Тут не так давно Франция выкатила новое прочтение Дюма – с Атосом, которому под 60 и с виду он старый Боярский. И с миледи, которая Ева Грин и курит. И я после него решила пересмотреть другие всякие-разные интересные фильмы про мушкетёров. Да, даже английский, в котором Д`Артаньян смуглее обычного, а сорокалетнему Ришелье лет этак 78-90 с виду.

Дошли наконец руки и до французской экранизации 1961 г. с Жераром Барре и Милен Демонжо. Той самой, которую французы считают лучшей, и не только французы.

И таки там есть, на что посмотреть. Особенно именно что посмотреть, потому что фильм ну очень красивый. Тут и костюмы, и дворцы, и каменные монастыри, и замки, брусчатка, таверны – ах! И актёры прекрасны и колоритны – правда, немного промахнулись по возрасту и выдали всем, от королевы до Д`Артаньяна стойкое “под 40” (житие у них тяжкое было, ну). Но тут хоть не акцентируются на “много, сударь, много, 18”. В общем, давайте не всё везде и сразу, давайте подробно.

Традиционные предупреждения. В тексте есть СПОЙЛЕРЫ к роману Дюма и к сюжетным поворотам из французской экранизации. И ТС - душнила.

Актёры и персонажи

Если отбросить юнца-Д`Артаньяна, который уже явно повидал пару десятков войн, то в глаза бросается ещё возраст Людовика и Ришелье. Людовик, которому на время описываемых событий, где-то 27, в фильме нежного предпенсионного возраста. Сорокалетний Ришелье явно пенсию уже получает (возможно, даже в современной России). При этом играют все хорошо, но ты невольно придираешься к Ришелье, потому что… в общем, это глубоко личное.

Во-первых, у кардинала нет кошек и отца Жозефа. Что, как бы, не проблема, потому что у книжного Ришелье тоже ни кошек, ни отца Жозефа, ни Комбалетты, сплошные рошфоры с миледями, поэтому он злой такой! Но, во-вторых, тут кардинал – это чистый разум, это хмурый государственный муж с думой на челе. Он постоянно зависает над картами и думает о благе Франции. Он высокомерен. Он воплощение своего портрета кисти де Шампеня.

Между тем как в реальности кардинал был чувствительной натурой, могущей и порыдать, и поостроумничать, и в доверие втереться. Да и в книге он хитрый и живой. А тут он даже в Анну Австрийскую не влюблён, да и подвески ему не очень-то нужны, и непонятно – зачем он хочет отправить королеву в ссылку. Чтобы что – единолично рулить королём? А им рулит королева? В общем, вместе с эмоциями у кардинала убрали мотивацию. И в-третьих, Ришелье таки был красивым мужуком. В молодости прям взгляды привлекал. А тут такое… в общем, непонятно, чьи он там взгляды привлекал, с таким-то выражением лица, но на такого сурового кардинала и поглядеть-то боязно!

А ещё в повествовании есть слуги, и их ввели очень даже органично. Особенно блистает Планше, который прямо-таки везде-везде. И в этом местами проблема.

Сюжет, сценарий и адаптация книги

Первый час первого фильма (а в экранизации ещё и две части, "Подвески королевы" и "Месть миледи") – это чистое удивление работой сценаристов. Потому что вот так, почти без фраз из романа дать экспозицию, представить персонажей, показать каноничные и нет сцены… Над сценарием очень хорошо поработали… но только вначале. Потому что в первую очередь авторы хотели сделать авантюрный приключенческий фильм, но никак не адаптацию Дюма.

И поэтому они много внимания уделяют знакомству героев, дракам, истории приезда Бэкингема в Париж … а вот истории с подвесками королевы не уделяют внимания совсем. Это не центральная интрига части, а очередное небольшое приключение. Есть драка, где весело кидаются скамейками и летают табуретки. Потом Д`Артаньян доезжает до Лондона, миледи не успевает украсть подвески, а никого из мушкетеров не ранили и не особо задержали – так они вчетвером в Париж и приезжают. Нет, препятствия обставлены интересно – тут и комическая сцена избиения гвардейцев мешками, и тот же досмотр на воротах, но… а напряжение? А жертвы? А беспокойство за друзей?

Во втором фильме авторам явно захотелось сэкономить на Ла-Рошели, потому Ла-Рошели в фильме нет. И подвига с обедом в захваченном бастионе нет (у авторов талант выкидывать из сюжета центральные моменты). Зато есть куча всего другого: тут у нас Д`Артаньяна то арестуют, то миледи его похитит, то Констанцию угрожают пытать – и всё это ради того, чтобы узнать, а что ж там такого Бэкингем написал королеве. А написал он, что плывёт в Ла-Рошель. А кардинал такой: «Хм-м-м, а куда, куда плывёт этот большой английский флот, у меня шпионов-то нет больше, надо колоть Д`Артаньяна и Бонасье!»

Причём все, решительно все приключения проходят по одной схеме: мушкетеры куда-то скачут с воплями: «Один за всех и все за одного!» (эта фраза у них немножко пароль и отзыв, как про «продавать славянский шкаф»). Хитрый Планше с хитростью на роже следит/отвлекает внимание/дурачит гвардейцев. Случается драка. Если поблизости есть мебель – в драке настолько активно используют мебель, что Джеки Чан от зависти бы скамейкой зашибся. Враг посрамлён – мушкетёры вылезли из воды сухонькими.

При таком раскладе выглядит всё это довольно… однообразно, что ли. И на втором фильме приедается. При этом основные драматические или сюжетные сцены, опять же, талантливо прозёваны. Как вам Атос, который по локоть запускает руку в корсаж вопящей миледи? Это он так записку кардинала отбирает, вы не думайте. Как вам тот же Атос, который эту же миледи шпагой и закалывает в финале? Ну-у-у, просто он её в первый раз не повесил, а прогнал, а теперь вот добил. В книге один раз убил - в фильме один раз убил, нечего придираться! Рошфора, кстати, тоже шпагой запыряли. А Констанцию кинжалом. У сценаристов прямо-таки фетиш на смерти от колотых ран. При этом неистово доставляет сцена, когда раненная в живот Констанция шепчет Д`Артаньяну: «Бегите, догоните миледи!» - и все бегут ловить миледи, а Бонасье мееееедленно сползает по стеночке и валится на землю. А Атос оборачивается такой: о! Сползла! И ДАЛЬШЕ БЕЖИТ ЛОВИТЬ МИЛЕДИ. Потому что ну не может же Констанция быть просто раненой, раз уж она там живот зажимает – стало быть, померла. А Д`Артаньяну потом при случае скажем. Может быть.

Вообще, видно, что создатели фильма очень, очень торопились и пытались ужаться. А это было непросто. Потому они наращивали темп повествования. Потому страдают самые важные, самые драматичные моменты. И получается комедия, местами с фарсом. И всё бы оно хорошо, но только нужно вспомнить, что французы-то очень ревниво отнеслись к советскому мюзиклу. Где – внезапно – адаптация сюжета куда более бережная и все основные моменты соблюдены! Ха! «И эти люди учат нас ковыряться в носу…»

Но чего не отнять у фильма – это красоты и духа эпохи.

Внешний вид и дух эпохи

О-о-о, тут пир для глаз и для слуха. Исключительно красивые костюмы, средневековые замки, и манеры, реверансы, всякие там мелочи, массовка… Это действительно хороший, колоритный костюмный фильм. Наверняка, конечно, можно найти кучу не соответствующих эпохе мелочей (чёлочки у дам, например, самую малость не 17 века), но обычному зрителю можно смотреть и наслаждаться.

И этим, и диалогами – пусть не совсем по Дюма, но тоже прекрасными.
- А мушкетеров в схватке сколько было?
- Три.
- А стало?
- Четыре.
- Ничего-то я не понимаю в этой вашей арифметике…
Кардинал иногда придает историчности и бросается великими планами или намекает на то, что будет дальше: «А нам рано воевать с Испанией… пока». То и дело всплывает Ла-Рошель или гугеноты. Да и Людовик, кстати, относится к кардиналу куда каноничнее, чем в книге: он прямо говорит, что доверяет ему и что тот ему необходим.

Удивил разве что Тревиль, который искренне помогает мушкетерам протащить Бэкингема во дворец. И который потом такой: «У меня дурные новости, в Лондоне убили Бэкингема». И самое главное – Бэкингема убивают ДО осады Ла-Рошели. То есть он и на остров Рэ не успел набежать, и Фелтона обидеть своим отказом в повышении не успел – и как тогда складывалась осада Ла-Рошели, вообще неясно. А это ведь французская история. Это как… ну я не знаю, в каком-нибудь русском фильме Кутузова замочили бы до 1812 года.

«Трёх мушкетёров» 1961 г. многие называют лучшей экранизацией романа Дюма. Согласиться с этим я, пожалуй, не могу. Прежде всего потому, что это не совсем экранизация. Авторы оставили лишь авантюрную и комическую часть романа, придумали множество своих приключений, убрали значимые части сюжета, а линии многих героев просто исказили. Это скорее фильм «по мотивам» - однако фильм красочный, яркий и очень интересный (и мне кажется, отчасти некоторыми моментами фильма вдохновлялись советские киноделы). Стоит ли его смотреть? Стоит. Я тут, конечно, ужасно наспойлерила, но ещё много всего хорошего осталось.

Эх-х, на какую бы экранизацию ещё замахнуться? Может, на Франция-Италия 1953 г., где происходит славная сходка пенсионеров? Или на сериал Жигунова, где Д`Артаньян – ушибленная кирпичом по каске девочка из анекдота, король – гопник, а Ришелье – Лановой? Или посмотреть на американцев, у которых Арамис – Дракула, Бэкингем - Леголас, миледи – Мила Йовович, а ещё там есть летающие корабли, и они бороздят просторы Вселенной!

В общем, я продолжаю вести наблюдение.

„В одной из гимназий библиотека составлена сплошь из несерьезных книг, отчего воспитанницы гимназии принуждены странствовать по чужим библиотекам“.
(Из тульских фактов).

Гимназическая библиотека...
Гимназистка просит дать книгу.
К гимназистке относятся тепло, сердечно, с какою-то затаенной радостью... Впрочем, это вполне понятно: ведь гимназистка своя — воспитанница этой же гимназии...
— Вам, барышня, книга нужна?.. Да?.. Пожалуйста... Какая же вам нужна книга?..
Гимназистка называет одного из русских классиков.
Заведующая библиотекой слегка запинается:
— Гм... Н-да... Знаете ли, этот писатель сейчас весь вышел... Вот если позволите, вам...
— Ну тогда дайте Кольцова, Никитина, Лермонтова — вообще из русских поэтов, — просит гимназистка.
Библиотекарша в еще большем смущении:
— Знаете ли, и этих, к сожалению…
— Нет.
— Да... Вот если позволите: „Три Мушкетера“ — Дюма, затем „Принц и Нищий“... Очень трогательные книги... У нас много всяких книг...
Конечно, это очень хорошо, что в библиотеке много всяких книг...
Но если эти „всякие“ являются такими произведениями, как: „Нат Пинкертон“ или „Смерть под колесами паровоза“, „Страшная месть дикаря“, „Приключения золотоискателей“ и т. т. и т. д., то...
То приходится поставить точку...
В вопросе о внешкольном воспитании учащихся — очевидно взять вполне правильно...

«Тульская молва», изд. год IX, № 2426 от 13 (26) декабря 1915 г.

* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.

Продолжаем мушкетёрскую тему. И сегодня поговорим об Атосе и его жене Анне де Бейль.

Один из самых неоднозначных моментов в романе Дюма "Три мушкетера" это расправа Атоса над его юной супругой. Читатели, узнав о вероломстве Анны де Бейль, дружно встают на сторону графа де Ла Фер. Ну еще бы: несчастный в своем опьянении страстью к белокурой прелестнице граф внезапно обнаружил, что жена его не так уж и чиста, как он думал. Ради неё он преступил через собственную гордость, родовую честь, взял её, девицу без роду без племени, без состояния в жены, а она ему отплатила таким жестоким обманом. К тому же Дюма преподносит Атоса как положительного персонажа. Такой роковой мужчина с тайной в глазах. Но это, на мой взгляд, немного нечестно, потому что читатели, а тем паче зрители, в курсе злодеяний миледи, совершенных ею уже потом. В отличии от графа - все преступления его жены на момент расправы с нею еще не состоялись, они в будущем. Поэтому огромное количество читателей и зрителей, во-первых, убеждены в правильности его поступка, во-вторых, в том, что он убил свою жену в состоянии сильного эмоционального потрясения. В состоянии аффекта, говоря научным языком.

И мало кто придает значение словам Атоса, сказанным, когда граф в пьяном угаре повествовал Д'Артаньяну печальную историю своей жизни:

- Бедная девушка была воровкой.

А теперь давайте прочитаем концовку рассказа Атоса:

— Так она умерла? — пробормотал д′Артаньян.
— Еще бы! — сказал Атос. — Давайте же ваш стакан... Ветчины, бездельник! — крикнул он. — Мы не в состоянии больше пить!
— А ее брат? — робко спросил д′Артаньян.
— Брат? — повторил Атос.
— Да, священник.
— Ах, священник! Я хотел распорядиться, чтобы и его повесили, но он предупредил меня и успел покинуть свой приход.
— И вы так и не узнали, кто был этот негодяй?
— Очевидно, первый возлюбленный красотки и ее соучастник, достойный человек, который и священником прикинулся, должно быть, только для того, чтобы выдать замуж свою любовницу и обеспечить ее судьбу. Надеюсь, что его четвертовали.

Что обращает на себя внимание: на момент этого разговора Атос ничего не знал ни о судьбе мнимого брата Анны, ни о том, что они были любовниками. Он только предполагал, что "священник" был её любовником: ..."Очевидно, первый возлюбленный красотки и ее соучастник, достойный человек, который и священником прикинулся, должно быть, только для того, чтобы выдать замуж свою любовницу". И граф почему-то решил, что его жена была заклеймена за воровство. Не как государственная преступница, не как еретичка, а именно воровка. Каким образом Атос пришел к этому выводу? Кто ему об этом сказал? Ведь сообщник миледи, тот самый священник, успел бежать, и Атос не успел с ним переговорить. Ни Анну, ни её любовника в этих краях никто не знал. О том, что произошло на самом деле и как миледи получила клеймо, Атос узнает только несколько месяцев спустя, когда лилльский палач вываливает почтенной публике историю своего брата. Так кто же сказал ему, что Анна де Бейль, графиня де ла Фер была когда-то воровкой?

Сделать это могла только сама Анна. Таким образом, картина вырисовывается следующая: через пару месяцев после свадьбы граф де Ла Фер устраивает охоту, в которой участвует юная графиня. Во время погони за зверем графиня падает с лошади и теряет сознание. Граф разрывает на ней платье и видит клеймо. Дюма описывает Атоса как крайне хладнокровного человека, не склонного к искрящемуся фонтану чувств. Атос, увидев клеймо, со свойственной ему хладнокровностью решает разобраться и приводит жену в чувство, либо дожидается, пока она сама очнется, и устраивает ей допрос. А теперь представьте себе ситуацию глазами миледи. Она приходит в себя и понимает, что находится на волоске от смерти. Естественно, она хочет спастись. И она говорит, что что-то там когда-то украла. Почему она не сказала правду? Да очень просто - в то время быть воровкой было куда менее предосудительно, чем быть совратительницей монаха. Скажи она правду, Атос вменил бы ей целый ряд преступлений: совращение священника, ограбление церкви, сокрытие от правосудия. А тут - ну да, была воровкой, что-то украла, но так и наказание уже понесла. То есть, шанс выжить у нее был. Однако Атос был настолько оскорблен, что эта уловка не помогла, и он сделал то, что сделал.

Это значит, что Атос совершал самосуд над женой, полностью отдавая себе отчет в том, что делает. Этим поступком он восстанавливал поруганную родовую честь, с его точки зрения он поступил совершенно справедливо. Однако это было неправомерно с точки зрения закона, и ему пришлось скрываться под чужим именем в Париже.

___________

Дорогие читатели! Я планирую продавать книги (фэнтези, СЛР) на Литгороде, кому не лень, подпишитесь на профиль: https://litgorod.ru/profile/673172

Жан дю Плесси, де Ришелье
На чьей воюет стороне?
Зачем пугает короля?
Зачем ломает и с нуля,
Возводит замки, города
И почему он враг тогда?

https://music.yandex.ru/album/36454353/track/138755670?utm_m...