Увидел данный пост http://pikabu.ru/story/v_razdevalke_4275428 и сразу вспомнил уже достаточно древний материал про старика Клафа)
«В 79-м, в ночь перед финалом Кубка лиги мы вернулись в отель около 8 вечера, – рассказывал экс-игрок «Ноттингем Форест» Гарри Бертлс. – Тут появился Брайан и сказал, что еда и напитки на столе, и мы можем пить, что душе угодно – хоть пиво, хоть шампанское – в любых пропорциях. Он заставил нас выпить все, поэтому спать мы отправились под такой мухой, что я, например, карабкался по лестнице ползком. На следующий день к перерыву мы уступали 0:1, но в итоге выиграли 3:2».
Что и говорить, наставником Брайан Клаф был исключительным. Он взялся тренировать «Дерби Каунти», вытащил команду из второго дивизиона в первый, а потом сделал чемпионом Англии. Потом отправился в «Ноттингем Форест», вытащил команду из второго дивизиона в первый, сделал чемпионом Англии, а впоследствии выиграл два Кубка чемпионов. Он отправлял в нокдаун Роя Кина, подкалывал Алекса Фергюсона и призывал отрезать яйца Эрику Кантона. Он критиковал женский футбол, политику национальной футбольной ассоциации и прическу Дэвида Симэна. Он оставил после себя столько бессмертных фраз, что хватило бы на томик в пару сотен страниц. И если были слова, которые невозможно представить в устах Брайана Клафа, то это – «без комментариев». Сегодня с ним часто сравнивают Жозе Моуринью – дескать, такой же красивый, бодрый и язык подвешен. Но даже самопровозглашенному Особенному не хватило наглости заявить, что тренерская работа для него просто семечки, тогда как Клаф выдал спич подобного содержания на первой же пресс-конференции. «Дисциплина, тренировки, работа с игроками, – все это для меня не проблема», – заявил только-только принятый на работу тридцатилетний наставник «Хартлпула».
Грандиозных успехов с «Хартлпулом» Клаф не добился – лишь восьмое место. Зато обрел кое-что (точнее, кое-кого) поважнее пары лишних чашек (их потом у него будет много) – Питера Тэйлора, человека, с которым у них сложатся долгие и весьма продуктивные рабочие отношения. После года на «Виктория Парк» эта парочка ударно поработала в «Дерби», «Брайтоне» и «Ноттингеме». «Я – витрина, а Питер – товары», – как-то раз сказал Клаф. Основной функцией Тэйлора был подбор игроков, которые потом попадали под руководство Брайана. И он уже с ними не церемонился. «Если возникают какие-то вопросы, то мы садимся, общаемся минут 20, а потом решаем, что я прав», – так Клаф описывал свой метод общения с футболистами. Заплатив рекордный миллион фунтов за Тревора Фрэнсиса, он часто использовал его в качестве подносчика чая – чтобы не зазнавался. «Это самый уродливый парень из всех, кого я покупал», – так он охарактеризовал Кенни Бернса, одного из лучших центральных защитников «Форест». А Джон Робертсон, экс-полузащитник «Форест», а ныне – успешный ассистент Мартина О’Нила (тоже, кстати, бывшего подопечного Клафа), боялся Брайана и через несколько лет после завершения карьеры. Уроженца Мидлсбро многие считали редкой сволочью, но даже им было трудно отрицать, что его методы работали, что под его руководством футболисты превосходили сами себя. «Я обязан Клафу и «Ноттингему» всем, что у меня есть», – гласит автобиография Роя Кина. «Не так сложно управлять классными игроками. Куда труднее собрать хорошую команду из плохих», – говорил один из помощников Клафа в «Хартлпуле».
Релаксацию Брайан всерьез считал важнейшим элементом предматчевой подготовки. Концепция релаксации у него была особенной. В 1983-м накануне полуфинала Кубка УЕФА против «Селтика» он привел команду в бар, принадлежавший главному тренеру «кельтов» Дэвиду Хэю, заказал всем выпить и попросил предъявить счет владельцу. Колумнист одной британской газеты вспомнил, как Клаф однажды позвал его пропустить бокал шампанского – «бокал шампанского» в итоге растянулся на 36 часов почти непрерывных возлияний. А Тедди Шерингем рассказывал, что однажды по ошибке выпил содержимое стакана Клафа – и чуть не умер на месте.
Тренерское видение Брайана состояло, разумеется, не только из бесконечных спаиваний и подначиваний своих подопечных. Но его команды действительно играли в довольно незамысловатый, прямой футбол, основанный на точных передачах низом. Анализируя вылет сборной Англии с Евро-2000, Клаф сказал: «Матчи проигрывают футболисты, а не тактика. Люди несут всякую чушь про тактику, хотя сами еле-еле в домино умеют играть». Взгляды Брайана на секрет футбольного успеха времени, как видите, оказались неподвластны. Он верил в силу убеждения, в эффективность простых, временами примитивных методов (однажды, согласно легенде, он заставил игроков пятнадцать минут молча смотреть на мяч), в жесткое подчинение собственной воле – и эта вера приводила его команды к фантастическим результатам.
Бывший подопечный Клафа Джон Макговерн, поигравший у него в «Хартлпуле», «Дерби» и «Ноттингеме», как-то сравнил своего тренера с Мохаммедом Али. Брайан действительно был ровней чемпиону в том, что касается харизмы, наглости и великих побед. И совсем как Али, он не сумел уйти на пике славы. Последний сезон Клафа на «Сити Граунд» стал настоящей катастрофой: тяжелая финансовая ситуация вынудила клуб продать главных звезд (Тедди Шерингема и Деса Уокера), да и перешедшие в разряд хронических проблемы коуча с алкоголем делу не помогли. По итогам кампании-92/93 «Ноттингем» вылетел из премьер-лиги, а Брайан закончил тренерскую карьеру.
К тому моменту рядом не было и Питера Тэйлора. Бывший советник Клафа скончался в 1991-м, но до этого они успели вдребезги разругаться из-за трансфера Джона Робертсона, провернутого Тэйлором без ведома Брайана. «Ему лучше не появляться на А52 (шоссе между Дерби и Ноттингемом), а то я его перееду», – заявил как-то Клаф. Избавившись от Тэйлора, Брайан уже никогда не добивался былых успехов – несколько раз брал третье место с «Форест», выиграл два Кубка лиги, но все это, конечно, было уже излетом карьеры великого тренера. Говорят, что узнав о смерти Питера, Брайан не смог вымолвить ни слова – пожалуй, впервые в жизни. И именно Тэйлору Клаф посвятил свою автобиографию, а позже, на церемонии открытия стенда на «Сити Граунд», названного в свою честь, выразил сожаление, что на стенде начертано только одно имя.
Уйдя из футбола, Брайан зажил обычной жизнью. До самой смерти он вел колонку в журнале Four Four Two, однако журналистов особо не жаловал, давая интервью лишь самым близким из них. Остроумие, кстати, не изменило ему и на пенсии: по одной только Виктории Бекхэм Клаф прошелся несколько раз («она берет в путешествие больше пар обуви, чем у меня было за всю жизнь»). Также Брайан бросил пить, но в конечном счете многолетнее злоупотребление все равно сказалось. В 2003-м ему сделали операцию по пересадке печени, без которой, по уверению врачей, он бы не прожил и месяца. После операции Клаф протянул около года.
«Когда пробьет мой час, парню на небесах придется отдать свое любимое кресло», – говорил Брайан. Его час пробил 20 сентября 2004 года, вскоре после того, как «Непобедимые» Арсена Венгера перекрыли рекорд «Форест» по количеству матчей без поражений. «Мы думали, что он вечен. Мы думали, что он бессмертен», – сокрушались бывшие игроки и коллеги Клафа.
Разговоры о том, что раньше деревья были выше, а футбол – лучше, изрядно достали всех и каждого. Но если в 70-х править бал на полях Англии и Европы мог человек, водивший игроков по барам и борделям, а к выездам на континент относившийся как к курортным поездкам, то трудно не признать, что когда-то футбол был если не лучше, то хотя бы чуточку веселее. «Это честь для меня – знать вас», – сказал комментатор BBC во время последней для Брайана домашней игры «Форест». Да, Клаф не был идеальным человеком. Да, в расцвете лет у Клафа был не самый простой характер, зато начисто отсутствовали чувство компромисса, элементы конформизма и тормоза. Да, Клаф считал себя стопроцентно правым, даже когда был стопроцентно неправ. Но будь Клаф хоть немного другим, то гораздо беднее были бы не только трофейные «Дерби» и «Форест», но и вся история английского футбола.
Автор текста- Роман Мун
