Остановились мы на том моменте, когда человек, которого не без оснований называют "батей киберпанка", Уильям Гибсон, едва не проспал появление своего детища. Пока он, набив руку на рассказах типа "Джонни-мнемоник", готовился выдать нетленку "Киберпространство" размером с целую трилогию, на экраны США вышли сразу два фильма, которые во многом предопределили будущее киберпанка. Первый - ТРОН, который помимо прочего, еще и открыл кинематографу шкатулку Пандоры в виде компьютерной графики и полностью отрисованных сцен и изобразил киберпространство[1] (название которому Гибсон придумал в рассказе "Сожжение Хром", и который был опубликован в один месяц с выходом фильма). Ну а второй - разумеется, "Бегущий по лезвию", вышедший за месяц до ТРОНа, но подаривший нам визуальную эстетику будущего жанра, у которого еще даже не было имени.

К слову - Филипп Дик, автор романа "Мечтают ли андроиды об электроовцах", по которой был снят Бегущий, очень долго собачился с голливудскими продюсерами, потому что ему не нравилось, во что они превращают его детище. Но когда он незадолго до смерти увидел сюжет о съемках фильма и то, как команда рассуждала об экранизации, он заявил, что Ридли Скотт верно ухватил суть и все прям как он хотел. С учетом того, как Дик писал и как вуалировал свои мысли, не удивлюсь, если он это искренне[2].

И вот, представьте себе, что Гибсон сидит в кино и смотрит как на экране буквально показывают всё то, что он описывал в своем романе, над которым он работал в данный момент уже больше года. И ведь не скажешь, что кто-то у кого-то что-то украл - все они работали параллельно, и разными путями пришли к одному и тому же. А это значит - кто-то ещё в данный момент времени может работать над тем же, над чем и Гибсон. В ахуе от этого открытия он возвращается домой и начинает переписывать свой будущий роман в очередной раз. И ещё. И ещё.

Кирпичик к кирпичику

И если вы вдруг не читали две предыдущие части, то придется вам поверить мне на слово, потому что произошло то, что с одной стороны, не могло случиться где-нибудь ещё, а с другой стороны - не могло не случиться, когда столько событий и предпосылок сошлись в одной точке. Разные самые неожиданные события собирались кирпичик за кирпичиком. Литература бит-поколения и прочих послевоенных нонконформистов в США породила сформировала целый собственный маргинальный мир, который дал нам приземленных и порой отталкивающих героев[3] и рваное фрагментарное повествование, которое больше говорило образами и широкими тягучими мазками. Это и стало основой литературного стиля ГибсонаКирпичик номер раз.

Американская экономика, которая достигла своего пика в счастливые шестидесятые и транслировала всей стране свои маркетинговые идеи американской мечты, продержалась не более чем десятилетие - Корейская война, Вьетнам, хитрые французские трюки Шарля де Голля, нефтяной кризис и падение конкурентоспособности на фоне развития промышленности других стран, отчего ряд городов-заводов америки попросту вымер, не выдержав конкуренции. Всё это привело к депрессивному состоянию американской экономики, которое неизменно повиляло на все пласты культуры. Кирпичик номер два.

Глобализация, которая позволила американцам после войны распространять свои товары по всему миру, сыграла с ними злую шутку, ведь как экспорт Кока-Колы распространял американскую культуру вовне, так и наоборот - когда японская электроника и автомобили ворвались на американский рынок, в сочетании с упадком промышленности это породило ощущение, что в ближайших поколениям американская культура будет переварена культурой глобальной. Кирпичик три.

Стремительное развитие технологий, которое заставила авторов социальной фантастики новой волны задуматься о будущем, технологиях, роботах, и в среде писателей-нонконформистов стоило ожидать, что будущее это совсем необязательно будет светлым и радужным. Напротив - даже за океаном в далеком СССР братья Стругацкие чувствуют это и задаются вопросами, каким будет общество с такими технологиями в будущем? А Филипп Дик неожиданно для себя стал почти пророком. Это был четвертый кирпичик.

И наконец, французский художник Мебиус, автор комикса Metal Hurlant и в частности, повести The Long Tomorrow, благодаря которым его позвали в Голливуд и пригласили работать над Троном и Бегущим по лезвию. Именно он подарил значительную часть визуальной эстетики будущему жанру, в чем мы будем убеждаться раз за разом даже сорок лет спустя. Кирпичик номер пять.

Все эти процессы носили столь глобальный характер, что не стоит удивляться, как так вышло, что разные люди в разное время писали и снимали об одном и ом же. И заслуга Гибсона заключается в том, что ему удалось разглядеть за ржавым поясом Америки и японскими туристами в Ванкувере облик гротескного будущего и стать одним из первых, выиграв гонку со временем. Спустя два года после выхода "Бегущего" в свет вышел научно-фантастический роман "Нейромант". Он был переписан 12 раз, потому что писателю требовалось раз за разом пересобирать его, обеспечивая целостность и оригинальность, но не терять идею. А ещё большой проблемой стало то, что Гибсон во время написания книги не имел ни малейшего представления о компьютерах[4]. Он слышал где-нибудь слово "Интерфейс", и все - мы поплыли, до свидания. В итоге к концу романа Гибсон самостоятельно создал практически словарь терминов, которые, как ни парадоксально, неизбежно проникли во внешний мир.

Но не обошлось и без курьезов. Так, системы защиты программ в киберпространстве у Гибсона назывались "Лед", и ирл системы защиты, которые появились в конце восьмидесятых (история, ироничная ты сука), получили название "фаерволл" или "брандмауэр", что означает огнеупорную стену, защищающую от пожаров. Даже не знаю, связано ли это.

В мире относительно недалекого будущего мир захвачен транснациональными корпорациями, похожими на смесь технологических гигантов и японских дзайбацу. Население активно штурмует космос, расселяясь по нему, но это не стругацкий мир полудня, а расселение в лучших традициях жанра - богатые живут на роскошных станциях, а бедные устраивают трущобы в глубоком космосе. Главный герой, Генри Дорсетт Кейс - наркоман и хакер, который с помощью визуальных интерфейсов серфит сеть и вскрывает чужие банки данных, зарабатывая ими на жизнь. Точнее - вскрывал, пока ему не подселили вирус, повредивший синапсы, после чего он вынужден влачить существование в лучших традициях маргиналов в японском городе Тиба - мегаполисе с многометровыми рекламными панелями, небоскребами и прочими радостями антиутопической жизни Японии.

Глобализация в мире Нейроманта достигла своего логического максимума - вы не сможете понять, находитесь вы в Японии, америке или европе. Все слилось в глобальной культуре, в которой идентичность размыта до полной неопределенности. Кейса, а также наемницу по имени Молли (привет из Джонни-мнемоника) нанимает некто Армитидж, помогает Кейсу восстановиться и обещает хорошую оплату за выполнение весьма опасного дела - вскрыть защиту Искина, контролируемого одной из самых могущественных семей планеты - Тессье-Эшпул. Но выполнение задания приводит к совершенно неожиданным результатам...

Сейчас кажется, будто мы видели такое уже тысячу раз, но смысл в том, что тысячу раз мы это видели уже ПОСЛЕ Нейроманта. Однако, несмотря на новаторство, презентация романа прошла довольно тихо. Мы же помним судьбу Трона, который лишили возможности получать награды на Оскаре, потому что они "считерили" графикой, и Бегущего по лезвию, который провалился в прокате? Бурных восторгов и оваций они снискали разве что в узких кругах, но в остальном провалились. Но с Нейромантом что-то пошло не так. А именно - непривычная манера повествования, свежие идеи, полноценный лексикон киберпанкового будущего вызвали эффект сарафанного радио. Из уст в уста передавались новости, что вышел роман, который был не просто смелым, а пиздец каким смелым. Ну а в эпоху, когда интернета еще не существовало, это была могучая сила. И к этой могучей силе прибавились отзывы критиков...

Где-то за год до Нейроманта на страницах журналов появился фантастический рассказ никому не известного писателя Брюса Бетке[5]. Он написал историю о типичных подростках-панках, которые бунтуют против родителей, но с той лишь разницей, что молодое поколение не в пример родителям шарило за компьютерные технологии, благодаря чему панки будущего вляпывались во всякие неприятности. Этот короткий рассказ в итоге так и назывался - Киберпанк[6].

Этот рассказ приметил другой писатель-фантаст и редактор по имени Гарднер Дозуа[7]. Как раз в период, когда выходили по очереди Киберпанк, Нейромант и другие произведения, он трудился в журнале Asimov’s Science Fiction[8], который считался настоящим айсбергом в море фантастики - огромные тиражи и популярность позволяли начинающим писателям пробиться в свет (если им удавалось опубликоваться). Когда Нейромант попал ему в руки, он был в таком восторге, что опубликовал рецензию, которую напечатали в Вашингтон пост. И в этой самой рецензии он и обозвал Нейроманта этим самым киберпанком. Наша башня из кирпичей получила крышу.

Буквально в следующем году Дозуа стал главным редактором журнала и сделал немало для популяризации жанра, который с его легкой подачи и стал называться "Киберпанк". Он же в 1986 вывел так называемый "Критерий Дозуа", который вы наверняка много раз слышали: "High tech, low life". Высокие технологии, низкий уровень жизни. И вновь это емкое определение ушло в народ и на десятилетия прилипло к жанру, даже когда он вышел за пределы родительской колыбели и принялся колесить по миру.

Звездная команда

Гибсон действительно успел. Да, он был не первым, кому пришли в голову идеи, породившие новый жанр фантастики, но он был первым, кто успел выстрелить и попасть в мейнстрим. Уже через несколько лет его начнут привлекать в качестве сценариста в Голливуде (например, писать сценарий в Чужому 3, который так и не пошел в работу, потому что оказался "слишком крутым"[8]), встанет вопрос об экранизации его произведений, а о его романах будут писать главные газеты страны. Нейромант вышел в нужное время, ведь как мы уже знаем, все, о чем Гибсон писал, уже витало в воздухе. но он был не единственным.

После того, как Дозуа стал главным редактором, его писательская деятельность постепенно сошла на нет, но зато его статьи стали необычайно популярны, а как редактор он выхватил за следующие двадцать лес массу наград. Чего стоит тот факт, что его емкие слова и определения уходили в народ, обрисовывая жанр. С Брюсом Бетке было сложнее. Постепенно он дописывал и расширял свою историю, но в 1989 году его роман выкупило издательство, которое так и не опубликовало его. В нулевых расширенную версию "Киберпанка" он разместил на своем сайте[9]. Он написал еще несколько рассказов и романов уже позже, в 90х годах, но профессиональным писателем не стал и пошел по ниве тех, кто воплощал будущее на практике - стал программистом и писал софт для суперкомпьютеров. Что, впрочем, не помешало ему завести свой журнал Stupefying Stories[10] и публиковать в нем фантастику от разных авторов, что происходит и по сей день.

А вот следующим автором, который с двух ног влетел в жанр, стал Брюс Стерлинг[11]. Писать рассказы он начал с юного возраста, и уже в 1976 году начал публиковаться. Он очень любил фантастику, особенно все, что касалось Новой волны, а кроме того, играл в Dungeons&Dragons. В его партии был Уоррен Спектор, который в будущем станет геймдизайнером, подарившим миру одну из знаковых киберпанк-вселенных - Deus Ex. Однако подлинная известность к писателю пришла позже - в 1985 году, когда был опубликован роман Схизматрица[12]. Произойди это лет на десять раньше, и возможно, он бы не получил той популярности, но именно в эти годы киберпанк начал взлетать, и книга Стерлинга очень быстро стала культовой.

Стерлинг, в отличие от Гибсона, который и Нейроманта-то писал на печатной машинке, имел техническое образование, и потому пошел куда дальше по части технологий. Там, где Нейромант жонглировал терминами и общим представлением, как могли выглядеть технологии будущего, без подробных пояснений, Схизматрица накидывала куда больше фактуры. При этом основные конфликты романа происходят на почве столкновения идеологий будущего. Тут вам и механисты, которые пихают в тело кучу хрома, и шейперы, которые упарываются по генетике (основные движущие силы и главный источник конфликтов), а кроме них масса радикальных течений, каждое из которых исповедует трансгуманизм, постгуманизм, презервационизм, а сверху это полируется расой инопланетных жидоящеров Инвесторов, которые прибыли (не иначе как с планеты Нибиру) для торговли с землянами. А весь роман повествует о развитии человеческих отношений на фоне экспансии всей Солнечной системы.

Следующим на вечеринку ворвался праправнук Гегеля, американец немецкого розлива Руди Рюкер[13]. Точнее не так. Обладающий более литературным языком, Рюкер писал куда более "нормисную" литературу, нежели тот же Гибсон, делая свои книги в большей степени наследниками Новой волны. Свой основной цикл "Обеспечение"[14] он писал с 1982 по 2000 годы, и в нем четыре романа: Software (1982), Wetware (1988), Freeware (1997), Realware (2000).

И тут интересная ситуация. У него не было такого бэка, как у Гибсона, и первая его книга была больше похожа на ту самую Новую волну, однако большая часть черт в "Программном обеспечении" уже присутствовала - пренебрежение к человеческой жизни, технологическая паранойя, а в сочетании с бопперами - расой разумных роботов, способной к эволюции и развитию, считающей создателей деспотами, будущее человеческое становится все более туманным.

И если Гибсон делал упор на паранойе вокруг технологий, а Стерлинг - на изучении социума в разрезе развития технологий, то Рюкер пошел в другую степь и закусился с Азимовым и его законами робототехники и выдвинул весьма болезненный тезис о том, что человек, его сознание и личность не больше чем программа (привет, Киберпанк 2077).

Но на фоне взлетающего киберпанка продолжение "Виртуальное обеспечение" уже куда больше отвечало канонам жанра - приключения классического нуарного частного детектива в соответствующем антураже. Плюс, как и в Схизматрице, в романе проклюнулись элементы биопанка как будущего ответвления (одного из многих и многих на радость графоманам всех мастей). Последующие же романы на классический киберпанк походили все меньше - время было уже другое. Но что это? Не кажется ли вам, что во всем этом "Кибере" стало маловато именно "Панка"? Ща исправим!

А вот последний из большой четверки киберпанков зажег не по детски. Знакомьтесь - Джон Ширли[15], самый натуральный панк. Этот Питер Паркер днем сидел в литературных клубах, зачитывался фантастикой и фэнтези, а по ночам зажигал в ночных клубах (в том числе работая танцором) и сменил с полдюжины самых настоящих панк-групп, с которыми выступал в семидесятых. Ну то есть он был самым буквальным панком без скидок и уточнений.

В числе прочего он также обучался в Clarion West[16], это такой интенсив, где начинающие писатели пробуют себя под руководством серьезных дядь и теть типа Урсулы ле Гуин и Френка Герберта. Кстати, оба очень хорошо отзывались о творчестве Ширли. Публиковаться тот тоже начался в конце семидесятых (прям все в один период), и что у него было самым отличительным - это герои. Во многом он списывал их с себя и своих ощущений, поэтому у него часто встречаются самые настоящие панки, анархисты, рокеры или все сразу.

Для нашего повествования важен цикл, который он писал с 1985 по 1990 года. Зовется он "Песнь под названием юность", и да не будете вы обмануты ванильным названием, потому что под этой обложкой скрывается скрывается история о том, как ядреная война превратила часть европы в декорации для съемок Дюны, а оставшаяся часть была пересобрана под заботливым крылом мегакорпорации Второй Альянс. Ну а фашиствующему Альянсу противостоит, как водится, Сопротивление, а все происходит на фоне безудержного роста технологий.

И да, вновь это не звучит ново, но только потому, что циклу уже сорок лет, за которые все подобные сюжетные тропы были исследованы вдоль и поперек. Тем не менее, эта звездная четверка быстро стала самой заметной. Гибсон, например, называл Ширли "Нулевым пациентом" жанра из-за романа Трансманьякон, который уже в 1979 был похож на протокиберпанк, А со Стерлингом они вообще писали сборники рассказов и впоследствии даже и творить будут совместно.

Кстати, фанфакт - если вы не интересовались киберпанком ранее, вы могли упустить все, что здесь я написал, но при этом быть знакомыми с книгами Джона Ширли. Потому что у него под сотню романов и несколько сотен рассказов, а сам он работал над книгами и рассказами по ДнД, По Джеймсу Бонду, Halo, Bioshock, Borderlands, Watch Dogs, DOOM, Джон Константин, Чужие, Хищник И ТАК ДАЛЕЕ. Искренне завидую автору, что ему удалось прикоснуться к такому пласту медиа.

Общий знаменатель

Вот только нахера нам была нужна вся эта информация? Счас некоторые из вас могли позабыть, что мы здесь собрались для того, чтобы разобраться, что из себя представляет жанр киберпанка, и с ключевыми авторами, стоявшими у его истоков мы знакомились затем, чтобы разобрать их на куски и выяснить, что при всех различиях в тематике, стиле письма, окружении, у всех этих писателей был некоторый общий знаменатель, который останется таковым даже если убрать из их книг космос или роботов или японию снова раскатать в ноль со всей ее культурой.

Для этого придется познакомиться вас с ещё двумя замечательными людьми, но на этот раз - уже с ученым и философом. Первый - Владимир Иванович Вернадский[17], российский ученый из той эпохи гигачадов между серединами 19 и 20 века, когда одна личность могла переворачивать целые отрасли науки. Естествоиспытатель, геолог, биолог, философ, а помимо того общественный деятель и вообще проще скорее описать, что НЕ входило в круг его интересов. А все дело было в том, что гражданин был приверженцем теории русского космизма, согласно которой все в мире взаимосвязано и взаимообусловлено. Отсюда и интересы в массе наук от радиоактивных минералов и до теории ноосферы[18].

Последнее как раз нам важно, потому что с развитием науки и техники философы начали пытаться осмыслить ту технологическую среду, в которой мы живем (например, 10 том сочинений "Научная мысль как планетарное явление"[19]). Вот у нас есть геосфера - каменный шар диаметром 12к километров, на котором мы живем. Вот у нас тоненькая прослойка на кожуре планеты, где есть жизнь - эт биосфера. А теперь у нас появилась ещё и прослойка людей, да не просто мясных мешков, а с набором разнообразной техники, промышленности, а также вещей чуть менее вещественных, но не мене реальных - связью, потоками информации, социальными взаимоотношениями. И всё это вместе формирует так называемую антропосферу. И ее успешное развитие в будущем породит взаимосвязанную сферу Разума, объединяющую человечество в такой называемой ноосфере - самосознательную сферу, объединяющую антропосферу.

Звучит слишком фантастично, ненаучно - все так, в научных кругах теорию ноосферы даже не то чтобы критикуют, а просто не принимают в расчет, но это и не такая уж проблема, когда мы говорим о фантастике. В числе прочего (а прочего там 24 тома, ваш покорный слуга пока не достиг просветления настолько, чтобы разобраться целиком) как апологет космизма, Вернадский рассуждает о том, что технические и социальные/гуманитарные науки в такой теории дополняют друг друга. И если технические науки движут прогресс вперед и изобретают все новые атомные бомбы, то науки социальные, во первых, задают рамки, куда двигаться (привет этике), а во вторых, пытаются осмыслить, что делать с тем, что наизобретали техники.

Если перевести это человеческим языком, то прогресс может осуществляться по Вернадскому тогда, когда технические и социальные науки идут рука об руку. Техники придумали ядерную бомбу - а гуманитарии научили людей как перестать бояться, полюбить ее и не убить всех в процессе. Если же у нас социальные науки уходят далеко вперед, а техника отстает - то налицо застой, развитие высокоскоростного заблокированного интернета и паверап на консерватизм. Если же наоборот - то средства производства научатся делать опасные штуки, но вот культуре обращения с ними и ответственного поведения мы помашем ручкой и в результате будем получать ядерные холокосты и техногенки типа инцидента на Токаймуре[20], где реагенты для обогащения урана смешивали вручную тупо в нержавеющих ведрах. Ну а че нет то, да? И да, это жирный привет Стругацким, которые через прогрессорство как раз пытались развивать сообщества с социальной стороны, чтобы было кому давать технологии, и не получать при этом очередные африканские племена с автоматами в руках.

А теперь мы берем то, что узнали, и возвращаемся к нашему киберпанку. И что мы здесь видим? Какими бы разными ни были сюжеты, все они говорят не просто о высоких технологиях. Каждая из книг говорит о том, что технологии вышли из под контроля людей, которые не смогли их обуздать, и это привело к коренному изменению мира - где то раскол общества на сторонников разных технологий, где-то - технологичные гетто, где ценность жизни на дне, но хром еще дешевле, а где-то - роботы, вышедшие из под контроля своих создателей. Детройт, будь человеком, как говорится.

И если вы думаете, что я забыл про злые корпорации, то нет, я не забыл. Просто насчет них у нас другой человек. И это - один из самых заметных философов 20 века - Мартин Хейдеггер[21], прости господи. Он у нас философ-экзистенциалист, а экзистенциалистов я люблю еще со времен студенчества, прям кушать не могу, спать не могу, ничего не могу. Спасибо @user9887025, который мне насоветовал вернуться к Хайдеггеру, я тя ненавижу, мне же Сартра в свое время не хватило, ага. Ну так вот, для нашего повествования важна статья "Вопрос о технике"[22], которую, как и большую часть философии последних 70 лет, читать строго на свой страх и риск. Я же изучал ее примерно вот с таким выражением лица:

Если переработать текст статьи в более удобочитаемый формат, то Хайдеггер пишет об опасности развития техники в том плане, что если раньше крестьяне сеяли поля и молились дождю, а процесс производства оставался таинством, порождающим чудо урожая, то сейчас природа путем науки и техники поставлена на службу человеку и воспринимается не иначе как ресурс, который только и ждет что его добудут:

Крестьянский труд — не эксплуатация поля. Посеяв зерно, он вверяет семена их собственным силам роста и оберегает их произрастание. Тем временем обработка поля тоже оказалась втянута в колею совсем иначе устроенного земледелия, на службу которого ставится природа. Оно ставит её на службу производству в смысле добычи. Полеводство сейчас — механизированная отрасль пищевой промышленности. Воздух поставлен на добывание азота, земные недра — руды, руда — на добычу, например, урана, уран — атомной энергии, которая может быть использована для разрушения или для мирных целей.

Но это не самое печальное, потому что есть ещё человек, который в погоне за стремлением сделать все окружающие "состоящим-в-наличии" вместо прозревания истинной сути окружающих его объектов, сам становится "состоящим-в-наличии", сиречь, ставит себя и твой труд в положение точно такого же ресурса, как и уголь и всё остальное.

И вот это уже несколько меняет ситуацию. Человек, ценность которого становится не в том, что он человек, а в совокупности производящих сил, которые можно поставить в промышленность, оценивается, взвешивается, а следовательно - покупается и продается. Из субъекта он превращается в объект, в ресурс, что при любой, даже самой высокой вещественной оценке звучит не очень радостно.

И если мы проследим все знаковые произведения в киберпанке, то внезапно выяснится, что эта мысль более или менее явно присутствует во всех них. Злых корпораций может не быть, их место займет злое правительство, злые анархисты, Великая Токийская Империя или движение шейперов - да похеру кто, важно здесь то, что наличие "корпораций" - это не признак жанра, а всего лишь частный пример овеществления и обесценивания человека и превращения его в ресурс.

Давайте немного переведем дух и подведем некоторые промежуточные итоги тому, что мы узнали. Я позволил себе немного поторопить события, потому что впереди у нас еще много представителей жанра, но мы всех их будем примерять на эту шкалу:

1. С точки зрения эстетики киберпанк несет в себе технологический гротеск, футуризм и глобализация культуры, выражающаяся в размытии идентичности отдельных групп населения, приведение к усредненному знаменателю.

2. С точки зрения атмосферы у нас наступление технологической сингулярности, при которой развитие науки и техники выходит из под контроля общества, и одновременно с этим овеществление человека как производительной силы и ресурса.

3. С точки зрения проблематики - а вот тут мы остановимся пока, потому что не америкой единой и нам надо набрать еще фактуры из-за океана.

Так или иначе, но хочу вас обрадовать. Мы с вами преодолели значительную часть пути. Может даже где-то половину уже. А значит, пришло время вернуться к нашей краткой исторической справке и похоронам жанра, на которые киберпанк не пришел.

Положи это на стол

Я вроде говорил, что многие фантасты в те годы крутились в одних и тех же кругах - Стерлинг играл в ДнД с геймдизом Deus Ex, Фрэнк Герберт учил Джона Ширли и так далее. Гики тех времен были весьма плотно повязаны между собой, и не потому что это было какое-то элитарное сообщество, пинающее новичков, а потому что на всё комьюнити семидесятых было несколько варгеймов и одна настолка - собственно, DnD[23]. Ну то есть они как раз появились как жанр и начали стремительно развиваться, но до некоторых пор если ты был в теме - то ты был в теме всего что есть на рынке, а не как сейчас, когда под симулятор пердежа есть своя ролевая система.

И конечно, новое слово в фантастике не могло остаться неотвеченным со стороны гик-сообщества. Человеком, который подарил миру ролевую игру Киберпанк-2013 (в настоящее время в более актуальной версии Киберпанк 2020) стал геймдизайнер Майкл Пондсмит[24], чья любовь к ролевым играми изменила и его жизнь тоже.

Давайте так - если кто-то играл в Cyberpunk2077 - то не удивляйтесь, но примерно почти все, что есть в игре, основано на ролевой системе и сеттинге Пондсмита и ничего нового вы не услышите. В общем и целом Майкл начал свою карьеру...с компьютерных игр, и работал над легендарной серией игр Ultima (тут кто понял, тот понял, заострять внимание не будем). Вот только это было начало восьмидесятых, никто еще не знал, в какого монстра превратится жанр игр, и потому у Майкла было свободное время и доступ к рабочим компам.

А настолки он любил, потому что это было время когда ты не можешь делать игры и не играть в них - вон, весь костяк id Software игр ал в ДнД, а идея DOOM возникла из просранной кампании, в которой демоны вторглись на землю и уничтожили ее. Так и здесь. Пондсмит как-то раз купил себе японскую мангу "Мобильный воин Гандам", ему уж очень понравились картинки, но по японски он не понимал вообще НИ-ЧЕ-ГО, и потому на основе картинок на рабочем компе он собрал собственный варгейм под названием Мектон. И вдруг игра выстрелила, а Майкл понял, что этим можно зарабатывать на жизнь.

Поэтому в скором времени он залатал свои познания в Гандаме, а на свет вышла Мектон 2, но уже не варгейм, а полноценная ролевая игра со своей ролевой системой, выражающаяся в системе классов и способностей. Она оказалась очень удачной, и поэтому когда в 1988 году он разрабатывал ролевую систему для игры под названием Cyberpunk: The Roleplaying Game of the Dark Future[25], он почти в неизменном виде спер ее у Мектон 2. Это и было названо Cyberpunk 2013 - якобы 25 лет спустя после года издания, по году, когда всё происходило.

Значительную часть лексикона Пондсмит взял у Гибсона из Нейроманта, но герои были собраны отовсюду - рокеры прямо из книг Джона Ширли (это буквально класс, и да, Джонни Сильверхенд по классу как раз получается рокер), нетраннеры Гибсона, дети улиц, корпораты и так далее - всего 9 классов. Система была чрезвычайно летальной, приближенно к реальности (привет, смерть от кровотечений и болевого шока, ампутация конечностей большими калибрами итд), а действие происходило в городе Найт-Сити, в котором базировались крупнейшие корпорации мира, которые уже давно управляли США, которые делегировали им полномочия, которые сами выполнить были не в состоянии. Герои же - лихие парни, которые красиво и на стиле решают за деньги разные темные дела, ежедневно отвечая положительно на вопрос умереть легендой.

Что интересно - Пондсмит на этом не остановился, а накинул еще и сквозного сюжета про противостояние группировок и корпорация, в числе которых были и печально известные игравшим в 2077 Милитех и Арасака. В финале этого сквозного сюжета Милитех сбрасывал на башню Арасаки ядерную бомбу.

Ну и как бы всё. Новая система позволяла устраивать ролевые перестрелки (а кто играет в дынду, в курсе, что для подобных вещей она подходит не лучшим образом), у нее был новый популярный сеттинг и оригинальные на тот момент идеи. ЗАЕБИСЬ ЖЕ! К Киберпанку пришла настоящая слава, и в те же самые годы на экраны выходит фильм, который (о чудо) не проваливается, а становится хитом - Робокоп 1987 года. И этот момент отцы-основатели Киберпанка объявили: всем заявиться завтра в 8 утра в черных костюмах. Будем хоронить киберпанк.

Похороны Киберпанка

В 1988 году Гибсон, Стерлинг и остальные решили, что всё, хватит этого разврата и решили закопать жанр. Он ушел в мейнстрим, стал частью массовой культуры, а не КОНТРкультуры, и тысячи новых рассказчиков ринулись в жанр, рисуя свои картины, зачастую вторичные, зачастую уже не понимая, что и зачем они пишут, сохраняя внешнюю форму, но без понятного смыслового содержания. Ну вот писатели и решили: чего тянуть, давайте хоронить его. Один посетил Японию и заявил что в Японии киберпанк уже наступил. Другой заявил что жанр умер, потому что воплотился ирл и стал действительностью, третий просто отрицал массовую культуру.

Но правда оставалась в том, что когда они опускали метафорический гроб, за их спинами с лопатой стоял аугментированный парень с лопатой и большой надписью "Киберпанк" на груди, который точно знал: если чья-то смерть и состоится сегодня - то только "Смерть автора". И на этом мы снова берем паузу, чтобы...впрочем, я объясню намеком для тех, у кого есть доступ к "сервису дешевых авиабилетов":

Я хочу сказать спасибо, что больше мне не надо ужимать посты по размеру, но мне нужно немного перевести дух, чтобы рассказать вам о таком здоровом и зубодродительном явлении в жанре, что это точно требует отдельной части. Ну и заодно это пояснит вам, почему вам как автору бесполезно хоронить произведение или жанр после того как они ушли в народ. И наконец - у вас есть время, чтобы написать в комментах, что автор опять слишком дохуя растекся, какой в жопу Хайдеггер? Но как я уже и говорил - мы доберемся до самой мякоти киберпанка и если его рождение мы уже застали, то теперь надо разобраться, куда и как он ушел и что с ним стало в итоге.

Господа, ОГРОМНЕЙШЕЕ спасибо за поддержку всем, потому что эти посты - в моем представлении тот самый авторский контент, который я бы сам хотел видеть на Пикабу. Отдельное спасибо вот этим кибервоинам, которые поддержали предыдущие посты донатом: @Kitebird, @panzeeer, @DieSectoid, @user9982572, @MajorKusanagi, @dang70, @RozaDin, @kilohaili, @9882458070, @stavrpl, @TimeCop1987, @Ut123 и 2 анонима.

И да! Чтобы не ждать и быть в курсе, когда там новый пост, подписывайтесь на соцсети - стараюсь обозначать в них что я еще жив и трепыхаюсь:

Хорошего всем дня и го срать в комменты!