Глава 3⁠⁠

Спустя пару часов с моего прихода в трактир, принадлежащий Харальду, огнепоклоннику, часть посетителей, сильно "навеселе", покинула трактир, а те, кто послабее или изначально имел не слишком большое значение в характеристике разум, с задорным деревянным стуком попадали на столы и под них. Напротив меня плюхнулось блюдо, полное скворчащих оленьих отбивных, к которому присоединились бочонок пива литров так на десять и сам трактирщик.

"Угощайся и заранее извини за манеры, так как раз уж, в том числе благодаря тебе, у меня появилась хорошая оленина и время. Я планирую поесть от души и неплохо напиться. Так что времени у тебя до тех пор, пока не кончится бочонок благородного мостробоя. После него я пойду за вторым в погреб, а когда вернусь, тебя тут быть не должно, по крайней мере, сегодня. Что до информации, давай так: ты спрашиваешь, если я могу ответить, называю цену. Если цена подходит, монеты на стол и получаешь ответ. Идет, незнакомец?"

"Для начала, Иван, если не затруднит. В остальном всё устраивает, Харальд. И первый мой вопрос: как ты так легко и сразу определил, что я благородный и охотник на монстров, или как ты говоришь, монстробой?"

Трактирщик хмыкнул, зачерпнув кружкой пива, сделал глоток, потом руками ухватил кусок оленины, откусил и только после этого ответил: "Ну, Иван так Иван. Я, как ты уже и так знаешь, Харальд. На этот твой вопрос я, пожалуй, отвечу бесплатно. У себя на родине, откуда мне пришлось перебраться в эту глухомань, я входил в элиту людей, что имеют дело с оружием. Я был егерем, тем, кто следит за тем, чтобы на территорию наших ночных пустошей не шастал кто попало, браконьеров я ловил, проще говоря. И уж кого-кого, а меня твоя маскировка обмануть не могла. Слишком уж хороший у тебя доспех, да и оружие, уверен, ему под стать. Меня и других егерей учили в этом разбираться. Ну и кроме того, то, как ты двигаешься, то, как ты оцениваешь обстановку, всё это выдает в тебе охотника явно лучшего, чем те, кто имеет дело только с обычными зверьми. Ну а на то, что ты благородный, указывает то, что от тебя фонит сильной магией. Для тех, кого учат искать и находить её с самого детства, это очевидно. Учитывая, сколько стоит учиться мощной магии в любом из уголков нашего мира, вывод очевиден."

Сказать, что я был удивлён тому, что простой трактирщик так легко меня просчитал, — это не сказать ничего, хотя есть ощущение, что он не такой уж и простой, раз специально обратил моё внимание на свой статус егеря в прошлом. Следующий вопрос я задавать не планировал, однако он у меня вырвался сам собой. "Харальд, тебя явно здесь уважают, ты неплохо готовишь. Даже простая еда без свойств у тебя вполне неплоха. Так почему твой трактир, ну, не знаю, такой...?" — с этими словами я обвел рукой помещение вокруг.

Услышав мой вопрос, трактирщик аж поперхнулся вполне, кстати, неплохой олениной. Откашлявшись, трактирщик, бросив мне короткое "Жди", удалился на кухню, откуда в скором времени вернулся, принёс с собой небольшой графин настойки, из которого молча себе налил рюмку и, лишь опрокинув её в себя, заговорил вновь: "Знаешь, а пожалуй, я отвечу — за золото, естественно. Я, конечно, мог тебе сказать идти в жопу, потому что не твоё это дело, однако уговор есть уговор. Ответ на твой вопрос будет стоить пятьсот золотых монет, готов ли ты заплатить такую цену за свой интерес?" Учитывая, что я давно взял за привычку держать в инвентаре не меньше десяти тысяч золотых на оперативные небольшие расходы, деньги у меня были. Но вот готов ли я заплатить, пожалуй, вопрос. Так как если цена ответов будет расти в прогрессии, золота на действительно нужную информацию мне может не хватить. Но, решившись, я под заинтересованным и удивлённым взглядом трактирщика забрал его стопку, куда налил настойки, после чего, отодвинув тарелку и приборы, тоже руками взял отбивную, от которой оторвал зубами крупный кусок, облизнул пальцы, а после положил на стол мешочек с запрошенной суммой. Трактирщик молча спрятал золото, взамен извлек, из инвентаря еще одну рюмку, разлил настойку и произнес: "Ну давай еще по одной, Иван, и слушай." После чего бывший егерь, а ныне трактирщик и владелец "Кривоухого эльфа", рассказал историю, интересную, кстати сказать, историю. О том, как почти на другом конце людских земель он когда-то был действительно хорошим воином; у него были друзья, был отряд и неплохая в принципе жизнь. Да, он с пяти лет и до самого совершеннолетия усердно учился и тренировался, учился не только управляться с оружием, но и чуять магию, учился выживать и воевать. Потом еще пять лет в родном регионе Холодных, где ночные пустоши были местом запретным. Почему? Ну вот так решил местный правитель, а за ним следующий, а после него еще один — и так на протяжении сотен лет. Регион Холодных фьордов принципиально не посылал охотников и экспедиций в пустошь, лишая себя ее ресурсов и отставая в развитии, взамен взращивая и сдавая в наем своих егерей тем, кто готов был платить. Егеря — это не только великолепные воины, каждый из которых способен наравне тягаться с охотником на монстров из числа ветеранов, но и действительно лучшие в этом мире охотники на охотников, что делало их крайне популярными наемниками для "щекотливых" дел. Вот только, как это бывало и в моем мире, Харальда и его отряд наняли не очень чистые на руку эльфы, наняли для задания, с которого никто не должен был вернуться после выполнения. Вот только ему повезло... ну или нет. Пять лет скитаний, охота, сопровождение и охрана, подработки резьбой по дереву, строительством — в общем, все способы заработка, что мог придумать крепкий и сильный мужчина, за исключением грабежа и заказных убийств. А потом, очередной раз, отправившись в путь как охранник каравана, он пришел именно сюда, в этот самый трактир, где ему понравилось. Да, вот так: он устал жить в дороге, а здесь, в глуши, природа, покой и работа не пыльная, так как караваны редки, а охотники и редкие деревенские посетители, что сюда забредают, не взыскательные и в основном смирные. Сначала был вышибалой, потом помощником старого трактирщика, а когда тот помер и передал ему трактир, сам стал трактирщиком.
После были и другие вопросы, были и другие ответы, и в целом хорошо мы посидели. Я обзавелся не только ценной информацией, но еще и получил актуальную карту поселений, известных Харальду на моей территории. Правда, стал беднее на семь тысяч золотых.

Но деньги — это мелочь. Куда важнее и ценнее то, что я, пусть и предварительно, обзавелся партнером и рынком сбыта своей будущей продукции, никак не связанной с ночной пустошью. Так что без сверхприбыли, еда обычная и дающая характеристики. Хотя о том, что дельце будет невыгодным, речь не идет. Дело в том, что за годы владения захолустным трактиром Харальд много видел, много слышал и много с кем завел знакомство: это и охотники, что всегда только рады поесть "послаще", и караванщики, что всегда рады купить на отшибе продукции на продажу подешевле, зато побольше для перепродажи. Так что в поместье я возвращался слегка пьяным, но очень сильно довольным. Несмотря на то что никогда не был мастером экономических стратегий и, да признаться, никогда их не любил, у меня вырисовывался план. Чтобы жить относительно спокойно, не лишая себя развития и решить проблему с налогами, если не полностью, то по большей части, я дам охотникам, как самым простым, так и тем, что ходят в ночную пустошь, деньги и работу. Да, может, это кажется глупо, однако в этом и есть главный смысл большого и массового производства, которое я задумал, только перебираясь в эти края. Рабочие места и повышение уровня жизни — вот мой план. Весь секрет в человеческой натуре: когда у человека требуют отдать налоги за просто так, это грабеж. Да, без оружия, да, без угроз и принуждения, но грабеж. Разрешение жить на определенной земле? Да даже не смешно, этот прекрасный мир не имеет демократии со всеми ее "плюсами". Защита? Защита кого и от чего? Тех, кто живет в полу диких лесах охотой — ну, тоже так себе идея. А вот дать уверенность в завтрашнем дне, давая возможность заработать и изменить свою жизнь за процент от прибыли, может и получиться...