Давненько мне не приходилось разбирать творчество откровенной нацистки Марии Ефремовой, но тут мне на глаза попалась одна её статья, о прекрасной жизни рабочих и крестьян в Российской империи, которая была написана в стиле Бориса Корчевникова. В этой своей статейке, Маша в духе царебожника Бори, пыталась доказать, что рабочие и крестьяне в Российской империи жили прекрасно, но тут внезапно, конечно же появились ЕВРЕИ большевики, устроили революцию и все испортили.

И да, о том что рабочие и крестьяне, жили в Российской империи жили прекрасно, Мария пытается доказать, при помощи постановочных фотографий. Часто такие фото делали для этнографических альбомов, почтовых открыток или публикаций, которые должны были показать «народный дух», самобытность, «красивый традиционный уклад».

Задача была не документировать повседневные тяготы, а создать привлекательный образ. Например, Сергей Прокудин-Горский в своих экспедициях стремился запечатлеть живописные, «типично русские» сцены — семьи в нарядной одежде, людей на фоне природы, что формировало романтизированный образ.

Иногда в кадр намеренно включали детали, подчёркивающие «благополучие»: аккуратную избу, достаточный инвентарь, праздничную одежду. Это могло создавать ложное впечатление, что так жили все, хотя в реальности рядом существовали и совсем другие, гораздо более тяжёлые условия.

И судить о жизни всех крестьян и рабочих по постановочным фотографиям, это то же самое что судить о жизни всех россиян, по фотографиям некоторых ноунеймов, которые взяв костюм и туфли напрокат, сфотографировались рядом с дорогущей машиной Бентли. Но Машу кстати это не останавливает, и она на основе нескольких фотографий, считает что в Российской империи так жили буквально все рабочие и крестьяне, хотя существует большое количество различных фото, где все выглядит не все так дорого и богато.

К тому же кроме фотографий имеются масса разных свидетельств, о том что рабочие в Российской империи жили мягко так сказать неважно. Например трудная жизнь рабочих описана в очерках Гиляровского.

Большинство рабочих Российской империи жило в крайне стеснённых условиях. Распространённым вариантом были фабричные казармы — длинные полутёмные помещения с нарами в несколько ярусов. В таких каморках часто не хватало места, санитарные условия были ужасными: грязь, сырость, насекомые. Многие снимали «каморки» или койки в сырых, полуподвальных помещениях.

У тех рабочих, кто предпочитал жизни в фабричных казармах проживание в частных домах, условия были не лучше: спать приходилось на полу, порой даже без подстилки.

Схожую картину рисует очерк по истории Городищенской отделочной фабрики. Здесь в трехэтажных казармах жили 60% рабочих. Вдоль плохо освещенных коридоров располагался ряд коморок с деревянными перегородками. Грязь, помои, клопы и тараканы, запах детских пеленок, пота, гнилых продуктов – вот непременные атрибуты переполненных жильцами помещений. За порядком в казармах следили смотрители (хожалые казарм), нагло вмешивающиеся в личную жизнь рабочих.

Для тех, кто приведенные выше данные сочтет необъективными, расценив их как плод советской пропаганды, приведу данные санитарных исследований фабричных заведений Вязниковского уезда 1884 года. Тут уж большевиков в подлоге не упрекнешь. Исследования рисуют чудовищную картину: на четырех крупнейших фабриках города объем жилого пространства, приходящегося на одного рабочего, насчитывал от 0.75 до 1.12 кубических саженей. Кубическая сажень равна примерно 9.7 метрам кубическим. Это немыслимо мало: представьте, что вам для проживания выделили кубическое помещение со стороной примерно в 2 метра, и вы поймете, каково приходилось рабочим. В помещениях проживало одновременно 5-10 человек.

Относительно нормальное состояние воздуха поддерживалось русской печкой и форточками, но при этом температура в каморках в среднем колебалась от 14 до 18 градусов, а влажность могла доходить до 90%! Учитывая, что в жилых помещениях отсутствовали санитарные удобства, а в подавляющем большинстве случаев при фабрике отсутствовала даже баня, остается только гадать, каким образом рабочие должны были поддерживать хотя бы чистоту тела. Что характерно, комиссия, проводившая санитарное исследование, признала такую ситуацию типичной для большинства предприятий.

Крестьяне по большей части жили ничуть не лучше. Русские крестьяне были весьма непритязательными в домашнем обиходе. Постороннего человека, прежде всего, поражал аскетизм внутреннего убранства. Крестьянская изба конца XIX века мало чем отличалась от сельского жилища века предыдущего. Большую часть комнаты занимала печь, служащая, как для обогрева, так и для приготовления пищи. Большинство крестьянских изб топились "по-черному".

В 1892 году в селе Кобельке Богоявленской волости Тамбовской губернии из 533 дворов 442 отапливались "по-черному" и 91 "по-белому" - т.е. лишь 17% домов топились "по-белому"! По мнению доктора медицины В.И. Никольского, обследовавшего медицинского и санитарное состояние жителей Тамбовского уезда, на каждого члена семьи, состоящей из семи человек, приходилось 21,4 аршина воздуха, что было недостаточно. В зимнее время воздух в избах переполнен миазмами и чрезвычайно сильно нагрет.

Санитарное состояние крестьянского жилища зависело, прежде всего, от характера полового покрытия. Если пол имел деревянное покрытие, то и в избе было значительно чище. В домах с земляными полами их застилали соломой. Солома служила универсальным покрытием для пола в крестьянской избе. На нее дети и больные члены семьи отправляли свои естественные надобности, и ее, по мере загрязнения, периодически меняли. О санитарных требованиях русские крестьяне имели смутное представление.

Полы, в большинстве своем земляные, служили источником грязи, пыли и сырости. Зимой в избах содержался молодняк - телята и ягнята, следовательно, о какой-либо опрятности не могло быть и речи.

В отчете в Этнографический фонд за 1898 год, так описал состояние жилища местных крестьян. «Изба служит и кухней, и спальней, и скотней, где живут куры, часто телята и ягнята иногда даже коровы, особенно больные, а пол моется раз в год. … В избе постоянно такой специфический запах, который свежего человека может легко довести до тошноты и вперед не позволит зайти в крестьянскую избу».

Схожее суждение о санитарном состоянии крестьянского жилища содержится в исследовании А.И. Орглерта: «В хатах зимой помещается молодые телята, приплод от овец и поросят, которые пропитывают земляной пол мочей и извержениями, делая атмосферу крестьянского жилища ниже всякой критики». Приверженность крестьян к традиционному типу жилища и функциональному назначению его помещений представители просвещенно общества усматривали в присущем жителям села консерватизме.

Сельский священник в своей статье сетовал: «Сколько вы, например, ни рассказывайте мужичку, даже богатому, о пользе для здоровья чистого воздуха в избах зимой, как ни убеждайте его о необходимости вентиляций, о больших окнах, о высоких потолках, он все же будет верно думать: «Все равно телята и ягнята загрязнят и продушат избу».

Чистота сельской избы зависела от частоты и качество уборки помещения. Дом крестьянки мели два раза в день, утром и вечером. Правда, в страдную пору уборку производили значительно реже. Полы в крестьянских избах, как правило, мыли перед двунадесятыми или престольными праздниками, т.е. не чаще, чем один – два раз в месяц. Обязательным являлась генеральная уборка перед Пасхой, в ходе которой только скребли полы, но и очищали от грязи стены, потолок, мыли столы и лавки.

В качестве средства очищения поверхностей от грязи в русском селе использовали речной песок. В каждой избе был стол и лавки вдоль стен. Иная мебель практически отсутствовала. Не во всех семьях имелись скамейки и табуретки. Спали обычно зимой на печах, летом на полатях. Чтобы было не так жестко, стелили солому, которую накрывали дерюгой.

О чистоте постелей в сельских избах можно говорить только относительно. Часто постелью служил «соломенник», т.е. мешок набитый ржаной или яровой соломой. Солома эта не менялась иногда по целому году, в нее набиралась масса пыли и грязи, заводились клопы8. Почти не было постельного белья, лишь подушки иногда одевались в наволочки, да не всегда были подушки. Простыню заменяло рядно, домотканая подстилка, а одеяло не знало никаких пододеяльников.

Не было в сельском быту и надлежащей гигиены питания. Пищу в крестьянских семьях, как правило, употребляли из общей посуды, столовых приборов практически не знали, пили из кружек по очереди. Посуду крестьяне после приема пищи не мыли, а только ополаскивали ее в холодной воде и ставили на место. Настоящим образом посуда мылась не более одного - двух раз в год.

...А в ряде сел и уборных не было. Так в воронежских селах отхожих мест не устраивали, а "человеческие экскременты были рассеяны по полям, на дворах, задворках и пожирались свиньями, собаками, курами".

Этнографические источники конца XX века содержат сведения о наличии в крестьянских избах вредных насекомых: тараканов, клопов, блох. Можно сделать вывод о том, что они являлись неизменными спутниками сельского быта. Головная вошь - обычный спутник всего населения; особенно их много водится на детях. Бабы в свободное время "ищут друг у друга в голове". Мать, лаская своего ребенка, непременно, хотя слегка поищет в его волосах паразитов. В путевых заметках А.Н. Минха, находим следующее наблюдение автора о любимом занятии крестьянок одного из сел: "Баба деревянным гребнем, употребляемым для расчески льна, роется в голове другой, а частое щелканье доказывает изобилие насекомым в волосах наших русских женщин".

Отсутствие личной гигиены являлось причиной распространение большинства инфекционных заболеваний в русском селе. Исследователь дореволюционной поры Н. Бржеский на основе изучения быта крестьян черноземных губерний пришел к выводу о том, что «плохое качество воды и решительное равнодушие к содержанию себя в чистоте становится причиной распространения заразных заболеваний».

Да и могло ли быть иначе, когда ели из одной миски, пили из одной кружки, утирались одним полотенцем, пользовались чужим бельем. Объясняя причину широкого распространения сифилиса в деревне, врач Г. Герценштейн указывал, что «болезнь распространяется не половым путем, а передается при повседневных общежительских отношениях здоровых и больных членов семьи, соседей и захожих людей. Общая миска, ложка, невинный поцелуй ребенка распространяли заразу все дальше и дальше …».

Большинство исследователей, как прошлого, так и настоящего солидарны в том, что основной формой заражения и распространения сифилиса в русском селе являлась бытовая, вследствие несоблюдения населением элементарных правил гигиены.

Это же являлось причиной большинства заболеваний половой сферы сельских женщин. По наблюдениям земских врачей, количество гинекологических больных в селе резко возрастало в жаркую летнюю погоду. Причина тому – отсутствие гигиены в страдную пору по причине постоянного присутствия мужчин. Необходимой чистоплотности не было и зимой.

В тесных избах мужчины и женщины проводили большую часть времени вместе, и бабы опять же не имели возможности приводить себя в надлежащий порядок. Да и само состояние крестьянского жилища создавало благоприятную атмосферу для развития различных патогенных микробов.

Современного исследователя не может не поражать то безразличие, с которым сельские бабы относились к своему здоровью. Женские хвори обнаруживали, как правило, на стадии обострения или в хронической форме. Крестьянки порой просто не замечали выделений (белей) по причине грязного платья. Свою роль играло и невежество селянок.

Некоторые бабы в Орловской губернии лечиться у докторов от женских болезней считали за великий конфуз: «бабе свое нутро перед людьми выворачивать зазорно». Когда такой пациентке доктор предлагал осмотреть ее, та стремительно убегала из больницы и старалась скрыть от всех слова доктора, чтобы потом не заслужить упрека от баб: «тебя давно все оглядели».

Ну это как жили рабочие и крестьяне в реальности, а теперь давайте посмотрим как жили рабочие и крестьяне по версии Марии. Итак, она берет современную фотографию терема и пишет: "Это отреставрированный уже в наше время терем крестьянина Мартьяна Сазонова в Асташово (Костромская обл.) Построен был в 1897 году. Хороший такой домик у крестьянской семьи. Поражает не только большая площадь, но и необыкновенная красота, ажурная резьба по дереву, выполненная в русских традициях. Таких сохранившихся теремов крестьян и купцов в России много, некоторые из них восстановлены энтузиастами и превращены в отели-музеи."

То есть, на основе этого терема, Мария делает вывод, что в таких вот теремах жили все крестьяне Российской империи? Серьезно? Особенно смешно у Марии получилось про терем "крестьянина" Мартьяна Сазонова, который был построен по эскизу архитектора Ивана Ропета. С хозяйственными постройками, резной беседкой, садом, липовой аллеей, и прудами. Мартьян Сазонов был отходник, который с 20 лет жил и работал в г. Санкт-Петербурге в течение 34 лет. И таких вот "крестьянских" теремов, по России не так уж и много.

Далее Маша выкладывает вот эту фотографию и пишет: "А это простая крестьянская семья Российской империи. Даже у детей кожаные сапоги, а не лапти. А не так давно один известный товарищ заявил, что в СССР только галоши выпускали и, видимо, все советские люди только в них и ходили, а для фото где-то брали сапоги и туфли."

То есть, она на основе одной фотографии делает вывод, что в Российской империи так одевались все крестьяне, и у буквально у всех, включая детей были свои сапоги. Интересно что бы она написала, если бы увидела фотографии, где сапоги имеются не у всех, да и крестьяне одеты не в лучшие праздничные одежды?

Ложкарное производство. Отделка ложечного черенка. 1897 год

Вот например одна фотография Максима Дмитриева. Как нетрудно заметить, одежда у крестьян не самая нарядная, обуты кто во что горазд, при этом сапоги имеются не у всех. Да и нарядных теремов от лучших архитекторов, тоже как то не больно таки заметно.

Ну или вот еще одна фотография, крестьянина с сыновьями. Как нетрудно заметить, одеты они не лучшим образом, что касается обувки, то даже лаптей на них не заметно. На основе этой фотографии сделаем вывод что все крестьяне Российской империи вообще ходили босыми, и одевались в рванину? Нет, одевались и обувались крестьяне вообще то по разному.

При этом был чёткий разрыв между будничным и праздничным гардеробом. В будни носили самое простое, из домотканых тканей. А для праздников шили или покупали вещи из более ярких, дорогих материалов (кумач, ситец, плис), добавляли вышивку, ленты, бисер. Зажиточные крестьяне могли позволить себе покупные ткани и более сложные фасоны, тогда как бедные семьи шили почти всё сами.

Со временем, особенно к концу XIX — началу XX века, в деревню понемногу проникали городские веяния: некоторые зажиточные крестьяне (особенно те, кто ездил в город на заработки) начинали носить более современные вещи — костюмы-тройки, «парочки» (сочетание юбки и жакета).

Что касается сапог, для большинства крестьян сапоги долгое время оставались роскошью. Главной повседневной обувью были лапти. Их плели из лыка (липового, вязового, ивового), бересты или пеньки. К лаптям обязательно надевали онучи (портянки) — полосы ткани, которыми обматывали ногу, а затем фиксировали всё это лыковыми шнурками (оборами). Лапти были практичны, материал для них в деревне обычно был под рукой, и они обходились гораздо дешевле кожаной обуви. Правда, служили они недолго: в рабочую пору крестьянин мог стаптать пару за несколько дней.

Сапоги же крестьяне чаще берегли для особых случаев: праздников, свадеб, важных поездок. Историки отмечают: для мужика сапоги были предметом особой симпатии — их приобретение становилось событием. Иногда сапоги передавали по наследству или покупали вскладчину.

Но это ладно, давайте посмотрим что же рассказывает Мария о жизни крестьян и рабочих в царской России: "С лаптями и колошами разобрались. А как же жил рабочий класс? В начале ХХ века Российская империя была сильнейшей индустриальной державой с развитой промышленностью и экономикой. По-настоящему масштабную индустриализацию в России начал именно Николай II. Приведём несколько примеров и посмотрим на фото рабочих царской России."

Стоп, как это разобрались? А где рассказ о жизни крестьян в царской России? Где рассказ о жизни рабочих в Российской империи? Статья Марии называется "Как жили рабочие и крестьяне в царской России", а не "Промышленность Российской империи по данным Бориса Корчевникова".

Почему вместо рассказа о жизни рабочих и крестьян, идут какие то лозунги в духе Бори Корчевникова, про сильнейшую промышленность в мире и индустриализацию, которую начал Николай второй? Как связана жизнь рабочих, с тем что Маша написала?

А где роль других правителей России, или они никакой индустриализации не проводили? Ну вообще индустриализация в России шла и раньше. При Николае I начали вытеснять крепостной труд, развивались текстильная и сахарная отрасли, появилась собственная машиностроительная база. При Александре II развернулось масштабное железнодорожное строительство, возникли крупные заводы — Путиловский, Обуховский, Коломенский, Сормовский. Почему все монархисты, прославляют только Николая Второго?

И опять же, а где в статье у Маши про жизнь рабочих? А нигде, она опять взяла несколько фотографий, и отсюда сделала вывод, что так жили абсолютно все. Выложив несколько фотографий, она приводит малую толику из биографий Хрущева и Косыгина, после чего принимается писать о промышленности Российской империи. И при прочтении дальнейшего текста, у меня сложилось впечатление, что статьи Борису Кочевникову и Марии Ефремовой писал один единственный автор. В Статье под авторством Маши пишется:

Развитие промышленности, как и строительство Транссибирской магистрали, началось еще при Александре III. Также семимильными шагами в Российской империи развивались паровозостроение и вагоностроение. К 1910-му году работало 19 заводов, где производились вагоны. С 1898 по 1917 г. заводы России построили 16064 паровоза. В период 1875–1880 гг было построено свыше 36 тысяч товарных вагонов. В 1900-м году было построено 24 162 вагона, но в результате кризиса производство в последующие годы снизилось. Уже в 1915-м году выпуск одних только товарных вагонов вырос до 36525 единиц. Общая протяженность железных дорог в 1917-м году была более 70 тыс. км. Это первое место в Европе и второе в мире (после США). При этом в 1891-м году протяженность была 27200 км, в 1900-м 44900 км, в 1913-м 58500 км.

Были основаны целые новые отрасли промышленности. Из всех современных сфер промышленности, только разве что электронная и космическая промышленность были основаны в СССР. Российская империя начала собственный выпуск различных бронемашин (прообразов танков), в основном на Ижорском и Путиловском заводах, а также совсем небольшими партиями на заводе Руссо-Балт и независимыми конструкторами. Всего было выпущено около 150–160 бронемашин (не считая перебронированных английских бронеавтомобилей “Остин”) с 1914 по 1918-й годы, что относительно немного, но для отрасли которая только появилась, очень неплохо.

В 1900-е началось производство собственных автомобилей, в небольшом количестве, но самобытных. В 1913-м году во всей Империи было 10 тысяч автомобилей, из них собственного производства намного меньше. Автомобилей, собранных на заводе Руссо-Балт — всего за время своей работы (1909–1917) — было около 600 штук. Помимо Руссо-Балта существовали десятки более мелких фирм.

Было с нуля основано авиастроение. Самолёты зачастую выпускались уникальных конструкций, среди которых первый в мире тяжёлый многомоторный бомбардировщик “Илья Муромец” — с 1913-го по 1917-й их было построено 76 единиц. С 1915-го по 1917-й год было построено 183 самолета М-5 Григоровича. Всего же только в годы первой мировой войны Военному Ведомству было сдано 1569 самолётов и гидропланов. К 1917-му году в России действовало 15 самолетостроительных и 6 моторостроительных производств, которые выпустили около 5600 единиц авиации, включая образцы по европейским лицензиям. При этом в 1913-м году таких производств было всего 6 небольших заводиков и мастерских.

С нуля появилось производство подводных лодок. По подводным лодкам цифры такие: тип “Касатка” с 1904 по 1905-й 6 единиц, с 1912-го по 1917-й 24 единицы типа “Барс”, с 1911-го по 1915-й 3 единицы типа “ Морж”, в 1904–1907 гг 6 единиц типа “Сом”, с 1905 по 1908й 4 единицы типа “Кайман”, с 1911 по 1915-й 3 единицы типа “Нарвал”. Это не считая индивидуальных проектов: Дельфин (1902), Кета (1905), Почтовый (1906), Минога (1908), Акула (1909), Краб (1912), наконец, 3 единицы типа 27-В. Итого с 1902 по 1917-й годы в Империи было построено не менее 55 подводных лодок.

Значительный прирост произошел в производстве и добыче чугуна, угля, стали и железа, нефти. С 1887 по 1913-й годы чугуна с 36 млн пудов до 283 млн; угля с 276 млн до 2215 млн пудов; стали и железа с 35,5 млн до 246,5 млн; нефти с 155 млн до 561 млн. Быстро росла добыча цветных металлов. Добыча только меди с 1906 по 1913-й годы выросла на 380%.

Стоп. А это точно статья Марии Ефремовой, а не Бориса Корчевникова? Я ничего случайно не перепутал? Специально посмотрел на названия канала, оказалось что это действительно статья Марии Ефремовой. Удивительно, как же это разные по сути люди, пишут так похоже. И это притом, что эта Мария недолюбливает Бориса, из за его еврейского происхождения, но при этом пишет точно так же как и он.

И то что с такими фантазиями по поводу процветающей, промышленно развитой Империи, населённой рабочими и крестьянами в кожаной обуви, ей надо выступать дуэтом с Борисом Корчевниковым, заметили и другие люди, прочитавшие её опус.

Всю писанину Маши, насчет процветающей промышленности Российской империи я разбирать не буду, отмечу только некоторые так сказать детали. Начнем с Руссо-Балта, который поначалу являлся филиалом немецко-голландской фирмы «Van der Zypen und Charlier», которая производила железнодорожные вагоны. В 1874 году дочернее предприятие преобразовали в АО «Русско-Балтийский вагонный завод».

Мощности производства доходили до 5513 товарных и 219 пассажирских вагонов в год. Однако после русско-японской войны (1904-1905 гг.) число заказов упало, и часть мощностей завода начала простаивать. Предприятию нужно было искать новые пути развития и новые рынки. В результате этого по инициативе председателя правления М. В. Шидловского было решено начать производство автомобилей.

Заводу нужны были толковые инженеры, поэтому руководство прибегло к нехитрому плану — переманить к себе швейцарца Жюльена Поттера, работавшего в Бельгии на автомобильном концерне «Fondu» и спроектировавшего там 6 автомобилей.

Жюльен Поттер имел свои конструктивные наработки, которые он набросал еще в Бельгии, поэтому автомобили фирмы «Fondu» считаются прототипами первых машин «Руссо-Балта». Например, шасси разрабатываемого авто практически полностью было позаимствовано у бельгийских моделей. Что касается конструкции двигателя, то она мало чем отличался от большинства конструкций моторов того времени. Уже через год ворота РБВЗ покинула первая партия автомобилей.

Всего было выпущено не более 1000 автомобилей. Некоторые из них находились в составе спецгаража, обслуживавшего царскую семью, другие машины приобретали родственники императора — великие князья и княгини. На «Руссо-Балтах» ездили энтузиасты автомобилестроения и богатейшие русские купцы.

Невзирая на хорошие перспективы автомобилей «Руссо-Балт», платежеспособность населения была низкая, производство РБВЗ держалось на плаву в годы Первой мировой войны в основном за счет военных заказов. Как правило, модели рижского завода становились штабными машинами и автомобилями для эвакуации раненых. Кроме того, на шасси «Руссо-Балта» во время войны запустили производство настоящих броневиков, часть из которых собиралась и на других заводах страны.

Теперь переходим к бронеавтомобилям. Да, бронеавтомобили строились в Российской империи, например было выпущено аж восемь бронеавтомобилей «Руссо-Балт тип С». Уже 12 октября сформированную 1-ю автомобильную пулемётную роту (в составе которой и были эти восемь броневиков, а также один «Маннесманн-Мулаг» и небронированные грузовики) осмотрел император Николай II в Царском Селе. А 16 октября, после напутственного молебна, рота отправилась на фронт.

Или был проект бронеавтомобиля разработанного офицером русской армии Накашидзе с использованием базы автомобиля французской фирмы «Charron». Всего за период с 1905 по 1908 на фирме Charron по заказу российского Военного ведомства по чертежам Накашидзе было построено не менее 13 бронеавтомобилей, часть из которых была доставлена в Россию. В боях Первой мировой войны не применялись.

Так же существовал проект броневика разработанный штабс-капитаном В. А. Мгебровым, который по сути является глубокой модернизацией заднеприводного бронеавтомобиля французской фирмы Renault. В проекте активно использовалось расположение бронелистов под рациональными углами наклона. Всего было построено 11 экземпляров в двух модификациях.

Только вот основной костяк бронеавтомобилей, который использовались русской армии в Первую мировую войну был импортным. Например импортный пулемётный бронеавтомобиль производства фирмы Austin (Великобритания). Разработан по заказу российского Военного ведомства.

Русской Императорской армии было поставлено 168 машин в рамках трёх серий, при этом большая часть автомобилей I серии была полностью перебронирована в России. Составляя основу броневых частей русской армии, бронеавтомобили «Остин» активно применялись Русской Императорской армией в ходе Первой мировой войны.

Теперь вкратце пробежимся по авиации. Значительную часть из этих 5600 составляли самолёты, собранные по иностранным лицензиям — французские «Фарманы», «Ньюпоры», «Блерио». Собственные, полностью оригинальные российские конструкции (вроде «Ильи Муромца» Сикорского или летающих лодок М-5 Григоровича) тоже были, но в общей массе они не доминировали.

Ключевой проблемой было производство авиадвигателей. Своих моторов не хватало, и их активно закупали за границей (прежде всего во Франции). Без этих импортных компонентов сборка самолётов в таких объёмах была бы невозможна.

Теперь вкратце пробежимся по подводным лодкам, и тут мы внезапно выясняем, что процесс был начат не с нуля, не при царствовании Николая. Работы над подводными судами в России велись и раньше. Ещё в 1834 году Карл Шильдер создал цельнометаллическую субмарину. Позже Степан Джевецкий разработал несколько проектов, и в 1881 году казна даже заказала ему серию из 50 лодок (часть построили в России, часть — во Франции). Были и другие попытки — например, лодка Ивана Александровского в 1860-х годах. То есть техническая база и отдельные наработки уже существовали.

Что же касается подводного флота при Николае Втором, то суммарно в состав флота ввели около 73 подводных лодок. При этом картина была смешанной: часть судов строили по отечественным проектам (Бубнов, Джевецкий, Налетов — например, «Краб»); другую часть — по зарубежным чертежам (проекты Голланда, Лэка), но с существенными российскими доработками прямо на наших заводах; ещё часть приобретали за границей.

Остальное я пожалуй разбирать не буду, тем более что мне интересно, а напишет ли Мария хоть что ни будь про жизнь рабочих и крестьян в царской России. Так вот, могу сразу же сказать что не напишет. Она опять же приведет несколько фотографий и напишет :

"Еще раз посмотрим на тружеников села. Посмотрите, как хорошо одеты и обуты крестьяне в Российской империи. Одежда на детях по размеру, а не на вырост. Хотите сказать, что для фото они надели самые лучшие, праздничные наряды? Так чтобы надеть праздничную одежду, нужно её иметь. В начале ХХ века нельзя было взять на прокат и сделать фото для понтов — это ж вам не современные блогеры, а настоящие люди."

На самом деле взять что-то напрокат для фото и сделать снимок «для понтов» в начале XX века было можно .Например в фотоателье часто предлагали дополнительные услуги: можно было взять напрокат костюм, аксессуары (шляпу, трость, веер), элементы декора или даже муляжи подарков для композиции кадра. Фотограф помогал собрать образ — человек надевал то, что подчёркивало статус или соответствовало желаемому сюжету (например, военный мундир, нарядный костюм для семейного портрета). Так что «понты» в виде эффектного образа для снимка вполне реализовывались через такой прокат. При этом заметно, что некоторые фотографии, которые приводит Мария в своей статье, сделаны как раз что в фотоателье.

Так и не рассказав о жизни рабочих и крестьян в Российской империи, Мария перескакивает на голод, а потом на свою излюбленную тему, кровавых большевиках, разумеется евреях, которые уничтожили "десятки миллионов русских". А так как я по большей части уже разбирал, как эта Мария в евреи записывает всех подряд, то на этом можно и останавливаться, тем более что ничего о жизни рабочих и крестьян в статье "Как жили рабочие и крестьяне в царской России", я так и не увидел. Хотя, может быть, когда ни будь я отдельно разберу список Марии, и посмотрю, а все ли из списка являются евреями.