Софи Кобзоновна Лорен
Вчера вечером был крайний срок сдачи буклета о бизнесе и достижениях одной важной тетеньки. В буклете, конечно, сказано, что она бизнес-леди, но по факту — тетенька. Бизнес тети идет вяло, но амбиций много, так что захотелось ей напечатать о себе красивые буклеты на лучшей бумаге. А мы что? Добро пожаловать.
Текст с достижениями ее продуктового бизнеса согласовали в рекордные сроки — три победы в межрегиональном конкурсе бездрожжевых пирогов, почетное членство в лиге квадратных бубликов и долгие овации на межпланетном симпозиуме о проблемах дырявых ватрушек. Осталось добавить красивые фото и продукции, и самой бизнес-тети…
Так вот фотографии стали больным местом всей этой затеи. Дело в том, что тетенька считает, что она по типажу ближе к Софи Лорен, поэтому на фотках должна быть как Софи, но с легким налетом патриотизма. А на деле она нечто среднее между Кобзоном и Мизулиной. С легким налетом колхоза. Но компромиссы для слабаков, а заказчице нужна была красивая картинка.
Дизайнер крякнул и начал шлифовать фотки. Добавил пышности прическе (не как у Софи, потому что дамочка нам досталась недостаточно пышная в области волос). Убрал морщины и два подбородка (потому что в этой области дамочка как раз оказалась пышная). Разгладил шею (была гофрированная труба, а стал стебель орхидеи). Увеличил глаза (поднимите ей веки!), уменьшил брыли (вот тут сходство с Кобзоном просто феноменальное какое-то). Сузил тетеньку на один размер.
Заказчица сказала, что он нифига не поработал, и фотки как были, так и есть, он просто «поиграл со светом».
Он пошел дальше. Приподнял ей грудь (у Софи Лорен ведь дыньки, а не кормовая свекла), подтянул брови (типа ух ты, че происходит), еще сильнее сузил талию (удивительно, как при этом на фотке глаза сами собой не вытаращились), а с губами поступил просто, по-мужски, потому что рекомендации бизнес-тети типа «углубление на миллиметрик увеличить, а внизу чтобы больше было похоже на тугой лук, но не подвыпятить» оказались физически невыполнимы: он вырезал губы у Софи, наложил на губы нашей красотки и сделал нечто среднее.
Заказчица сказала, что теперь она стала на себя похожа и забрала беззастенчиво улучшенные фотки «обсудить с коллективом». Вечером позвонила: технологи, бухгалтеры, менеджеры — все в восторге, делали комплименты и хвалили наш нелегкий труд.
Мы выдохнули и стали совмещать дивный облик бизнес-тети и дивный текст о ее достижениях. Совместили, прослезились, какие мы молодцы, из говна и палок ваяем шедевры дизайнерской мысли. Отправили макет заказчице, поехали по домам.
Через два часа звонит бизнес-тетя в истерике: «Все переделать, я платить за это не буду!» Вежливо интересуюсь, что случилось, куда подевались восторги. Выяснилось, что заказчица уже собиралась уходить с работы, когда распечатанные фотки у нее на столе увидела уборщица, которая как раз домывала полы. Уборщица сказала, цитирую эту великую женщину: «Вы, Софи Лореновна, что-то тут на себя совсем непохожи», - и продолжила возить шваброй. А клиентка наша пришла в смятение чувств и вгляделась в фотки на буклете. Точно, непохожа. Чертовы дизайнеры все исказили, ее тут родные не узнают.
Когда дизайнер узнал, что ему предстоит заново исполнить ряд волшебных изменений милого лица, он завыл белугой. Сказал, что эта Софи Кобзоновна с бархатными драпировками в области грудей ему уже снится в эротических кошмарах и будь проклят тот день, когда он сел улучшать баранку этого пылесоса. Только прорыдался — как в кабинет впорхнула, дыша духами и туманами, сама наша Кобзоновна. Она обрадовала, что заказала фотосессию у лучшего фотографа, поэтому «снимочки» будут совсем другие. Ну прелестно, ждем.
Через неделю звонит измученный фотограф: мол, фоткал тетеньку три дня и три ночи, в шести костюмах и шести видах макияжа, в интерьерах с позолотой, на фоне зимних пейзажей и в домике у камина, с продукцией в руках и на фоне продукции в чужих руках, с цветами, с собачкой, сверху, снизу, в прыжке… Одним словом, старался. Фотошопил нещадно. А она кричала, что на его фотках она толстая и старая, и он типаж ее совсем не уловил. Тыкала ему под нос наше последнее творение — мол, тут меня снимали чуть ли не на мыльницу, а я нормально выгляжу, как в жизни.
Наконец, когда дизайнер и фотограф уже обсуждали планы по совместному уходу в запой с последующим блекджеком, шлюхами и суицидом, заказчица решилась, выбрала несколько фоток. Мы вставили их в макет, макет вчера отправили ей… А сегодня утром она звонит и говорит: «Я тут договорилась еще об одной фотосессии. Там фотограф-женщина, надеюсь, она меня лучше поймет».
