Отдел. Культ. Глава 13
Отдел. Культ. Глава 13
Ехали чуть меньше часа. Исторический центр стремительно менялся сначала ранней советской, потом поздней советской и наконец, новой, Российской. Город мрачнел на глазах, ссутуливался, вваливался сам в себя, как глаза у покойников. Цвет, впрочем, тоже напоминал мертвеца. Яркие фасады желтели, серели, синели. Чернов лишь водил глазами по сторонам. Неуловимо тянуло настроением некоторых районов и улиц родного города. Эти ассоциации вызывали в нём мерзкое чувство, схожее для него с удалением зубного нерва без анестезии. Каждая схожая деталь - оборот нерва на игле.
-Курить можно? -Иван глянул на Савву.
Молодой человек кивнул. Опустившееся окно выпустило наружу серо-синий дым. Мелькнуло метро "Проспект Просвещения", следом - "Парнас". Город выпустил их из своих чёрных, иссохших пальцев уже через десяток минут. Справа остались "Бугры", впереди тянулось новоприозерское шоссе. Дышать стало легче несмотря на табак. Николай дремал на заднем, обнявшись с бутылкой минералки. Подвеска авто располагала к дреме. Машина шла мягко, мотор работал ровно и тихо. В салон, само собой, просачивался запах топлива, но ставить это в претензию, учитывая комплектацию брички было бы глупо. Для такой резины, дорожного просвета и лебёдки не было плохих дорог. "Чероки" нужно было просто задать направление и усадить умелого шофёра, а дальше дело техники. На заднем полике у Саввы лежали внушительные "заброды", высокие резиновые сапожищи, а значит, сомнений в его компетенции быть не может. Ивана волновало только одно - место допроса. Не офис, не отдел полиции, лес. Магнитола, игравшая до этого какой-то лоу-фай вдруг подкинула песню под настроение.
Ночь и тишина, данная на век,
Дождь, а может быть, падает снег,
Всё равно, бесконечно надеждой согрет,
Я вдали вижу город, которого нет...
Где легко найти страннику приют,
Где, наверняка, помнят и ждут.
День за днём, то теряя, то путая след,
Я иду в этот город, которого нет...
Бандитский Петербург Чернов смотрел очень давно, ещё в детстве, но песню знал наизусть. Невольно в голове закрались подозрения. А что если это не допрос? Что если их везут наказать за украденную голову? Или просто пришьют их, за то, что слишком сильно вникли в особенности питерских спецов? Чернов хмыкнул. Патронов осталось шесть, но и играть в Рембо он не собирался, все равно не выйдет. Перед глазами появился фрагмент финала фильма, где один герой несет другого на руках. Отчего-то стало смешно. Вероятно от того, как он представил себя несущего Николая, погибающего от тяжёлого похмелья. Навигатор пискнул "прямо пятьдесят километров". Дорога Ивану нравилась, лес клонится к дороге, встречных или попутных машин было не так много, как в Москве или Подмосковье. "Чероки" держался на асфальте уверенно. Мелькнул указатель "Вартемяги". Посёлок пролетел мимо молнией. Иван поежился, покрываясь мурашками. Холодно не было, просто предчувствие стало нехорошим. Опасности он не чувствовал, но сопоставляя место допроса и рассказ Анны, выводы напрашивались странные. Допрос явно превратится в шоу.
-Савва? А часто допросы посреди леса проходят?
Юноша вздохнул, подернул плечами.
-Только если шеф проводит.
-У него особые методы?
Савва смерил Ивана взглядом и пожал плечами.
-Сами увидите.
На этом разговор был исчерпан. Чернову было просто нечего спрашивать, а по лицу Саввы было видно, что отвечать он не стал бы. С трассы съехали на развязке. Посёлок со звучным названием Керро встретил их легким туманом и прохладой. Дальше дорога петляла среди деревьев, аккурат край озера. Колеи были накатаны, видимо местные часто пользовались этой тропкой, так как пляжей на берегу было много. С накатанного песка свернули в чащу и тут дороги уже не существовало. Песок, грязь, иглы сосен летели из под шин во все стороны, а лужи напоминали скорее рвы крепостей, заполненные водой. Тем не менее, машины тут проходили, следы были свежими, а кое-где вода была подернута радужной, масляной пленкой. Через десяток минут блужданий по лесным дорогам "Чероки" выполз на просторную поляну. По её краю уже стояло два "УАЗа" и внушительный пикап "RAM". Николай со стоном выбрался из авто, Иван выпрыгнул следом.
-Ну, как? Полегчало? -Бросил Иван, прикуривая.
-Ага. Голова уже не так болит.
-На вид все также дерьмово. Как обычно.
-Вань, иди нахуй.
Дальнейшая перепалка была прервана другими участниками допроса. Из пикапа выпрыгнул Седов, потянулся. С заднего ряда выбрались Михаил и Анна. Водители УАЗов же открывали задние двери.
-Доброе утро, коллеги! -бодро начал Седов, -Вижу, вечер у вас удался!
-Весьма. -Буркнул Тихвин.
-Ничего, работа на свежем воздухе бодрит. Глазом не успеешь моргнуть, как в чувства придешь.
-Охотно верю.
Иван вмешался в диалог.
-Прошу прощения, конечно, но раненый товарищ точно готов давать показания?
-Более чем, Иван. Он стабилен и полон сил, сами убедитесь.
Культистов уже выгрузили из машин. Здоровяк морщится от каждого движения, а его раненый друг был настолько тосклив на вид, что его можно было считать воплощением греха уныния. Впрочем, вряд ли это было из-за ранения, скорее он уже догадался, с чем ему предстоит столкнуться.
-Предлагаю вам следующий порядок действий. -Седов смотрел на москвичей в упор. -Так как их двое, разделим их. Я беру здорового, вы того что поменьше. Раскручиваем их, а после обсуждаем, где совпали их показания. Если они будут расходиться, то продолжаем работать до тех пор, пока не совпадут. Анна, будешь с нашими коллегами. Михаил и Савва со мной.
Он тут же развернулся и пошел к выбранному культисту. Иные варианты, видимо, даже не рассматривались. Холодный воздух забрался за шиворот худи и Иван подернул плечами. Не затягивая он также шагнул к их задержанному. Парнишка дрожал, но скорее от холода, чем от страха. В глазах читалась решимость. Седов уже вёл здоровяка в сторону леса, а Савва и Клёнов без особого энтузиазма плелись следом. Анна цыкнула языком.
-Э... Доброе утро? -Неловко начал Чернов.
-Пошел ты! Ничего я тебе не скажу!
-Не ори, ладно? -Николай поморщился, -Голова болит. Давай начнем с простого. Я Николай, это Анна и Иван. Мы, как ты догадался...
-Легавые! Уроды вы, вот кто!
Чернов глубоко вздохнул. Каждый раз одно и тоже. Звонкая оплеуха заставила культиста перестать верещать.
-Так вот... -продолжил Николай. -Тебя как зовут?
Молодой человек шмыгнул носом. Решимости во взоре поубавилось.
-Вова меня зовут. А вы! Вы не имеете права рукоприкладствовать! Я буду...
Следующий подзатыльник был сильнее первого, голова Вовы качнулась так, что подбородок достал до груди.
-Значит так, Вовчик. Ты сейчас закрываешь хлебало и идешь за нами. Мы с общаемся, ты нам рассказываешь все, что спросим, а потом мы расходимся. Ты едешь отдыхать в дурку, а мы дальше работать, окей? -Николай открыл бутылку минералки, отпил.
-Не пойду я с вами никуда! И не скажу вам ничего!
Иван было приготовился к еще одному подзатыльнику, но из леса раздался крик. Спина тут же покрылась мурашками. Человеческого в крике было мало.
-Не пойдешь с нами, -Анна сложила руки на груди, -значит пойдешь с ними. Друг твой крупный, сильный. Многое вынесет. А мы с тобой делать ничего такого не будем. Честно.
Иван бросил на неё беглый взгляд. Девушка точно знала, что там творится и умело манипулировала страхом, зародившимся во взгляде Вовчика. В ответ он судорожно закивал. Доверия у него, естественно, больше не стало. Но второй крик заставил быстрее перебирать ногами. Причем не только культиста.
Шли минуты три, не больше. Остановились на краю небольшого овражика. Культиста усадили на пень, Иван отошёл и прислонился плечом к дереву, предоставляя допрос Николаю.
-Итак, Вова. Давай начнем с сильно простых вещей, да? Фамилия, сколько лет, где родился.
-Я? -парнишка бегал глазами по оперативникам. Вопрос был совершенно искренним, дурака Вовчик не валял.
-Ну не я же. Давай уже.
-Владимир Филимонов, родился и жил здесь, в Петербурге в смысле. Двадцать четыре года, через неделю двадцать пять...
-С наступающим. Так, переходим к категории чуть сложнее.
Крик снова разорвал тишину. Анна тяжело вздохнула, а Вовчик втянул голову в плечи. Ивана же вновь пробило мурашками. Николай вздохнул, еще раз отпил из бутылки.
-Вот видишь, как хорошо, что ты с нами пошёл?
Сидим, разговариваем.
-А что с ним делают? -Вовчик снова забегал глазами с Николая на Анну.
-Допрашивают, но по другому. Не отвлекайся. Давай обсудим деятельность вашей... Группы единомышленников. Сколько вас?
-Я... Я... Не могу. Не скажу.
-Потому что не знаешь?
-Потому что не стану и все. Я не предам свой круг.
Чернов мысленно сделал пометку. Такая формулировка секты подходит больше к друидизму, но никак не к авраамическому Марбасу или скандинавско-германскому Вудану.
-Круг? Вы склонны к друидизму? -Мысли Николая шли ровно в ту же сторону.
-Нет, я не это имел ввиду. Я вам ничего не скажу.
-Вов, ну тогда нам придется делать тоже самое, что делают с твоим другом. Вот веришь, нет, но я не хочу. Понятия не имею, что конкретно с ним творят, но по звукам - страшное.
-Андрей выдержит. Он вам тоже ничего не скажет.
Анна хмыкнула.
-Милый мой. Представляешь себе ощущение, когда твоя кожа начинает жить своей жизнью? Рваться, сползать с мяса? Когда твои легкие заполняет гной и твое дыхание превращается в бульканье, а воздуха перестает хватать? Нет? Есть риск узнать. Поэтому будь добр...
По лесу раздалось "ПОЖАЛУЙСТА! ХВАТИТ!". На Вовчика было страшно взглянуть. Он начал раскачиваться на пне, теребя бессильно сползшей рукой край штанины. Николай посмотрел на Ивана и легонько кивнул на злодея. Вовку нужно было доломать.
-Ладно, -сказал Иван, -хорош рассусоливать, пошли к ним. Не хочет нормально, будет без зубов рассказывать...
Вовка заметался, вцепился руками в волосы.
-Не надо! Не надо пожалуйста! Я расскажу, только не надо...
-Ну так рассказывай, только спокойно. На вот, водички попей. -Николай протянул ему бутылку.
Тот сделал семь жадных глотков, отстранился, вытер пот тыльной стороной ладони.
-Давай ещё раз. Сколько вас?
-В нашем круге примерно сорок человек. Мы никогда не собирались все вместе, только небольшими группами.
-Отлично. Давай обсудим вашу иерархию. Почему вас столько?
-Наши отцы говорят, что нас столько, сколько нужно. Двадцать человек занимаются мелкими поручениями и грязной работой. Женщины почти все заняты вербовкой, пятеро мужчин тоже.
-Вербовкой ваших будущих товарищей?
-Нет, доноров. Мы кровь собирали, для ритуала. Новых людей только отцы приводят в круг, больше никто не имеет права.
-И сколько у вас этих... Отцов?
-Двое. Имя старшего - Негодяй. Он сам просит его так называть, но я его только один раз видел. Младший отец - Марбас. Он почти всегда с нами, со своей паствой. Отдает приказы.
-Угу. Отлично. Расскажи мне, что это были за приказы? Курить хочешь? -Николай протянул ему пачку сигарет.
Володя охотно прикурил, но закашлялся. Видимо решил притушить стресс дымом.
-Он говорил когда и кто должен убить. Мы как делали... Девушка или мужчина из наших охмуряли кого-нибудь. Сначала просто отводили в тихое место и там убивали, а потом он начал просить крови. У нас есть две девушки, в больницах работают. Они все нужное приносили. Трубки, иглы, мешки. Мы их заманивали, вырубали и сливали сколько могли. Нельзя было, чтоб умирали... оставляли немного, а потом убивали.
Чернов отметил про себя, что вопросы задавать практически не приходилось, Вова все рассказывал сам. Сломить его сопротивление оказалось довольно просто, а судя по тишине со стороны Седова, ему своего сломать тоже удалось. Только вот путь слома был Ивану отвратителен. Меж тем, Николай продолжал диалог.
-Хорошо, имена девушек пожалуйста, скажи.
-Вы их не обидите?
-Нет, обещаю.
-Екатерина Лапшина и Карина Морозко.
Иван кивнул. Жаль, что фамилию Екатерины они не узнали сразу. Именно она завербовала маму Жени, будущей жертвы.
-Так, Вовка, видишь? Легко идем, да? Теперь давай поговорим о том, зачем вам столько крови и зачем вам понадобилась девочка.
-Кровь... Нужна была для ритуала, много крови. И нужен был носитель, желательно тяжело больной.
-Почему именно больной?
-Марбас говорил, что так проще сломить барьеры. Он хотел, чтобы дух жил в теле девочки.
-Отсюда на ней и шрамирование? Ну, как ножик?
-Да. Он говорил, что нож - это конец старого и начало нового. Мы должны были весь ритуал омывать её тело кровью, чтобы дух понял, куда ему идти. Нашел дорогу из посмертия.
-А что за число, которое вы все время использовали? Одиннадцать?
-Я не сильно вникал, правда. Но марбас говорил, что это несовершенство, что одиннадцать ножей есть, нужен ещё один, для перерождения.
-Угу. А кого вы звали? И почему не получилось оставить его в теле девочки?
-Я не знаю. Он с Марбасом говорил, нам запрещено было даже смотреть на тело, когда он пришёл. Но Марбас в конце много кричал на странном языке, иногда на русском. Он просил его остаться. Потом приказал нам... зашить ей глаза и рот. Чтобы дух не вышел.
-Но дух ушёл?
-Да. И пришёл ублюдок.
Иван оживился.
-Здоровая такая хуйня, да? Рук много, ноги три?
-Да! Вы его видели? Оно убило Олега и начало его рвать и жрать... А потом исчезло. Марбас сказал, что она пригодится и что он укрыл его у себя. Там, как сказал, откуда он сам пришёл.
-Балабол, но да ладно. Нет больше этой твари.
-Иван, не отвлекай, будь добр. Вов, а дальше что было?
Володя поерзал на пне.
-А дальше вы. Не знаю, как вы нас нашли, но место, где мы собирались - сгорело. Марбас был ранен. Говорил, что столкнулся с колдуном и тот ранил его своими заклятиями. Ему Карина помогла с раной, а потом он отсиживался в моей квартире. Андрей пришёл, для защиты. А потом вы пришли.
-Володь, а какое место ты занимал во всем этом?
-Да какое там место... Принеси, подай. Я не убивал никого даже. Только капельницы ставил. Два раза.
-А зачем пришёл к ним? Как тебя приняли в культ?
-Слово интересное... Культ. Мама умерла у меня. А сам я не могу... -Вовчик шмыгнул носом. -Не могу сам, не справляюсь. Марбас меня на кладбище встретил... Обещал помочь. Мама мне сниться начала, говорила что ещё немного и будем вместе опять.
-Это трудная тема, соболезную тебе.
-Спасибо. Можно еще сигарету?
Николай протянул пачку.
-Какие у вас дальнейшие планы были?
-Дальше... Марбас хотел повторить ритуал. Костюмы какие то искал. Говорил, что так можно будет его обмануть, чтобы задержался в новом теле.
-Имя духа ты не знаешь?
-Нет, мне этого не говорили.
-А Анатолий из Мариинского театра тебе знаком?
-Виделись один раз, больше не взаимодействовали. А что?
-Повесили его.
Вова всхлипнул, покачнулся.
-Значит Негодяй так решил. Он так выгоняет.
-Ты его видел? Хоть раз?
-Он за ритуалом наблюдал, но в стороне. Всегда в балахоне и капюшоне. Лица не видел никогда.
Хруст ветки отвлёк компанию от разговора. К ним шёл Савва и смотреть на него было страшно. Бледный и с ног до головы покрытый брызгами крови и грязи. Володя при виде этого зрелища начал крупно дрожать, едва не выронив сигарету. Анна тяжело вздохнула и скрестила руки на груди. Савва подошёл к Ивану и жестом попросил сигарету. Прикурив заговорил.
-Как успехи?
-Мы закончили, -отрапортовал Тихвин. - Информации более чем достаточно. У вас как?
-Тоже. Идем, Фёдор ждет.
Володя не сопротивлялся, просто поднялся и молча брел между Иваном и Николаем. Воля покинула его. По полянке гордо вышагивал Седов. Лицо украшали кровавые брызги, но их было в разы больше, чем у Саввы. Костюм извалян в грязи. Его ухмылка заставила Ивана напрячься. Слишком мало в ней было от человека.
-Ну, наконец то, коллеги! -Тот всплеснул руками. -Как все прошло!? Смотрю, отделались малой кровью!
Николай чертыхнулся, эта фраза заставила его немного растеряться.
-Отделались вообще без этого.
-Хм. Так даже неинтересно... Чтож. Давайте обсудим, чего нам удалось добиться.
Рассказы культистов совпали полностью, за исключением двух моментов. Вовка все же пытался убить человека, после откачки крови, а ещё разнилось количество культистов. Здоровяк сказал, что их шестьдесят, Вовка настаивал на сорока. Седов то хмурился, то улыбался.
-Поздравляю, коллеги. Скорее всего они начнут действовать поспешно, а значит будут делать ошибки. Нам осталось только понять, кого они хотели призвать.
-Есть версия. -Вмешалась Анна. -Григорий Распутин.
-С чего бы вдруг? -Интонация Седова не была недоверчивой, скорее заинтересованной.
-Монс рассказывал, что к нему приходил этот самый Марбас. Много интересовался именно царским колдуном. Где бывал, что рассказывал.
-Виллим рот не затыкал, как я полагаю. -Седов вздохнул. -Чтож, версия. Костюмы вписываются, к слову. Значит нужно шерстить все, что связано с Юсуповым. Вероятнее всего разыгрывать будут день умерщвления. Так, теперь вернемся к нашим подопытным.
Последнее слово явно резануло слух москвичей. В столице было не принято издеваться над подозреваемыми, однако на севере нравы были совсем иными.
-Берите этого, -Седов кивнул на Вовку, - и ведите к нашему. А вас, уважаемые коллеги, прошу присоединиться. Посмотрите на наши методы.
Тон его не предполагал отказа. Идти далеко не пришлось, но как только Тихвин и Чернов увидели, во что превратился культист сдержать рвоту не смогли оба. Из Андрея наружу торчало все, что обычно было внутри. Кишечник, будто гирлянда висел на ветвях мелких елей и сосен. Сердце лежало на грудной клетке, легкие свисали из спины. Кожи на лице почти не было. Самое ужасное, что внутренности торчали прямо из тела без разрезов, будто кожи для них не было. Володя рухнул на землю и забился в конвульсиях. Николай громко блевал где-то чуть в стороне, Ивана тошнило прямо на месте. Сил отойти он в себе не нашел. Седов морщился.
-Михаил, собери пожалуйста этих неженок и отведи назад. Не думал, что выдержки в них нет.
В себя приходили долго. Едкий привкус желчи не смывался водой, сколько бы Иван ни полоскал рот. Анна смотрела на них с жалостью. Николай покрылся испариной, стоял опираясь на машину, готовый вытошнить в любой момент.
-Анечка, блять. Что ж ты раньше то не сказала.
Иван злобно поглядывал на неё, в очередной раз набирая в рот воду.
-Зато вы двое сразу все поняли. Он не нормален. Если еще и узнаёт, что Вилли исчез, начнется припадок.
Иван сплюнул воду и достал сигареты.
-Что значит "пропал"? -спросил он, прикуривая.
-А то и значит. Ночью кто-то проник в Кунсткамеру, перепугал и напал на охранника, вырубил его. Хорошо, что у деда хватило сил на тревожную кнопку. Ничего, кроме Виллима не пропало, а значит за ним приходил культ.
Иван чуть было не рассмеялся, но смог замаскировать позывы к смеху под тошноту.
-Просто превосходно. Что будете делать?
-Я гоняла на место, рано утром. Никаких следов, кроме старых отпечатков.
-Чудно. Просто, блять, блеск. Как в шахматах. Мы съели две пешки, у нас забрали ладью.
-Э, гроссмейстер херов, -подал голос Николай. -Воды дай.
Чернов бросил ему бутыль. Прикурил вторую и пересекся взглядами с Анной. Та почти улыбалась, а в глазах читалось кристальное понимание, того, кто забрал голову.
-Да... Прямо как в шахматах, товарищ Башня.
-Мы, кстати сегодня пьем, помнишь?
-О, ещё бы.
-Да завалите вы свои ебальники. Слышать не хочу про алкоголь нихуя.
Анна улыбнулась и одними губами проговорила слово "спасибо". Иван кивнул. Хорошо, что додумалась до причины пропажи Монса именно она, теперь, скорее всего, можно было рассчитывать на помощь с её стороны. Однако окончательно пролить свет на её мысли Чернов рассчитывал только во время вечерней попойки. С края поляны донеслось невнятное мычание и хруст кустов. Делегация из Саввы и Михаила по флангам вела культистов к машинам. Здоровяк был цел, будто ничего и не было. Тихвина снова затошнило, а Иван просто пялился на него, пытаясь найти хотя бы один след истязаний, однако их будто и не было никогда. Лицо было целым, только взгляд...
-Ну, вот и все. Теперь поедут в жёлтый домик. -Анна стояла рядом. -Присмотрись к Вовчику.
От Вовчика не осталось и следа. Рядом со здоровяком шёл безумец. Слюна стекала по подбородку, улыбка не сходила с лица. Он держал руки перед собой, будто в молитве.
"Надо отзвониться Вайсу." Эта мысль билась в голове, пока они шли, пока их грузили в авто, пока Седов с улыбкой шёл к нему.
-Ну, вот и все. Не ожидал, что вам так не понравится увиденное... Но опустим. Мои люди уже привыкли, а вы все же в командировке, а не на обмене опытом.
-А как... -начал было Чернов.
-Почему он снова цел? Сила Слов - страшная вещь, Иван. Местные практиковали интересные наговоры, заговоры и прочее. В своё время я изучал все это и теперь могу калечить или лечить куда эффективнее, чем обычными Словами. Это обширная тема, но обсудим, пожалуй, позже. Анна, сопроводите с Михаилом этих двоих к новому месту пребывания. Я отправлю людей по больницам, постараемся задержать тех барышень. Остальные - свободны.
Назад снова добирались с Саввой. Правый глаз парня дергался, машину он вёл будто заторможенный. Движения были нечёткими, "Чероки" Можно сказать, плелся, а не мчал по шоссе. Иван курил, бросив пачку на приборку. Минут через пять Савва таки угостился.
-И часто у вас так?
Парень затянулся глубоко, выпустил дым носом.
-Каждый ебаный раз. Как Бромм слёг, так вообще с цепи сорвался. Почуял власть.
-Да, начальство у нас своеобразное.
-"У нас", - нервный смешок, -У вас оно заебись. У Краснодарских, в Екате, во Владике. А у нас вот такой пиздос. Я не жалуюсь, не подумай. Но Бромм рулить умел.
-Верю.
Остаток пути провели под голоса из магнитолы. Техно и лоу-фай перемежовывались с русским и зарубежным роком, но в город въезжали под одну из любимых песен Чернова.
В раз распознает: свой ли чужой ли, взгляд её молчаливый суровый,
Коль, ты с добром к нам пришёл — мы встретим, как брата.
Лесть, что на сердце, духу неимется, словом простым в Тайге пропоётся,
С первым лучом по утру цвет жизни вернётся…
Скольких ты здесь схоронила от зла,
Скольких простила, скольких родила.
В тайге Иван, разумеется никогда не был, но отчего-то был уверен, что для хорошего человека тайга - мать, а для плохого - тёща. Питер же воскресал на глазах. Многоэтажки меньшились, будто стачивались небом. Улицы набирали живость, цвет, красоту. Чем ближе они подъезжали к центру, тем больше Ивану хотелось остаться здесь насовсем.
-Уволюсь я нахуй, когда-нибудь. И сюда перееду.
Савва удивленно посмотрел на него.
-Поживи тут в ноябре. Потом расскажешь.
-Хах, ну если да, то обязательно тебя найду и расскажу.
-Сомнений ноль. Учитывая, как вы ход делу дали. Тюленев хороший был человек. Жалко что так закончил. К слову. Все что я говорил, между нами, окей?
-Само собой.
Он протянул Чернову руку. Тот пожал её в ответ.
-Спасибо, коллега.
Николай мирно дремал на заднем. Будить его было даже жаль, учитывая вчерашний загул и сегодняшний допрос, но выбора особо не было. Разлепился один глаз, Тихвин окинул напарника взглядом и торжественно изрёк.
-Какой же ты мудила, Иванесенс. Дал бы поспать хоть.
-Вылазь давай, человека задерживаем.
Кряхтя Тихвин выбрался из джипа, комично мотая затекшей рукой. Пожав Савве руку на прощание, они начали подъем длинною в вечность. К номерам, мягким кроватям и душу. Чернов отчаянно хотел смыть с себя этот день. Сцена с потрохами на ветках периодически всплывала перед глазами, заставляя тошноту снова подкатывать к горлу. Едва он вошёл в номер, Монс радостно приветствовал его.
-Ну наконец-то, мой друг Иван! Как все прошло?
-Паршиво, но много интересного узнали. Виллим, основной вопрос. Он хочет вернуть Распутина? -Иван сполз по стенке и сел на пол. -Иначе зачем ему весь этот движ?
-Возможно. Но в рассказах молодого врачевателя часто фигурировала женщина. Обрати на это внимание.
-Что за женщина?
-Может мать, может любимая. Он не вдавался в подробности. Но часто говорил "она, ей".
-Это может объяснить, почему именно девочка, а не мужчина был использован для ритуала...
Чернов поднялся, повернул на себя банку и присел на корточки напротив. Вилли удивленно смотрел на него, ожидая вопроса.
-Виллим... Давай честно. Что ты ему рассказывал?
-Да почти все, что знал о Григории.
-Ты должен рассказать мне все, то что и ему. Особенно меня интересует, как Гришу убить, если вдруг что.
-Да на самом деле также, как и всех. Он же тоже человек, хоть и очень.... Необычный.
-Ты в курсе, как он умер впервые?
-Да, но без деталей. Считаю, что вымысел.
-В том то и проблема, что не очень. Его реально топить пришлось, после всего того, что уже было сделано.
-Тогда... Я бы воспроизвёл метод умерщвления.
-Проще сказать, чем сделать.
На мобильный упало сообщение. Писал Николай.
"Через полчаса зайду. Колобка покажешь?"
Тяжело вздохнув Иван убрал телефон.
-Скоро мой коллега придет. Обсудим это втроём. А пока у меня к тебе пара вопросов не по теме.
-Слушаю, мой друг.
-Расскажи ка мне про Анну.
Виллим в ответ хитро прищурился.
Продолжение следует.
Не забывайте о тг, главы там выходят раньше
Как же это охуенно!
Сколько ещё будет глав? Хотя б примерно