Географ глобус пропил⁠⁠

Ну вот и у меня ручки дотянулись до «Географа». Спустя несколько лет после просмотра фильма, специально, чтоб позабылся сюжет. И теперь очень жалею, что не прочёл раньше.

«Географ глобус пропил» — потрясающий роман. Последним из того, что я читал, настолько сильным и пронизанным неизбывной русской тоской произведением была книга «Елтышевы» Романа Сенчина. Вообще, наверное, только в России умеют писать до такой степени тоскливо, что после прочтения охота пойти в лес, прижаться к берёзке и орать без остановки часа этак два, пока не отпустит. Хотя не факт, что иностранцы испытывают те же чувства от русской литературы.

Сюжет прост, и вы наверняка его знаете понаслышке, даже если не смотрели фильм и не читали книгу. Молодой выпускник биофака Виктор Служкин (в книге ему не 38, а 28 лет) от безденежья идёт устраиваться в местную школу учителем. Свободна только вакансия географа. Служкина берут на работу, несмотря на откровенную неприязнь завуча; в первый же день он сталкивается с неуправляемым стадом школьников, с которыми в дальнейшем пытается выстраивать отношения, зачастую панибратские и дурные из-за ёрнического характера самого героя. Параллельно с этим в тексте идут воспоминания Служкина о собственной учёбе, о взаимоотношениях с друзьями, девушками, с учителями. Он ссорится с женой, которая его не любит, водит маленькую дочь в детсад, где встречает старую школьную любовь, ухаживает за учительницей немецкого языка, трахается со старой подругой, влюбляется в собственную ученицу... В общем, сплошная Санта-Барбара вокруг этого неловкого, неуклюжего, неприспособленного к жизни лиричного, не побоюсь этого слова, героя.

Лейтмотивом же для книги служат невероятно красивые и величественные описания природы Пермского края. Про писателя и краеведа Алексея Иванова я уже писал здесь как-то, про другую его книгу, «Сердце Пармы». «Географ...» выглядит как бы логичным продолжением «Сердца...», хотя и написан на восемь лет раньше. Когда персонажи попадают на гору Семичеловечью, и Служкин говорит о живших здесь, среди капищ и лесов, древних племенах, сразу встают перед глазами образы из «Сердца...» — дымы становищ над глухой пармой, крики вогулов в ельнике, вбитые в стволы деревьев тамги... В общем, если хотите ознакомиться с творчеством Иванова, то начинайте с «Сердца Пармы», а продолжайте «Географом...» Необыкновенные ощущения гарантированы. Уже здесь, в «Географе...», прослеживается сложная задумка автора, который постарался между строк передать преемственность времён и поколений, горечь нашей с вами сложной человеческой жизни. Это видно и в стихах сочинения Иванова, которые он вложил в уста своего героя Служкина. В качестве окончания поста приведу их здесь (это уже превращается в традицию):

«Снежная, таёжная
станция Валёжная.
Тихо-неприметная, сонно-предрассветная.
Небеса зеркальные, а леса хрустальные.
Из снегов серебряных
Подымалось медленно
От мороза красное
Солнце над тайгой.
Снегопады белые,
Что же вы наделали?
Мне бродить до полночи
В тишине такой.
Над землёю снежною темнота безбрежная.
Тонкий месяц светится, а над ним Медведица.
Синевой охвачена, ветром разлохмачена.

Станция Валёжная,
Ты судьба дорожная:
Приезжаешь — радуйся,
Уезжаешь — плачь.
Скоро поезд тронется,
Взмоет ветра конница,
И над косогорами
Понесётся вскачь.»

UPD. Кстати, рецензиям в интернете не верьте. Каждый воспринимает книгу по-разному. Она не зря поделена на три части. Первая часть — какая-то постсоветская трагикомедия, намеренный фарс с вышеописанной мной Санта-Барбарой. Вторая — уже куда более проникновенный и вдумчивый текст-размышление о жизни, насыщенный теми самыми описаниями природы. Третья — чистейший шедевр о роли человека во Вселенной, спрятанный под обложкой описания школьного турпохода Географа с его учениками.

Фильм с Хабенским хорош, но книга лучше. Читайте книгу.