Детство в девяностых // Зимой у бабушки⁠⁠

Для меня вкус детства — это хрустящая корочка белого хлеба, стакан деревенского молока и дымящаяся тарелка лапши со вкусом курицы. Плюс, играющая на фоне синтезаторная мелодия из "Бангкок Хилтон" — который мы смотрели вместе с бабушкой.

Она жила в частном секторе. В построенном ее отцом доме. Запомнились зимние субботы, которые я часто проводил у нее. С черно-белым телевизором и обязательным субботним "Что? Где? Когда?" после бани и ужина.

И с докрасна протопленной угольной печкой — под завывание метели при -30 градусах.

На фото ниже бабушка — справа. Учитель математики в сельской школе, вышедшая на пенсию — занимающаяся огородом и регулярно ведущая дневник погоды. Мне она привила любовь к числам — еще к чтению.

Она выписывала газеты "За коммунизм!" и "Комсомольская Правда", внимательно прочитывала каждую и даже делала вырезки. Забросив занятие в девяностые, так как категоризировать мир привычными ей средствами стало невозможно.

Для меня эти зимние вечера были возвращением в самое раннее детство, в мягкие тона 80-х. В понятный линейный мир бытовых сложностей и дефицита в магазинах. Выкручивались. Яркие и свободные 90-е выбили бабушку из колеи. Мир рухнул.

Ее дом навсегда остался в моей памяти солнечным местом, где все по правилам и по расписанию — от чего спокойно и легко. Утром завтрак под "Дежурную аптеку", днем занятия уроками, развивающими играми или конструктором, в пять часов — ".. до 16 и старше" и "Элен и ребята".

Бабушка не обсуждала политику, Ельцина, ГКЧП, МММ и прочие современные вещи. Она держалась за понятное прошлое — отказываясь от телефона и теплого туалета в доме даже в конце 1990-х.

Детство кончилось, когда она умерла в 2002.