Уильям Хит. Политические денди. 18 ноября 1818

Английский художник заострил внимание на слухах о сепаратных переговорах между Россией и Францией, а также на стремлении Франции прикрыть изысканными жестами желание сократить свои выплаты по репарациям. Получив от союзников трон, Людовик XVIII, страдавший ожирением, едва передвигался и на конгрессе не присутствовал, но именно он выставлен контрастом фигуре императора Александра. Монархи сливаются в братском поцелуе. Александр: «Мой дорогой легитимный брат (хотя, полагаю, Бони я называл так же), я счастлив служить вам, хотя проклятые обитатели вашей страны почти уничтожили мою страну». Александр, над которым англичане часто подтрунивали за его щегольство, имеет заметную лысину и игривые бакенбарды, одет в военную форму с неестественно большими кавалерийскими ботфортами и составляет с шарообразным Людовиком классическую комическую пару «тонкий и толстый». Людовик отвечает: «Ма шер ами, я так рад вашей братской любезности по отсрочке нашей оплаты и отводу ваших войск, что готов буквально проглотить вас». Король противопоставлен другим участникам своим старомодным платьем, характерным для прошедшего века. На животе Людовика висит недавно им же восстановленный монархический орден Святого Духа. Кулинарная невоздержанность короля подчеркнута не только желанием проглотить царя Александра, но и обращением к нему та chere ami («мой дорогой друг»), где вместо слова cher («дорогой») использовано chere («еда»).

В правой части листа за сценой наблюдает прусский король Фридрих Вильгельм III, затянутый в военную форму, с большой саблей и треуголкой (по-видимому, принадлежащими Александру). Он с неприязнью произносит: «Я вынужден следовать за этими вождями... пока что». Рядом с ним всплескивает руками австрийский император в сопровождении своего внука Наполеона II - сына Наполеона Бонапарта: «Я должен соглашаться в данный момент, но у меня есть внук». В левой части листа беседуют два француза. Первый в военной форме - вероятно, военный министр Гувион Сен-Сир (в прошлом наполеоновский маршал и участник похода в Россию), говорит, коверкая французские и английские слова: «Законный правитель франсе - это слишком много для Джона Булля! Боже мой, он тянуть время, но ми покажем им, к чему ми стремиться». Его собеседник в придворном костюме и напудренном парике - герцог Ришелье - не скрывает радости: «Ух-ха, он делать ему любезности, а затем мы оставим их без денег». На заднем плане за политиками наблюдают стройные ряды безучастных гренадер. Аахенский конгресс стал высшей точкой в попытках держав- победителей согласованно управлять Европой. Эйфория от победы над общим врагом с течением времени сменялась взаимной настороженностью, претензиями и конфронтацией.

Уильям Хит. Русский денди, или Сцена в Экс-ла-Шапель. 8 декабря 1818. Веллингтон и Александр I на Аахенском конгрессе

Русско-турецкая война 1828-1829 годов - время становления русофобии в Англии. Отголоском этого общественного психоза можно считать и рассматриваемую карикатуру, на которой представлены никак не связанные с реальностью события. Целью автора было показать, что на Востоке ущемляется достоинство Великобритании. Поводом стала блокада Дарданелл, объявленная Россией еще осенью 1828 года. В ходе военных действий российский флот блокировал любые военные поставки в Константинополь. Великобритания была вынуждена согласиться, хотя это задевало ее торговые интересы, ведь она являлась основным морским перевозчиком в мире. Существенную роль для англичан играла и торговля с Турцией. Правительство вынуждено было терпеть происходящее, но лондонские газеты, связанные с торговыми кругами, регулярно поднимали тему ущемления прав. Так, например, 30 мая 1829 года «Таймс» писала: «Мы должны повторить то, что писали еще вчера, - с этим нельзя мириться. Это называют блокадой Дарданелл! Да ведь это - блокада всего океана, который был известен древним народам - грекам, римлянам, египтянам и ассирийцам. Такую блокаду терпеть невозможно. Этого не должно быть: как англичане, мы настаиваем, что этого нельзя допустить».

Уильям Хит. Досмотр английского корабля в Дарданеллах, или Наш верный союзник проявляет уважение к британскому флагу. 30 мая 1829 г.

На подобные настроения отреагировал и Уильям Хит. Он изобразил вымышленный досмотр российским флотом английского торгового судна. Русские морские офицеры представлены высокомерными франтами, которых сопровождают бородатые казаки. Они вскрывают тюки с британскими товарами, воруют продукты, пьют вино и даже обыскивают джентльмена. Слева казак держит под дулом пистолета связанного британца: последний стоит на коленях, но гордо смотрит в лицо восточному дикарю. За его спиной другой матрос чешет кулак и всем своим видом показывает, что стоит только дать приказ, и русские скоморохи получат достойный отпор.

По верху гравюры написано обращение британских матросов к своим российским «союзникам»: «Если б наши правители не связали наши руки, вы не обращались бы с нами таким образом. Но ничего, скоро мы начистим кое-кому из вас...» Слова «правители» и «наши руки» подчеркнуты, что является упреком правительству, не способному приструнить русских. Вверху на парусе саркастически цитируется старинный патриотический гимн «Rule, Britannia!» («Правь, Британия!»). Примечательно, что 30 мая 1829 года (но по старому стилю) состоялось крупнейшее сражение русско-турецкой кампании: в битве при Кулевче русские разгромили турецкую армию, что разом компенсировало неудачи предыдущего года и заставило вскоре капитулировать Силистрию.

Уильям Хит. Вид с птичьего полёта. Около 1828-1829. Сатирическая карта Европы периода войны с Турцией. Ледяные просторы России заполнены армиями медведей и казаков

Георг Эммануэль Опиц. Казаки рассматривают карикатуры на самих себя. Около 1814

Сатирические листы зачастую были тесно связаны с прессой. Многие из них были прямыми иллюстрациями злободневных газетных статей, цитаты из которых иногда включались в подписи к листам. Скорость выпуска карикатур также была под стать газетной, чему немало способствовала беглая, очерковая манера исполнения листов, выполнявшихся с учетом будущей раскраски акварелью, которую обычно осуществлял не сам художник, а мастера-раскрасчики. Нераскрашенные экземпляры, впрочем, тоже поступали в продажу - за меньшую цену.

Карикатуры выставлялись в витринах издательских магазинов на центральных лондонских улицах - перед ними неизменно собиралась толпа, живо обсуждавшая как сами листы, так и события, с ними связанные. Помимо этого, устраивались специальные карикатурные выставки с платным входом. Альбомы с подборками карикатур сдавались в аренду для развлечения гостей на званых вечерах. Уже в XVIII веке появились первые коллекционеры карикатур, собиравшие произведения самых знаменитых художников или листы на определенную тему Наконец, карикатуры копировались издателями-пиратами (крупнейший среди них - ирландец Макклири, выпускавший пиратские перегравировки в Дублине) и повторялись в ксилографированных народных картинках, их печатали в виде слайдов для «волшебных фонарей», перерисовывали на керамической посуде и использовали для украшения интерьера. Словом, карикатуры были повсюду.

Текст взят из книги "В.М. Успенский, А.А. Россомахин, Д.Г. Хрусталёв. Медведи, казаки и русский мороз. Россия в английской карикатуре до и после 1812 г." (СПб.: Арка, 2014. С. 9-29, 172-179, 198-215)

Шло время, Россия крепла, и это не нравилось Западу. А после событий 2014 года началась активная пропаганда против России, особенно в Украине. Но и Запад не отставал, прежде всего США: определённые слои электората обвиняли нашу страну во вмешательстве в выборы.[1] В Европе антироссийская пропаганда была меньше, чем в США, хотя и европейские страны присоединились к американским санкциям.

Политическая пропаганда, хотя и не столь активная, была еще в XIX веке. Особенно активно её использовали в периоды войн.

Например, в 1815 году, когда шёл Венский конгресс, во время которого было много балов с танцами, в Англии опубликовали карикатуру в сатирическом журнале «Бич».[2] Там была нарисована карта, на ней вместо Австрии – двуглавый орёл, вместо России – медведь, а Пруссия изображалась одноглавым орлом. Медведь танцевал на Польше, а австрийский орёл – на землях Саксонии, тем временем прусский орёл был на территории Италии. Сама картинка – подобие комикса, где над персонажами были «облака» с текстами реплик. Медведь говорил партнёрам, мол, мы все овладели контрдансом, и надо будет повторить ещё, пока друг платит дудочнику. Также предлагал танцевать на Польше, потом перейти в Саксонию, а дальше – в Италию. В этом случае контрданс можно перевести как «танец на странах».

В дальнейшем английские карикатуристы неоднократно привлекали внимание своими работами, особенно во время Русско-турецкой войны 1828–1829 гг. Тогда в сентябре Варна сдалась и значительные наши силы перебросили к Силистрии, но штурма не было из-за нехватки боеприпасов. В октябре войска начали отходить за Дунай, а 10 ноября, во время переправы у Силистрии, наши войска потеряли значительную часть обоза и лошадей. После этого события в зарубежной прессе появились карикатуры.[3]

На одной из них была гигантская голова турецкого султана, который отхватил зубами полы мундира удирающего без оглядки Николая I. Из отгрызенного с куском ткани кармана виднелся листок с надписью «Силистрия».

Именно во время этой войны активизировалась пропаганда против России. Шла осада Дарданелл и блокировали любые военные поставки в Константинополь. Торговлю с Турцией приостановили, Великобритания была вынуждена согласиться. Но блокада начала ущемлять интересы британских торговцев, и 30 мая 1829 года в газете «Таймс»[4] появилась статья, а точнее – инструмент давления на правительство. В тексте говорилось, что Англия не должна мириться с блокадой Дарданелл, ведь это изоляция всего океана, который был известен древним народам, что блокаду терпеть невозможно, и нельзя допускать.

Интересна ещё одна карикатура,[5] появившаяся во время Лондонской конференции:

На ней изображена игра политиков в бильярд. Николай I забивает шар с надписью «Греция». Русский император нарисован высокомерным франтом в униформе, который подготовился к финальному удару. Веллингтон нервно трогает кий. Рядом возмущённый султан Махмуд II, который в игре не участвует, но, наблюдая её ход, рвёт свою бороду. За Николаем толстый грек курит трубку, на нём фригийский колпак, на котором торчат ослиные уши и висит замок с цепями и надписью: «Колпак Свободы, подаренный Россией». Греку тихо на ухо говорит французский король Карл Х: «Боже мой, он отправил в лузу ваш шар – это так прискорбно для вас…» За игрой наблюдает американский президент Эндрю Джексон, который полагает, что игра будет серьёзной. На стене видна картина, где отмечены Индия, Греция и Турция, а рядом с Индией есть пометка – «Игра». Австрийский император Франц I показывает на Турцию и говорит прусскому королю: «Я могу размечать Игру ничуть не хуже». Прусский король перебивает его: «Слушай, брат Маркер, мы должны поделить всё поровну». Рядом с ними сидит король обеих Сицилий, который бездумно смотрит на игру, а в руках у него корона с надписью: «Завернута, чтобы сохранить блеск» – также можно перевести как «сосредоточен, чтобы сохранить сон». В английском языке идёт игра слов: последнее слово фразы отмечено большими буквами, если перевести, они будут первыми в слове «Неаполь». Это намек на потерю города и лишение короны. За прусским королём изображён король Испании Фердинанд VII в виде испанского мула, который смотрит на карту Южной Америки, где были его колонии.

Итак, эти карикатуры, хоть и не похожи на современную пропаганду, уже несли политический подтекст и были представлены в газете. Их язвительность показывает, насколько тогда Англия опасалась российского влияния в Европе и реагировала на все события, какими бы они ни были – хорошими или плохими для нас. Главное – высмеять создавшееся положение и политику, проводимую нашей страной.

Вообще, все началось с Георгианской эпохи, когда правил Георг III, а за ним Георг IV – с 1760 по 1830 год. Этот период был золотым веком английской карикатуры,[6] так ознаменовал свободу прессы и английский рынок изобиловал сатирическими журналами. Отсутствие цензуры давало карикатуристам свободу в выборе тем, они могли делать объектами насмешек любые вещи и персон, даже собственное правительство или королевскую семью. Конечно, карикатурные эстампы были не только хорошими источниками новостей, они могли использоваться и как политическая пропаганда.

За пределами Англии политические карикатуры достигали и Наполеона.[7] Особенно можно отметить влияние сатирических рисунков в ту эпоху, когда Наполеон посылал Павлу I английские карикатуры, где российского императора выставляли в неподобающем виде, чтобы настроить его против Англии.

Многие карикатуристы изображали Россию и её правителей в виде медведей. Этот стереотип появился после выпуска «Записок о Московии» Сигизмунда Герберштейна в 1549 году и труда Адама Олеария «Описание путешествия в Московию» в 1647 году. После этого медведи неизменно упоминаются в записках иностранных путешественников. К тому же Россия поставляла медвежий жир, мех и самих медведей для потехи публики. С тех пор наша страна чаще всего изображалась в виде медведя как на географической карте, так и на рисунках карикатуристов.

Но в 1830-е годы период золотого века английской карикатуры идёт на спад. Карикатурные листы постепенно переходят в печать, которая начала бурно развиваться в те годы. А карикатура перекочевала во Францию, где Шарле Филиппон основал журналы «Карикатюр» и «Шаривари».[8]

[1] Как Россию обвиняли во вмешательстве в американские выборы. Досье. URL: https://tass.ru/info/4324773

[2] Успенский В. М., Россомахин А. А., Хрусталёв Д. Г. Медведи, казаки и русский мороз. Россия в английской карикатуре до и после 1812 г. СПб.: Арка, 2014. С. 172–173.

[3] Там же. С. 198–199.

[4] Там же. С. 200–201.

[5] Там же. С. 201–202.

[6] Там же. С. 9–19.

[7] Там же. С. 19–29.

[8] Леонтьева Е. В. Политическая карикатура Ш. Филипона и французская журналистика середины XIX в. // Вестник РГГУ. Серия: История. Филология. Культурология. Востоковедение. 2011. № 6(68). С. 154..