Было мне лет 10, когда мама, устав от моих простуд, решила удалить мне гланды и аденоиды. Ну не сама, а волосатыми руками врачей. Съездили по врачам, туда-сюда, оглянуться не успел - уже на Русаковскую детскую больничку заехал. Койку показали, говорят, завтра операция в 10, готовься. Ну я и начал готовиться, точнее, жутко бояться. Лежу, а наволочка с подушки съехала чуть, а там синей ручкой написано что-то про "русаковскую тюрьму". В общем, место такое, что готовиться - одно удовольствие. В камере, пардон, палате, со мной еще трое бедолаг. У кого нос сломан и смешно перевязан, такой пятачок из бинта с проступающей мазью Вишневского. У кого в ушах вата. Короче, бедолаги.
Утром подняли, как в гестапо - резко свет включили, крики "подъем, на процедуры, шнеллер!". Я в панику. "Иванов, готовься". Ну а что готовиться? Я уж со вчера готовлюсь.
Пришел конвой, повели. Лифты, коридоры, повороты.
Пришли в оперблок, у двери еще 3 коллег дожидаются, две девчонки, один пацан. Я - самый старший. Начал хорохориться, шутить, надо же поддержать коллег по опасному бизнесу. Ну вроде смеемся, в окошко поглядываем, а там воля.
Выпрыгнуть не успели, позвали нас в операционную, всех сразу.
Там темно, только лампы операционные горят над четырьмя креслами, как у зубного. В темноте , рядом с креслами, видны фигуры в зеленых халатах и фартуках. Позже, через много лет, похожую картину я увидел в хорроре "Хостел".
Сажают нас в кресла и натурально мне привязывают руки к подлокотникам бинтами и голову к подголовнику вафельным полотенцем. Страшно - не передать. "Открой рот, шнеллер!"
Открыл, а вниз смотрю и так как полотенце неплотно прилегает, вижу, как мне в рот входит огромный шприц с иглой. Всадили новокаин или лидокаин, как его там. Ойкнул. Зажмурился.
Через пару минут чуть занемело в горле и чувствую/слышу - хруп-хруп - отчикали гланды, стало быть, и в лоханку их - шлеп-шлеп. Кровища на грудь потекла изо рта,я подвываю. На соседних креслах вой идет, будто там жилы тянут. Короче, воем вчетвером.
Открыл глаза, сквозь слезы вижу, как в рот загнутые клещи лезут. И тут-то я познал боль. Через нёбо мне начали выдирать аденоиды этими клещами. Нёбо хрустит, горло кровь заливает, я визжу. А невидимая врачиха рявкает "ты же сын офицера! Хватит орать!"
В общем выдрали, чем-то смазали, отвязали и отправили в палату зализывать раны. Вышел, в глазах круги, боль в голове гудит. Сокамерники говорили, что после этой операции должны мороженое давать, но не давали. Пролежал там неделю, но в награду мне купили крутейший настольный хоккей за 25 рублей и я был счастлив.
