Anuardanius

Алое закатное солнце в последний раз осветило небольшое озеро и пропало. Все вокруг стихло, будто кто-то махнул волшебной палочкой и пожелал, чтобы все звуки исчезли. Но уже через минуту чары рассеялись и берега наполнились прекрасными мелодиями ночи: уханьем совы, ревом волка, стрекотанием сверчка. Но вдруг, у восточного берега блеснул вовсе не лунный свет. Там было двое лесных чужаков – людей. Но они были не такие, как все – лесная живность их не боялась, а сами человечки тихо лежали и глядели в небо, вместо того, чтобы ловить зверей.
Смелый лис набрался храбрости и подкрался поближе, чтобы послушать, о чем говорят чуднЫе пришельцы. Но, к сожалению для него, люди только держались за руки и молчали. Их словами были чувства, которые выливались наружу и показывались, как серебряный еле заметный туман. Они оба жадно вдыхали его и не могли остановиться, будто это последние вдохи в их жизни.
Неожиданно они замерли и перестали даже дышать. Казалось, что-то необычное произойдет сейчас. И точно, над долиной взлетели сначала два огонька и, с громким хлопком, рассыпались на красно-зелено-золотые цветки, которые слились вместе и, рассыпавшись на множество звездочек, устремились к земле. Следом взлетели и упали синие, фиолетовые, белые, оранжевые, опять красные, золотые и зеленые цветы. Никогда еще лес не видел такого зрелища. Все животные спрятались по своим норкам, но несмотря на страх, высматривали необыкновенные цветы.
Лис, во время ночных взрывов, взвизгнул и, пробежав через густую траву, случайно прыгнул на руки девушки.
- Ой, кто это?! – воскликнула девушка – какой красивый трусливый лисенок.
- Что? – откликнулся парень, который не замечал ничего вокруг – и правда, лисенок. Когда я был ребенком, я хотел себе домой лисенка.
И он снова замолчал. Его щеки были слегка красными, казалось он хотел сказать что-то сказать, но слова не хотели выходить наружу. Они опять лежали в темноте, только девушка гладила лисенка. Все-таки люди очень странные, они оба знали, что именно чувствовали, но никто не смог произнести ни слова. Они желали выразить словами свои чувства, но не осмеливались это сделать. Даже маленький лисенок это понял.
Салют кончился, ночь снова бесспорно завладела долиной. Сегодня был летний праздник, который посвящен богине любви. В этот день всю территорию от Острых, до Иссиних гор окутывала чистая аура человеческих чувств, кристальных и прозрачных, как слеза последнего единорога. В народе существовало, да, скорее всего, и до сих пор существует поверье, что те, кто признается в любви в этот день, навсегда останется со своей половинкой.
- Маш, - начал все-таки парень – Я уже давно хотел сказать… Еще с той встречи в Подлунном лесу… В общем я… полюбил тебя. Ты для меня стала всем: талисманом, жизнью, душой. Мне хочется, чтобы наши сердца бились вместе, а души гуляли на просторах Извечной долины. Было бы самодовольно полагать, что ты любишь меня, но…
- Все, тихо, Андрей, - сказала Мария и приложила палец к его губам. – Я тоже тебя люблю и хочу, чтобы мы были вместе.
Лисенок незаметно ускользнул в траву и скрылся в ночном лесу. Озеро покрыла тишина, которую не хотел нарушит ни один добродушный зверь.

Темный вечер. Я тихо бреду меж деревьев. Свет луны и далеких фонарей отражается от снега и окрашивает все вокруг в тускло–голубой свет. Старая, занесенная снегом тропинка, петляя между деревьями, ведет меня к озеру. Это чудесное место, снег на небольшое озерцо не попадает, и в зимний мороз можно пройти к островку, единственному месту, которое не загадили вездесущие свиньи в людском обличие. Уже совсем близко, вот видно блестящая от лунного света корка льда.
Посередине сидела девушка. Она была в больничном халате (рядом больница). Я тихо подошел. Она меня не заметила. Ее лицо сияло под лунным светом, лицо было спокойно, но сама мелко дрожала от холода.
—Тебе не холодно?—тихо, чтобы не испугать прошептал я.
—А?!—вскрикнула девушка, пугаясь моего шепота.
—Говорю, не замерзла? Может куртку дать?
Она смешно нахмурилась носик, вздрогнула.
—Давай—прошептала, дрожа сбежавшая пациентка.
Я накинул на нее свою длинное пальто. Она все ещё дрожала. Подумав, пошел, быстро собрал ветки и развел костерок. Девушка мигом приблизила к огню босые ноги и перестала дрожать. На острове, из–за растущих здесь густых деревьев, нет снега, значит девушка не замерзнет.
—Тепло—прошептала она.
—Да...—ответил я.
На несколько минут зависло неловкое молчание, прерываемое только треском огня. Я решился.
—Слушай, как тебя зовут, и что ты тут делаешь в больничной одежде?
Девушка опять вздрогнула и ответила.
—Имя? Зови меня Лана. Я ушла тихо из корпуса, так как здесь тихо и хорошо.—сказала Лана и снова задумалась...
—А я...—хотел представится, но она перебила.
—Я помню тебя, ты был в больнице... Работал... Ставил моей маме укол... Она хорошо о тебе отзывалась. Тебя ведь Алексей зовут? Ты не против если я буду звать тебя Ал?
—Хорошо, зови так, мне нравится.
Впервые ее лицо озарила улыбка. Я начал замерзать даже около огня. Правильно, я остался в легкой кофте, а мороз крепчал немного.она это заметила.
—Иди сюда, так будет теплее нам обоим.
Она распахнула пальто с одной стороны. Я сел рядом. Лана подогнула ноги и закинула пальто так, чтобы мы оказались вместе под одеждой.
—Ну как, тепло?
—Да—выдохнул облачко пара я.
—Ну и хорошо...—она прильнула ко мне.
Я почувствовал как сердце стало биться чаще и щеки запылали. Наверное и Лана это почувствовала.
—Не напрягайся... Все хорошо... Ты добрый...—она говорила шепотом, словно боясь спугнуть кого–то, положила свою голову мне на плечо и, вроде, задремала...
Так мы и просидели до первых лучей солнца. Как только первые зайчики коснулись чудесного лица, Лана вздрогнула и открыла глаза.
—Доброе утро.—прошептал я и коснулся темных локонов Ланы.
—Доброе.—уже более громким голосом ответила она—Слушай, мне пора. Я должна идти, скоро будет обход и если меня не найдут, то поставят все вокруг на ноги.
—Не замерзнешь?
—Нет, тут недалеко, спасибо тебе.
Лана встала, и пошла в сторону больничного городка. Уже когда ее почти не было видно, я осмелился.
—Я тебя увижу здесь завтра?!—прокричал я вслед.
—Да—прокричала эта чудесная девушка...
Мне тоже было нужно идти. Всю дорогу у меня не выходила из головы мысль о том что все это сон.
Было уже где–то шесть утра. Школа была закрыта из–за какой–то проверки. Но скоро экзамены и нужно готовится. Я тихо пробрался домой и сел за компьютер. Прокрутив ленту отбросов человеческого разума, я начал рисовать. Из под стилуса выходили линии, складываясь в портрет этой чудной ночной встречи. Когда линии перестали складываться так, как нужно, я прошел на кухню и поставил чайник. В квартире было пусто. Видимо, моя семья уехала в деревню, мама обещала не будить меня...
Чайник засвистел. Я налил себе чаю и ушел в комнату, учить биологию. Но из головы не вылетала Лана. Она красивая, но чем болеет? Так и пролетел день в учебе и домашних хлопотах.
Вечером, я стал собираться: достал большой походный рюкзак и кинул в него большое теплое одеяло.
Не прошло и часа а я уже шел по лесу к озеру. Там опять, как вчера,сидела Лана. И опять дрожала в своей тонкой, больничной одежде.
Я, уже не скрываясь, подошел. Она подняла на меня взгляд и лицо ее озарила улыбка. Я ответил тем же.
—Привет, я ждала тебя...—прошептала Лана—Ал...
—Ну значит вот и я.
Опять нужно было развести костерок. Обойдя островок, насобирав хвороста, я вернулся. Лана сидела, уже укутавшись в одеяло. Я развел костер. Пламя весело затрещало и искорки устремились вверх, чтобы стать звездами.
Лана посмотрела на меня с интересом.
—Иди сюда, только пальто и свитер сними.—и Лана распахнула одеяло.
Я быстро скинул вещи и принял приглашение.
—Ты же специально взял одно одеяло, так?—догадалась Лана.
—Да—улыбнулся я—Но и ты не против быть рядом, не так ли?
—Да, это так...—тихо проговорила Лана и крепче прижалась ко мне.
Мы опять в обнимку сидели до утра. Так чудесно, я чувствовал ее прекрасную голову у себя на плече. Лана все крепче и крепче прижималась ко мне. Я разглядывал звезды и думал о судьбе. Лана — удивительная девушка. Видимо она так же думала о звездах.
—Как же здесь красиво. Я всегда приходила сюда до больницы глубоко ночью любоваться.—прошептала тихо–тихо она.
—Мне больше нравится здесь летом... Здесь растет огромное количество цветов и благоухающих трав. Воздух на этом острове опьяняет, особенно летним вечером.
— Не знаю, я недавно нашла это место...
—Ясно. А ты давно в больнице?— спросил я, глядя на прекрасные волосы Ланы.
—Уже год... И только недавно начала выходить...
—Скажи, чем ты болеешь?
—Это... Знаешь, это не особо важно. Пока.—она печально опустила глава и слегка отстранилась.
Я крепче прижал ее к себе. Она прислонилась и свернулась клубком. Вроде бы она успокоилась, а то на ее лице уже начали появляться слезы. Они блестели в лунном свете как маленькие звезды.
—Ты такой теплый, с тобой хорошо, спокойно. Спасибо тебе за такое отношение.
—Ты красивая—невпопад ответил я.
Ее щеки схватил румянец, а сердце стала биться чаще.
—Не надо привязываться ко мне, это плохо кончится—прошептала она с грустью.
—Ну и ладно...
Лана ещё крепче прижалась ко мне, положила голову на плечо и заснула. Ее глаза сонно вздрагивали, а губы что–то нашептывали в темноте. Я всю ночь смотрел на это прекрасное личико.
Утром, опять едва лучи солнца коснулись лица Ланы, она вскочила.
—Ты не спал? Иди домой, уже утро.
—Да, ты будешь здесь вечером опять?
—Конечно, Ал...— она прошептала это и убежала в слезах.
Я не смог ничего понять и пошел домой в раздумьях. Я не подумал спросить, можно ли ей шоколад или нет... Надеюсь можно. Сегодня день влюбленных и я хочу сделать подарок Лане. Она меня очень заинтересовала... Я, полюбил ее. И вижу, что сама Лана меня тоже любит, но боится ранить меня... Я не понимал.
Уже открылись магазины, в деньги у меня всегда с собой, поэтому я пошел и купил лучший в нашем городе шоколад. Надеюсь Лане понравится. Мои мысли весь день были о ней, я тосковал, ждал вечера и когда солнце село, ноги сами принесли меня на остров...
Ланы не было, я развел костер и стал думать, дарить или не дарить. И вот шурша листвой ко мне кто–то подкрался и закрыл глаза.
—Кто это, угадай?—крепким голосом спросила девушка.
—Ты, Лана.—прошептал я.
—Да—рассмеявшись, она села со мной рядом.
Она была полностью одета в свою одежду.
—Знаешь, сегодня праздник и это тебе.—сказал я и протянул плитку шоколада.
—Какой?—Лана с удивлением посмотрела на меня и взяла подарок.
Я, ни говоря не слова, обнял ее и поцеловал. Губы Ланы отдавали вкусом яблока, а волосы пахли вишней. Я не,знаю, сколько мы сидели: минуту, час, день, а Лана не отстранилась и приняла поцелуй. Наконец, когда мы смогли оторваться, Лана прошептала:
—Зря, я очень люблю тебя, но зря ты привязался ко мне.—в ее глазах блестели слезы—Я...
—Не нужно, я понял... Ты не просто так пришла на озеро, не просто так опустила здесь...
—Да, я пришла из–за болезни... Мне надоело постоянно быть в больнице... Одной... Там мне страшно, я хотела погибнуть здесь, но пришел ты... Единственный кто полюбил меня...
Я крепко обнял ее и спросил только одно:
—Сколько?
—Два часа...
—Пошли тогда погуляем...
—Тихо ответила она...
Мы пошли в обнимку гулять по парку. Нам не нужно было слов чтобы понять друг друга, мы шли и поддерживали друг друга...
В простой февральский вечер мы брели по парку. Снег большими хлопьями падал с неба. Мороз превращал дыханье в белый пар. Лана задрожала, я снял куртку и укутал мою спутницу потеплее. Она благодарно потерлась о мое плечо. На улице было темно и лишь изредка мелькали далекие фонари. Однако это была не жуткая темень, а темнота, освещаемая отблесками луны на снегу.
Это чудесный вечер.
—Как же здесь прекрасно! Этот лунный свет, а этот мороз, а снег! Ах! Как чудесно.
Лана говорила со смесью восторга и безудержной тоски.
—Почему так распоряжается судьба?—хриплым от долгого молчания спросил я.
—В смысле? Ты жалеешь об этом?
—Да...—ответил я и Лана крепче прижалась ко мне.
—Не печалься... Все будет хорошо, я готова... Я сама выбрала этот путь...
—Нет, это не так... Я всегда буду помнить о тебе...
—Я предупреждала, но я всегда буду рядом...
Ее ноги резко подкосились, я едва успел подхватить Лану на руки.
—Поцелуй меня—прошептала она слабым голосом.
Я ничего не ответил, а просто поцеловал... И не мог поверить в неизбежное, когда ее тело обмякло. Глаза на дорогом для меня лице потухли и уставились вдаль, в небеса. Улыбка стала вечным памятником нашего небольшого счастья...
Прошло много лет, у меня появилось двое детей. Но каждый год, в праздник любви, я прихожу на тот островок посреди озера. Там она хотела,остаться навсегда... Вот небольшая плита, вот и шоколад... Обертка уже почти выцвела, а деревья уже не скрывают островок от снега...