И это только сегодня. В остальные дни всё ещё хуже. Если кто-то не знал, то мы теперь не можем просто так оставить ребенка на второй год, если родитель не согласен. Максимум индивидуальный план. Ставить много двоек никак, все двойки за четверть и за год на согласование. Даже если ребенок вообще забил на учебу. Есть ислюключения, но они очень редкие. В основном оставляют два-три предмета, по остальным рисуют тройки. Количество отчётов по школе, классу. Их снизили, правда. Но вместо них мы теперь проходим опросы. Просто куча всяких опросов. Олимпиады на учи.ру, мониторинг питания, культура речи, олимпиады и зачёты по финграмотности, этнодиктанты. Это практически ежедневно и нужно выдать 90% от класса. Помимо этого мы должны отслеживать деструктивных учеников, работать с ними постоянно. Мне не повезло, у меня в классе таких 6 человек, один из них уже дважды оставался на второй год. Сейчас мы его просто тянем до 9 класса, рисуем оценки, лишь бы выпустить и забыть. Эта честь оказалась моя. Плюс полный спектр работ с такими учениками: посещение семьи, совет профилактики, беседы с учеником , с родителями, постоянный контакт с родителем о его передвижениях. Потом сюда же в копилку обязанностей добавляем работу с классным коллективом: классные часы, внеурочка, профориентация, выезды, гребаная пушкинская карта, какие-то мероприятия. А ещё нужно заполнить журналы, сделать рабочие программы, так как не все официальные. И ещё у меня несколько детей на домашнем обучении. Просто полный завал работы, постоянно. Даже если мне будут платить много денег, я все равно уйду. Потому что я как учитель уже давно не имею авторитета, его убила реформа образования и родители с детьми, у которых есть права. У учителя прав нет давно. Даже все эти громкие заявления о статусе учителя ничего не дадут. Ещё год назад выпустили закон, запрещающий использовать телефоны на уроках. И никакой системы наказаний за это нет. Дети дальше продолжают в них сидеть, отбирать личные вещи учителя тоже не могут. Корочки и бесплатный проход в музей, все что нам дали. И в эти музеи нас буду гнать постоянно, чтобы 100% учителей было озвучено данной "мерой поддержки". А я после работы не хочу ни в какой музей. Я домой хочу, к семье. Я уже молчу о том, что нам, учителям, тоже психологические меры поддержки бы не помешали. С такой нагрузкой и отношением тоже порой хочется выйти в окно. Но мы не можем, олимпиада "Безопасные дороги" сама себя не пройдет.

У меня самого, когда родился ребёнок, это был удар по финансам. Мы из среднего класса стали буквально нищими: одежда, питание, игрушки, лекарства — всё дорожает и дорожает. Жена не может работать, потому что ребёнок периодически болеет. Моей зарплаты хватает на существование и едва закрывает базовые потребности.

И мне ещё повезло: досталась в наследство двушка в 40 квадратов. Куда тут рожать больше? Это не деревня — это город. Нельзя, как раньше, пойти нарубить деревьев и построить дом: дерево дорого, земля дорого. И скотину сейчас не вырастишь — завтра могут прийти и изъять, сказать, что она чем-то болеет, и выдать копеечную компенсацию. Такие случаи были и в девяностые, и сейчас. Народ не дурак. И тоже многое понимает, делает выводы. И подстраивается под текущую систему. Можно взять ипотеку, но раньше её гасили за 10–15 лет, а сейчас я считал — чтобы расшириться, мне придётся платить 30 лет. И я не знаю, что будет завтра. Это какие-то запредельные риски. А помощи ждать не от кого: родители будут работать, потому что пенсионный возраст подняли, а через пять лет, вполне возможно, и эти нищенские пенсии отменят.

Но знаешь, у кого по двое-трое детей? У тех, кому родители помогли с покупкой квартиры. Я смотрю на знакомых, которым родители помогли вселиться в двух-трёхкомнатную квартиру и выплатить ипотеку. Кто в 30 лет был уже обеспечен своим жильём и не имел ни ипотек, ни кредитов — те внезапно заводят детей. Вот это шок-новость.

А ещё расскажу про многодетные семьи, которые я видел. Одна семья — алкоголики, у них было семеро детей. Четверо умерло: один повесился, другого зарезали, третий подсел на наркотики, четвёртый заболел и умер. Трое выжили. Одна отказывается от детей, потому что не хочет похожей судьбы. Другие завели по ребёнку и сказали: «Хватит, мы в детстве с детьми нанянчились, будем жить для себя».

Поэтому когда я читаю подобные высеры — про то, что «народ опять не такой», «посмотрите на Азию, на нищету, которая рожает» — мне хочется сказать автору: сходи поешь говна. Задолбали.