Ключи звякнули, упав. Я поднял их и снова вставил в замочную скважину. За дверью меня никто не ждал, если не считать его, моего личного Существа.
Когда оно появилось, я решил было, что сошёл с ума. Я и до сих пор не уверен в своём душевном здоровье.
Помню день знакомства с Существом так хорошо, как будто это было вчера. Я лежал на диване в гостиной, уткнувшись в ноутбук, и просматривал странички хорошеньких девушек в известной соцсети, когда на кухне что-то упало. Теоретически мог нашкодить кот, но Бармалей спал рядом.
Я, нехотя, поднялся и пошёл посмотреть, что там за шум. На кухне никого не было, только на полу громоздилась странная композиция, напоминавшая арт-объект: на перевёрнутой кастрюле стоял утюг, а на его носике балансировала вилка.
Лежавший на столе нож оказался кстати. В квартире я был один, если не считать проснувшегося Бармалея, с удивлением обнюхивающего инсталляцию, оставленную неизвестным автором. Кот явно не питал дурных намерений, так что на первый взгляд нож был не нужен. Всё же я обошёл всю квартиру, заглядывая в самые невероятные места, типа, холодильника и стиральной машины. Никого не было даже в мультиварке.
Кухонное окно не открывалось по принципу своей конструкции, у него даже ручки не было. Только крошечная форточка для проветривания вверху, но и она была закрыта. Я посмотрел вниз, во двор. Ничего особенного - десятый этаж четырнадцатиэтажного дома.
Тогда я подошёл к скульптуре и решительно разобрал её, разложив предметы по местам.
Не выпуская из руки нож, я вернулся к ноутбуку. Не прошло и пяти минут, как на кухне снова раздался шум. С ножом в руке и нецензурными мыслями я ринулся на кухню и остолбенел. Новая инсталляция была больше предыдущей. Две кастрюли в основании, сковорода, разделочная доска, утюг, надетая на его носик чашка и чайная ложечка.
Стало плохо, и я медленно сполз по стене. Наконец, удалось убедить себя, что взрослому мужчине не пристало бояться кухонной посуды, и я подошёл к скульптуре. Стоило только протянуть руку и ложечке, венчающей скульптуру, как вишенка - торт, тут же раздался тихий рык. Из неоткуда материализовалась огромная клыкастая пасть, которая клацнула прямо перед моим носом. Я завизжал, как девчонка, и первый раз в жизни рухнул в обморок, тюкнувшись головой об утюг.
Очнулся я оттого, что кто-то махал перед моим лицом не слишком чистым кухонным полотенцем. До меня доносился поток воздуха и запах гнилой картошки.
- Спасибо, - пробормотал я и открыл глаза. Зря… Белое полотенце с пятном кетчупа посередине само полоскалось по воздуху, как реющий на ветру флаг над Токио.
По-моему, я снова отключился, а, может, и нет. Раздался тяжкий вздох, и кто-то стал брызгать мне в лицо из утюга.
Поразмыслив, я решил, что, если бы меня хотели сожрать, давно бы сожрали, а не старались так усердно привести в чувство. Собрав всё мужество, коего оставалось не так уж много, я открыл один глаз и оценил обстановку.
Я лежал на куче посуды, на голове набухала шишка, а на кухне никого не было, даже кота. Ему, очевидно, надоели все эти треволнения и он опять завалился спать.
Я решительно встал, убрался на кухне, выпил валерьянки, оделся и поехал к Димке. Димка мой давнишний друг, отличный парень и по совместительству санитар в психбольнице. Он оказался дома в гордом одиночестве и как раз отмечал отъезд благоверной к «ейной матери», как выразился сам Димка. Это сильно упрощало процесс переговоров.
После пятой рюмки я набрался храбрости и объявил, что некая невидимая сущность строит на моей кухне скульптуры из кастрюль. Димка почесал затылок и объявил, что мне, пожалуй, уже хватит. Несмотря на все протесты и попытки более подробно обрисовать ситуацию, я был выставлен за дверь решительнейшим образом.
Домой я шёл медленно, обдумывая происходящее. На самом деле выбор прост: либо я псих, либо у меня поселилось Существо неизвестной породы. Димка меня психом не счёл, а у него богатый опыт в этих вопросах. Из чего следует, что Существо реально. В этом случае можно либо переехать, либо подружиться с Существом. А переезд, как известно, как три потопа. Да и переезжать мне некуда. Даже сегодня ночевать негде, а на улице прекрасная январская погода со снегом и бодрящим морозцем.
И потом, ну, живёт и живёт, что такого? У моего знакомого три дога в однушке обитают – вот это неудобно! А невидимое Существо – пустяки, оно же не будет слюнявить мои носки, я надеюсь. А может, оно ещё и ненадолго объявилось. Может, оно к Существу из соседней квартиры в гости приехало. Поживёт недельку и отправится туда, откуда появилось.
Подбадривая себя подобным образом, я добрёл до дома и робко вошёл, надеясь обнаружить Бармалея в здравии. Переживал я напрасно, в этот день меня и кота больше никто не беспокоил. Ночь также прошла спокойно, хотя я не сомкнул глаз.
На следующий день, моясь под душем, я вспомнил, что не взял полотенце. В обычной ситуации я бы прошлёпал в гостиную и спокойно достал полотенце из шкафа, но сейчас я не мог. Как бы нелепо это не выглядело, мне не позволяло воспитание, я стеснялся неизвестного Существа.
Я стоял на коврике посреди ванной комнаты, прикрываясь малюсеньким полотенчиком для лица, когда в дверь вежливо постучали. Я подскочил на месте и вжался в угол. Дверь тихонько приоткрылась, и в образовавшуюся щёлку тихонько пропихнули полотенце.
- Ядрён батон, - неинтеллигентно высказался я, с ужасом смотря на полотенце, коварно расположившееся на полу. Протянул руку – ничего не произошло. Наскоро вытершись и одевшись, я вышел из ванной.
На кухне уже привычно высилась композиция из посуды. Только на этот раз из кастрюли вкусно пахло. Я приоткрыл крышку – гречневая каша с мясом.
Я сглотнул слюну. Каша сразила меня наповал, последние месяцы я питался в основном лапшой быстрого приготовления и магазинными салатами, так как в приготовлении еды был полным, катастрофическим неумёхой. Подгорелые снаружи и сырые внутри котлеты были верхом моего поварского искусства.
Именно такие аппетитные инсталляции и примирили меня с Существом, которое я назвал Кузя.
P.S. Адекватная критика приветствуется.
