Художник-монотипист из Окленда Грейди Гордон. Его работы, выполненные необработанными чернилами, наполнены текстурированными фигурами, пейзажами и зловещими образами на резком фоне.

Вот что он рассказывает о своем деле:

«Монотипия – это техника однократной печати. В отличие от других видов печати, где можно создать несколько экземпляров, монотипия позволяет получить только один настоящий отпечаток. Я работаю, нанося офортную краску на пластину из оргстекла, грубо закрашивая формы сплошным черным цветом, а затем с помощью нескольких инструментов удаляю краску, создавая фигуры, существ, пейзажи и т.д.

В основном я использую субтрактивный метод, добавляя только тогда, когда необходимо придать дополнительные формы. После того как на пластине отработана вся краска, я кладу сверху бумагу и пропускаю ее через офортный пресс. На другой стороне вы видите результат.

Я маркмейкер и искатель текстур, поэтому создание текстур имеет для меня первостепенное значение. В монотипии можно использовать все, что угодно. Например, кисточка, к которой прилипли высохшие чернила, может дать интересную текстуру меха или растений. Тряпки, кончики пальцев, спонжи для макияжа могут создавать мягкие текстуры, напоминающие кожу. Мои пальцы, кисти, картон, ластики, да что угодно – я наверняка пытался удалить с них чернила.

Я стараюсь основывать свои работы на серии и создавать однопанельные повествования в рамках этой серии. Идея может быть основана на типе фигуры или существа, появляющегося на всех отпечатках. Или настроение или место, в котором эти фигуры, объекты, действия будут существовать.

Разные сюжеты имеют разное звуковое сопровождение, и я всегда слушаю музыку, когда работаю. В остальном я позволяю краскам говорить мне, что они хотят показать в данный момент, и следую этому. Мне нравится вырисовывать лица и формы из черноты. Я редко знаю, что именно я создаю, пока это не проявится.

Когда я рос в Нью-Мексико, меня постоянно окружали напоминания о мифах и фольклоре. С самого раннего возраста я был очарован макабрическим. У меня была своя доля странного опыта общения с призраками и неизвестным. Мне нравится включать в своих «монстров/существ» эмоции, похожие на человеческие, поскольку, как мне кажется, это помогает нам общаться с ними на более глубоком уровне.

Некоторые говорят, что я занимаюсь монструозным экзистенциализмом, что меня вполне устраивает. Я очень люблю фильмы и истории ужасов. Они пугают и волнуют меня. Иногда я люблю привносить в свои работы юмор, и фильмы - отличное место для этого. Меня всегда интересовала загробная жизнь. То, что находится за завесой. Невидимое. Неизвестное. Я пытаюсь создать новую мифологию в своих работах и подталкиваю себя к творчеству, почитая все, что было до меня в этом жанре».