Инерция Пустоты (Глава 4)⁠⁠

Обложка и иллюстрации сгенерированны ChatGPT Sol 6.1
Роман не использует генеративный текст.

Оглавление
Глава 1: Капитан без прошлого
Глава 2: Там хотя бы греет солнце
Глава 3: Чужая вина
Глава 4: Наглый лжец

Глава 4: Наглый лжец

2273 год. Десять лет назад.

Алиса не любила космос.

Ей потребовалось три недели в качестве обычного пассажира, чтобы наконец это признать.

В детстве отец часто брал её с собой на семейном шаттле. Обычно это были короткие суборбитальные перелёты или визиты на станции с искусственной гравитацией на орбите Земли. Шаттл ждал их, экипаж знал Алису по имени, маршрут подстраивали под расписание Майкла, а любую проблему решали раньше, чем она успевала её заметить.

При первых признаках тошноты появлялся врач. Если становилось скучно, можно было уйти в отдельную каюту. Алиса принимала отсутствие неудобств за любовь к космическим путешествиям.

По-настоящему запомнилась ей только поездка на Луну в шестнадцать лет. Майкл отвёл её в музей неподалёку от места посадки «Аполлона-11». Алиса долго рассматривала древний посадочный модуль и не могла понять, как люди вообще решились покинуть Землю в этой консервной банке.

За окном монорельса тянулись серые равнины, камни и резкие чёрные тени. Первые десять минут пейзаж казался величественным. Через час Алиса уже читала сообщения, почти не глядя наружу, и раздражалась из-за двухсекундной задержки связи.

Тогда ей впервые показалось, что Земля далеко. Теперь она летела на Марс и понимала, насколько ошибалась.

Пассажирский транспорт считался дорогим и комфортабельным. В бизнес-секции имелись отдельный санузел на четыре каюты, приличный пищевой синтезатор и бесплатный VR. Но каюты всё равно были рассчитаны на двоих, коридоры оставались тесными, а две с половиной тысячи пассажиров постоянно создавали вокруг себя шум, запахи и движение.

Невесомость тоже сначала показалась приятной. Тело вспомнило её раньше сознания: короткое ощущение бесконечного падения, а затем свобода от собственного веса.

Через два часа Алису начало тошнить.

Её раздражало, что любое движение приходилось рассчитывать. Стоило оттолкнуться чуть сильнее – и она врезалась в противоположную стену. Чашки нужно было закрывать, еду выдавливать из контейнеров, одежду крепить липучками. Даже волосы постоянно лезли в лицо, будто тоже решили воспользоваться свободой.

Соседка Алисы, Сара Чёрч, воспринимала всё это совершенно иначе.

Для неё это был первый полёт за пределы Земли, и своего восторга она не скрывала. Сара училась пересекать пассажирский отсек одним точным толчком, ловила ртом капли воды и смеялась, когда тёмные волосы вставали вокруг головы непослушным облаком. Она фотографировала всё подряд: Землю, корабль, собственные ноги, оказавшиеся над головой.

– Тебе это когда-нибудь надоест? – спросила Алиса, наблюдая, как Сара медленно переворачивается в воздухе.

– Обязательно, – серьёзно ответила та. – Но пока ещё рано.

У иллюминатора Сара могла зависать, часами глядя на удаляющуюся Землю. Алиса немного ей завидовала. Не восторгу от космоса – этого она решительно не понимала – а способности так легко радоваться.

Сара была на два года старше, но рядом с Алисой часто казалась младшей. Она говорила негромко, двигалась чуть скованно и иногда оглядывалась, словно проверяя, не сказала ли чего-нибудь лишнего.

Она выросла в многодетной семье. Старшие братья, младшие сёстры, постоянная нехватка денег, стипендии, подработки. Образование в Университете Джонса Хопкинса Сара полностью оплатила грантами и до сих пор говорила об этом так, словно ей просто невероятно повезло.

На Марсе её ждал пятилетний контракт психолога в службе адаптации колонистов.
Рядом с Сарой Алиса иногда испытывала неловкость.

Её обучение в Гарварде было полностью оплачено. Просторная квартира на Хиллиард-стрит в элитном районе Бостона на границе кампуса принадлежала семейному фонду. Алисе никогда не приходилось задумываться о квартплате, медицинской страховке или студенческих кредитах.

Сара аккуратно складывала одноразовые упаковки, прежде чем выбросить, и долго выбирала еду, сравнивая стоимость даже при включённом питании. Алиса заказывала то, что хотела, и только через несколько дней поняла, что часть блюд не входила в стоимость билета.

Мужчины за ужином чаще пытались знакомиться с Сарой. Алиса поймала себя на коротком, стыдном уколе ревности. Не то чтобы ей недоставало внимания: она знала, что привлекательна, и давно привыкла к чужим взглядам. Небольшой живот и полные бёдра этому никогда не мешали. Но на корабле её нередко узнавали ещё до знакомства — если не в лицо, то по фамилии. Дочь Майкла Колдуэлла, выпускница Гарварда, будущий советник марсианской Ассамблеи. Рядом с ней мужчины становились осторожнее, выпрямлялись и начинали следить за словами.

Очень скоро Алиса уже выбирала, где они будут ужинать, какой фильм посмотрят и во сколько отправятся в жилой модуль. Сара соглашалась с заметным облегчением.

Однажды Алиса потратила полчаса, пытаясь зарезервировать бизнес-кабину. В службе поддержки ей дважды сообщили, что свободных мест нет, и предложили зарегистрировать обращение.

— Отец знаком с кем-то из руководства перевозчика, — сказала она, открывая сообщения. — Наверное, придётся попросить.

Сара придержала её планшет за край.

— Я тебе, наверное, мешаю?

— Нет, что ты. В коридоре постоянно кто-то шумит. Мне прислали материалы с Марса, а я третий раз читаю одну страницу. Хочу хотя бы час побыть в тишине.

Мимо проплыл стюард с сетчатым мешком использованных контейнеров. Сара окликнула его.

— Простите, вы не подскажете, где сейчас можно спокойно поработать?

— Бизнес-кабины бронируются через пассажирский интерфейс.

— Там всё занято до вечера. Нам стол не нужен. Только чтобы никто не разговаривал.

Стюард задумался.

— В малом зале закончилась уборка. Следующая группа через полтора часа. Если свет не включится, нажмите кнопку возле входа.

— Спасибо вам.

Сара отпустила поручень.

— Пойдём?

Алиса посмотрела на открытое сообщение отцу. В поле адресата уже стояло его имя.

— Я не знала, что туда можно.

— Я тоже.

Они добрались до малого зала. Сара придержала дверь, пока Алиса устраивалась в кресле и закрепляла планшет.

— У нас дома я делала уроки на кухне, — сказала она. — Между ужином и тем, как младшим начинали греть молоко. Главное было успеть занять место.

Алиса закрыла сообщение.

— Я буду в каюте, — сказала Сара. — Если понадоблюсь, напиши.

— Ты можешь остаться. — Алиса улыбнулась ей. — Если хочешь.

Сара потянулась к соседнему креслу.

— Тогда фильм сегодня выбираю я.

***

– Ты ведь могла прилететь на Марс быстрее? – спросила она однажды.

Они висели возле иллюминатора. Землю уже нельзя было отличить от других ярких точек.

– Да, отец предлагал прислать служебный корабль.

– И сколько бы вы летели?

– Дней пять. Почти всё время с гравитацией.

Сара посмотрела на неё с искренним непониманием.

– И ты отказалась?

– Я еду работать в марсианскую администрацию, а не на семейный курорт.

Сара недоверчиво помотала головой и сразу отогнала непослушные волосы от лица.

– Твой отец руководит этой администрацией.

– Он не будет моим непосредственным начальником.

– Разумеется.

Алиса повернулась к ней.

Сара попыталась сохранить серьёзное лицо, но не выдержала и улыбнулась.

– Прости. Наверное, он предложил тебе должность исключительно за профессиональные качества.

– Именно это он и сказал.

Сара улыбнулась и снова посмотрела в иллюминатор.

— Я рада, что нас поселили вместе.

— Звучит так, будто ты уже прощаешься.

— На Марсе, наверное, будет сложнее встречаться. Ты в Ассамблее, я в службе адаптации. Меня ещё могут отправить в рабочее поселение.

— Будем видеться, когда вернёшься.

— Если совпадут выходные.

Алиса задумалась.

— Я могу поговорить с отцом. Психологи ведь нужны и в администрации. Он наверняка найдёт тебе место.

Сара перестала улыбаться.

— Вот об этом я и говорю.

— О чём?

— Ты даже не спросила, хочу ли я там работать.

— Я просто хотела помочь.

— Знаю.

Алиса ждала продолжения. Сара провела пальцем по стыку панелей возле иллюминатора.

— Ты говоришь, что всё делаешь сама. Но твой отец — Майкл Колдуэлл. Один из бессмертных Совета. Миллиардер. Ты можешь его попросить, и для меня сразу найдётся должность, даже если она никому не нужна.

— Я сама поступила в Гарвард. И училась тоже сама.

— Я не сомневаюсь.

— Сара, почему ты говоришь со мной так, будто я вообще ничего не умею сама?

— Я так не думаю. Просто… ты могла прилететь за пять дней. А выбрала этот корабль, чтобы доказать, что можешь обходишься сама. Потом тебе понадобилось тихое место — и ты уже собиралась ему писать.

Алиса убрала руку с поручня и скрестила руки на груди. Её медленно развернуло от иллюминатора.

— Значит, для тебя я просто богатая девочка, которая играет в самостоятельность.

Сара поймала соседний поручень и переместилась так, чтобы снова видеть её лицо.

— Я резко сказала. Прости.

— Зато честно.

Алиса вдруг испугалась, что они так и останутся соседками по каюте. Долетят до Марса, попрощаются, несколько раз напишут друг другу — и всё. Нужно было что-то сказать, пока Сара ещё рядом. Но в голову приходили только оправдания, а Сара ведь во многом была права.

— Я не хотела обещать, что мы будем видеться каждый день, — сказала Сара. — Мне хотелось бы. Но я ещё даже не знаю, где буду жить и какой у меня будет график. А ты предложила всё это устроить.

— Потому что не хочу терять с тобой связь.
— Я тоже не хочу.

Алиса опустила руки.

— Ладно. Отцу ничего писать не буду.
— Спасибо.
— Но тебе буду. Даже если тебя отправят в шахту.
— В шахту меня, надеюсь, всё-таки не отправят.

Алиса едва заметно улыбнулась.

Сара осторожно толкнула её плечом.

— Я правда рада, что оказалась с тобой в одной каюте. И твой отец тут ни при чём.

***

В двадцать два года у Алисы был диплом бакалавра Гарварда по международным отношениям, отличные рекомендации и весьма приблизительное представление о том, что делать дальше. На Земле её ждала понятная дорога: юридическая школа, допуск к практике, а затем годы работы в одной из фирм Бостона или Нью-Йорка.

Майкл предложил ей должность младшего советника при секретариате Генеральной ассамблеи Марса. Межпланетарное право, торговые соглашения, отношения с Землёй и поселениями Внешнего пояса. Для вчерашней выпускницы – неприлично высокая позиция.

Можно было окончить юридическую школу позже, уже имея опыт, которого у большинства выпускников не появлялось и к тридцати.

В его видеосообщении всё звучало безупречно.

– Мне нужен человек с независимым взглядом, – говорил Майкл. – Тот, кто ещё не провёл двадцать лет внутри администрации и не научился объяснять, почему ничего невозможно изменить.

Майкл тепло улыбнулся. Лицо у него оставалось значительно моложе того, которое Алиса помнила из детства, но за последние годы отец снова успел располнеть. Ворот рубашки тесно охватывал шею.

– И не обольщайся: никакого непотизма. Я просто знаю, на что ты способна. Твою кандидатуру будет утверждать секретариат Ассамблеи. У тебя будет полная свобода действий.

– Конечно, – сказала Алиса экрану. – А секретариат совершенно не знает, кто такой Майкл Колдуэлл.

– Два года, Алиса. Потом вернёшься на Землю, если захочешь. Никаких условий. Я просто предлагаю тебе возможность.

Алиса с детства привыкла встречать на семейных приёмах людей, которые называли Майкла дедушкой и при этом были старше её матери.

Она всегда знала, что отец старше собственного тела. Он умирал и возвращался задолго до её рождения и рассказывал о прежних жизнях как о длительных командировках.

Но её отец был полным, одышливым человеком, который носил маленькую Алису на руках, а потом медленно восстанавливал дыхание. Тем самым Майклом, который брал её на орбитальные станции, помогал с домашними заданиями и решал любую проблему.

Когда Алисе было пятнадцать, его тело умерло от инсульта.

Через несколько дней Майкл вернулся. Молодой, похудевший, пугающе здоровый. Он помнил семейные шутки, дни рождения и продолжал называть Алису детским прозвищем. Утверждал, что ничего не изменилось: старая одежда износилась, и он просто надел новую.

Алиса не могла с ним согласиться.

В течение года Майкл окончательно вернулся на Марс. Поездка на Луну стала его своеобразным прощальным подарком. До рождения Алисы он уже возглавлял планетарную администрацию, но ради семьи почти десять лет жил преимущественно на Земле, оставляя ежедневную работу заместителям.

Он перестал прилетать на Землю.

На похороны матери тоже не явился. Прислал видеосообщение и огромный букет. Алиса тогда не досмотрела запись до конца.

Теперь Майкл звал её к себе.

* * *

Приватность на пассажирском корабле существовала лишь по договорённости.

Однажды Алиса вышла из VR раньше обычного и услышала, как Сара тихо ласкает себя под покрывалом. Она замерла в ложементе, не решаясь пошевелиться. Испытала одновременно стыд, непрошеное возбуждение и раздражение: сама Алиса несколько раз собиралась сделать то же самое, пока Сара находилась в виртуальной реальности, но каждый раз боялась, что та вернётся раньше времени.

Пришлось лежать неподвижно и смотреть в темноту, пока дыхание Сары снова не стало ровным.

Алиса вспомнила Роберта.

Перед вылетом они обещали ждать друг друга. Прощальный секс получился неожиданно нежным, и на несколько часов Алиса почти поверила, что отношения способны пережить два года и десятки миллионов километров. Теперь она в этом сомневалась. Наверное, следовало принять предложение отца и лететь на служебном корабе. Наутро ни она, ни Сара не упомянули случившееся.

Следующие дни Алиса проводила за работой. В корабельной VR существовала неплохая копия Бостонской публичной библиотеки, не все книги там можно было достать с полок: часть служила декорацией, навсегда застрявшей в нарисованных стеллажах. После двух недель виртуальная тишина начала раздражать не меньше корабельного шума.

Алиса заняла индивидуальную рабочую кабину и открыла первое дело, присланное с Марса.

Эдвард Ван дер Меер, семьдесят восемь лет. Один из руководителей крупной горнодобывающей корпорации, известный спикер и сторонник Кодекса. Он любил рассказывать, как сделал себя сам, начав с нуля, хотя в приложенной биографии обнаруживались богатые родители, полезные знакомства и стартовый капитал.

Ван дер Меер умер от остановки сердца во время секса с молодой любовницей. Нейронный скан был сделан меньше месяца назад. Через несколько дней Эдвард открыл глаза в новом, значительно более молодом теле. Он узнавал родственников, помнил банковские коды.

Проблема заключалась в том, что Ван дер Меер отказался считать себя Ван дер Меером. Он не требовал активов, не претендовал на место в корпорации и не пытался оспаривать наследство. Заявил, что является новой личностью и не обязан продолжать жизнь умершего человека. После выписки переехал в Новый Аргент, снял небольшую мастерскую и занялся живописью.

Рисовал он хорошо. В основном марсианские карьеры, пыльные равнины и закаты над куполами.

Семья требовала признать юридическую непрерывность личности. Корпорация настаивала, что восстановленный Ван дер Меер обязан вернуться к работе.

Алиса перечитала материалы и начала составлять предварительное заключение. Закон находился на стороне корпорации. Кодекс-восстановление не считалось рождением нового человека. С точки зрения государства никто и не умирал: гражданин сменил тело и продолжил существование.

Алиса вспомнила старый сценический фокус. Клетку накрывают тканью, механизм срабатывает, птица исчезает. Через несколько секунд фокусник показывает публике другую – такую же живую и трепещущую. Зрители аплодируют возвращению. О первой птице никто не думает.

Отец наверняка ожидал, что Алиса заметит сходство с темой своей выпускной работы. Возможно, именно поэтому прислал дело первым.

Алиса начала печатать: «Непрерывность юридических обязательств не может служить достаточным основанием для принуждения субъекта к признанию личной идентичности…»

Корабль вздрогнул.

* * *

Толчок был резким и неправильным.

Планшет вырвало из рук Алисы. Страховочный ремень натянулся, болезненно дёрнув её назад. За иллюминатором мелькнул Марс – уже не звезда, а тусклый красноватый кружок – и тут же исчез.

Транспорт начал медленно вращаться.

Включилась тревога.

– Нештатная ситуация. Пассажирам необходимо вернуться в каюты и закрепиться в ложементах. Экипаж предпринимает все необходимые меры для обеспечения безопасности полёта.

Голос был слишком спокойным.

Алиса отстегнулась от рабочего места и, цепляясь за поручни, добралась до каюты. Сара уже находилась там. Она застёгивала ремни дрожащими пальцами и с третьей попытки попала фиксатором в замок.

– Что произошло?

– Не знаю.

Алиса проверила экран панели безопасности. Давление в норме. Радиационный фон в норме. Пожарная тревога не активирована. На автоматическом горизонте линия опорной плоскости медленно заваливалась вправо: транспорт продолжал вращаться, а двигатели ориентации не пытались это исправить.

– Может, метеороид? – спросила Сара.

– Тогда был бы сигнал повреждения корпуса.

Из коридора донеслись хлопки.

Сначала один. Потом короткая серия.

Алиса не сразу узнала выстрелы. В записях они всегда звучали громче и выразительнее. Здесь за тонкой перегородкой кто-то просто резко бил по металлу.

Затем закричал человек.

Сара перестала бороться с ремнями.

– Это террористы?

Где-то ближе раздалась ещё одна очередь.

– Или пираты? – добавила она шёпотом.

Слово прозвучало нелепо. Транспорт находился между Землёй и Марсом, внутри наиболее охраняемого пространства Солнечной системы.

– Здесь нечего захватывать, – сказала Алиса. – Груза почти нет, корабль далеко не уйдёт. ОПЗ перехватит его через несколько дней.

– Тогда зачем?

Алиса посмотрела на Сару. На борту находились дипломаты, инженеры, сотрудники корпораций, семьи переселенцев. И дочь Майкла Колдуэлла.

Дверь открылась.

На пороге завис мужчина в чёрном боевом скафандре ОПЗ. Шлем был откинут, и Алиса увидела лицо, неправильное своей правильностью: короткие чёрные волосы, чёткие скулы, слишком ровная кожа. Возраст определить не получалось. Ему могло быть двадцать пять и тридцать пять.

Голубые глаза остановились на Алисе.

В правой руке мужчина держал автоматическую винтовку. В левой – оторванную человеческую кисть вместе с частью предплечья. Из разорванных сосудов медленно отделялись шарики крови.

Сара зажала рот ладонью. Звук всё равно прорвался.

– Добрый вечер, дамы, – сказал мужчина. – Капитан Уильям Блейк.

Он слегка наклонил голову.

– Прошу простить мои манеры. Я хотел подать руку.

Блейк разжал пальцы. Кисть поплыла через каюту, медленно вращаясь и оставляя за собой цепочку красных капель.

Алиса увидела служебный браслет SecOps на запястье.

Вот как он открыл дверь и прошёл через внутренние посты.

– У вас появилась уникальная возможность, – продолжил Блейк. – Спасти две тысячи пятьсот человек и стать настоящими героями.

Он задумался.

– Героинями.

Взгляд на секунду расфокусировался, словно Блейк читал невидимую строку.

– Хотя нет. Две тысячи четыреста восемьдесят два человека.

Значит, восемнадцать уже погибли.

Блейк убрал винтовку за спину, достал из кармана небольшое устройство и бросил Алисе. Она поймала его обеими руками.

На экране шёл обратный отсчёт.

07:43.

К корпусу таймера прозрачной лентой был прикреплён алмазный глобус в венке из тонких золотых листьев.

Высшая военная награда ОПЗ.

Алиса видела такие только в музейных экспозициях. Если это и была копия, то безупречная.

– Возможно, когда-нибудь тебе дадут такой же, – сказал Блейк. – А этот можешь считать авансом, Алиса. У меня ещё два.

– Что это?

– Где-то на транспортнике находится ядерный заряд. – Блейк на секунду задумался. – Термоядерный, но не суть. Когда таймер отсчитает до нуля, корабля не станет. Если сейчас пойдёшь со мной и будешь выполнять мои указания, я отключу детонатор.

– Если бомба на корабле, почему ты до сих пор здесь?

– Не хотел показаться невежливым и уйти без тебя.

До конца отсчёта оставалось семь минут.

Проверить она не могла.

– А если я откажусь?

Блейк достал вейп, затянулся и медленно выпустил дым. В невесомости тот не поднялся к потолку, а остался возле его лица бледным облаком.

– Тогда мы побеседуем ещё семь минут, – сказал он. – А потом вместе станем частью очень короткого и яркого астрономического явления.

Алиса посмотрела на Сару.

– Хорошо. Я пойду. Она остаётся.

Блейк перевёл взгляд на Сару, словно только теперь вспомнил о её присутствии.

– Не думаю.

Винтовка снова оказалась у него в руке. Быстрее, чем Алиса успела заметить само движение.

Сара попыталась закрыться руками.

– Она ничего не сделала, – сказала Алиса.

– Именно. И в дальнейшем вряд ли окажется полезнее.

Он навёл оружие на её грудь.

– Если убьёшь её, я никуда не пойду.

Блейк посмотрел на Алису с любопытством.

– Ты всё ещё думаешь, что можешь выбирать?

– Ты мог утащить меня сразу. Но вместо этого придумал таймер и рассказываешь про две тысячи человек. Значит, тебе нужно, чтобы я пошла сама.

Блейк улыбнулся.

– Узнаю дочь Майкла Колдуэлла, – сказал Блейк. – Уже торгуется.

– Опусти оружие.

– А то что?

– Узнаешь, насколько трудно заставить человека сотрудничать, когда ему уже некого спасать.

Несколько секунд он изучал её лицо.

Затем убрал винтовку.

– Ладно. Возьмём психолога. В дальнем космосе они иногда полезны.

Сара судорожно всхлипнула.

– Откуда вы…

– Я прочитал пассажирский манифест, доктор Чёрч.

Из коридора открыли огонь.

Блейк развернулся в проёме, ушёл с линии огня и ответил короткой очередью.

Кто-то вскрикнул.

– Оставайтесь здесь, – бросил Блейк.

Он выдернул с разгрузки небольшой цилиндр и отправил его в коридор. Граната бесшумно скользнула вдоль стены.

– И закройте уши.

Взрыв ударил по каюте горячим воздухом. Алису швырнуло в ложемент. В голове словно провернули металлический стержень; звук стал плоским и далёким.

Сара закричала, но Алиса почти не слышала её.

Потом появилось шипение.

Из коридора летели обломки и клочья теплоизоляции. Воздух потянуло к повреждённой секции. Давление начало падать.

– Тревога. Нарушение герметичности. Немедленно покиньте отсек.

На лице Блейка исчезла улыбка.

Он проверил показатели на внутренней стороне запястья.

– Они что, действительно делают внешние переборки из пластика?

Блейк рванул аварийную панель, вытащил два дыхательных комплекта и бросил один Алисе. Второй сам прижал к лицу Сары, одновременно свободной рукой отстегнул ремни её ложемента.

– Маски не герметичные, но сознание сразу не потеряете. Двигайтесь за мной.

– Таймер…

– Если ты сейчас умрёшь, он уже не будет иметь значения.

Воздух уходил всё быстрее. Из соседних кают выбирались люди: кто-то в аварийной маске, кто-то без неё. Они хватались за поручни и друг за друга. Поток тащил их к пробоине.

Блейк двигался против него так, словно невесомости и ветра не существовало. Магнитные подошвы коротко цеплялись за палубу, руки безошибочно находили поручни.

Впереди появились двое сотрудников SecOps.

Первого Блейк застрелил, не замедляя движения. Второй успел дать очередь. Пули ударили Блейка в грудь и плечо, развернули его, но он тут же выровнялся и выстрелил в ответ.

Сотрудник охраны обмяк и закрутился. Винтовка вылетела из рук.

На броне Блейка остались три вмятины. Он даже не проверил повреждения.

Центральный коридор был заполнен людьми, обломками и парящими каплями крови. Поток воздуха подхватывал всё, что не было закреплено, и тянул к пробоине. Крики становились тише вместе с падающим давлением.

Впереди начала опускаться аварийная переборка.

Алиса поняла, что они не успеют.

Сара перестала двигаться. Глаза закрылись, руки безвольно вытянулись вдоль тела.

– Блейк!

– Вижу.

Он подтянул Сару и одним движением отправил её в сужающийся проём. Тело проскользнуло на другую сторону и ударилось о палубу.

Блейк подтянул Алису к проёму.

Нижний край переборки был уже у неё над головой. Алиса успела протянуть руки вперёд, но давление резко упало, зрение сузилось, а тело перестало слушаться.

Дверь ударилась обо что-то и остановилась.

Блейк стоял под ней, удерживая переборку одной рукой. Сервомоторы двери взвыли, пытаясь завершить цикл. Он подтолкнул Алису через проём.

– После вас.

Сам Блейк протиснулся последним. Переборка захлопнулась за его спиной.

Рёв исчез.

Алиса сорвала маску и жадно втянула воздух. В ушах стоял звон. Из правого уха отделилась капля крови и повисла возле лица. Они находились в кафетерии – самом большом помещении пассажирской секции.

Столы сорвало с креплений. В невесомости плавали подносы, бутылки, обломки панелей и тела сотрудников SecOps. Некоторые продолжали медленно вращаться, словно всё ещё искали опору. В стене зиял круг оплавленного металла. За ним находился стыковочный узел десантного бота.

Блейк отпустил винтовку. Оружие медленно поплыло в сторону.

Сару он подхватил пояс. Алису взял за запястье, хватка была – как закрывшийся замок. Алиса отвлечённо подумала, что его пальцев на запястье потом останутся синяки.

Алиса попыталась вырваться. Блейк даже не изменил движения. На таймере оставалось четыре минуты. Он втянул их в шлюз. Внешняя дверь закрылась.

Десантный бот был рассчитан как минимум на двадцать человек. Сейчас внутри не оказалось никого кроме них троих.

Блейк пристегнул Сару к ближайшему ложементу и проверил пульс. Потом усадил Алису рядом, она отмахнулась.

– Я сама.
– Конечно.

Он позволил ей застегнуть ремни. Алиса всё ещё держала таймер с приклеенной к нему медалью.

– Теперь отключи заряд.

– После отстыковки.

– Ты обещал.

– Я много чего обещал.

Блейк наклонился ближе. Алиса заметила автоинъектор только тогда, когда он уже коснулся её шеи. Она попыталась отвернуться. Щёлкнуло.

Тепло разошлось по телу, ладони стало покалывать. Ей вдруг стало хорошо, как никогда в жизни, настолько что она чуть не забыла, как дышать. Пальцы разжались, и таймер завис возле груди на ленте. Мысли потеряли форму. Вся эта история казалось, нелепой, почти смешной.

Блейк оттолкнулся и занял пилотское кресло. Фиксаторы сомкнулись вокруг его тела. Десантный бот содрогнулся и отделился от транспортника.

В иллюминаторе появился корабль – огромный, неуклюжий, всё ещё вращавшийся после нападения. В нескольких отсеках мигали аварийные огни. Но корпус оставался цел.

Таймер показывал две минуты. Несколько секунд она пыталась вспомнить, что этот таймер вообще означает, потом собрала остатки сил.

– Бомба… Отключи её.

Блейк повернулся в кресле.

Теперь его улыбка выглядела усталой.

– Алиса, я наглый лжец. Никакой бомбы нет.

Таймер продолжал отсчитывать секунды.

Она хотела хотела закричать, ударить, потребовать вернуть их на корабль. Но сознание уже погружалось в тёплую темноту. Последней ясной мыслью стало облегчение.

Корабль не взорвётся и пассажиры уцелеют.

Версия романа на АТ: https://author.today/work/531300

Обсудить сюжет и персонажей можно в моём телеграм канале: https://t.me/Dr_Hann1bal