СКОБАРИАДА 1⁠⁠

Поэма-былина

Глава l

ПРЕОБРАЖЕНИЕ

Где средь сосен зачах кориандр,

Не далечь от Балтийских брегов,

Со дружиной идёт Александр,

Навестить дорогой город Псков.

Он недавно тут слухи разведал,

Что у них новый князь Ярослав,

И решил вот заехать к соседу,

Поболтать, пару чарок приняв.

Утро дымку в мученьях рожает,

В этой дымке пустая земля.

"Что ж пшеницу они не сажают,

Ведь протальник сошёл на поля?" -

Удивился Князь скоборьской лени,

Ведь не ею славны Псковичи.

"Ну да ладно, наверно не время,

Видно много на то есть причин."

Ярославич поход прерывает,

Войнов строит, верхом на коне,

Властным голосом он подзывает:

"Старший ратник Буслаев, ко мне!"

Бодрым шагом из строя выходит

Богатырь - два аршина в плечах.

Это Васька - он в городе шкодил,

Меры в буйных не знал кулаках.

То купечью он рожу размажет,

То боярину сладит фингал,

Князь сказал бы, что гопник он даже,

Если б слово такое он знал.

Чтоб направить агрессию сына,

Как-то в верную, чтоли, струю,

Мать зачислила Ваську в дружину,

Где себя проявил он в бою.

Александр говорит ему: "Васька,

Ты метнись ка лисицей вокруг,

Все окрестности Пскова облазь ка,

Разузнай, уж не лихо ли вдруг,

Не даёт людям сеять пшеницу,

Может выдумщик я и дурак,

Тут с Европою рядом граница,

Сходь туды, посмотри: что да как!

Вечно немец нам чинит препоны,

Чует сердце моё, что и щас,

Их графья, или как их?.. Бароны,

Втихаря мутят воду у нас!"

Васька бодро ему отвечает:

"Сдюжу, князь, только пёрнуть успей!

Если немца в пути повстречаю,

Ох вломлю же ему пиздюлей!"

Князь бойцу-грубияну ответил:

"Ты, конечно же витязь лихой,

Только лучше б, врага ты не встретил.

Чуть разведал, что-как, и домой!"

Ярославич отправился дальше,

Васька скрылся в лесной полосе.

"Хоть и груб, но за то он без фальши!" -

Думал князь, - "Как купцы эти все!"

Наш герой доезжает до Пскова:

"Я смотрю, поменяли здесь стяг,

Цвета радуги, это толково,

Принесли б они только всем благ."

За стеною оставив дружину,

Чтоб бронёй не пугать местный люд,

Князь один идёт в город старинный,

Посмотреть, чего нового тут.

Он заходит в резные ворота,

Глаз дивится тому, что вокруг!

На кофтанах у всех позолота!

К сапожкам прихреначен каблук!

Каждый муж здесь в беретовой шапке

Страусиным щегляет пером,

Кандибобер на каждой тут бабке,

В каждой лавке бурбончик и ром,

Веселятся и прыгают дети,

Чистотою блестят все углы,

Скаморохи хохмят, каждый третий,

Почему-то смуглее золы.

"Молодец Ярослав!" - князь подумал -

"Эко дивно навёл красоту!

И без этого город не дурный,

Превратил вот вообще прям в мечту!

Что без толку сварливый мой батя,

Льёт ведром на него негатив?

Был простой городок и вот нате!"

Вообщем князю зашёл креатив.

Тут как чёрт подкачал его малость,

Взор увидел, как Стёпка рыбак,

То ли вправду, а то ль показалось,

Кузнеца ухватил за пердак.

Князь окликнул: "Эй, Стёпка, дружище!

Ты чего это, задом стал слаб?

Ведь легенды слогались, как тыщу,

Охмурил Степан ветренных баб?"

Стёпка вздрогнул, вспотел сразу даже,

И изрёк князю, будто стыдясь:

"Ты всего не поймёшь сразу, княже,

Тут свобода такая у нас!"

Князь спросил: "Это что ж за свобода?

Чтоб за мякоть хватать кузнеца?

Бил я шведа у невского брода,

По велению князя-отца,

Хоть я молод, но много на свете,

Я в походах лихих повидал.

Чтоб рыбак, побросав свои сети,

Кузнеца прям за булки хватал?"

"Князь, пойми, - Стёпка вышел на шёпот, -

У нас правит тут новый закон!

Мы теперь, типа вроди Европа,

Как Париж или даже ЛондОн.

Только новые власти сказали,

Нам нельзя охмурять теперь баб,

Подмигнёшь ей, в надежде лобзаний:

Домагательнец ты и похаб!

А вот щупать за всяко друг друже

Не бранят наши новы князья...

Ладно, голод сковал меня дюже,

Пирожка наверну, что ли я!"

Побежал Степан, громко затопав,

Набивать свои жалки кишки,

Где толпе мужичёк из Европы,

За бесплатно давал пирожки.

Оглядел Александр округу

И увидел, что город весь Псков,

То ли благом, а то ли недугом,

Полон действом таких мужичков.

И один подошёл к нему: "Битте,

Съештье булку ис нашей муки!"

Князь ответил: "Мы, вроди бы сыты...

А хотя... С чем твои пирожки?"

Иностранец так виетеевато

Изогнулся в поклоне слегка,

И ответил незамысловато:

"А ньи с чьем, йьето прьосто мука!"

Александр пирожочек взял всё же,

Надкусил прям совсем слегонца,

И подумал: "А может мне тоже,

За жопень ухватить кузнеца!?"

И как только он это подумал,

Сам себе захотел сразу всечь.

Пирожок этот чёртов он сплюнул,

Европейцу изволил изречь:

"Ты ответь, мне кормилец мой, всё же,

Что замешано в тесте твоём?"

Европеец как вскрикнет: "Нье гоже

Пльевать в зьемлю, что мы раздайом!

Я пойту толожу о том кньязью

И повьерь, тебья ждьёт нье кабак!

Он растьопчет тебья, падлу с гриазью,

Раз сфободу ты приедал, слабак!"

Александр ни чего не ответил,

Хмурый взглял бросил немцу он в след,

"Где-то старец здесь жил Инокентий,

Очень мудрый и шаристый дед!

Потолкую ка с ним, что за диво,

Новый князь, батин тёзка, творит.

Вроди всё тут теперь так красиво,

Но не то... пусть старик пояснит!"