. Мы могли взять рюкзак, сесть на поезд «Москва-Прага» и уехать за 30 баксов в Европу. Без виз, без загранпаспортов (почти). Мы голосовали на трассах и уезжали в неизвестность. Это было ощущение, что Земля стала плоской, и мы — первооткрыватели.
Свободу денег. Кооперативы, первые миллионеры в малиновых пиджаках, «АвтоВАЗ» за наличку. Да, это был дикий капитализм, но он был наш. Мы не были винтиками в госплане. Если у тебя была голова на плечах, ты мог разбогатеть за неделю. Или прогореть. Но выбор был за ТОБОЙ, а не за отделом кадров.
Свободу творчества. Мы рисовали граффити на заборах (до появления запретов), мы играли рок на подвалах, мы делали андеграундную моду из секонд-хенда. Нас никто не пиарил, но мы собирали стадионы. Это был чистый драйв, эндорфины свободы.
Что мы видели такого, чего не будет уже никогда?
Мы видели Надежду.
В 1991 году мы стояли у Белого дома не потому, что нас позвали, а потому что нам казалось — мы строим Новую страну. Мы реально верили, что завтрашний день будет лучше вчерашнего. Мы чувствовали себя жителями не страны, а проекта. Не было уныния — было любопытство.
Да, потом пришли дефолты, криминал, разочарование. 90-е сломали многих. Но тот миг свободы — между 1987 и 1999 годом — был уникален.
Сейчас всё стабильно. Спокойно. Сытая жизнь. Но нет того пьянящего воздуха. Сейчас свобода — это когда можно купить айфон последней модели. А тогда свобода — это когда можно было купить идею.
Мы — последнее поколение, которое помнит СССР не по учебникам, и первое поколение, которое понюхало порох настоящей демократии. Мы — переходный мост. И мы видели то, чего НЕ ВИДЕЛА ни одна Россия до нас.
Вопрос к вам, ровесники: Помните тот первый глоток воздуха, когда вышел из метро в 1990-м и понял, что завтра не надо идти на субботник? Или у меня просто розовые очки? Не бейте тапками, давайте поговорим.
P.S. Молодым читателям: Не завидуйте. У вас будет своя эпоха. Но если вдруг захотите понять, откуда взялись ваши родители-алкаши или бизнесмены-олигархи — вспомните этот пост. Они просто пытались удержать ту самую свободу в руках. У многих не получилось.
