Самоизоляция1
Самоизоляция ведет к деградации нации
Все меньше реализма и больше абстракции
Минимум красок и чешется рожа под маскою
Когда жизнь на руси стала страшною скозкою? Кто мне расскажет а?
Народ продолжают дрочить агитацией
Средства массовой ,мать ее, информации :
Мол все переменится не надо бояться нам.
И маска идет хорошо к air maxам.
Но год уж прошел ,улучшили санкции .
Как мне надоело не высыпаться
Как соль из солонки, копить асигнации.
Опять прилетела из банка квитанция .
Спасибо Владимиру за ситуацию...
Трехтысячный год, мы новая фракция ,
Вован - робокоп ,опосля операций...
Но жизнь не игра, и чешут под масками
Дети с внуками рожи, не веря градациям.
Маслоу пирамида стоит не разрушится
Как долго в намордниках людям уж мучаться?
Включился режим пандемийного сдерживания...
Заткнуть тем не выйдет глас поколения.
Последнее лето
Май холоден, точно кофе, оставленный на балконе
весь известный нам мир под пальцем большим, плещется в моём смартфоне
и если в телегу мне скинет бог, свои планы на конец света
я попрошу у него одно, оставить последнее лето
в первый день я конечно же сильно напьюсь
телефонную книгу листая с остервенением
наберу родне, за то, что редко звонил, извинюсь
поблагодарю за все прошлые дни рождения
даже если солнца не будет, выйду один в грозу
взяв сигареты, но дома забыв спички
вдохну ветра летнего полную грудь, улыбнусь
и наверное закашляюсь по привычке
буду громко кричать и петь, из луж под ногами прогонять небо
кто то станет с моим голосом рассвет встречать, где бы я в ту секунду не был
а когда закончится мой запал, я обессиленный на траву рухну
и даже самый закоренелый социопат, приоткроет окно на кухне
нет, я людям не стану ломать кайф, пребывания в заблуждениях
у них есть четыре стены, семья, кровать
и по каждому важному вопросу мнение
это лето пронесется для меня так, даже время застынет на его фоне
потянусь хорошо, покурю натощак, и отправлюсь пить кофе на своём балконе
открою телегу, богу скину видосы и фотки,
и за лишнее время скажу спасибо
"Ладно"- скажет, "старик"- я пошутил, "конец света - ваш собственный выбор".
Ответ на пост «Актуальная поэзия»1
Маяковский:
"Разворачивайтесь в марше!
В метро вам войти отказано.
Определённого возраста старше
Тряпкой ебло не повязано... "
Хватит жить законом,
Оленеводом данным!
Не раскрывайте этим гандонам
Своих персональных данных!
Эдак нас всех - без смазки!
Под сенью столичных ясеней.
Кто там шагает без маски?
В маске шагай, пидорасина!
Есенин:
В эту осень, опять негаданно,
(Что, не знаю, тому виной)
Пахнет спиртом, землёй и ладаном
Это запах страны родной.
Тянут клены ко мне ладошки
Оголенных своих ветвей
Эх! Тащите сюда гармошку!
Под неё помирать живей...
Ветер, шкОдливый беспризорник,
Зыбит стираное бельё,
И метёт молчаливый дворник
Ворох масок отживших своё.
Положительны результаты
Или все это только сон?
Стынет небо в окне палаты
Пандемия. Второй сезон.
Мы, слава богу, не в Марселе
Мелита Вуйнович из ВОЗа
Все горячей и горячей
С оттенком мрачного серьеза
Корит веселых москвичей:
Они в одеждах ярких красок
Гуляют запросто без масок
В заразном воздухе весны,
Ликует поросль молодая,
Дистанции не соблюдая,
Смеясь, целуясь — хоть бы хны!
Я ими горд. Пойми, Мелита:
Мы — европейская элита,
Мы не в одном с тобой ряду,
К тому же, собственно, весны-то
У нас пятнадцать дней в году,
И мне грешно сидеть в квартире
В разгаре солнечного дня,
Пока еще не захватили
Бойцы Росгвардии меня.
Я знаю сам, что не до шуток,
Что год суров, что вирус жуток,
Что я постыдный раздолбай,
Что мир в депрессии… Но мы-то —
В своей стихии. Ты, Мелита,
Меня, пиита, не пугай.
Мы, слава богу, не в Марселе.
Мы — от Камчатки до Москвы —
Всем, чем могли, переболели,
И основательней, чем вы.
Российский опыт всеми признан:
Моя великая страна
Переболела ленинизмом,
Сопливым неомонархизмом,
Визгливым ретроанархизмом,
Чванливым национализмом,
Разнузданным капитализмом,
Неоднократным терроризмом,
Казарменным социализмом,
Национальным большевизмом,
А путинизмом-обнулизмом
Она и до сих пор больна;
Она сама же выбирает
Что ей за участь суждена
И никогда не умирает,
Не поправляясь никогда.
Рецепты ваши бесполезны,
Не тратьте даром вашу прыть:
Все наши прежние болезни
Мы вечно можем повторить,
Поскольку мы — страна другая
И настрадались за троих,
Цветы исправно возлагая
К могилам вирусов своих.
Ряды ничуть не поредели,
Мы нарожаем, не впервой,
Мы в обстановке эпидемий
Цветем, как цветик полевой.
Мы снова в прежней сверхдержаве:
Пусть карантин, оно верней —
Мы склонны к вечной переправе,
Чтоб только не менять коней.
Птенцы «Орленка» и «Зарницы»*,
Мы помним всё. У нас в чести —
Сомкнуть ряды, закрыть границы,
Извечной гречки запасти,
Пяток врагов привычно скушать,
Назначить комендантский час —
И от души его нарушить,
Поскольку он стесняет нас.
Не в том ли наше ноу-хау
На эти несколько недель,
Чтобы задумывать Дахау,
А строить все-таки бордель?
И солидарность, и злорадство,
И «больше трех не собираться»,
И гнет без чести и стыда,
И героизм, и риск, и братство —
Все это русское богатство,
Родная местная среда.
Я вижу: едет по Европе
Гумпомощь от родных властей,
И эта новость сразу в топе
Любых российских новостей.
В Сети усердно и упрямо
Несутся крики: «На Бергамо!»
Как от коричневой чумы,
Европу вновь спасаем мы,
И всем плевать, что у Европы
(Не слушай местного вранья!)
Свои налаженные тропы,
Свои испытанные копы,
Лекарства, тесты, микроскопы
И помощь давняя своя,
Европа в первую же полночь
Без политических причин
Прислала всяческую помощь,
Но не кричит — а мы кричим!
Мы столько раз уже шалели
От упоенья, боже мой!
Мы столько раз уже болели
Брехней, опричниной, чумой,
Но дух защит и нападений,
Ресентиментов и обид,
Репрессий, путчей, эпидемий —
Нас вдохновляет и бодрит!
Хотя мы чувствуем тревогу —
Наш мир не знает антител.
Мы как-то ожили, ей-богу,
Чуть этот вирус к нам влетел.
Мы эту жизнь считаем яркой,
Не можем скрыть сиянье глаз —
Не зря зовется Коммунаркой
Больница главная у нас!
У наших нет иммунитета.
Мы во главе с родным вождем
Сто раз уже прошли все это
И много раз еще пройдем.
Мы смотрим в будущее смело
При нашем опыте разрух,
Нам это все не надоело,
Мы рады мучиться за двух,
Скупай последнее, брателло,
Усердствуй, Повелитель Мух!
У нас не будет антитела —
Один огромный антидух!
На работу)))
Стих сотрудника сферы торговли. Оптимистичный , полный надежды и веры. Придумался сам.
............
Какая удача, какая отрада!
Известие это - буквально награда!
И утром проснувшись, была я так рада,
Узнав - на рабочее место нам надо!
Спасибо большое, целую вам руки,
За то, что не буду дохнуть от скуки,
За то, что зарплату за март получу я,
Если, конечно, её наторгую.
И нацепив перчатки и маску,
Очки из бассейна, военную каску,
Термометр в сумке лежит, антисептик,
Святая вода (да-да, я не скептик),
В термосе супчик для перерыва,
Капли на случай нервного срыва,
Есенина томик матных стихов
И справка с синей печатью "Здоров",
И, соблюдая большую дистанцию,
Шагаю, слушая радиостанцию.
Работа не ждёт, работа зовёт!
От этих мыслей сердце поёт,
И счастье по телу волной разливается,
Словно новая жизнь начинается!
Вдохну полной грудью воздух весны!
Я вновь на работе, сбываются сны))
Нашли первое упоминание слова fuck в истории. Вы будете смеяться, но оно было написано во время карантина
История, которая понятна и близка каждому из нас в эти дни. В 1568 году молодой купец по имени Джордж Баннатайн был вынужден дни напролет проводить в стенах дома. В его родном Эдинбурге свирепствовала чума, так что Джордж бездельничал в самоизоляции. От скуки он начал писать стихи и так увлекся, что настрочил целую книгу, которая впоследствии получила название «Рукопись Баннатайна».
В книге содержится 400 небольших произведений на разные темы: религиозные пассажи, зарисовки природы (очевидно, по памяти, ведь парень сидел взаперти), любовные баллады и философские размышления.
Но были среди них, конечно, и комедийные вещицы. И вот среди них-то и нашлось первое в мировой литературе использование слова «fuck»...
В одной из своих фантазий Джордж Баннатайн представил легендарную словесную битву между поэтами Уильямом Данбаром и Уолтером Кеннеди. Она действительно произошла в эпоху шотландского короля Якова IV в Эдинбурге за полвека до написания книги. Эта поэтическая дуэль обогатила речь современников массой сочных и изощренных ругательств, над которыми хохотал до слез сам монарх. Произведение Баннатайна называется The Flyting of Dunbar and Kennedie, что примерно можно перевести как «Данбар и Кеннеди флайтят».
Словом «флайтинг» в те времена называли своего рода рэп-баттл двух поэтов. Два (а то и больше) мастера сходились при стечении толпы и начинали яростно поливать друг друга отборными ругательствами. При этом важно было не только унизить противника, но и проявить находчивость, выдумав изощренные оскорбления, неожиданные аллегории и западающие в память рифмы. А главное, это был безопасный, но весьма серьезно воспринимаемый вид дуэли: если бы не флайтинг, поэты Шотландии перерезали бы друг друга еще в древние времена.
Поэтическое состязание, описанное Баннатайном, содержит множество забавных оскорблений. Например, Данбар высмеивает горский акцент Кеннеди, его несуразную внешность и заявляет, что его соперник — тот еще любитель сношать коней. Кеннеди парирует и утверждает, что Данбар — не только брехливый коротышка и неистовый пердун (что всем и так известно), но и замечен за тем, что сосет лягушачью икру из грязного пруда. Туше! — такой козырь действительно почти невозможно покрыть. Но мы, к сожалению, так и не знаем наверняка, кто из великих поэтов-матершинников выиграл тот бой.
Однако здесь же, в этом рассказе, встречается фраза «Wan fukkit funling» — то самое ругательство на базе слова «fuck», которое ранее не встречается нигде во всей британской литературе. Звучит эта фраза действительно архаично, да и слишком непонятно. Но это — именно что вариация на тему «фака», просто не стоит забывать про шотландский акцент и временны́е искажения. Все же «Рукописи Баннатайна» уже почти полтысячи лет.





