asaditusi

- Да, в принципе ничего, только с инструментом беда.

- Как так - беда?

- Ну нету инструмента, робы нет, нихера нет.

- Нука, бля, пойдём!

Пошли с этим чуваком к Диме. Заходим. Незнакомец сходу Диме.

- Ты заебал уже! Где инструмент? Я покупал всё! Где, бля?

Дима такой:

- Так он у меня под замком лежит, чтоб не распиздили!

Хрен в спецовке:

- Выдай всё что купили и робу выдай сварному(мне). Распиздят - еще купим! Куркуль хуев. Людям работать нечем, а он всё попрятал, чтоб не распиздили!

Короче так я получил некоторый геморрой с непосредственным начальником, за то познакомился с начальником базы.

Отработал я там полтора месяца а потом ушел на место, которого ждал. Каждый вечер сдавали инструмент начальнику, каждое утро получали - но так лучше, чем вообще без нихуя работать.

Одним прекрасным февральским пятничным вечером возвернулся я домой, купив по дороге пузырь водовки и немудрящей закуски. Переоделся и пошел кормить Акбарушку. Пока кобель жрал, утробно порыкивая от удовольствия и шумно пил из ведра, я убирал хавоз насранный в углу квадрата вытоптанного в снегу, путём перекидывания его через забор в овраг.

И вот Акбар трапезу закончил, я отцепил его от цепи, зацепил брезентовую шлейку, длинной метра три, сделанную из брезентовой стропы.

Свой конец стропы, по привычке, намотал на руку и медленным аллюром мы с Акбарычем выскочили со двора и потрусили за околицу - там был пустынный квадрат размерами, примерно, два на два км.

Добежав до пустыря, кобель был отпущен на побегать с поводка, а я стоял возле единственного дерева, курил, изредка, когда, Акбарыч подбегал, кидал ему палку в снег подальше и наблюдая, как Акбароид изображал подснежную торпеду, ну или крота, взрывая снежный покров, мчится к заветной цели.

Через, примерно, часа полтора, почувствовав, что замерзаю, зову Акбара, цепляю шлейку и далее флегматически изображая степенность, мы следуем в сторону родного дома.

Таково было наше расписание. Всегда. Но не в этот раз.

На часах время половина 12-го ночи. Щас приду, накачу под телеканал МТV(тогда его еще можно было смотреть), завтра выходной, ленивая стирка, уборка, готовка - так думал я.

На подходе к околице, сквозь сладкие грёзы, чувствую резкий рывок и незабываемое чувство полёта. Мордой в сугроб. С дальнейшим изображением из себя хвоста снежного удава. Не могу сказать сколько продолжалось ЭТО. Перепахал я знатно всё поле. В один момент, поняв, что больше я не двигаюсь, встаю на ноги, пытаясь одновременно выплюнуть снег из носа и рта, одновременно выковыривая его из-за шиворота, из-за пазухи, штанов, карманов и всех пустот, которые были в моей одежде.

Всё это время стояла тишина. Ночь. Темнота. И тут громогласный "гау"! И без перерыва, как пулемёт: "Гау-Гау-Гау-Гау..."

Наполовину оглушенный и ослепший от набившегося под веки снега, ощутил себе под единственным деревом на пустыре. Акбар сидел под ним и задрав свою морду вверх, с чувством, с толком, с расстановкой гавкал куда-то вверх, в темноту.

Акбар был скотиной умной, команду "Заткнись!" знал. Но тут она не сработала. Пытаясь легкими шлепками по холке привести его в чувство, ласково обнимая за бегемочью шею, наконец-то мы пришли к тому, что "Гау" начало раздаваться с частотой один раз в 20 секунд. И в перерывах между "Гау" я услышал глас сверху, из темноты не особо мощной кроны дерева:

- Убири сабака! Пашалуйста! Я сабака баюсь! Убири, друг!

На нижней ветке, метрах в трёх над землей сидел представитель наших братьев меньших из Средней Азии.

На все мои уговоры, Акбар не реагировал. Утащить я его не могу - он врос в снег и в землю, сидя тёплой волосатой жопой прямо на снегу и лениво лаял на добычу, изображавшую белку-переростка на ветке дерева.

Дальше, собсно, нечего рассказывать. Таким макаром мы дотянули до 7 утра.

В 7 утра Акбар понял, что свежатины не будет и надо возвращаться к обычной ведерной пайке сечки с салом и обрезками мяса с рынка. И ленивой трусцой поскакал в сторону дома. Я тихонько плёлся за ним на тросу, походкой деревянного столба на бетонном пасынке. Не знаю, что стало с "белкой", но когда мы уходили, он из последних сил скулил что-то из ветвей на родном наречии среднеазиатских белок-мутантов.

"Окей гугл". Открываем специально подготовленный браузер, в котором "нет ничего русского". То есть он не передаёт ни поддерживаемые языки, ни какие-то дополнительные параметры, позволяющие определить страну/язык пользователя. Вбиваем тот же URL. Прекрасно открывается. Электронный Хой-Powerwolf поёт про тяготы семейной жизни с родителями.

Отсюда следуют любопытные выводы.

1. Никакой РКН (или пресловутый Великий Китайский Фаервол) пока не умеет заглядывать внутрь туннелирования. По крайней мере в реальном времени. Если соединение построено по принципу "точка-точка" и не является скомпрометированным.

2. Гугл знает, из какой страны пришёл пользователь. Ну или +/- может определить.

3. В случае если гугл этой возможности лишить, то есть прикинуться, скажем, британцем - когда передаваемый язык браузера английский, подменный язык ОС - английский, локация - Британия, понимаемые языки - тоже без русского, то тогда youtube вполне спокойно отдаёт видео. Если же он может установить какую-либо связь с РФ - то видео почему-то не грузится.

Собственно вопрос - а имеет ли наше государство вообще какое-либо отношение к блокированию сервиса? Вполне может быть и да - но тогда эксперимент выше бы не потребовал дополнительных телодвижений, достаточно было бы привычной "лазейки". А тут выглядит так, что палки в колёса вставляет непосредственно сама платформа. На истину не претендую, но результаты безусловно любопытные.

@it_vatnik